Ломая канву судьбы

Новый мир. Моби Дик

Весь экипаж корабля с самого утра наблюдал уже привычную картину. Альбатрос принес свежую газету, которую моментально захватил в свои цепкие лапки новый комдив второго дивизиона Портгас Д. Эйс. Внимательно просматривая едва ли не каждую строку на наличие новостей о своей сестрёнке, парень с каждой секундой все больше хмурился. В газете опять ничего нет. Убеждать парня в том, что в газетах мирового масштаба писать о новичках из слабейшего моря никто не будет перестали уже почти два месяца как. Вот сразу после того, как Эйс оскорбленный недооцениванием его сестры отмутузил почему-то Тича, который вообще просто мимо проходил, пока Сатч втолковывал другу эту простую истину, и перестали; получить ни за что ни про что да ещё и вместо кого-то другого никому не улыбалось. Нет, так-то парень веселый, позитивный и шебутной. Даже его непомерный аппетит и нарколепсия не казались недостатками, а скорее забавными особенностями. Хотя, когда Джимбей притарабанил на борт Моби Дика перевязанного, как куколка шелкопряда, веревками Эйса и, заявив Белоусу: «Отец, вот твой новый сын. Ну вы знакомьтесь, а у меня ещё дела. Пока-пока», — прыгнул в море, оставив возле корабля лодочку, на которой собственно и доставил живой груз в осадок выпали все. Хотя… это же Джимбей. Белоусовцы перестали удивляться его выходкам и странным поступкам ещё после того случая внезапного сватовства. Поступок был нууу очень странным, с любой точки зрения, а ты посмотри — живут который год Ёнко в крепком браке и хоть бы хны. Так что реагировать отрицательно на непонятного хмурого пацана никто не спешил. Размотали его, помогли оправить одежку и подвели к Отцу. Тот сидел на своем кресле-троне и думал кого же ему напоминает эта наглая веснушчатая харя. Но не успел задать он свой вопрос, как харя нагло захрапела на всю палубу умудрившись отрубиться стоя. Потом, конечно, разобрались что к чему, и спустя пару месяцев Эйс даже плотно влился в команду и набил тату с Весёлым Роджером Белоуса. Правда без прикола не обошлось. Парень категорично заявил, что или черепушка будет в соломенной шляпе, или никакого тату. Ньюгейт пожал плечами и дал добро. Получилось весьма забавно. Если бы это увидела Луффи, то сразу заприметила, что татуировка в точности повторяет таковую у Эйса из прошлого мира, только с левой стороны на черепе примостилась крохотная соломенная шляпка. Такие иногда любят носить кокетливые барышни — крохотные головные уборы, которые крепятся к прическе заколками, а по хорошему налазят разве что на голову игрушечного пупса. Что более занятно, так то, что к этому времени пираты Солнца более одиннадцати лет плавали не только со своим Весёлым Роджером на мачте, но и небольшим черным флажком с вполне узнаваемой шляпкой. Так что после того, как Эйс показал свое только что набитое тату самые любопытные пираты не удержались и засыпали новенького вопросами. Тем более, что того притащил Джимбей, а тот на редкость упорно отбрыкивался от вопросов о загадочной шляпе. Эйс отпираться не стал и принялся рассказывать о своей сестренке, и то, что она обязательно станет Королевой пиратов, и что уже через два с половиной года она выйдет в море под своим пиратским флагом и шляпа это её символ. А вообще она самая красивая, сильная, милая, добрая… Оду, посвященную его прекрасной сестре, смогли прервать только на третьем часу пения дифирамбов. А главное ведь ни разу не повторился и не запнулся, сисконщик чертов. За последующие два с половиной года Эйс успел стать в команде полностью своим, подняться на позицию второго комдива и стать весьма авторитетной личности в армаде Ёнко. Только это не отменяло практически патологичного обожания своей младшей сестры. И об этом знал каждый в команде Белоуса. А сам Эдвард знал, что парень является сыном Золотого Роджера, чего Эйс не стыдился, но и не рассказывал каждому встречному избежания проблем ради. А так же, что помимо горячо обожаемой младшей сестры у него есть два брата-погодки и два брата на много старше него самого, а ещё дед-дозорный. Ни с одним он не связан кровным родством, но это не отменяет их семейных уз. На это Ньюгейт покивал и просто отложил в дальний угол памяти. А два с половиной месяца назад Эйс на пару с Марко начали караулить каждую газету с видом голодных котов следящих за кувшином отборных сливок. Однако перехватить газетку первым всегда успевал «Огненный кулак», а Марко ошивался рядом и читал через плечо своего накама. Марко понять можно. Когда Джимбей притарабанил тринадцать лет назад письмецо от Ноджико Феникса чуть кондратий не хватил. К моменту получения письма на руки мужчина уже успел смириться с новостью о нежданно негаданно объявившемся ребенке, и даже нафантазировал себе их встречу или хотя бы теплую и дружескую переписку. А тут он развернул конверт и вытащил ЭТО: «Здравствуйте, уважаемый Феникс Марко. Спасибо, что однажды сунул-вынул и за потрясающий генофонд. На алименты не претендую. Надеюсь у Вас все хорошо. Желаю всего самого лучшего

С уважением, Ноджико.

Бедолага чуть не преставился. Откуда ж ему было знать, что это коллективное творчество сестричек и их маменьки Бельмере. После такого мужчина не рискнул писать дочери, но узнав, что доча планирует однажды стать пираткой Марко успокоил себя тем, что ещё успеет вживую познакомиться и отбыл на ближайший остров с таверной лечить нервы. А узнав от Эйса, что в команде его сестры Ноджико как раз и собралась покорять моря принялся мониторить газеты на наличие новостей о пиратах Соломенной шляпы. Газеты ничего не писали. Это было обидно, но пока ещё терпимо. Переглянувшись друг с другом двое мужчин поплелись на камбуз к Сатчу заедать стресс вкусняшками под громоподобный хохот своего Отца. Ожидание продолжалось.

***

Где-то на Гранд Лайн. Балтиго

Сабо и Коала с трепетом раскрыли очередную газету под насмешливым взглядом Драгона. Мужчина никогда не признается, что перехватывает газеты ещё на подлете к острову, так что об отсутствии новостей о Луффи и её команде он уже знал. Доча по его сведениям подняла пиратский флаг уже два с половиной месяца как, а о ней ни слуху ни духу. Зная по себе, что чем больше Д. тихариться, тем сильнее потом где-то рванет Драгон пока ещё умудрялся сохранять спокойствие. Вот если о Луффи ничего не напишут спустя полгода, тогда да — он начнет опасаться того кавардака, который непременно устроит любимое чадо, а пока забавней всего наблюдать, как моськи детишек начинают напоминать обиженных хомячков. Сын с невесткой, не увидев желанных новостей, сами того не замечая, надулись, как мыши на крупу, и уставились на него недоуменным взглядом, словно спрашивая почему так случилось. Монки Д. усмехнулся. Не смотря на серьезность и собранность в вопросах Революции, которые проявлял его Заместитель и правая рука Сабо со своей невестой, во всем, что касалось Луффи и Ко они напоминали двух щеночков восторженно виляющих хвостиками в ожидании вкусняшки. В роли вкусняшки выступали новости, и когда они их после которой недели ожидания снова не получили, их обиженный вид мог переплюнуть вид голодных щеночков мокнущих под дождем в коробке под мостом. Обреченно вздохнув Драгон принялся заваливать неугомонную парочку заданиями. Пока они будут заняты, то у них не будет времени хандрить. И все же, чего доча так тихариться?

***

Калм Белт. Амазон Лили

Боа Хэнкок в ярости отбросила газету и принялась топтать несчастную бумажку в порыве неконтролируемой злости. Императрица амазонок вот уже как два месяца не могла поверить, что эти чертовы писаки не напечатали и строчки о её дорогом Луффи. Он ведь такой… такой… самый лучший, вот. А они не замечают этот идеал, этого мужественного бога, её возлюбленного. Но постойте, так, наверное, это же хорошо, что о нем не печатают. Тогда меньше всяких гламурных куриц будет знать о её Луффи и у Хэнкок будет меньше соперниц. Да, это хорошо, просто замечательно, что о нем не пишут. Но все-таки, как они могут не писать о Луффи?! Он ведь достоин статьи на первой полосе. Нет, весь выпуск газеты должен быть посвящен одному ему. Нет, целая книга. На несколько томов. Да, вот так в самый раз. Только этого достоин её Король пиратов. Но если о нем напечатают эту серию бестселлеров, то о Луффи узнает весь мир, и тогда всякие мымры будут вешаться на шею её Луффеньке. Такого однозначно нельзя допустить. Хорошо, что о нем не пишут. Нет, плохо. Или хорошо? АААА, что ж ей делать-то? Живая мимика Хэнкок с потрохами сдавала девушку её сестрам. Глядя, как стремительно её сестра становиться матерой цундере, а то и вовсе зарабатывает раздвоение личности, Мэриголд склонившись к уху Сандерсонии и тихо спросила: — Ты уверенна, что все будет в порядке? Понять её опасения можно было. Два месяца назад Лилу, которая уже который год носила титул Императрицы вдрызг разругалась с бабулей Ньён и, скинув объязаности правительницы на Хэнкок, как самую сильную на острове, ушла громко хлопнув дверью, и оставив последние слово за собой: — Ищите себе постоянного мужика, девочки. Регулярный секс способствует женскому здоровью и счастливой жизни. А спустя пару недель прислала фото, где в откровенном свадебном платье обнималась с как всегда выглядевшим брутально-мрачным Шичибукаем Дракулем Михоуком. Бабулю чуть инфаркт не хватил. Ньён в ускоренном темпе собрала всеобщий сбор и провела ликбез по контрацепции в стиле: «Вот эту таблеточку зажимаешь между колен и ни в коем случае не выпускаешь, и будет тебе счастье». Лилу на это заявление могла бы брякнуть, что есть уйма позиций, где сжатые колени ну ни как не мешают процессу, но на счастье бабули Лилу на острове не было. И как подозревали сестры Боа, повальное большинство амазонок даже не поняло от чего именно предохраняет «волшебная» таблеточка и в какой ситуации её применять. Сама Хэнкок уставилась на таблетку зачарованным взглядом! чуть ли не исходя слюной и бормоча свое постоянное «Луффи». На фантазию новоявленная Императрица пиратов Куджа никогда не жаловалась. И вот сейчас эта фантазия помогала ей изобретать очередные кары и пытки, которые девушка готовилась обрушивать на головы газетчиков, если в ближайших выпусках не появятся новости о её ненаглядном. Её сестры и бабуля Ньён смотря на безумство Боа молча надеялись, что остальные амазонки не скоро увидят свою Императрицу такой. С каждым выпуском газеты надежда медленно умирала.

***

Новый мир. Какой-то летний остров на территории Шанкса.

Шанкс бухал третий день, не просыхая. На газеты он не смотрел, так как всегда придерживался позиции, что если произойдет действительно что-то важное, то накама ему сами расскажут, а так их читать можно только если совсем уж нечего делать, а бухло закончилось. Последние пару недель он то и дело опускал зарвавшихся новичков, которые решили попробовать на зуб самого молодого Ёнко. Три дня назад последнего неучтенного засранца на своей территории Рыжий извел, так что отмечал это дело на небольшом островке с райским климатом. Ещё три месяца назад Шанкс приказал свей команде отслеживать новости о своей племяннице и её команде, а так же мониторить новые розыскные постеры. Раз пока никто ничего не упоминал, значит ничего не было и париться нет повода. Интуиция правда пыталась что-то тихо пищать, когда мысли накатывали о племяшке, но напрочь пьяный мозг категорически отказывался принимать сигналы. Однажды это вылезет мужчине боком, но пока Ёнко счастливо булькал очередной бутылкой рома и ни о чем не парился. Интересно только ему было, как там поживают его братья-друганы-собутыльники Мися и Бигги. Или Муся и Бугги? А черт их знает, буль-буль-буль. Ик. Хррр.

***

Ист Блю. Плавучий ресторан «Жемчужина Гранд Лайн»

«Муся» и «Бугги» сидели по разным углам ресторана и с одинаково мрачными мордами прикладывали холодное стекло бутылки с ромом поочередно к каждому глазу, под которыми ярко сверкали фонари. Михоук успел вовремя утащить из рук жены все колюще-режущие предмет, и та разъясняла всем и каждому, как нехорошо вешаться на шею женатому мужчине в присутствии его же супруги, пускай даже и в сугубо дружеском порыве кулаками и подручными средствами. На вопрос Моджи, значит ли это, что если супруги рядом нет, то вешаться можно Лилу отреагировала взлетевшим на порядок уровнем ярости, а задавшего тупой вопрос Моджи и заодно его друга Кабаджи едва не распылили на кровавую кашу всего два удара небольших, покрытых Волей Вооружения кулачка. Альвида поступила умнее всех, или просто трусливей — банально грохнулась в обморок ещё в тот момент, когда Багги радостной козочкой поскакала навстречу своему собутыльнику. Зато Мугивары испытывали только радость. В последствии этой разборки уровень Воли Наблюдения у всех вырос почти вдвое, а у некоторых почти в втрое. Воля Вооружения поднялась практически на порядок. Так что Рэйджу с Санджи в компании радостного, что его детище не разнесли на щепки Зеффа накрывали по новой стол. Остальные убирали беспорядки в обеденном зале (то, что сам корабль остался цел, ещё не означает, что его обстановка не пострадала), а радостная от неожиданной встречи Лилу тискала красавицу-невестку и тормошила своего уже взрослого сына, который за время их разлуки успел на целую голову перерасти свою мать. И это касалось не только роста, но и личной силы. За эти годы Зоро успел серьезно заматереть и продвинуться в своем мастерстве. А опыт предыдущей жизни только помогал ударными темпами совершенствоваться. То, что в первой жизни он постигал методом проб и ошибок, в этой жизни он целенаправленно добивался уже конечного результата, так что естественно продвинулся куда дальше, чем прошлой жизни. Сейчас ему конкуренцию, как мечник, мог составить вне всякого сомнения Михоук, который все ещё был недосягаемой величиной для Зоро, хоть и значительно ближе чем когда-либо, а так же, пожалуй, Виста — пятый комдив Белоуса, Шанкс, который в этом мире стараниями Луффи не терял руку (хотя что-то подсказывает Зоро, что и в первом мире даже однорукий Шанкс мог дать прикурить находящемуся на пике тогдашней своей силы Ророноа), опять-таки — Рейли Темный король (даже сам Зоро не знал, кто бы вышел победителем в схватке Сильверса и Дракуля), возможно Момонга — вице-адмирал Морского Дозора. Остальных мечников, Зоро с уверенностью мог это сказать — победит в схватке один на один, хотя есть ещё достаточно много мечников, которые свой проигрыш могут свести к паритету или пирровой победе, своей или самого Зоро. Так что есть куда расти и очень даже много. Лилу слушала своего такого уже взрослого сына, смотрела на его накама и оттаивала душой. Все у её мальчика хорошо. А потом стол оказался внезапно так накрыт всякими вкусностями и на неё насели с вопросами о последних новостях с Гранд Лайна, усадив женщину за стол и подливая ей выпивки. Амазонка пила, рассказывала и хохотала с шуток остальных даже не чешась от прожигающих её обиженных взглядов заплывших глаз из разных углов. Друзья-собутыльники продолжали прижимать к фингалам уже заметно потеплевшие бутылки с бухлом, которое даже не пытались открыть и хлебнуть. Из угла высунуться впрочем тоже не пытались — злить только недавно успокоившегося берсеркера ни один из них не хотел. Багги попеременно сверлила взглядом то женушку кисы, то свою племяшку. В том, что она вдруг с ни того ни с сего приняла себя как женщину чувствовалась проказливая лапка их мелкого чудовища. Никакого дискомфорта это ей не доставляло, но такое свинское наплевательство к её праву выбора конкретно так подбешивало, и только стоп-кран в виду мило улыбающейся Лилу стопорил женщину от попытки прописать неблагодарной малявке ремня по заднице за издевательство над родственниками. Прокаченная интуиция Багги, которую та в отличие от Шанкса не игнорировала, подсказывала, что это «жжж» неспроста. О своей команде Багги слегка подзабыла. А вот команда, утащив на борт находящуюся в бессознательном состоянии незадачливую троицу, попавшую амазонке под горячую руку, пугливыми зайцами тряслись в трюме корабля молясь всем известным богам, чтобы их миновала беда. Едва долетевшего до них отголоска жажды крови Лилу хватило чтобы всем стало понятно, что они категорически не хотят идти в ресторан. Да и вообще мечтают оказаться за несколько десятков морских миль отсюда. И только присутствие на плавучем ресторане их капитана не позволяло пиратам дать деру от находящихся поблизости Монстров. В трюме корабля-рыбки все ещё мирно спали трио поп. Везде царила атмосфера мира и взаимопонимания.