Огненноликая

Эдвард Боже, какой же я ТУПИЦА! Я же оставил Айрин совсем одну в пустом доме. Карлайл уехал в больницу, а Эсми отправилась за продуктами для нее. Ее оставили на мое попечение, а я, идиот, забыл об этом и сбежал. Но почему Элис не предупредила? Не видела? Ох, я же забыл в доме свой мобильник. ИДИОТ!. Я летел на всех парах к дому, я знал: если Белла где-то здесь, то она направляется именно туда. Возможно, она уже там. Я был уверен, встреча Беллы с Айрин последней ничего хорошего не сулила. Белла убьет ее. Меня охватил дикий страх. В мгновение ока я был на месте, вбежал в дом и увидел их обеих: Айрин на лестнице, Беллу внизу у двери. Метнувшись к Айрин, я заслонил ее собой. Глаза Беллы сочились ненавистью, но она не шевелилась. А Айрин была странно спокойна. Я был напряжен как натянутая струна, готовая вот-вот лопнуть. Я спросил Айрин, все ли в порядке, а потом услышал в своей голове ее успокаивающий голос: «Все в порядке, Эдвард, не волнуйся. Она ничего нам не сделает». Я не понимал, что происходит. — Белла, что ты здесь делаешь? — процедил я сквозь зубы. Она зло сверкнула на меня своими ярко красными глазами. — Да вот, пришла узнать, как поживаешь. Не все ведь тебе ко мне в гости заявляться без приглашения, — с нескрываемым презрением в голосе ответила она. — Вижу, Эдвард, ты снова играешь в ролевые игры и опять балуешься наркотиками. Только на этот раз это не героин, а дурь неизвестного происхождения. Она зло рассмеялась. — Интересно, что станет с нариком, если отнять у него его любимую дурь. — Белла, прекрати, Айрин ни в чем не виновата. Я один виноват в том, что произошло. — Ах, вот как зовут твою новую овечку, Айрин, значит. А она в курсе, что ты делаешь с глупыми овечками? В курсе, что ты их сначала очаровываешь, ослепляешь, влюбляешь в себя, а потом бросаешь? — не унималась Белла. Я молчал, ведь она была права. — Только не думай, что я до сих пор по тебе сохну, — язвительно добавила моя бывшая. — У меня давно глаза открылись, я уже не тот наивный человечек, которого можно было охмурить вампирским обаянием. Она сверлила нас злобным взглядом, в нем была лишь жажда мести. Между тем, сестры и братья спешили домой, я уже мог слышать их мысли, значит, они недалеко. Они страшились худшего. — Белла, если ты больше не любишь Эдварда, зачем же ты злишься? — услышал я ровный и бесстрастный голос любимой. — Что ты можешь об этом знать? — зашипела вампирша. В это время у дома резко затормозили и остановились две машины. В следующее мгновение Элис, Джаспер, Эммет, Розали и Эсми уже со всех сторон окружили Беллу, загораживая от нее нас с Айрин. «Эдвард, почему ты не брал трубку, я не могла до тебя дозвониться, — мысленно кричала на меня Элис. — И где ты был, черт возьми, я не видела тебя в доме». В мыслях родных я читал тревогу и беспокойство. Эсми разрывалась между жалостью к Белле и страхом за Айрин. Джаспер пытался прощупать почву и направить эмоции Беллы в более спокойное русло. Эммет готов был броситься на Беллу при первых признаках опасности. — Белла, девочка, успокойся. Мы хотели бы помочь тебе, — проговорила Эсми. — Помочь мне? — рявкнула Белла, — И чем же вы мне поможете? Не смеши меня, Эсми. — Зачем же ты пришла, Белла? — спросила Розали. — Ты знаешь, я сочувствую тебе, но если ты захочешь причинить вред моей семье… — К черту ваше сочувствие! Идите вы все к черту в преисподнюю! — взорвалась Белла. Через мгновение ее уже не было. Когда она ушла, все вздохнули с видимым облегчением. Я обнял Айрин, мои руки почти дрожали от пережитого напряжения и страха. «Прости, Айрин, я не должен был оставлять тебя одну. Она могла напасть на тебя. Я бы этого не пережил» — сказал я мысленно, все еще пытаясь успокоиться. «Когда она появилась здесь, я почувствовала, что смогу ее остановить» — ответила Айрин. «Как?» — изумился я. «Точно не знаю, но я как будто держала ее волю в своих руках, пока вы не пришли, потом я отпустила ее. Но знаю, что могла бы сделать это вновь в любой момент», — сказала она. «И все же мне не следовало оставлять тебя, прости, прости меня», — мысленно твердил я, крепко обнимая ее, словно боясь, что она исчезнет. Это были наши первые объятия. Я еще сильнее прижал к себе ее гибкое, теплое тело, ее голова покоилась у меня на груди, ее руки нежно обхватили меня в ответ. Я чувствовал тихий стук ее сердца, насчитал 6 ударов в минуту, оно билось чаще обычного. Если бы мое могло биться, оно бы просто колотилось сейчас от этой сладкой близости. Мы стояли так какое-то время, не в силах разомкнуть объятия. Родные деликатно разошлись по своим делам, оставляя нас одних. Я осторожно взял ее за подбородок и приподнял ее светозарное лицо, на миг утонув в этих бездонных глазах, в глубине которых, казалось, колыхалось пламя, а затем нежно прикоснулся губами к ее мягким губам. Ее губы послушно отозвались на прикосновения моих. Наш первый поцелуй.