Моя личная смерть

Pov

В последнее время мой сон стал очень чутким, поэтому я просыпаюсь от того, как начинает скрипеть дверь. Он снова пришёл меня мучать. Как только дверь захлопнулась, до меня доносится запах еды. Я уже и не знаю сколько мечтаю о том, чтобы поесть. Неужели он меня покормит? Вязкая слюна начинает течь, а сглатывать больно. Еда очень вкусно пахнет, мой живот начинает урчать, напоминая о себе. — Неужели проголодался? — хмыкнув, спросил парень, услышав как поет мой живот. В ответ я всего лишь кивнул. — Ну давай тогда тебя покормим. Не хватало еще, чтобы с тобой что-то случилось. Открывай ротик, — я услышал, как он сел на кровать рядом со мной и почувствовал, что он держит ложку около моего рта. Я сразу же открываю рот и он кладет все содержимое мне в рот. Это суп, очень вкусный. Я никогда не пробовал вкуснее, хотя, может и пробовал, но точно не помню. Я вообще ничего не помню. Постараюсь запомнить этот божественный вкус. Может быть, он когда-нибудь меня отпустит и я обязательно узнаю, что это за суп. — Мммм, вкусно, — и тут я понял, что сказал это в слух, хотя и очень-очень тихо. Я сейчас в ступоре. Неужели я снова смогу говорить? Я так этого хочу. Надоело молчать. — Надо чаще кормить тебя, может так скоро и начнёшь нормально говорить, — усмехаясь, ответил он, все протягивая мне ложку, наполненную едой. Вскоре, тарелка оказалась пуста, судя по звуку удара ложки о нее, и он продолжил, — Что ж, поели, а теперь поговорим. Точнее: буду говорить я, а ты слушай, и если сможешь что-то сказать, говори. Странно. Он сегодня какой-то добрый. Покормил, а теперь еще и поговорить хочет. Это совсем не похоже на него. Подозрительно. Посмотрим, что из этого выйдет. — Начнём. Думаю тебе это нужно знать. В общем, здесь ты находишься уже полгода. Что? По голове будто чем-то бахнули. Полгода? Как так-то? А вообще, не удивительно, я очень давно не видел циферблата часов или календаря, не то что солнечного света. Шесть, мать вашу, месяцев надо мной издеваются. Полгода я нахожусь непонятно где, сплю на полу и редко ем. — Тебя еще, скорее всего, интересует, как ты сюда попал, но это мы оставим на десерт. Пока что я расскажу немного о тебе, — парень встал, а кровать жалобно скрипнула, — Тебя зовут Чон Чонгук, тебе девятнадцать лет. Ты очень хорошо танцуешь, учишься в Сеуле, в медицинском университете на хирурга. И запомни, — он наклонился к моему лицу, дотрагиваясь холодной ладонью до моей щеки. Я почувствовал усмешку в его словах когда он тихо, нараспев, сказал: — Нет никого, совершенно никого, кто бы смог тебе как-то помочь — ты никому не нужен. Кроме меня, — за этим явно должен был следовать хриплый смех, но мучитель выпрямился и развернулся, подходя к двери, — На сегодня пока с тебя хватит. Хм. мое имя Мин Юнги, — бросил парень и ушёл, оставив меня размышлять над новой информацией. Больше всего меня интересовало то, что он назвал свое имя. Он не боится, что я смогу кому-нибудь доложить об этом? А, ну, если он сказал, что меня некому спасать, то это понятно. Но самое страшное то, что собственное имя мне совершенно ничего не говорит. Как и его. Начинает болеть голова, поэтому решаю немного вздремнуть и обдумать это все позже.

End POV

***

Вот снова. Только парень проснулся, а уже привязан к кровати. Как же это задолбало. Только задумался о сложившейся ситуации, как слышит уже привычный скрип двери и медленно приближающийся звук шагов к кровати. — Ты же понимаешь, что за еду тоже нужно расплачиваться? Чонгуки, — нараспев протянул парень и выдохнул в лицо Чону едкий сигаретный дым, от чего тот закашлялся, — Оу, рано еще тебе задыхаться. Ты сделашь это только тогда, когда я скажу, — Присев на матрас, темноволосый резко схватился за повязку на чужих глазах и сорвал её, совсем не заботясь о чувствительном к свету после стольких дней темноты Чонгуке. Резко освещенные светом лампы, пусть даже такой тусклой, глаза прикрыть руками не выйдет, ведь парень связан, поэтому он, скорчившись, попытался уткнуться в собственное худое плечо. Видимо, похитителю это совсем не понравилось, и он резко схватил парня за подбородок и развернул к себе лицом. — Смотри, — Пришлось открыть глаза, сразу же замечая миловидное лицо Юнги, которое совсем не сочеталось с маниакальным огоньком в чужих глазах. Легче от того, что он наконец увидел своего мучителя не стало, а атмосфера наоборот стала еще более напряженной. Стало душно и как-то страшно. Что ему нужно? Мин, продолжая смотреть прямо в душу Чонгука, прикоснулся свободной рукой к открытой шее, трепетно опускаясь ниже, к молочным ключицам, что были испещрены яркими синяками от чужих пальцев. Ноющая боль стала отчетливее, Чон почти промычал от того, с какой силой пальцы надавливают на болящие участки, но тут, словно предвидев, рука темноволосого переместилась с подбородка чуть выше, закрывая рот. — Еще слишком рано. Хочу насладиться твоим голосом немного позже, — Кровать жалобно скрипнула, когда Юнги встал, скрываясь за дверью. Чонгук мог выдохнуть спокойно, пусть даже и на короткое время. У него уже открыты глаза и теперь парень мог оглядеться. Рядом с кроватью стояла пустая тумба, скорее всего, внутри в ящиках что-то есть, но руки оставались прикованы. На потолке висела одинокая лампочка, тускло освещающая помещение, очень похожее на подвал. В углу стоял длинный стол, без стульев возле него. Вряд-ли за ним обедают. На Чонгуке только грязные обшарпанные джинсы, холод стоит собачий, хочется выть, но парень сдерживает себя из последних сил. Во что он, мать его, влип? Руки затекли настолько, что он даже их не чувствует, смысла двигать ими и пытаться освободиться нет. Чон уже пробовал, бесполезно. Отдохнуть от присутствия Юнги не удалось, ведь тот вернулся скоро, со стаканом воды в руке. Жалко, на стене не было часов — так Чонгук смог бы понять, который сейчас час. При виде жидкости пить захотелось неимоверно, и если это не какая-то новая пытка жаждой, то парень был бы безумно рад. Ожидания оправдали себя и Юнги помог похищенному выпить всю воду в стакане, ставя его на стол. За этим последовала гаденькая ухмылочка, что совсем не предвещала ничего хорошего, и Юнги снова скрылся за дверью. — Странно как-то, — Чонгук не мог понять, что у этого психа на уме, да и не собирался, ведь так съехать с катушек можно гораздо быстрее. Через пару маленьких вечностей глаза стали слипаться, и Чонгук понадеялся, что сможет хотя бы немного отдохнуть от всего этого бреда. Словно могильный холод сводил конечности, но это совсем не помешало парню забыться.