Корми демонов по расписанию

●●● 12. Кто тянется к руке, а кто тянется к заднице? Дазай с совершенно невинным выражением лица сжимает пальцы на упругой и крепкой ягодице Ацуши, когда тот хмурится, задумчиво перебирая рубашки на вешалке. Получив болезненный тычок локтем под рёбра вслепую, Дазай сгибается пополам и хнычет: — Ты меня совсем не любишь, Ацуши-кун! — Не люблю извращенцев, распускающих руки. Но чужую ладонь всё равно сжимает тепло и крепко. Привычка. ●●● 13. Кто громче в постели? Приходится усиленно сжимать губами уголок подушки, стискивать зубы, лишь бы сдержать слишком громкий стон — почти вскрик. — Дазай-сан… — Зовёт судорожно Ацуши, пытаясь дрожащими руками нашарить чужие пальцы, надёжные и крепкие, не дающие упасть в омут окончательно. — Не сдерживайся, — шепчет в ответ Дазай, мучительно нежно прижимаясь губами ко взмокшему загривку. Он тот, кто неизбежно тянет в бездну. ●●● 14. Кто за рулем, а кто сидит у окна? Ацуши хмуро смотрит в окно поезда, стараясь сосредоточить внимание на мелькающих за стеклом пейзажах и домах. — Ацуши-кун, ты и вправду обижаешься на меня? — Поверить не могу, что вы солгали мне, что умеете водить машину, Дазай-сан. — Но было весело, скажи же? Весело было до тех пор, пока им не пришёл штраф за поломку служебной машины агентства. ●●● 15. Кто засыпает на коленях и кого уносят в постель? Потянувшись на диване — на взгляд Дазая совершенно по-кошачьи, — Ацуши мягко опускает голову на его колени и подбирает под себя ноги. Ласковые пальцы, перебирающие неровные прядки, убаюкивают словно по волшебству. Ацуши мельком думает, что у Дазай-сана мягкие и удобные колени, когда, тихо вздрогнув, погружается в приятную полудрёму. Мягкий смешок умиления не бередит спокойствие приятно-мимолётного сна Ацуши. ●●● 16. Кто считает, что он недостаточно хорош для другого? Бесконечно теребя брошь на галстуке-боло, Дазай критично осматривает себя в отражении зеркала. Новый цвет — не бирюзовый — смотрелся на нём непривычно. Странно. Белый — не его цвет. Белизна не может вытеснить темноту. А темнота недостойна тонуть в белизне, сливаться с нею. Любить. Подарок Ацуши-куна на день рождения был просто до ужаса нелеп. Дазай и вправду не достоин. ●●● 17. Кто начинает случайные медленные танцы на кухне? — Дазай-сан, рис!.. — Ацуши не успевает вовремя отреагировать, когда его мягко, но настойчиво оттаскивают от плиты и втягивают в какой-то дурацкий танец. — Дазай-сан! Дазай будто бы не слышит чужого ворчания, игриво касаясь губами виска — «Дай мне пару минут». Рука к руке, бедро к бедру — уютно и знакомо. Медленный, по-подростковому неловкий шаг. Под тихое сопение и смешки. ●●● 18. Кто рассказывает дерьмовые каламбуры и пошлые шуточки? Когда Дазай похабно лижет в щёку, Ацуши только ошарашенно шипит: — Дазай-сан, вас плохо кормят? — Ах, Ацуши-кун, тебя я готов съесть прямо сейчас даже в обёртке. Ты похож на сладенькую конфетку, я просто готов впиться— ох, это больно, Ацуши-кун! Локоть под рёбра всегда действует точно, больно и безотказно. — Мы ещё дома поговорим о вашем поведении, Дазай-сан. ●●● 19. Кто кого поцеловал первым? У Ацуши мучительно кружится голова, когда к его губам прижимаются губы Дазай-сана — настойчиво, горячо и мокро. Ацуши болезненно цепляется пальцами за путающиеся пряди на чужом затылке и пытается вздохнуть через нос. Холодная кирпичная кладка царапает лопатки, но совершенно не спасает от пылкой страсти Дазай-сана. Первый поцелуй — нелепый, неправильный, жалящий — оседал в памяти смазанным, жарким воспоминанием. ●●● 20. Кто ест в два часа ночи, а кто не может уснуть из-за крошек в кровати? В неловкой тишине доедая холодный онигири, Ацуши упускает момент, когда его щеки касаются пальцы, вероятнее всего, снимая ехидную рисинку. Для Ацуши было нормально внезапно проснуться от голода посреди ночи и с ворчанием искать в холодильнике короткий перекус. Он уже и позабыл, что делит тепло футона с одним типом, который уже не может уснуть без него. ●●● 21. Кто делает сумасшедший трюк, чтобы произвести впечатление, а в итоге оказывается в гипсе? — Так… как это произошло? — Не смотри на меня так, Ацуши-кун, я просто хотел тебе показать силу и красоту двойного самоубийства! — Вы просто не знали, что река слишком мелкая, верно? — Ты такая бука неромантичная, Ацуши-кун. Ацуши бессердечно давит ладонью на чужой гипс, со странной смесью удовольствия вслушиваясь в жалобный скулёж. Лучше бы этот дурак дома сидел. ●●● 22. Кто смущается, когда ему говорят комплименты? На приёме удивительно шумно и многолюдно. Глаза буквально разбегаются от обилия еды, цветов и ярких, пёстрых платьев дам. Бокал игристого почти успокаивает Дазая, предпочитающего празднование в тишине. Скоро должен был появиться директор Фукузава. — Дазай-сан. Дазай не успевает ответить на знакомый голос Ацуши, как слышит негромкое: — Вам идёт этот костюм. Ох. И сразу становится слишком жарко.