Эksпеriмеnт

Я стояла и ждала, используя стол учителя как свою опору. Если Эл настигнет меня сейчас с вопросами – я буду знать, что ей ответить. Ведь все самое сладенькое я решила оставить на потом… Какого же было мое удивление, когда ситуация резко развернулась иным боком, и обстановка изменилась кардинально, руша все планы одним единственным, но достаточно «громким» явлением Наруки. Так, короче! – сходу начал парень, шумно поставив на ближайшую парту поднос с кексами. – Пожалуйста, обратите все на меня внимание! Я хочу отстреляться со своей частью прямо сейчас, чтобы больше не париться… Паренек реально шокировал всех. Спешно прошагал к центральной парте класса и бесцеремонно шлепнул лист со своим стихотворением, будто бы давая понять, что «вот он, он здесь есть». А потом поднял строки на уровень глаз и прокашлявшись, не дожидаясь ничьей реакции – начал чтение. Моя новая жизнь С приходом твоим в моей жизни возникла тьма красок и поле ярких цветов Под лучами твоими душа моя от радости искрится Это моя новая жизнь Хранится ныне все ценное, что было у меня – рядом с тобой Там и манга, мои мысли, стихотворения… Все фантазии и мечты, что ожидают своего осуществления Это моя новая жизнь И все мои страхи знаешь ты Как знаю я все твои секреты Иногда я боюсь, что хрупка наша дверь Что снесет ее чей-то сильный удар и с петель Но это все еще моя новая жизнь К ночи, вечером, когда я засыпаю – терзают страхи меня Я в постели лежу, но думы терзают, дверь с петель вынести норовя Я кричу. Я терзаюсь. И верю. Хотя не готов… Это МОЯ новая жизнь И мой страх не стихает Я скалой закрываюсь Я боюсь глаза взор ощутить. Я боюсь… И я заперт в свою новую жизнь Ни с кем не могу поделиться я своей жизни новой моментом Что не тронь, чего не возьмись – все приходиться держать под тайны брезентом Мне нужно спросить тебя, чтоб сказать Чтобы на нас с тобой беду мне не призвать… Не поделиться своей жизнью мне. Покуда не хочу я сгореть во огне Но это все еще моя новая жизнь И я счастлив, что обрел в ней место Я знаю, я верю, настанет момент, ожидание принесет последствия… И рано ли, поздно – отворится дверь И мир увидит мою новую жизнь Я… аж в осадок выпала, когда он закончил. Да, это просто без слов. Столь простенькое и незамысловатое, любительское стихотворение, но несущее такой жуткий и колоссальный смысл. Я просто хотела надеяться, что оно не заинтересует Эл, не натолкнет ее ни на какие странные подозрения. Эх-х… бедный Наруки. Даже и представить не могу, насколько ему наверное тяжело выполнять ту работу, которую я на него взвалила, уйдя в тень. Все! – выпалил Ни, прерывая мои думы. – Можете теперь переписывать его своими красивыми почерками сколько душе угодно. Я закончил. Сатори и Монико стояли, пораскрыв рты. И воспользовавшись всеобщей дезориентацией – голову внезапно начал поднимать уже Юки. Вот уж неожиданность-то… Т-тогда! – да, парень действительно решился и заговорил. Было видно как он сгорает от нетерпения что-то срочно и непременно сделать. – Моя очередь! Подождите-подождите! – высказался Монико. – Аха-ха! Давайте для начала с приготовлениями закончим, ладно? Наруки конечно всех огорошил, но давайте действовать последовательно, хорошо? Эй! – тут же встрял Сатори, наблюдая, как у него перенимают эстафету. – Не говори так, как будто ты президент, приятель! Это вообще-то моя теперь работа… Да ты что? – захихикал Монико. – Давай-ка лучше оформлением занимайся и скажи мне спасибо, что спас ситуацию. Президент! Эхе-хе… – мой парень невольно расплылся в улыбке и потупил взор. Полемика была подавлена в зародыше, и даже Юки удалось угомонить. Интересно, это в принципе не могло выйти специально? Да уж, ребята… – подала вдруг голос Эл. – Я завидую. Ведь все вы такие творческие и талантливые, тогда как у меня при себе всего одно общеизвестное стихотворение и то, написанное с помощью Киры черт пойми когда. Я безнадежна… Это было так странно и внезапно депрессивно, что все снова внезапно умолкли, прекратив свою деятельность. Никто из нас не решался и слова вымолвить, у всех наверное было ощущение, будто каждый из нас сделал что-то отчасти не очень правильное во всей этой истории со стихами и фестивалем, выставив участницу клуба белой вороной. Ты… абсолютно ни в чем, ни в чем не виновата! – тут же излила я, натягивая на свое лицо улыбку, от чего мне уже самой стало не по себе. – Э-эл. Ты дико талантливая, просто в другом. Ты абсолютно творческая, и это вне всяких сомнений. Стихи? Да кому они дались, эти стихи. Не суть важно что ты творишь, нет каких-то единых стандартов. Главное, чтобы тебе нравилось делать то, что ты делаешь. Вот что действительно важно. Пусть пишут стихи те, кто лучше всего это умеют. А мы с тобой займемся чем-нибудь еще. Аха-ха! Мне начинало казаться, что на глаза Эл наворачиваются редкие слезы. Парни сидели, раскрыв рты. Слезы, серьезно? Ну нет… думаю, мне это просто кажется из-за фиолетового полумрака освещения комнаты. Понимая, что никто в клубе девушку не поддержит, причем по самым разным причинам – я приняла решение сделать это сама и сдвинулась с места. Быстрым шагом я настигла свою подругу, прежде чем мои руки заключили ее в крепкие, но нежные объятия. Хорошая моя… – наконец, я удосужилась прошептать ей на ухо. – Я не знаю, чего это ты вдруг так распереживалась, но хочу, чтобы ты знала. Я с тобой. Эл, ты не одна! – вдруг поддержал нас Сатори, излившись голосом, который настиг меня сзади, издалека. Ха-хах! Ну ты чего, Эл?? – донесся уже голос Монико. Даже он догадался не быть засранцем несмотря на все то, что с ним сделали. – Мы все тебя любим и не считаем лишней! Наруки и Юки же отмолчались. Ну и ладно. Все равно не могла себе представить, чтобы эти двое хоть раз бы сказали что-нибудь дельное. Ну так? – мой шепот издал удивленный акцент. – Чего это ты распереживалась все-таки? Поведаешь лучшей подруге?? Просто… – девушка горько усмехнулась мне в плечо. – Я тут внезапно поняла, насколько мне было хорошо с тобой, когда мы работали вместе, когда искали «Киру». Знаешь? Ведь каждая история имеет свой конец и не важно, счастливым он будет или нет. Мы… однажды мы просто завершим наше расследование и тогда. Тогда все просто вернется на круги своя, верно? Ты вернешься в свой мир, а я останусь в своем. И мы больше никогда не будем проводить время друг с другом как раньше. Эл… – я буквально не находила слов. Это твое место, Кира, – говорила она, даже не дав мне что-либо сказать. – Этот клуб и литература. Это твое, и это твои люди. Я здесь чужая, и у тебя отличная жизнь и даже самый замечательный парень из всех, каких только можно желать. И мне грустно от этого, потому что. Ты оказалась именно тем человеком, который бы мог стать моей жизнью. Кира… Эй-эй… – мои руки начали гладить ее спину. И чего это она вообще так? Я не понимала. – Хорошая моя, ну ты что. Все абсолютно точно будет в порядке. Мы – подруги. Лучшие. Мы будем общаться, будем встречаться. Я буду помогать тебе во всем, чего ты только пожелаешь, моя дорогая милая Эл… Не надо этого, – тихо и четко выговорила девушка. – Не нужно, Кира. Потому что я знаю как все закончится в итоге. Это не будет как раньше. Наверное… я просто эгоистичная девчонка и требую невозможного. Не желая тебя ни с кем делить. Не желая делить тебя с твой старой жизнью. Эл, я… – все, это был конец. Что еще за яндэрные замашки на мою жизнь? Нет-нет-нет, плохо дело разворачивается, очень плохо. Нужно было что-то решать, и оттого я на секунду залезла в разум своего парня, попросив о помощи. Но не его самого, нет. Это бы только расстроило Эл еще больше, готова поспорить. Я лишь попросила заставить Монико поучаствовать и что-нибудь придумать, отвлекая всеобщее внимание. Ребята-ребята!! – агитировал бывший президент литературного клуба. – Эй-эй! Я думаю, что все приготовления наконец подошли к концу! Давайте читать стихи, пока кексы не остыли! Аха-ха! Мы с Эл отвлеклись, Сатори подошел к нам и взял мою руку, встав рядом. Монико готовился читать свои стихи… Дыра во сне Но… Смотрела здесь она не на меня Запутавшись, в отчаянии пытался оглядеть я всех подле себя Ослепший, не различаю цветов. А она? Она тоже как я, без оков! Знаю отныне, есть надежда встретить других в этой мира комнате Но что они пытаются кому-то из нас сказать? Начнут ли заветные строки на плоских бумаги листах они тоже, как я писать? Я не знаю, и сил моих более нет, чтобы это понять… Я в оковах отныне незримых. Мой мир начинает сужаться Плохой была идея мне с прошлой Осью расставаться Вырвана из сердца моего радость любви… Воздух вдыхаемый мной не доходит до моей груди Я в ужасе мечусь по сторонам, осознав, что угодил в капкан Ищу выход… Надеясь, что он где-то там И страхи отбросив, я напишу свой последний поэзии план Они хотели явить Бога в мир Девочка, которая может стать Богом, они дали создать ей свой собственный мир Коль будет она одинока – поймайте ей друга, что сделает много людей Коль станет она вдруг свой мир разрушать – возьмите ребро из нее и создайте того, кто возьмет ее боль, заставив все забывать Коль уж миром не сможет она управлять – поймайте того ей, кто сможет В конвергенции плоти. В скреплении тел – будет найдена выхода радость И только затем лишь внесен ей должен утешения долгожданный штрих И закончив, он поклонился нам, а в голове моей разразился шквал бурных аплодисментов, которые были подхвачены в реальности. Стихи не из этого мира, то, как лишь один Монико способен это сказать… *** Настал конец нашего мероприятия. Эх-х, как жаль. Атмосфера, созданная Юки и кексы Наруки невероятно скрашивали наш вечер до самого конца. Мы просто сидели и общались, шикарно проводя время, хоть больше никто стихи почему-то и не зачитывал, в том числе и я. Забавно, но рвавшийся ранее больше всех Юки вдруг отказался читать и передумал, заявив, что там все плохо. Следом отказалась и Эл, объясняя это тем, что ее стих старый, а так же наполовину моего авторства. Все, что я могла – это не выпендриваться и поддержать отказом со своей стороны, а там уже и Сатори подтянулся. В итоге, мы решили впятером прогуляться по школьному двору, дабы оценить проходящий фестиваль во всей его красе. Лишь я, Эл, Сатори, Юки, Наруки и Монико. Темнело. Я решилась пойти на судьбоносный шаг, начав невероятно опасный разговор, который мог привести к бог знает каким последствиям. Для этого мне пришлось собрать всю свою волю в кулак и попросить Эл слегка замедлить ход, чтобы мы могли поговорить относительно наедине, плетясь позади основной группы ребят. Ты хотела меня видеть, Кира? – говорила моя подруга, с удовольствием ответив взаимностью на мое решение. Да, Эл, хотела… – мрачно произнесли мои губы. – Я… хотела кое-что сказать. Что-то важное. Тогда я должна тебя внимательно выслушать, моя подруга, – кивнула в доброжелательном жесте она, явно готовая к любому развитию событий. – Расскажи мне, что ты хочешь, чтобы я выслушала. Монико… – коротко произнесла я, готовясь. – Я хочу поговорить с ним наедине сейчас. Знаешь? Я долго думала сегодня и вообще наблюдала… думаю. Я думаю, у нас так ничего не получится. И потому я решила, а что если он раскроется, когда мы окажемся наедине? А что если… ты была права? Я. Н-наверное прозвучит странно и вообще, ты это не озвучивала, но. Думаю, это очевидно, что ты подозреваешь не только его. И я сама неоднократно задумывалась над тем, чем могла быть «Кирой», собственной персоной. Меня воротит… тошнит от этих мыслей, но что если это действительно было? Что, если ЭТО происходило со мной? Именно потому я хочу узнать. Антихрист покажет себя, когда мы сделаем это. Даже если я на самом деле была «Кирой»… ведь ты точно задумывалась об этом, но так же как и я – не хотела в это верить. Давай уроем его. Выведем на чистую воду. Я возьму Монико на личный разговор, в клуб, а ты свяжись с кем-нибудь из наших на подхвате и попроси притаиться рядом, чтобы все подслушали. Ну а там уже будь как будет. Если вдруг мной овладеет какая-то злая сила – я отвечу по заслугам. И Монико ответит, если таковое произойдет с ним. Без слов, Эл крепко схватила меня за руку и пронзительно уставилась в мои глаза, будто бы прося не делать того, что я собралась. Но она не могла противиться здравому смыслу. Мы обязаны были раскрыть личину этого Антихриста и лучшего способа просто не было. Пора действовать. Мы не должны быть малодушными, и Эл это прекрасно понимала. А потому, мой путь казался предрешенным, и лишь надежда на лучшее, на действительно светлый исход – могла продолжать теплиться в сердце моей подруги тусклой лучиной. . . . Мы с Монико вернулись в заранее подготовленную клубную комнату. Парень был готов к какому-то сверхинтересному развитию событий, но этому не суждено было случиться из-за слежки со стороны Соичиро и камер, которыми была оборудована вся комната. Решила повеселиться в конце фестиваля, любовь моя? – игривенько начал он, обнимая меня за талию. – Захотела побыть внезапно плохой девочкой?? Руки, Мон-Мон!! – яростно выпалила я, одергивая его. Не хватало еще, чтобы отец моего парня посчитал меня легкомысленной девушкой. Ну вот опять… – понуро отвечал Монико, но оно было и понятно, вся эта реакция. У меня к тебе серьезный разговор, приятель, – грубо излагали мои губы. – Так что попридержи-ка коней, хорошо? Ла-адно! – подаваясь в отрицание излил он. – Будь по-твоему, хорошо. О чем тогда поговорим, о моя спасительница? Антихрист, Монико… – твердо сползло с моих губ. – Тебе что-нибудь известно об этом? Говорит о чем-нибудь? Э-э… К-кира?? – парень был в явном шоке от моих вопросов. Главное на смех не сорваться. Пожалуйста, задумайся, как следует… – более строго молвила я. Д-дорогая, я, – бедолага аж зашелся в тяжелом дыхании. – К-какой еще Антихрист?? Подумай, пожалуйста… – настаивала я, чуть было не расхохотавшись. – Его имя. Ты мог быть с ним знаком, понимаешь? Тебе стоит забыть все об именах. Забыть про имена и вспомнить про Антихриста! А-а? – этот тупой дурак до последнего не понимал. – А-а!! Ох-х… л-любовь моя, я. Ну? Я надеюсь ты все понял, – наконец-то, сейчас я. – Говори, ты явно что-то знаешь об Антихристе, от меня не может быть тайн. М-м… понятно, – парень неловко почесал свой затылок, на его лице даже выступила капля пота. – Но знаешь? Тут такое дело. Так-так-так… – я готовилась услышать его реакцию. Да-да-да, я его забыл, прости-и! – ч-черт, он действительно это сказал. – Прошу, Кира, прости-прости-прости! Ты идиот, Монико, – зло прошипели мои уста. – Ты нихрена не понял! Да что ты такое говоришь! – этот даун еще смел обижаться на меня. – Я же так старался! Я же все рад… Мне пришлось буквально заткнуть ему рот, пока он не разболтал все к чертям. Придурок, – жестоко молвила я. – Но ничего. Я знаю, что Антихрист все равно рано или поздно на тебя выйдет и все тебе поведает. Ты же не хочешь в тюрьму снова, да? Я не боюсь тебя, как и твоего бога. Ты не будешь делать ничего криминального, а потом Он заплатит за все эти убийства… Т-ты говоришь странно… – еще более испуганно молвил этот бедолага. – К-кира, ты пугаешь меня! Ты знаешь, что тебе НЕ нужно делать, я уверена, – это был уже в буквальном смысле намек от меня. – Ты НЕ будешь искать ничего. Бойся, мы будем следить за тобой. Ты слышишь меня, Антихрист!? Я слово даю, что с ним у тебя ничего не выйдет. Выходи, ты проиграл! Л-ладно, ты спятила, любимая… – Монико аж отшатнулся и громко сглотнул подступившую к горлу слюну. – Но я все равно тебя люблю! Помни, что ты не должен ничего делать, дурак, – говорила я, игнорируя все эти бредни. Господин Ягами слушал все это! Бесит. – Ты меня хорошо понял? Ты не будешь ничего делать и все забудешь. А потом мы найдем Антихриста. Я-я т-тебя понял, Кира… – наконец согласился он. Пошел… – я буквально выплюнула свое требование, от чего парень зашевелил своими ногами, направляясь к выходу. Я планировала сделать то же самое, господин Ягами все равно расскажет Эл нужные сведения, и я все подтвержу, объяснив, что план не задался. Злило только то, что теперь я могла лично узнать все необходимые имена, но никакого толка от этого мне именно сейчас не было. Мы шли на выход. Все было хорошо… Однако, всем нашим планам внезапно грубо помешали. Кое-кто пришел в наш клуб. Кое-кто, кого я ожидала здесь увидеть в самую последнюю очередь. П-погодите… м-минутку!! – в клубную комнату ворвался Юки собственной персоной, изливая на нашу с Монико голову какой-то словесный бред. – Это еще что значит!? Т-ты значит с ним изменяешь Сатори!? А как же я! М-мы же собирались быть вместе!! Вместе!? – Монико был в шоке как от появления парня, так и от его слов. – Это еще что значит, Кира!? Как это вместе!? С Юки!? Ты же говорила, что! Что вы оба, блядь, несете… – сквозь зубы, зло прошипела я. – Вы ребятки совсем, да? Окончательно спятили? Хотя, с тобой-то, Монико все и так понятно, ты пожалуйста просто помолчи и сиди смирно. А вот ты, Юки. Ты вообще какого черта сюда приперся? Я-я не хочу чтобы ты была с этим парнем! – в тихой истерике простонал Юки, замотав головой. – М-мы же разговаривали с тобой, обсуждали, что будем встречаться, разговаривая образами! Боже! – Монико стиснул зубы и сжал руки в кулаки со всей силы, от полного непонимания дурацкой ситуации. – Я-то думал. Аха-ха! Да уж. Но ты, приятель, похоже здесь самый тупой. Уж прости. Да заткни!! – Юки не дали договорить. Я не дала. Хватит! – мои уста разразились злобой. – Немедленно прекратили оба!! Все тут же успокоились и растерянно посмотрели на меня, ожидая каких-нибудь объяснений. Бедный господин Ягами подслушивал за всем и точно будет думать обо мне плохо. Пойдем, Кира! – радостно заговорил Юки, прерывая слова, которые я должна была сказать, чтобы разрядить ситуацию. – Пойдем же скорее! Монико поднял на парня ненавистный взгляд. Я хорошо понимала президента, так как темноволосик похоже окончательно спятил ко всем хуям. Уж простите, но я не могла выражаться иначе и меня дико бесил весь этот бред. Юки! – не в силах сдерживаться, воскликнула я. – Сходи, пожалуйста, погуляй… Оставь его… – махнул рукой Монико, переводя свой грозный взор на меня. – Пойдем лучше займемся делами. Я понял, что ты хочешь от меня, и я тебя не подведу. У-ум, так вот оно в чем дело! – Юки оборвал нас на выходе, загородив проход своим телом. – Ах-аха! Я просто понял теперь, что это соревнование. Действительно! Побеждает сильнейший! Юки… – Монико вновь окинул парня ненавистным взглядом. – Ну ты и урод. Знаю этот прикол, что ты меня не помнишь, но. Уж поверь. Если она и захочет с кем-то уйти, это точно будешь не ты. Юки внезапно полностью потерял былой задор. Его глаза странно изменились и начали бегать. Что-то похожее на наваждение овладело парнем, но я поняла это слишком поздно. Монико… – в припадке расхохотался этот больной. – Поверить не могу, насколько ты на самом деле лживый и самовлюбленный! Говоришь мне такое, да? А сам, всякий раз пытаешься отнять у меня Киру, когда хоть в чем-то не участвуешь. Скажи мне. Ты ревнуешь? У тебя крыша поехала? Ты с ума сошел? Или может, ты ненавидишь себя так сильно, что проецируешь свои грязные жалкие недостатки на других людей? Скажи, тебе не надоело? Всех заебали твои игры и попытки сделать из чего угодно спектакль. Просто… хах! Знаешь что? Я действительно могу кое-что посоветовать. Скажи, ты никогда не задумывался о самоубийстве? Думаю, это действительно пошло бы на пользу твоей психике! Монико аж дрогнул от разразившихся в его сторону слов, отшатнулся. Да куда там… даже я была в полном шоке. Ч-что он только что? Сказал? Серьезно? К-какого хрена Юки говорил сейчас так, как будто бы… Ю-юки, т-ты меня пугаешь… – говорила уже я, понимая, что этот парень излагал вещи, о которых просто не должен был знать. Не должен был иметь ни малейшего представления. Заткнись! А-а!! З-затнись ты!! – Юки не оставил мне ни единого шанса, хоть его слова и обращались будто бы в пустоту, а не в мой адрес. – Ну а теперь ты, – он перевел взгляд на Монико. – Что ты сделаешь? Что ты задрожал? Как будто бы ты действительно можешь что-то сделать. Знаешь, Монико? Ты действительно жалкий. Ты такой слабый. Все что ты есть – это лишь маска, за которой прячется самое настоящее пустое место. Вот зачем тебе нужна моя Кира. Отбирая у меня ее всякий раз, вы с Сатори чувствуете себя лучше. Вы недостойны ее! Вы оба просто ничто! Знаешь? Хотел бы я… хоть на секунду представить. Ну? Какого это быть таким… физически бессмысленным. Как ты. Внезапно кулак Монико врезал Юки прямо по лицу. Меня аж одернудо. Что это было? Я чуть не упала, чуть не врезалась в парту. Боже! Ах-аха! – Юки… этот психопат упорно поднимался на ноги. Я видела как Монико испугался от содеянного. – Это и все что ты можешь? М-монико… ты действительно пустое при пустое место. Выправившись, Юки словно в припадке схватил президента литературного клуба за грудки и с нечеловеческим, пробирающим до костей ревом, повалил его на парту рядом, принимаясь жестоко душить. Это не твое!!! – не своим голосом рычал Юки, удушая парня прямо на столе. – Я умнее тебя! Талантливее! Лучше! Сильнее! Чувственнее! Ты просто ничтожество! Ты ничто! Ты пустое место! Просто сдохни! СДОХНИ!!! Я просто наблюдала. Меня как будто захлестнуло ужасом от осознания всего увиденного безумия. Мой взгляд приковало к сцене этого насилия. Монико погибал, это точно. Не знаю, почему я ничего не сделала, не знаю, что бы в итоге случилось, но в ситуацию вмешался господин Ягами, схватив сумасшедшего парня сзади, скрутив при помощи специального полицейского приема. Лежать, я сказал! – строго закричал Соичиро, надавливая парню коленом прямо в шею. – Не дергайся мне тут! Лежи смирно! Я словно очнулась, поняв, что теперь все позади. Мой взгляд был прикован к Юки, но теперь он оказался свободен и метнулся в сторону Монико. Я… заметила, что шея бедного президента была отчего-то вся в крови. Это кровь Юки из открывшихся порезов или кровь Монико? Понятия не имею, да и вряд мне хоть сколько-то получится узнать. Президент литературного клуба в ужасе поднялся на ноги и заливаясь надсадным страшным кашлем – пулей вылетел за дверь. Не дергайся, я сказал! – продолжал приказывать Соичиро, удерживая психопата. – Кира! Позови помощь! Скорее! А тебя я вообще сожру живьем, если не отпустишь меня… – маниакально произнес Юки, угрожая господину Ягами. Ч-что с тобой стало! – не в силах верить в происходящее говорила я, прежде чем развернуться к выходу. Убирайся! Вон! – закричал мне в след Соичиро, заставляя меня в спешке выйти за дверь. Господи, Юки… – это и все что мне удалось сказать, когда я уходила, когда зашагала по коридору, надеясь хоть кого-то найти …однако, меня остановил внезапный звук громкого и сильного удара А потом Юки вышел из клуба, зашагав прямо ко мне навстречу. Наконец-то… – в предвкушении, восторженно прошептал он. – Наконец! Боже… – я все еще была в шоке. Слова так и вылетали наружу, а судьба господина Ягами поплыла перед глазами самыми ужасными красками. Кира! – юноша кинулся на меня и буквально повалил на пол коридора, заключив в болезненно-крепкие объятья. – Нет нужды более встречаться с Сатори! Нет нужды жалеть Монико! Мы можем проводить время вместе. Всегда. Навсегда! Ю-юки!! – я еле смогла выговорить. Мою грудную клетку будто сжали тиски. Кира… – сумасшедший чуть отпустил хватку и нежно провел дрожащей рукой по моей щеке. – Моя милая. Моя возлюбленная. Ты должна знать, что я… что я безумно в тебя влюблен! Раньше я пытался сопротивляться этому наваждению, но теперь меня все это просто не волнует! Зная, что сказал Монико, что сделал Сатори, забрав тебя себе. Я не смог. Не захотел мириться с этим. Ты моя! Только моя. Я заберу тебя. Заберу и! О-ох, К-кира… наверное, я звучу слишком странно, но мне правда все равно. Я знаю, что ты все поймешь. Все-е-е! Поэтому меня не волнует что случится. Меня не волнуют последствия! Все что я хочу – это быть с тобой. Мы можем уехать! Так даже лучше! Больше никогда ничего не услышим об этом вездесущем Монико, ни говоря уже о глупом Сатори. Лишь ты. Лишь я. Кира. Я хочу, чтобы ты прочла мое стихотворение. Я писал его твоей ручкой сразу после того, как закончил резать себя ей! Т-твоей р-ручкой. Хочу, чтобы ты сделала это прямо сейчас! Тогда уже не будет никаких сомнений. Ни в чем! И он вложил мне в руки лист. Буквально втолкал мне его. Что я должна там увидеть, кроме полнейшего безумия? Я не знала. И я выполнила его просьбу, не имея ни малейшего желания перечить. Сетчатый Канифас Слепозрения Бензол реагировал на шампанское, будоража ее Икши Эпизодические! Биметаллические! Норадреналиновые Мибуллы! Доверительная компьютерная похоть Неустойчивые трюки расщелины постельных принадлежностей… Инконгруэнтный Хэллет, энтропия и песочные часы… Юго-восток, оофорон сгущенный Ленточная кольчатая кольпоскопическая декомпиляция Изотропные моносинаптические изогнутые стоны… Энтероценоз Озабоченность Ипподром наружу! Ондуляторы! Метатезирование! Сумасшедший физиостигмин государственного устройства! Нежная несовестимость… Доверие! Мансифты! Дарсис! Аэробный реитбокс… Неудобные расширители Моносинхромия Уместное загрязнение… Остроумная дезориентация Извращенные сепаратистские славянские каракули! Скотчатый стингер, желатин… Концепты концепций синхрофазотрона… Контробласты Числительные… Прагматизириущая укоризненность наноконвертации ныне деформируется открывающей триангуляцией… Дисперсия Дефрагментация! Пастингулические алименты Секофенция сероконвертин! Янтрас! Детерминизм по всей фазе Таймшерсы… Путешествие по извилинам фаталистического мышления Лабибентный блуждающий конфликт перманентной диссоциации! Фонетизация самых красивых гипоакустических туфель цепной склеромаляции… Капризы страстной аберрации Раскаяние Лепестки психопатии терминальной фазы шизофрении Гемолизированное наведение тетрагеометрических сплетений Периферийные конвейеры… Диатамичность Погашение обмана Ионы Доминирует робкое неумолимое переустройство неизбежного! Удаление ионных гипердвигателей из подпространства… Эпилепсия, дуальность Дихотомия, облачение Воспламенение скомпилированных симуляций! Апокриф… Муниципалитет! Посылки выкапывают суперструнные связи Темнота! Свежая кровь. Жидкая кровь. Сладкая, сочная, милая кровь… Я наношу порез один за другим, окрашивая тело забавными узорами Моя страсть непреодолима, желания бьют через край, заглушая разум Дыхание учащается, сердце стучит Гладкая поверхность на моем шкафу отражает расширение зрачка Мои видения не прекращаются… Я так желаю вогнать нож в свою мягкую сочную плоть Насиловать клинком свое свербящее от изнеможения тело Войти во врата органичного хаоса, доведя себя до пика всепрозрения. Одна мысль об этом заставляет мои руки дергаться, словно в лихорадочном припадке Мое тело не слушает меня. Мой разум не слушает меня Когда видения овладевают мной, мой разум покидает меня… Мой лоб болит. Моя голова болит. Я совершенно на нее… не похож! Абсолютно не похож… Не мог же я всерьез помыслить обо всех этих странных желаниях? Мое желание – ошибка Ненатуральная страсть переполняет каждую клеточку моего хрупкого зрелого организма Мне становится больно. Это не мог быть я. Мои глаза изменяются Ее третий глаз видит меня… Икшы Мибуллы Теноры Хэллет Оофорон Физиостигмин Баргусты Сурроксинги Контробласты Таймшерсы Коллинг Игееуки Янтрас Я не понимаю, что со мной происходит. Через холодную сталь, разделяющую кожу, я ощущаю ее практически в точности, будто сама прикасаюсь пальцами Его тело приятно подрагивает, будто в легких конвульсиях… Я… нет. Мой разум, моя душа, Я-быть кричит во мне! Я должен сопротивляться этому странному наваждению Этому неконтролируемому наслаждению! Кажется, теперь я осознаю это. Оно толкает меня в бездну пропасти, в сладкие объятья посмертной клейкой радости Теперь, это уже решено. Я не могу остановиться Ну как… нравится? – Юки все это время смотрел на меня буквально в упор, нависая надо мной, пока я читала. – Я для тебя старался… Я сглотнула подступившую к горлу слюну. Его глаза были другими. Его глаза странно бегали из стороны в сторону, а его лицо превратилось в кукольную маску. Нечто ужасное затаилось в неизвестности. Если ты не поняла о чем это стихотворение, то позволь мне объяснить… – продолжал говорить он. – Это стихотворение о… И тут Юки вдруг резко замолчал. Его глаза вернулись в норму. Что-то будто выходило наружу. Когда наваждение спало, Юки отскочил от меня и рухнул на пол. Его начало сильно тошнить. Что происходит? Я не понимаю этого стихотворения. Первая часть – полный бред, но что со второй частью? Одержимость. Я и так это знала. Значит ли, что причина может быть… И что он сделает, если? Кх-х… – юноша с трудом поднимался на ноги. Его тело трясло как в лихорадке. – Ха-ах… ха-ах… Ты в порядке? – я поднялась следом, отшагивая назад. Аха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! – засмеялся он, наблюдая, как я боюсь его. – Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!! Юки? – мои глаза увидели, как он что-то делал, что-то прятал или наоборот – доставал. Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!! – снова этот ненормальный смех. Юки! – я уже просто кричала. Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!! Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!! Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!! ХА-ХА-ХА-ХА!!! А потом в его руках просто оказался огромный нож и… НЕТ!!! Я разразилась всепоглощающим ужасом. Бросилась парню навстречу, не мешкая. Не думая и не переживая, что сама могу умереть. ПОМОГИТЕ!!! Я просто кричала, как будто в надежде. Если он умрет… Если он сейчас умрет, то …его руки дернулись, лезвие воткнулось в живот Моя нога среагировала и пнула по рукам парня, от чего те сразу же выпустили нож, который отлетел в сторону. … Кира!!! – мои глаза округлились. Это был голос Монико. М-мон… – я даже договорить не успела, как осознала позади себя шум бегущих людей. А потом Аизава и Мацуи скрутили Юки, повалив на пол уже вдвоем. Все кончилось в один момент. Все было позади и нам удалось спасти этот мир.