Вторая жизнь для одиночки

Утренние лучи пробиваются сквозь тоненькую шторку в прихожей моей маленькой съёмной квартиры, где я живу, от силы, пару месяцев. Уже с малого возраста я привыкла к полному самообеспечению, на которое меня оставила моя мать, найдя себе богатого мужа. Её не интересует ни где я, ни то, что я могу целыми днями и ночами на пролёт не появляться дома, даже школу я попусту пропускаю, ссылаясь на всякие причины. Один раз в месяц я получаю свои заслуженные тридцать тысяч, если не трогаю ни мать, ни её нового суженого. Такая жизнь устраивает и меня, и её. Мы не мешаем друг другу и нам удобно. Для меня это уже обыденно. Я привыкла обнимать себя руками в полном одиночестве, сидя на подоконнике поздним вечером, вместо того, чтобы находиться в объятьях у любящей матери, которая у меня есть, но одновременно и нет. В очередной раз мысли о матери отдаются в моей голове, и, не желая больше думать об этой женщине, я скидываю с себя одеяло, пытаясь встать. Боль отдаётся в моих висках, напоминая о весёлой ночке, которую я провела в компании своих приятелей, которые ближе мне, чем моя семья, хотя её даже нет. Становлюсь под холодные струи воды, блаженно растекающихся по моему телу. Лучшее лекарство после бурной ночки - именно душ. Не замечаю, сколько же я уже стою в душевой кабинке, но звон телефона заставляет меня отвлечься от мыслей в голове. Быстро выскакиваю, по пути натягивая футболку, которая мне доходит до колена и отправляюсь на кухню, где ставлю чайник. Есть совсем не хочется, но меня ждёт трудный день - я наконец-то пойду в школу и закрою все свои долги, которых уже, благодаря моим пропускам, образовалось очень много. На часах пробивает ровно девять часов. Если я поспешу, то успею к третьему уроку, а если же нет, то приду под конец занятий. Голос в моей голове даёт знать, чтобы я всё же подняла свою пятую точку и начала хотя бы одеваться, но вместо этого достаю из кожанки последнюю пачку сигарет и закуриваю, блаженно выпуская изо рта сизый дым. Я чувствую себя намного лучше: какой-то свободной, независимой от чьего-то мнения, делаю то, что хочу я, а не люди рядом со мной. Даже по этой причине у меня не было длительных отношений: ненавижу быть под чьей-то указкой. Иметь парня не последнее дело, но и отдавать свои прекрасные годы жизни своей половинке я не намереваюсь в отличие от своих сверстниц. Когда чайник даёт знать, что вода закипела, я спрыгиваю с подоконника и кидаю одинокий пакетик чая в кружку, заливая горячей водой. Кладу несколько ложек сахара и сажусь за стол, вновь в полном одиночестве завтракая. Я уже и не помню, когда напротив меня кто-то сидел. Одиночество так глубоко засело в моей жизни, что от него не так легко избавиться, ведь я к этому уже привыкла. Одиночество - мой самый лучший друг. Оно никогда не предаст, не сделает больно, не уйдёт от тебя к другой. Иногда лучше довериться ему, нежели людям, которые причиняют боль своими необдуманными поступками. Завтрак окончен. Я также тихо встаю и плетусь в комнату, где находится шкаф с одеждой. Выбираю чёрное платье, которое еле-еле доходит до середины бедра: если меня увидит старая карга по имени Василиса Степановна, вряд-ли я опять отделаюсь лишь одним предупреждением. Поверх платья накидываю джинсовку, кроссовки, колготки, еле заметный макияж. Я не привыкла быть элегантной, заменяя платья привычными джинсами и толстовками, но моё появление в школе - уже праздник для многих учителей, которые благодаря деньгам мамы прикрывают мою задницу перед всеми. Когда-нибудь я начну правильно себя вести, но не в этой жизни. Волосы так и остаются прямыми. Делать себе всякие хвостики и косички не в моих приоритетах. Так делают лишь первоклассницы, но и некоторая часть нашей недалёкой школы. Закидываю на плечо маленький кожаный рюкзачок, в котором, кроме пары тетрадок и ручки, ничего нет. Закрываю квартиру ключом и иду в школу, до которой минут пятнадцать ходьбы. Я ненавижу общественный транспорт и поклялась, что как только мне стукнет восемнадцать, куплю себе иномарку. До школы я дохожу быстро и успеваю под конец третьего урока. Вахтёрша, как только видит меня на пороге, устремляет на меня свой многословный взгляд: кого-кого, а меня она явно не ожидала увидеть в понедельник утром. Сквозь зубы улыбаюсь и прохожу мимо неё, направляясь к расписанию. Уже тысячу раз пожалела, что решила вообще придти в это место сборища детей. В расписании стоит история. Очередной бессмысленный урок. Кому нужно знать то, что было несколько сотен лет назад, если сейчас мы живём в своё время, в совсем иное, нежели наши предки. - Я думал, ты сегодня не явишься в школу, - я поворачиваю голову и вижу знакомое и столько же бесячее меня выражение лица, которое по сути не выражает ничего, кроме злорадства, - Особенно после вчерашнего... - Как я чуть не разодрала твоей новой шлюшке лицо? Прости, но для меня это уже вошло в привычку распугивать всех твоих дам... сердца, - я усмехаюсь, поворачиваясь к объекту многих ахов и вздохов, вот только не моих. - Ревнуешь, детка? - парень улыбается во все свои белые тридцать два зуба, на что я лишь закатываю глаза. - Ты видишь около себя кого-то? Если нет, то уж прости, ревновать мне тут некого, - меня раздражает его манера поведения, но уже за несколько лет я смирилась с его нахальством в мою сторону. - Ты невыносима, - сколько раз я слышала это слово от него? Уже и не помню, - Но всё таки я попрошу тебя попросить прощение у Розы. У неё огромный синяк на пол лица. - Нехер говорить то, чего она не знает, - дерзко отвечаю я, шумно выдыхая, и, переводя взгляд с молодого человека на окно, где до сих пор светит яркое солнце, - Твоя, как ты выразился, Роза получила то, что заслужила, Жень, и ты прекрасно это осознаёшь, но только продолжаешь прогибаться перед этой сучкой, которая вертит тебя вокруг своего пальца, а ты, глупыш, даже этого не замечаешь под пеленой влюблённости. - Ксень, перестань, умоляю, - говорит он, и на несколько секунд мы оба замолкает в своей манере. Никто из нас не может нарушить тишину, словно боится, что мы до конца всё разрушим, но парня это не устраивает, - Ты на урок пойдёшь? - Ага, на историю, к Павловне, - хмыкаю я, на что парень издаёт короткий смешок. Я не понимаю, к чему это было, - Она сегодня злая? - Ну, как сказать... - Женя начинает подсмеиваться. Я искренне недопонимаю, что я такого смешного сказала, и лишь отсалютовав ему пинка, ухожу в направлении кабинета истории. Без всякого стука захожу в кабинет и ловлю на себе несколько пронзительных взглядом. Кто-то в шутку засвистел, кто-то просто заржал, а кто-то удивлённо перешёптывался. Я медлю садиться за своё место, так как чувствую на себе чей-то острый взгляд. Поворачиваю голову и полностью млею: за столом сидит мне незнакомый человек, который минуту тому назад что-то внимательно рассказывал своим ученикам. - Простите, - безразлично бормочу я под нос, поправляя рюкзачок на плече, - Я, наверное, ошиблась... школой. - Романова припёрлась! - кто-то кричит с задних парт, на что весь класс заливается диким гоготом. Я ухмыляюсь, скрещивая руки на груди. - А нет, не ошиблась. Петров, тебе тоже салют, - усмехаюсь я, облокачиваясь на стенку. Что-что, а класс у нас сумасшедший. Жаль, что уже с седьмого класса я не ценю школьные будни, как остальные. Мне всё равно на них, а им на меня. Если я прихожу - это лишь повод для того, чтобы обсуждать мой приходит на урок и ничего больше. Я не влилась в их семью и никогда не вольюсь. Мне это не надо. Я слишком далека от их мира. - Романова, значит? Ксения? - отзывается грубый мужской голос за столом. Я окидываю мужчину взглядом полного недопонимания. До сих пор не понимаю, кто это и что он делает за учительским столом. - Ага, - безразлично фыркаю я, направляясь на последнюю парту среднего ряда. Скидываю с себя рюкзак и сажусь на стул, всем своим видом показывая, что можно продолжать урок. Но мужчину это не устраивает и он молчит, пристальным взглядом рассматривая меня, - Что-то не так? - Это я должен спросить. Что-то не так, что вы, госпожа Ксения, за всё время, ни разу не посетили мои уроки, - произносит мужчина, вставая со своего места. А он ничего так, но кандидатура учителя меня не устраивает. Я усмехаюсь, накручивая на пальчик локон волос: неужто он не понял, что мне совершенно всё равно на его уроки и, собственно, на эту школу? - Можно мне кое-что спросить? - говорю я, наконец-то занимая нормальную позицию за партой, - Я просто не знаю, кто вы и что вы тут делаете. А мне, знаете, родители не разрешают с незнакомыми дяденьками разговаривать, - вновь класс заливается диким смехом. Молодому учителю не понравилась такая дисциплина и он, встав со своего места, шагает к моему столу. Я поднимаю взгляд и усмехаюсь, ожидая его действий. - Девочка с характером, значит? - уже его очередь ответить мне. Я одариваю его своей улыбкой, глядя прямо в глаза. - Скорее, со своей точкой зрения, - отвечаю, также хлопая накрашенными ресничками, - Так вы мне не сказали, кем являетесь в сие учреждении недальновидных подростков. - А я и не обязан. Вы упустили этот шанс две недели назад, милая леди, - он играет со мной в игру, чёрт возьми? - Я никогда не упускаю шанс, если он мне нужен, - откидываюсь назад на спинку стула, в своей манере продолжая говорить учителю, - Так что простите, но я не вижу смысла продолжать этот разговор, не зная вашего имени. Я успела разглядеть его: у мужчины тёмные волосы, карие глаза, улыбка и маленький шрам на правой щеке, что мне кажется немного странным. Губы немного пухловаты, но в самый раз. Никогда в жизни не видела таких мужчин, как он. - Ну что же, останешься тогда после уроков, поговорим. Мы обсудим с тобой твоё... оригинальное появление, так сказать, Ксения, - он замолкает и вновь направляется к своему месту. Я невольно закатываю глаза. Я бы послала этого гада куда подальше, но не хочу проблем на пустом месте, ведь у меня их уже слишком много. Не успевает мужчина сесть за стол, как звенит звонок. Не желая оставаться и минуты, я встаю со своего места и выхожу из класса, чувствуя позади себя взгляд, направленный на меня.

***

Смотрю на себя в зеркало и отмечаю для себя, что очень хорошо выгляжу, несмотря на мой побитый вид с утра. До сих пор вспоминаю случай в школе, после которого я покинула учебное заведение. Мне хватило сюрпризов на сегодня. Оставаться после уроков я не собиралась даже под угрозами моего отчисления: я уже привыкла к этой фразе, которую мне говорит каждый второй учитель в школе. Сегодня важный день и забивать мыслями о школе я никак не собираюсь. Пошло всё к чёрту: и школа, и учитель, и все мои одноклассники. Получаю оповещение от Артёма, что он стоит около моего подъезда и ждёт меня. Очередной вечер в хорошей компании поднимет мне настроение, я уверена. Завтра мне уже никуда не надо идти. Поправляю кожанку, встряхивая своими чёрными волосами, собираясь покинуть квартиру, как раздаётся звонок в дверь. Артём соизволил подняться? - Иду, - кричу я, ведь человек всё также настойчиво нажимает на звонок. Меня это уже конкретно раздражает. Вздыхаю, направляясь к двери. Какого чёрта принесло ко мне прям перед выходом? Открываю дверь и полностью отдаю себя шоку, который как разряд молнии поразил моё тело. Женщина без всякого замешательства входит в квартиру и громко хлопает дверью: она явно не в настроении. Я отхожу на пару шагов назад, соприкасаясь с холодной стенкой, в которую вписываюсь всем телом. - Мама, что ты тут делаешь? - единственный вопрос, на который я хотела получить ответ. Закусываю нижнюю губу, предчувствуя, что мать пришла не просто так. Где я успела накосячить? - Ну что, Ксения, ты доигралась, - молвит она, скидывая с себя норковую шубу. Нас ждёт очень трудный разговор, и мой вечер накрывается медным тазом.