Тот Союз, которого вы бы не хотели видеть

      " Ублюдок ты больной, жертвуешь своим сыном, лишь бы скрыться от собственных кошмаров, какой же ты омерзительный " - РИ лишь хрипло рассмеялся, ведь знал, что планирует его сын. Он настолько его боится, что готов пойти на все эти зверства, лишь бы лишний раз не видеть его. Это бы позабавило его, не будь он простым глюком и порождением больной психики мужчины. Его внешность, голос, поведение - все определяет сам Союз и он сделал его настолько ужасным, чтобы лишний раз окунуть себя же во все то дерьмо, что не отпускает его многие и многие года.       А сейчас, он, за его счёт, пытается оправдать свое желание поиметь родного сына, даже не пытаясь принять тот факт, что давно полетел кукухой и это мимолётное просветление лишь подтверждение этому. Совок давно уже себя отжил, лично пожрал свой здравый рассудок и теперь трепыхается, как рыба выброшенная на берег, хватаясь за любую возможность скрыться от самого себя.        — Я знаю, отец... - тихо, насколько это возможно, прошептал Союз и с разбегу снова окунается в свой личный безумный ад, где он теперь не один. Он затащит Россию к себе, сломает и сделает так, чтобы он прочувствовал все, что чувствовал он. Сделает все возмоное, чтобы он остался с ним и никуда не ушел, ведь Совок не хочет быть один, не хочет быть пожарным своими страхами и сожалениями, которых за его долгую жизнь накопилось не мало.        Россия все ещё прижимался к нему, так крепко и так отчаянно, а слезы горячим градом падали ему на плечо. Такой хрупкий и потерянный, и такой...желанный.        Мужчина провел носом сначала по щеке парня, потом плавно спустился к шее, где зиял один из его многочисленных укусов. Горячий язык тут же прошёлся по нему, оставляя влажный след на его нежной коже.       — Нет, прошу, пап, не надо...не делай этого. - РФ все ещё рыдал и не мог себя успокоить. Только в его голове поселилась мысль, что все это кончилось, что все наладилось и отец пришел в себя, как все тут же возвращается обратно. Рос слишком разгорячился и теперь не может остановить свой поток слез. Ему больно, настолько, словно все его внутренности вывернули наружу и жарят на костре, словно тысячи мелких иголок вонзаются в его тело по самую кость. Он не хочет этого, не хочет снова все это пережить, хотя бы не в собственной комнате и не на глазах брата и сестры.       — Россия, ты же знаешь, что это бесполезно. - спокойно проговорил Союз и поднял парня на руки. Была бы его воля, он бы все это сделал прямо здесь и сейчас, но тут слишком небезопасно, другие дети могут проснуться, а мужчине этого не надо.       — Нет, нет, нет! Пусти, пусти! - слезы отчайния застелили не только глаза, но и сознание. Он снова ему доверился, сам обнял и прижался, купился на это минутное возвращение того самого Союза, их любящего отца, что всегда был готов их защищать и любил всем сердцем.       — Россия, если ты сейчас не заткнешься, я сделаю это сам и прекрати уже вырываться! - злобно прошипел сквозь зубы СССР и быстро двинулся к своему кабинету, дабы вопли сына не разбудили все остальных и не нарушило все предстоящее веселье.

***

       Беларусь и Украина так и остались стоять в этом злосчастном шкафу, не в силах даже пошевелиться от увиденного. Шок и страх накрыли их с головой. У каждого теперь гуляет в голове, выйди они, Рос бы остался? Не забрал бы он его?        Но они не смогли. Вся та сцена со слезами так шокировала их и развивалось так стремительно, что ни Белка, ни Укроп и подумать не успели. Просто стояли и наблюдали за происходящим, пока их сердца разрывались от переживаний за брата.        Первым в себя пришел Укр. Убедившись, что они ушли, парень открыл дверь шкафа и, слегка подтолкнув сестру, вышел из него, закрыв тихо за собой.       — И что...мы просто так останемся здесь? Просто останемся и ничего не сделаем? - потерянность так и звучала в голосе девушки, а карие глаза обеспокоенно смотрели на брата, пока тот хмурился и смотрел в коридор, размышляя о своем.       — Ты же знаешь, мы не можем действовать в лоб, это сделает только хуже. Надо по другому. Я больше не хочу смотреть на то, как Роса пытает это животное. - парень решительно посмотрел на Беларусь и положил свою ладонь ей на плечо, дабы прибодрить, ведь заметил, что та на грани истерики.       — Я понимаю, но это так...неправильно. Он сделал все, лишь бы мы жили спокойно, а мы даже не можем облегчить его крайне не радужное состояние. Какие мы родственники после этого? - с грустью в глазах Белка посмотрела на ладонь украинца и положила поверх свою, слегка сжимая.       — Все ещё будет, я тебе клянусь, я это так не оставлю и что-нибудь придумаю. - парень заключил сестру в свои объятия, положив подборок на ее мягкие каштановые волосы, что пахли яблоком и лимоном.       — Нам надо вместе это решить, я не собираюсь стоять в стороне, пока ты будешь что-то для него делать. - уверенно проговорила та и обняла брата в ответ.        Пение птиц и мягкий солнечный свет окружали их двоих, даря некое умиротворение и спокойствие, хотя их мысли были далеко не спокойными.