Падение

Я должна была остаться в офисе и поработать. Или помочь Рику с допросом. Да что угодно, лишь бы не ехать с Филиппом за город на ночь глядя. Я не взяла с собой никаких вещей, телефон почти сел, а сердце терзала смутная тревога. Мэр, против обыкновения, был весел и оживленно рассказывал мне, как сильно он ждал этого вечера. Его дочь будет в полном восторге от знакомства со мной, она давным-давно просит представить ее мне, говорил Блейк. Какая чушь. Будь я девочкой-подростком, я бы думала о чем угодно, кроме очередной подружки отца. Ни первой, и далеко не последней — если верить слухам. Я сама не понимала, насколько устала от этих отношений… если их можно так назвать. Сначала мне льстило внимание самого влиятельного человека городка, затем стало все равно, а вот теперь я злилась. — Филипп, а ты уверен, что это хорошая идея? — протянула я, смутно надеясь, что он развернет машину и отвезет меня обратно. К Рику. И работе. Прежде всего к работе, конечно же. Я должна поговорить с Дуэйном Джонсом. — Конечно. Пенни постоянно о тебе спрашивает, — мэр посмотрел на меня и улыбнулся, но мне от его улыбки почему-то стало неуютно. Как будто холодом пахнуло. — Что ж, хорошо. Я бы на ее месте меня возненавидела, — как можно небрежнее проговорила я. Мэр в ответ сжал губы в тонкую полоску и ответ глаза. — Ты говоришь какие-то глупости. Пенни — необыкновенная и очень умная юная леди. Она не знает таких чувств, как ненависть, она — сама доброта. Другое дело… — он запнулся и замолчал. — Другое что? — переспросила я. — Неважно, — Филипп свернул на более узкую дорогу и указал мне на кованые ворота, — вот мы и на месте. Мы въехали на широкую, посыпанную песком дорожку, ворота за нами закрылись совершенно бесшумно. Я вгляделась в расстилающийся перед моими глазами пейзаж — большой дом из светлого песчаника в псевдо-греческом стиле, с колоннами и мраморным крыльцом, окруженный садом. Неплохо. Меня немного смутили камеры, которые я заметила по периметру и слишком высокий забор. Дом находился на приличном расстоянии от городка и рядом, насколько я могла судить, не было вообще никакого жилья. Странное место для загородного дома выбрал господин мэр. Тем более, с дочерью-подростком. А как к ней приходят друзья? И где она может бывать, кроме сада? Поблизости ни магазинов, ни торгового центра. Только лес и асфальтированная дорога, по которой мы приехали. — Как-то здесь… одиноко, — я повела плечами, — Пенни не хочется переехать в Дэйд? — Нисколько. Она тут счастлива. Здесь есть все, что ей нужно, — сказал Филипп, — идем. Я поднялась по идеально чистым ступенькам и оказалась в холле, отделанном дубовыми панелями. Блейк захлопнул дверь и дважды повернул ключ в замке. Интересно, зачем — никакой вор сюда попросту не доберется. Ворота на кодовом замке, камеры… — Идем? — Филипп приобнял меня за плечи и повел вглубь особняка. — Тут что, никого? — я внезапно поняла, что оставила сумочку и телефон в машине. — Обычно каждый день приходит миссис Стивенс — это экономка и ее муж — занимаются уборкой, садом и готовкой, но сегодня я их отпустил. Наш первый семейный ужин — зачем посторонние? Я сам приготовлю все, — он говорил оживленно и весело, но моя тревога только нарастала. — Сейчас я достану стейки и овощи, поможешь сделать салат? Пенни очень любит греческий, — мы оказались в огромной кухне, битком набитой современной техникой. Я увидела огромный холодильник, столешницы бледно-розового цвета, духовой шкаф и прочее. Мэр достал из морозилки мясо. — А где Пенни? — я старалась говорить беззаботным голосом. — И я сумку в машине забыла, хочу сходить забрать. — После ужина, — холодно произнес Филипп, — в ванной найдешь все, что нужно. — И телефон? — Зачем тебе телефон? — в глазах Блейка полыхнула такая ярость, что я попятилась. — Схожу вымою руки, — прошептала я. Оказавшись в роскошной ванной, я поспешно задвинула щеколду и прислонилась к двери, стараясь убедить себя, что все в порядке. Филипп вполне мил, гремит сковородками на кухне, оживленно болтает. Что он мне сделает? Да и зачем ему причинять мне боль? Вот только в глазах его тлеет безумие. И где, черт побери, его дочь? Почему не вышла нас встретить? Любой нормальный подросток бы предпочел жить в городе, а не в уединенном доме на отшибе, да еще и в полном одиночестве, если не считать прислуги. Если она существует, конечно. Я умылась холодной водой и мельком бросила взгляд в зеркало — оттуда широко распахнутыми глазами смотрела бледная напуганная женщина. Не профайлер ФБР и временный сотрудник полиции Дэйда. Просто Андреа. Которая не имела ни малейшего понятия, что ей делать со всем этим. — Так какой салат приготовить? — я вернулась на кухню и, собрав все мужество, на которое была способна, изобразила бодрую улыбку. Я решила, что как только мы поедим, и Филипп заснет, утащу его телефон и позвоню Рику. Или Доун. Эта спасительная мысль заставила меня немного успокоиться. — Какой хочешь, — любезно улыбнулся Филипп, переворачивая на сковородке ломтики мяса. Спустя час я немного успокоилась и оглядела готовый ужин, пахнущий просто превосходно. Филипп сделал стейки и овощное соте, я нарезала салат и приготовила кувшин лимонада. Но когда я собиралась начать накрывать на стол, он жестом остановил меня. — Мы поедим у Пенни. — В ее комнате? — я удивилась. — Да, — Филипп кивнул, — ей там будет удобнее. — Как хочешь, — я пожала плечами. Когда он поставил все на большой поднос и подошел к двери, явно ведущей в подвал, судя по ступенькам, я замерла. — Куда ты идешь? — спросила я. Филипп улыбнулся. — Как это куда? В комнату моей малышки. Я молча последовала за ним, готовясь к худшему. В голове проносились самые разные варианты того, почему Пенни живет в подвале. Она сама этого хочет. Филипп так ее наказывает. Она ненормальная. Она наркоманка. Она сумасшедшая. Пенни вообще не существует, он ее выдумал и сейчас просто убьет меня там, в этом подвале. Но я продолжала шагать вслед за Блейком по сухим и чистым ступенькам. Было светло и я даже немного успокоилась. Дверь внизу была железной и заперта на два замка. Поставив поднос на столик, видимо, специально приспособленный для этих целей, он вытащил связку ключей и отпер дверь. — Что ты стоишь, Андреа? — тихо спросил Филипп. — Проходи и поздоровайся. Я переступила порог, очутившись в просторном помещении, освещенном так ярко, что пришлось немного поморгать, чтобы глаза привыкли. Обстановка была слишком детской для шестнадцатилетней, но возможно, дочь Филиппа просто любила мягкие игрушки, кружева и розовый цвет. Девочка со светлыми волосами, заплетенными в две косички, сидела на полу и что-то рисовала в лежащем перед ней альбоме. — Привет, Пенни, я Андреа Харрисон, мне очень… — начала я и резко втянула воздух, когда девушка вскинула взгляд знакомых до боли голубых глаз. Господи. Не может быть! На меня смотрела София Пелетье. Но как это возможно?! Какого черта здесь происходит? — Здравствуйте, мисс Харрисон, папа так много о вас рассказывал, я очень рада нашей встрече, — София мягко улыбнулась, поднявшись с пола, — вы голодны? Пора ужинать, я чувствую запах стейка. И там, в миске, салат с авокадо? Ты меня балуешь, папочка! Блейк рассмеялся абсолютно счастливым смехом и потрепал девушку по щеке. — Кому, как не отцу, знать, что нравится его малышке. Он аккуратно закрыл дверь и запер ее на щеколду, но София не повела даже бровью, привычными движениями накрывая на стол. — Андреа, садись, — Филипп отодвинул для меня стул, — я припас бутылочку вина. Тебе понравится. Мы выпьем ее, когда Пенни ляжет спать. Такая встреча! Я рад, что наконец-то вся моя семья в сборе. Я рухнула на стул, сверля девушку пристальным взглядом. Нет, я не ошиблась. Это никакая не Пенни Блейк, это София Пелетье. Дочь Кэрол. Я изучала ее черты на фотографиях часами, я видела тот же рисунок бровей и тонкие губы на лице ее матери. И эти глаза — огромные, сияющие… Глаза Кэрол. Боже, что же делать? И где Алиша Кларк? Филипп притворяется или он и правда считает ее дочерью? Это его больная фантазия или какой-то расчет? И зачем здесь я, он же прекрасно знает, что я работаю на полицию. Неужели он не понимает, что я все расскажу Доун, едва выберусь отсюда?! Она живет в подвале. Под замком. Пыталась сбежать? Или ему так легче притворяться, что София — это Пенни? И где настоящая Пенни, черт побери?! — Очень вкусный салат, — похвалила девушка, с аппетитом поглощая еду, — ты хорошо готовишь, Андреа. — Спасибо… Пенни, — с трудом вымолвила я, жуя что-то и не понимая, ощущаю ли я вообще хоть какой-то вкус. — Расскажете о себе? — спросила София. — Папа говорил, что вы работаете в полиции. Так интересно! Мне показалось или ее глаза блеснули? Но в следующий миг она снова опустила взгляд в тарелку, старательно намазывая на тост сливочный сыр. — Да, но я не… не офицер полиции, — старательно проговорила я, — я - профайлер ФБР. Составляю… портреты преступников, помогаю искать пропавших людей. По большей части бесконечная бумажная работа. — Андреа просто трудоголик, — Филипп отсалютовал мне стаканом с водой, — но я рад, что произошла трагедия, которая привела ее в Дейд. Необыкновенная удача для нас! — Это точно, — София безмятежно улыбнулась, — чего в мире только не происходит. — Я не позволяю Пенни смотреть телевизор, но иногда приношу пару газет, если она уж очень просит, — произнес мэр. — Тебе не скучно здесь, совсем одной? — покосившись на Блейка, спросила я. — Твой отец тоже трудоголик, постоянно пропадает в офисе. За город, конечно, намного лучше, да и дом большой… Но как же друзья, школа? Блейк резко бросил вилку на тарелку да так, что она звякнула. София рассмеялась. — Ой, да зачем мне школа, к тому же, я не одна. Со мной папа и мистер Маммет, мои подруги Лиззи и Мика… Ну и, конечно же, Элис. — Элис? — я постаралась, чтобы мой голос не дрожал. — Ну да, она живет вместе со мной, — кивнула девушка, уставившись мне прямо в глаза. — Не стоит про нее сейчас, — Филипп нахмурился, очевидно, пытаясь взять себя в руки, но его выдавала нервная барабанная дробь, которую он выстукивал пальцами по столешнице, — Элис очень больна, ты же знаешь. К чему портить нам ужин, Пенни! — Прости, папа. Я просто по ней очень скучаю. Ты обещал, что я смогу ее повидать, если буду себя хорошо вести, — голос Софии стал умоляющим, — я сдержала свое слово. Сдержи и ты. Филипп встал, с громким скрежетом отодвинув стул. — Хорошо. Сейчас я посмотрю, способна ли она принимать посетителей. Но предупреждаю сразу, еще одна ее выходка и… — Никаких выходок! — София подбежала к Блейку и обняла его. — Она поклялась, папа! Просто позволь ей вернуться сюда, о большем не прошу! Филипп кивнул. — Ладно. Но только ради тебя, милая.