Под прикрытием

Вновь вздыхая, молодой парень выходит из машины, захлопывая дверь. Голова побаливала из-за вечного недосыпа, но парню было плевать. Он хотел вернуть брата, но сейчас у него совершенно другое задание. В голубых глазах печаль. Он не верил в это, не верил в погибель брата. Не верил в то, что он может умереть. Он лишь знает, что у них пару суток. «Пару суток? Это ничто… Это просто не-че-го. Саша, Саша… Держись. Борись за свою жизнь! Пожалуйста… » Беловолосый оглядывается и пока никто не видит, достает сигарету, быстро закурив. Выдыхая, он смотрит, как дым поднимается и растворяется в воздухе. Медленно парень вдыхает дым и задумался о жизни без брата. Да, больше никто не будет помыкать им, но ведь уже никто не закатит глаза с улыбкой, когда Паша вновь пытается водить машину. Никто нервно не засмеётся и не отпустит глаза, разглядывая пол, когда провинился. И больше не будет «Нас», будет только « я, и когда-то, он». Уже не будет «Близнецов Тиши», будет лишь «Олди». Кажется после этих раздумий у Младшего на глазах появляются слезы. Проходит буквально пару секунд, а после слышит голос: — Олди, блять! Чем быстрее ты это сделаешь, тем быстрее вернёшься! Буквально прошипел голос из наушника — Понял я, понял… Легкий вздох из уст и парень ступает к зданию. Небольшое издательство, в котором находился враг убитого. Убит Дилов Виктор Иванович, журналист, впрочем, их смерти в этом городке уже не удивительны, ведь стоит узнать, что то секретное, как сразу труп. Ветер трепал волосы, а одежда брата была чуть маловата на младшего. Опять тяжелый вздох. Парень останавливается на пороге здания, пока Рогов рассказывал план, конечно, Паша его почти не слушал, лишь слыша «Пытайся» и «Добейся», мысли забиты совершенно другим. Голова до сих пор болела и хотелось гаркнуть на Попова, что бы он заткнулся в кое веки. «Дальше все на тебе» — закончил Саша и Олди кивает. Беловолосый быстро вошел в здание. Яркая, хоть и фальшивая, улыбка озарила лицо молодого журналиста. Медленно прошел к молодой девушке, что за столом, сидела в телефоне. «Зашибись, кинуть бы на это место жалобу, посмотрим, как бы ты тогда запела» - закатывает глаза Киселев — Добрый День, а могу ли я поговорить с Ровальным Андреем Сергеевичем? - спрашивает Беловолсый беззлобно улыбаясь. Девушка подняла взгляд и посмотрела на Киселева. У девушки были блондинистые волосы, ярко голубые глаза. Яркий макияж и, явно, не одежда по дресс-коду. Девушка фыркнула и произнесла: — М? А вы ему кто? Этот голос Паше сразу не понравился, такой пафосный, будто бы она насмехается над Белобрысым, показывает, кто здесь главный. Только не учла маленькой детали. Это Ранг Беловолосого, что возвышался в несколько раз больше, чем её. — Я? Я его… М… Знакомый, да, знакомый — это их тупая привычка, близнецы постоянно, если не знают чего-то, начинают водить глазами по стенам, полу. Придумывают нелепые отмазки. Пафосное место. Не любит младший такие места. Что то фыркнув, Паша всматривается в глаза девушки — Мх. Прямо, на второй этаж, третья дверь с права Люди быстро кивнул и стал медленно идти прямо коридору. Точнее, собирался, пока не услышал шипение той же девушки: — Бахилы или сменная обувь! Шалава  — мысленно буркнул Киселев. Голос той был будто общается с отбросов общества. — Я не в школе — Огрызнулся парень и пошел дальше. По коридору были разные двери, картины. Вот, на одном из фото, он увидел эту девушку, с надписью, от которой хотелось рассмеяться. «Работник года " Нет, может когда то это и было так, но сейчас. Паша ели содержался, что бы не засмеяться. Вот, в наушнике голос Рогова: — Хамка Фыркнул блондин, на что Киселев ответил: — Сука крашенная Поправил Олди, поднимаясь на лестнице, что скрипела, будто уже сто лет тут стоит. Казалось, будто вот вот провалится под Журналистом, или разлетится в щепке, или провалится нога. «в любом случае, придется платить» фыркает внутри себя парень. Вновь хмыкнул, Парень обводит взглядом лестницу. Старая, дряхлая, лет семь, подмечает Киселев. Что то буркнул, вновь наступает на ступеньку по выше, что тут же прогибается под весом: — Блять! Выкрикивает парень, резко оддернув ногу назад и посмотрев на злосчастную ступеньку — Ты идиот… Вздыхает в наушнике Рогов, видя всю эту ситуацию через небольшую камеру в воротнике пиджака. Олди хмыкнул и продолжил путь, перешагнув через ту злосчастную ступеньку. В голове гудело несколько вопросов, на которые, к сожалению, не было ответов. Вопросы были типичны: «Что будет дальше?» и «Как долго я буду тут? ». Вскоре парень оказался на втором этаже здания. Парень оглядывается и проходит налево. Рав вновь говорит о чем-то важном и на, что стоит уделить внимание, а вот Паша вновь не слушает. Нет, это не Саша, он не может слушать при таком раскладе, когда родной брат лежит в комнате, медленно умирая, и знание, что ты нечего не можешь с этим поделать, только смотреть на это бледное лицо, на потухшие карие глаза, если он еще в сознании. На эти сухие губы, что, возможно, уже никогда не улыбнуться. - Ты меня вообще слушаешь? Рогов закатывает глаза, ведь задавал обыденный вопрос «Понял?», а ы ответ услышал одно нечего. - Нет, - сухо говорит Киселёв, честно отвечая, понимая, что обманывать уже не вариант, - повтори... И Паша понимает, что это повторяется, и что слушать он не будет, но Рав вновь и вновь распинается, рассказывая то или иное мгновение, а получает сухое «Угу» Вот, та самая дверь, за которой находится Ровален. Быстро постучав и услышав «Войдите» открыл дверь. Перед ним расскинулся вид на шикарный кабинет, почти каждый предмет общий кожей, а по среди кабинета стоит парень, с русыми волосами, легкой бородой. Ярко зеленые глаза и строгий костюм. Паша фыркнул. Медленно натянув улыбку, он вошел - Добрыцй день! Я Олди, журналист, могу ли взять у вас интервью? - мило улыбается парень

***

Зеленоглазый опять закрывает голову руками и без заочно кричит. Глаза слезливо блестели. Женя совершенно не знал, как спасти Хелда, так еще и дело. Улики перепутались. Они еще даже на знают причину смерти! Химик прикусил губу. Ну что ему даёт это гребаное растение?! Ну ядовитые оно, ну лечебное он... Лечебное? Ахах, Женя, ты с ума сошел? Походу да. Голова гудела, а тело совершенно не слушалось. Мысли спутанны, голова кружится. Женя не может понять, как из растения можно сделать яд? На плечо медленно ложится рука и Женя в страхе дергается. В глазах страх и боль, а в голубых глаза напротив печаль и слепая ненависть. Женя дернулся в сторону, но Алмат обнял его и прижал к себе. Разные чувства в этот момент переполняли парня. Он чувствовал и тепло и мурашки. И счастье и грусть. Все это смешалось в одну кашу и застрял в горле, не давая парню набрать воздух в легкие, из-за чего парень просто сидел. Он видел как Аомат пытался его успокоить, просто обнимая и это помогало. По немного мысли устаканились и Эффект просто прижался к своему другу. А другу ли? Женя сам на знаки, но к картавому он чувствовал совершенно не известные ему. Никогда он еще не "любил". - Жень... Знаешь, у меня никогда не было отношений, а если и были, то неудачны, - тихо начал Смейл, взяв за руку своего друга. Лишь одно прикосновение отправляет Женю в астрал от наслаждения. По телу проходят мурашки, а сердце бьется в бешеном темпе, - Я... Можно, сейчас не лучшее время, но... Женя поднял на того глаза. - Я люблю тебя... Тихо выдыхает парень и отводит взгляд. - Я... Тоже люблю тебя... Это так тихо, так незаметно, будто этого и не было. - Я... Буду работать... Тихо, уткнувшись носом в шею, уже, скорее парня, чем друга, произнес Женя.

***

- Да-да. А, вот скажите, а какие отношения у вас были с Диловым? М? Вы могли убить его? Спрашивает беловолосый сидя в кресле напротив от своего собеседника. Ровален поднялся и медленно подошел к Олди, приподнимая того за подбородок и заставляя смотреть в свои хладнокровные глаза. - Я? Я могу заказать и мне нечего не будет, таких как ты я щелкаю каждый вечер в кровати Говорит он, поставив пуку пядр с лицом Паши. Зеленые глаза забегали по тело Паши, будто бы изучая каждый его сантиметр и миллиметр. Паша поставил руку, упираясь в грудь начальника - Можете держать расстояние. Какой бы вид убийства предпочли? Парень изогнул одну бровь и с интересом рассматривал глаза Ровалена. - Ммм, я бы оставил медленно и мучительно умирать от яда Между лицами осталось пару сантиметров. Вспомнив про яд, Паша хотел было убить стоящего напротив только за слово «Яд», ведь его брат сейчас отравленый. Из наушника послышалось «Фу, блять!» Паша вздыхает и начинает свою игру, так как им нужен образец ДНК. - Ммм, - парень прикусывает губу и театрально захлопал глазами, - каждый вечер щёлкаете? И вновь режим проститутки. Олди играл аго чаще брата, так как то смущался любыъ ласок в свою сторону. В зеленых глазах виднеется желание, похоть. И сдерживаться он явно не собирается. В губы Олди нагло врываются, начиная изучать его изнутри, проводя по нёбам и зубам. Паша запускает руки в волосы Ровальному и выдергивает пару волосинок. Это было не сильно, поэтому от его губ не оторвались, продолжая нагло трепать их. Когда от губ оторвались, Олди оттолкнул от себя и быстро поднялся - Мне нужно идти Все, что сказал он, выходя за пределы комнаты. Выйдя парень выдыхает, только ручка двери стала дергаться быстро положив волосы в, заранее взятый, пакетик, парень побежал вниз, даже забыв о той злосчастной лестнице. Выбежав со здания, парень вздохнул. - Пизде-ец Паш, теперь ты обязан выйти за него замуж Резко смеёться Рогов, на что Саша фыркает - Я лучше сдохну Говорит парень идя к машине, что ведет Кейн. Ему также передавалось изображение на телефон, что бы на всякий случай он мог спасти Олди. Подо фа ля к машине, Папа заметил как напряженно Кейн сжимает руль, а на лице оскал. Быстро постучал по окну Паша открыл дверь - Ну и что за поцелуй с подозреваемым? Недовольно спрашивает он, но в ответ слышит усмешку - Ревнуешь? Могу и тебя поцеловать Беловолосый мило улыбается, пристроившись на переднем сидении - Если об этом узнает Аид, тебе хана. Отводит взгляд Байбаков, после, медленно отпуская ручник и нажимая на газ. Кейн включил первую передачу и поехал. - Добывал его днк. Говорит Киселев, достав пакетик с русыми волосами.