Для любви никогда не поздно

Клуб затянут голубоватым сигаретным дымом. Стив откидывается на спинку неудобного стула и смотрит на стоящую перед ним недопитую кружку пива. Ему восемнадцать — пиво теперь доступно везде и всегда. Однако настроения это не поднимает. Он не знает, почему поддался уговорам Баки. Наверное, это всё его неуместный оптимизм. Понятно, почему Баки захотелось пойти сюда. Он уже несколько недель ужом вился вокруг Клэр, а она соглашалась погулять с ним, только если кто-нибудь найдётся для её подруги Эйлин, чтобы получилось двойное свидание. И, конечно, Стив спокойно мог присоединиться к ним: он был свободен. Он всегда был свободен. «Пойдём, — попросил Баки. — Если ты так и не набрался храбрости с Гейл Ричардс, то хотя бы развейся с кем-нибудь другим. Ты никуда не продвинешься, если не будешь пытаться». Что ж, вот он пытается — и всё равно никуда не двигается. Баки и Клэр танцуют, а Эйлин… чуть не в первую же минуту бросив Стива, умчалась к знакомым, которых заметила с порога. Она едва оглянулась, со смехом сказав что-то подружке; Стиву оставалось только догадываться, что она думает о нём. Так или иначе, танцы ему недоступны. Никому не нужен парень с такой хромотой. И зачем он сюда припёрся? «А вот Баки и вправду хороший танцор», — с завистью думает Стив: тот умело кружит Клэр по залу, сжимая её затянутые в перчатки ладони. Стив вздыхает. — Простите мне мою навязчивость, — раздаётся мужской голос из-за спины, — но, по-моему, вам не помешала бы компания. Перед Стивом возникает хорошо одетый темноволосый незнакомец немногим старше его самого. В руке у него выпивка; он вежливо улыбается — судя по всему, ждёт разрешения. Стив оглядывается. Все остальные столы заняты, бедолага просто ищет свободное место, куда бы приземлиться. — Я пришёл сюда с другой компанией, — Стив делает глоток пива, — но и от вашей не откажусь. Незнакомец расплывается в ещё более широкой и почему-то взволнованной улыбке и садится напротив. — Похоже, у вас выдался тот ещё вечер. — Ничего для меня необычного, — признаётся Стив. Парень сочувственно смотрит на него. — Мой друг, — он кивает на Баки, — устроил двойное свидание, и он-то как раз веселится от всей души, а мне не уделили ни минуты внимания. — Ох уж эти девушки, — понимающий вздох. — Да уж, — соглашается Стив. — Не везёт мне с ними. Парень снова улыбается — на этот раз почему-то увереннее. — Мне тоже. Нелепо это слышать от такого красавчика, как он: Стив мог бы поклясться, что он способен добиться любой, кого только захочет. Впрочем, для Стива девушки — это полная загадка. Да и с чего незнакомцу врать? — Однако мне очень жаль, что так получилось с вашей партнёршей, — добавляет тот. — Как по мне, она непременно должна была дать шанс такому милому парню. Да кто угодно на её месте дал бы. — Он облизывает губы, озирается и снова переводит взгляд на Стива. Он как будто старается подольститься, вот только непонятно зачем. Может, хочет что-то продать? По крайней мере, если не своей партнёрше, так хоть ему Стив кажется милым. Стив усмехается в ответ, наполовину смущённо, наполовину довольно. В кои-то веки к нему проявляют дружелюбие. Новый приятель — всегда в радость. — Первым делом люди замечают мою хромоту, а потом их уже ничего не интересует. — Стив выпил достаточно, чтобы озвучить свои мысли. Он машет рукой на трость, прислонённую к краю стола. — Я для них как будто уже не настоящий мужчина. Недостаточно хорош. Особенно когда вокруг полно других. Лучше меня. Парень почти не смотрит на трость, словно для него это пустяк, и впивается внимательным взглядом в Стива. — Стыд им и позор, — глухо отвечает он. Стиву приходится напрягаться, чтобы расслышать его слова. — Однако… может, вы пока не встретили правильного человека? Может, здесь найдётся тот, кому плевать на такие мелочи? Может, здесь найдётся тот, кому вы симпатичны, кому вы понравитесь, несмотря ни на что? Может, здесь найдётся тот, кто захочет сделать вас счастливым? Именно об этом Стив всегда мечтал. Вот почему он до сих пор грезит о связи душ. Это идеальные отношения, где нет места лжи и предательству. Пара увидит его таким, каков он есть, узнает о нём абсолютно всё, не обратит внимания на недостатки его тела и полюбит за его душу. Стив делает ещё один глоток. — Ну-ну. — Он вытирает рот и криво усмехается. — Если вы знакомы с таким человеком, может, представите нас друг другу? Парень подаётся вперёд, и его глаза возбуждённо сверкают. Он переходит едва ли не на шёпот: — Уже. Сперва Стиву это кажется полной бессмыслицей — а потом он вдруг чувствует, как чужая ладонь ложится чуть выше колена. Она скользит дальше, к бедру — и она такая широкая, что, кажется, могла бы обхватить тощую ногу Стива целиком. Парень по-прежнему улыбается. Он поглаживает Стива по внутренней поверхности бедра. Боже правый, да он же педик, и он думает… Он думает, что Стив тоже. Лицо обдаёт холодом. Страх сжимает сердце ледяным кулаком. Стив не может вдохнуть. Надо выбираться отсюда — но даже шевельнуться не получается. Мужская ладонь лежит неподвижно, и под ней по коже бегают мурашки, попеременно то тёплые, то холодные. Стив слишком отчётливо ощущает своё тело, чувствительность зашкаливает — точно так же, как когда ему больно, только сейчас боли и в помине нет. Улыбка наконец пропадает с лица незнакомца, и он во все глаза пялится на Стива. — О нет, — бормочет парень. Судя по его виду, он в таком же ужасе, как и Стив, вот только Стиву плевать на это. — О боже, простите, мистер, я ошибся, пожалуйста, я так… Стив встаёт, опрокидывая стол. Пиво льётся на пол. Надо выбираться отсюда. Он спешно нащупывает трость и, хромая, удирает из клуба. Конечно, с его скоростью это получается не так-то быстро. По пути он разок оборачивается. Вроде бы его не преследуют. Хорошо. Он ныряет в переулок за клубом и, дрожа, прислоняется к стене. Никто за ним не идёт. Парень примерно такого же роста, что и Стив, но при этом нормального веса — то есть в нём с легкостью может оказаться фунтов под сто. Он мог бы принудить Стива к чему угодно. Он больше, сильнее и тяжелее — совсем как задиры-старшеклассники, только ещё хуже. Стиву нечего ему противопоставить. А если бы незнакомец притащил его сюда, в этот переулок, поставил на колени и заставил отсосать? «Членосос, — тихо подсказывает мозг. — Педик. Вот кем бы ты стал». Его панически трясёт. Что же в нём было такого, что послужило намеком? С чего педик решил, что Стив такой же, как он? Да нет, парень просто обознался. Он был пьян. Он ошибся. Он сам так сказал. Он увидел то, чего не было. Это неправда. Это невозможно. Стив не такой.

***

Вскоре его находит Баки. Стив узнаёт его силуэт в тусклом свете фонарей. Он один — и хорошо; Стив не в настроении что-либо объяснять его знакомой. Ни одной из двух знакомых. — Эй, ты как? — Баки останавливается сбоку, но, слава богу, не трогает. Стив скупо кивает: — Отлично. — Что там у тебя произошло? Похоже, я пропустил всё веселье. Видел только, как ты опрокинул стол. Какой-то придурок довёл тебя до ручки? — Ага. — Стив благодарен Баки за выдуманный предлог. — Это, наверное, от неожиданности, он оказался прямо передо мной, ну и... мне пришлось… — Чёрт, дружище, люди потеряли всякое понятие о пристойности. Хорошее же выражение Баки подобрал. Он надолго замолкает, и Стив надеется, что он купился на ложь. — Слушай, мы туда больше не вернемся. Прости, что я тебя туда притащил. Я думал, это хорошее место. Мне говорили, что там весело, разве что немного шумно, но если там тебе смеют что-то высказывать лишь потому, что ты… такой, какой ты есть… то для меня оно того не стоит. В груди Стива зреет гремучая смесь нежности и тоски. — Спасибо, Бак, — он дёргает уголком губ. — Это очень мило с твоей стороны. Мимолётно улыбнувшись, Баки хлопает Стива по плечу: — Ерунда. Ты же мой друг. И я твой лучший друг, правда ведь? — Правда, правда, — вздыхает Стив. Единственный друг, если уж на то пошло. — А что случилось с тем, другим? — С ним? — Баки пожимает плечами. — Да пёс его знает. Он ушёл. Стив думает: наверное, он переместился в другой клуб, чтобы всё-таки найти того, кто удовлетворит его желания… Да с чего он вообще думает о другом парне? Стук сердца глухо отдаётся в ушах. Стиву нужно уехать. Сбежать. Куда-нибудь в лучшее место. Туда, где такое точно не повторится. В армии на этот счёт есть свои правила. Туда не берут педиков. Там царит закон и порядок. Там чётко определено, что правильно, а что нет. Стив будет служить своей стране. Всегда будет поступать правильно. Ему не придётся задаваться вопросами. Не придётся сомневаться. Он будет знать, что и как. Конечно, армии он не очень-то нужен. Но Стив не привык изменять своей мечте.