Вещь

Список контактов в телефоне действительно был полностью восстановлен. Грег даже не стал удивляться, каким это образом люди Холмса получили к нему доступ. Ясно же, что у этого человека хватит власти и возможностей, чтобы добыть любую информацию о такой мелкой сошке, как бывший старший инспектор Скотланд-Ярда. Лестрейд около часа водил пальцем по экрану, вглядываясь в каждое имя и мучительно размышляя: что будет, если набрать этот номер? Как отнесётся человек на другом конце виртуального провода к тому, что услышит голос осуждённого убийцы? Например, Салли. Она всегда была отличной боевой подругой, искренне переживала за попавшего в беду начальника и сделала всё, чтобы ему помочь. Вспомнить хоть речь, которую она произнесла на суде, расхваливая его работу в полиции и пытаясь привлечь внимание жюри к смягчающим обстоятельствам. Однако… Салли ни разу вслух не осуждала закон о рабстве. Не считала, что лишать убийц статуса людей — слишком жестоко. И когда они нашли тело Синтии, успокаивала пришедшего в ярость шефа напоминаниями, что перед ними не человек, а Вещь. Нет, ей звонить рискованно. А вдруг он и сам перестал в ее глазах быть человеком? Если так, то и Андерсон тоже отпадает. Сам по себе он, конечно, рад был бы услышать бывшее начальство, но Фил — безвольный тюфяк, заглядывающий Донован в рот. Если она посчитает, что Лестрейд недостоин общения, то Андерсон предпочтет ее не злить. Остальные, с кем Грег работал все эти годы, тоже, скорее всего, почтут за благо просто не связываться. Диммок, Грегсон, суперинтендант Гордон… Все они, может, и не побегут докладывать, что у Вещи, вопреки всем правилам, каким-то образом появилась возможность воспользоваться телефоном, но и говорить с попавшим в переплёт бывшим коллегой едва ли захотят. А вот экс-супруга, пожалуй, могла бы и сдать его властям, решись он сдуру набрать её номер. Если подумать, расстались они далеко не друзьями, к тому же она от его осуждения только выиграла, заполучив в свои жадные руки всё имущество, которое не удалось оттяпать при разводе. Она, надо полагать, пребывает сейчас в полном блаженстве, воображая всевозможные унижения, которым Грега наверняка подвергнет хозяин. Её точно не осчастливит новость, что ему повезло избежать самой худшей участи. — Он сказал: успокоить близких, — невесело усмехнулся Лестрейд, ещё раз пробежавшись взглядом по списку контактов и откладывая телефон в сторону. — Но, выходит, у меня нет близких. Никого, кто был бы рад услышать, что я в порядке. А может, он несправедлив к ним? Может, они бы как раз обрадовались… Ведь если подумать, еще вчера он не сомневался, что любой из его команды — настоящий друг, а Холмс потому и заполучил Грега в собственность, что желает использовать эту дружбу в своих грязных целях. Что же изменилось всего за одну ночь? Может, на него так повлияло, что он ошибся в самом Холмсе? Тот оказался нормальным человеком, хотя Лестрейд ни на минуту не верил в подобную возможность. И теперь он начал думать, что, должно быть, никогда не разбирался в людях, раз так просчитался? — К черту это! — Грег снова схватился за телефон. — Пока не попробуешь — не узнаешь, верно? В конце концов, у меня давно нет другой семьи, кроме моих ребят. Еще пару месяцев назад я доверял Салли прикрывать мою спину во время рейдов, почему же я теперь в ней сомневаюсь? И тем не менее, он зажмурился и задержал дыхание, прежде чем ткнуть пальцем в контакт, подписанный как Донован. «Может, она не возьмет трубку?» — малодушно подумал Лестрейд, слушая гудки. Но мгновением позже раздался легкий щелчок, и знакомый голос на том конце устало проговорил: — Детектив-инспектор Донован. Чем могу вам помочь? — Салли. — Голос Лестрейда сорвался от волнения. — Салли, это я. Только не произноси мое имя вслух, если рядом кто-то есть. — Гр… Грёбаный ад! — выдохнула она. — Ты откуда звонишь? — а потом понизила голос и прошептала: — Дай мне минуту, если можешь, добегу до женского туалета. Он слушал, как каблучки застучали по полу, и почти представлял ее, несущуюся по бывшему отделу и провожаемую удивленными взглядами. Через некоторое время хлопнула дверь, и Салли поспешно зашептала в трубку: — Шеф, ты где? Ты как? И как вышло, что ты смог позвонить? — Я… свистнул телефон из кармана здешней горничной, — соврал Грег, мысленно извиняясь перед Донован за то, что все же не готов ей до конца доверять. — Потом потру историю вызовов и положу на место, она ничего не заметит. Но часто мне такой фокус проворачивать не удастся. Я просто хотел сказать, что… всё не так плохо, как могло бы быть. Не волнуйся за меня и расскажи другим ребятам, кому будет интересно, что я в полном порядке. — Нам ведь даже не позволили узнать, кто тебя купил, — выдохнула она. — Что хоть за человек? Мы же не найдем через пару дней твой труп в парке, как было с той девчонкой? — Такого точно не случится, — успокоил ее Лестрейд. — Мой хозяин… короче, вы его знаете. Он… это старший брат Шерлока. — Холмс? — охнула она. — Тот самый сноб на дорогущей машине? — Да. — Грег прикрыл глаза, ругая себя за то, что не продумал разговор заранее. Что можно ей сказать, чтобы, с одной стороны, успокоить, а с другой — не подставить Холмса под удар. — На самом деле, это неплохо. Он слишком важная персона, и я вряд ли буду даже видеть его лично. Мне просто поручат какую-нибудь работу по дому. — Что-то мне не кажется, что братец фрика заслуживает доверия, — с сомнением проговорила Салли. — Дело в другом. — На сей раз Лестрейд мысленно попросил прощения у Холмса за то, что собирается сказать. — Я тоже ему не доверяю, но подумай сама: кто я и кто он? Он ведь, фактически, страной управляет, Шерлок мне много раз это говорил. Разве у него нет других забот, кроме как третировать какого-то бывшего полицейского? Да такая важная шишка через пару дней уже просто забудет, кто я такой. И это к лучшему! Все, чего я хочу — спокойно работать, пока мой срок не подойдет к концу. — Ну, а фрик? — Я даже не уверен, что Шерлок в курсе дел своего брата, — сознался Грег. — Но если заглянет к нему в гости, и если у меня будет возможность перекинуться с ним парой слов, то постараюсь передать вам весточку. И, знаешь что, Салли… не гоняйте его слишком рьяно. Нашему… точнее, теперь уже вашему отделу точно не повредит хорошая раскрываемость. Надо же как-то исправлять ущерб, который я вам нанес. Я знаю, как ты относишься к Шерлоку, но он полезен. — Ладно, не буду гонять, — с неохотой согласилась Донован. — Ради тебя. Ты прав, будет лучше, если старший Холмс забудет о твоем существовании, но что-то мне подсказывает, что обидь мы его братца-фрика — и он тут же вспомнит. — Может быть. — Лестрейд еще раз мысленно извинился перед Холмсом. В конце концов, разве не логично, что Салли подумала о том же, что совсем недавно не давало покоя ее бывшему начальству. — Прости, но мне пора. Я не буду больше звонить, чтобы не подставлять тебя. И себя тоже. Просто… удачи вам! С этими словами он сбросил вызов, не дожидаясь её ответа. И закрыл глаза, пытаясь дышать размеренно, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. Итак, как минимум один друг у него все-таки есть. Даже слишком много — в его-то положении. Подумав еще немного, он снова потянулся к телефону. Только на сей раз не стал звонить, а набрал сообщение: «Шерлок, тебе нужно навестить своего брата». «Кто это? SH» — пришел ответ спустя несколько минут. «Не спрашивай, просто приезжай в его поместье». «Что я забыл в доме этого зануды? SH». «Узнаешь, если приедешь». Ответа не последовало, и Грег задумался, вертя смартфон в руках. Похоже, старший брат не поставил младшего в известность о своих планах. Может, не стоило его звать? Кто знает, обрадуется ли Холмс визиту Шерлока, и к каким осложнениям в их и без того непростых отношениях может привести… эта ситуация? Нужно было подождать, дать возможность Холмсу самому рассказать… Но теперь уже ничего не поделаешь, будет то, что будет. Одного у Шерлока отнять нельзя — он любопытен. Помани его загадкой, полезет даже к черту в пекло. Так что, скорее всего, он уже в пути. Прикинув количество пробок в городе и примерное время, которое понадобится детективу, чтобы добраться до дома брата на такси, Лестрейд отключил телефон и отправился вниз, намереваясь выпить кофе. Благо Тесс показала ему, как включать кофемашину, и предложила пользоваться ей в любой момент, когда захочется. Однако, оказавшись на кухне, он понял, что планы меняются: рядом с чудом техники, на которое Грег возлагал свои надежды, стояла растрепанная и чуть не плачущая блондинка лет тридцати и отчаянно нажимала на все кнопки по очереди, в ответ на что аппарат лишь недовольно пищал, но даже не думал работать. — Добрый день. — Лестрейд снова включил свою фирменную улыбку, обычно заставляющую женщин таять. — У вас проблемы? — Ой! — в отличие от Тесс, эта дама явно не осталась равнодушной к обаянию бывшего инспектора и густо покраснела. — Здравствуйте. Вы Грег, да? А я Дейзи. — Вообще-то, — доверительно сообщил Лестрейд, прикасаясь к ошейнику, — у меня нет права на имя. Дейзи смутилась еще больше, и Грег отстраненно подумал, что зардевшиеся щечки делают ее невероятно милой. — Если честно, я вас ужасно боялась, — похлопав огромными голубыми глазами, призналась она. — Никогда раньше не видела настоящих убийц. Но Тесс говорит, что вы того парня и не убивали вовсе. И что вас осудили несправедливо. «Какая умница Тесс, — не без удовольствия подумал Лестрейд. — Похоже, я буду избавлен от необходимости пересказывать свою историю каждому, кого встречу в этом доме». — Не мне решать, справедливо или нет, — сдержанно сообщил он. — Но могу вам сказать одно: в отличие от вас, я в своей жизни видел очень много настоящих убийц. Я ловил их и сажал за решетку. Потому могу быть уверен — я не такой, как они. — Я верю, что вы не такой, — потупив взгляд, пробормотала она. — И я, если честно, очень хочу кофе. — Грег снова широко улыбнулся. — Что вы сделали с этой машиной, что она вас не слушается? — Я… — Дейзи вдруг всхлипнула. — Я не знаю. Это прямо наказание какое-то! Она постоянно ломается и, как назло, все время именно тогда, когда к ней подхожу я. Миссис Кимберли, наша экономка, в прошлый раз заявила, что если ей опять придется вызывать мастера по моей вине, она меня уволит. А я ведь правда ничего не делала, я даже дотронуться до неё еще не успела, когда она начала вот так пищать и мигать лампочками. И теперь из-за этой дурацкой штуки я останусь без работы! — Может, и нет. — Лестрейд аккуратно отодвинул плачущую женщину в сторону и склонился над закапризничавшей техникой. — Точно с такими я дел никогда не имел, но у нас в офисе кофемашина тоже вечно ломалась, и обычно мне удавалось ее починить. Так что прекратите плакать и быстренько принесите мне отвертку. И мы с вами исправим все так быстро, что никто даже не успеет заметить. Это оказалось не так и сложно. Минут пятнадцать спустя Грег закрутил последний винтик, смахнул со лба пот и ободряюще улыбнулся Дейзи, которая следила за его действиями, молитвенно стиснув руки. — Вот и все, — констатировал он. — При случае передайте вашей миссис Кимберли, что это не вас надо уволить, а мастера, который занимается обслуживанием этой машины. Он там внутри такого наворотил с проводами, как будто бомбу пытался собрать. Я, право, удивлен, что она только ломалась вместо того, чтобы взорваться. — Вы мой спаситель. — Дейзи, отчаянно краснея, поцеловала его в щеку. Грег уже собрался галантно приложиться к ее ручке, как от дверей раздался возмущенный возглас: — Лестрейд? Какого черта ты здесь делаешь? — И тебе добрый день, Шерлок. — Грег выпустил руку Дейзи и повернулся к детективу. — Давай пройдем куда-нибудь, где можно спокойно поговорить. — Я спросил, какого черта ты делаешь в доме моего брата, — угрожающе прошипел Шерлок, схватив его за руку и стремительно волоча куда-то по длинному коридору, увешанному портретами. — А где же мне быть, — с неменьшим раздражением парировал Лестрейд, — как не в доме человека, который меня купил на аукционе? Услышав это, младший Холмс замер и посмотрел на него, как на ненормального. — Купил? — чуть брезгливо проговорил он. — Тебя? — Именно так. — Грег пожал плечами, стараясь не показать, что задет его реакцией. — И поверь мне, Шерлок, я его об этом не просил. Но, может быть, просил ты? — Рехнулся? — Детектив скривил губы. — Слушай, Лестрейд… я все-таки считаю тебя другом, несмотря на отсутствие мозгов. По-твоему, я пожелал бы тебе такой участи — попасть в лапы моего братца? — А он сказал, ты просил его мне помочь, — сообщил Грег. — Но у него не хватило влияния, чтобы справиться с лордом Хейманом, поэтому единственное, что он смог — избавить меня от повторения судьбы Синтии Хокс. Я ведь тоже мог оказаться в руках кого-то, вроде Вейна. — Думаешь, Майкрофт чем-то лучше? — Шерлок презрительно улыбнулся. — Ну-ну… даже интересно, что он тебе наплел, чтобы запудрить мозги и скрыть свои истинные намерения. Я тебе одно скажу, Лестрейд: этот дом — худшее место, в какое ты мог попасть. — Это еще почему? — Грег ощутил, как все волоски на теле встали дыбом от ужаса, вызванного этими словами. А потом напомнил себе про браслет, спрятанный под подушкой в спальне, и изрядно разозлился на Шерлока. — Ну разумеется, ничего нового! Ты снова будешь твердить, что твой брат — вселенское зло? Говоришь, он не лучше Вейна? Тогда посмотри мне в глаза и скажи: ты всерьез считаешь, что Майкрофт Холмс будет избивать меня, резать ножом и тушить о меня сигареты? Или позволит толпе своих друзей меня изнасиловать? — Насчет толпы — точно нет. — Детектив поморщился. — И телесных повреждений можешь не опасаться. Моего брата, насколько я знаю, насилие в постели не заводит. — В каком смысле — в постели? — нехорошим голосом уточнил Лестрейд. — Ты совсем дурак? — раздраженно фыркнул Шерлок. — В смысле секса, разумеется. Майкрофт предпочитает мужчин, и, насколько я знаю, ты всегда казался ему очень лакомым кусочком. Правда, совершенно недоступным. Но что помешает ему получить тебя теперь? — Возможно то, что я предпочитаю женщин? — Грег с трудом сдержал гримасу отвращения из-за того, что его обозвали «лакомым кусочком». Гадость какая! — И у него, конечно, нет никакого способа тебя заставить? — глумливо усмехнулся детектив. «Я же не могу рассказать, что Холмс отдал мне браслет, — огорченно подумал Лестрейд. — Что, может, у него и был способ меня заставить, но он сам отказался от него. Шерлок попросту не выносит своего брата, потому и говорит все эти гадости». — Ладно, ты свое мнение высказал, и я принял его к сведению, — сухо проговорил он. — Но позвал я тебя не за этим. Я хотел тебе сказать, что даже без меня Скотланд-Ярд будет рад твоей помощи. Теперь ты просто будешь работать с Донован. — И она на это согласилась? — Детектив удивленно приподнял брови. — Ушам своим не верю. — Верь чему хочешь, но Салли не дурочка. — Лестрейд поджал губы. — Она может сколько угодно не любить тебя лично, но теперь, когда займет мое место во главе отдела, будет, как и я, ставить поимку преступника выше собственных эмоций. Сказав это, он с удивлением осмотрелся, только сейчас замечая, насколько запущенной выглядит комната, в которую притащил его Шерлок. Даже трудно себе представить, что в этом сияющем чистотой доме может быть нечто подобное. — А где это мы? — Моя спальня, — пояснил Холмс. — Бывшая, разумеется. Годы назад я согласился, на свою беду, временно пожить в этом доме. У меня были проблемы… разного рода. — С наркотиками, — елейным тоном подсказал Грег. — Скорее, с долгами, — неохотно признался Шерлок. — Это было еще до знакомства с тобой, я влип в одну авантюру и в итоге попал на крупную сумму. За мной охотились очень серьезные люди, собираясь убить, и тогда я обратился за помощью к брату. А он поставил условие: я переезжаю к нему и прохожу курс лечения, тогда он выплатит мои долги. Выбора не было, пришлось соглашаться. Я провел здесь полгода и возненавидел этот дом всей душой. Тогда я дал себе слово, что скорее сдохну под мостом, чем еще раз поселюсь здесь. Он тряхнул головой, прогоняя воспоминания, и с ухмылкой добавил: — Но пока я тут жил, поколдовал немного над замком. Теперь никто не может его открыть, кроме меня. Братец, наверное, справился бы, изрядно повозившись, но, судя по всему, он не намерен этого делать. В его доме и без того хватает комнат. — Слушай, Шерлок. — Лестрейд закусил губу. — Можешь пообещать мне кое-что? Пожалуйста, не ссорься с братом из-за меня. — Я вообще не собираюсь с ним встречаться! — безапелляционно заявил детектив. — А вот тут ты ошибаешься, брат мой, — в дверь с каменным лицом заглянул старший Холмс. — Избежать встречи со мной у тебя уже не получится. Прислуга сообщила о твоем приходе и я, разумеется, сразу понял, где тебя искать. Он обвел взглядом захламленное, покрытое бахромой пыли помещение, и скривился. — Бог ты мой! Следовало давно вызвать слесаря и вскрыть этот замок. — Но ты этого не сделал, — довольно подчеркнул Шерлок. — Интересно, почему? Неужели научился уважать мою частную жизнь? Нет, не верю! И не мог же ты надеяться, что я сюда когда-нибудь вернусь! — Да просто руки не дошли. — Майкрофт неискренне улыбнулся. — Но раз уж ты появился и открыл дверь сам, может, позволишь мне пригласить сюда прислугу? Или эта пыль в твоих глазах представляет научную ценность? — Вовсе нет. — Младший брат равнодушно пожал плечами. — Зови кого хочешь, если не боишься истерик из-за того, что они могут найти тут во время уборки. — Я мог бы взять это на себя, — примирительно проговорил Грег. — Меня сложно чем-либо довести до истерики. — Вы и без того уже сегодня отличились, если я верно истолковал восхищенные вздохи горничных. — Голос старшего Холмса потеплел. — Я же просил вас отдохнуть несколько дней. Но вам, как я вижу, не сидится без дела. — Да я просто кофе хотел. — Лестрейд развел руками. — А кофемашина сломалась. И та женщина, Дейзи, плакала, говоря, что ее за это уволят. Ну, вот я и… — Так, с вами все ясно. — Шерлок изобразил крайнее отвращение. — Я пошел отсюда. А то меня, того и гляди, стошнит. — Никуда ты не пойдешь, пока не выслушаешь меня, — отрезал Майкрофт. От тепла в его голосе не осталось и следа. — И вы тоже, Грегори. То, что я собираюсь сказать, касается вас обоих. Давайте только покинем эту свалку токсичных отходов и переберемся в мой кабинет.