Огненноликая

Сал Эта девчонка преподнесла мне весьма неприятный сюрприз и при этом нанесла чувствительный удар по самолюбию. Аро поручил мне надзирать за ней, и было неприятно осознавать, что я не справился с заданием, не оправдал его доверия. Она так легко усыпила мою бдительность. Стражник, которого я поставил следить за ней, не смог предотвратить побег, что вообще-то было ожидаемо, но все равно могло стоить ему карьеры и даже жизни. Но и моя репутация оказалась под ударом, ведь я нес за нее ответственность и с моего разрешения пленница проводила время на открытом воздухе. И поэтому я не стал сообщать о проступке стражника, просто стер ему память и отправил восвояси. Сейчас мне совсем не нужна была огласка, я не хотел, чтобы слухи о побеге дошли до ушей правителей. К тому же после всего девице не поздоровилось бы, а она сейчас не в том положении, чтобы подвергаться суровому наказанию за содеянное. Вмешательство Феликса и Элис чуть не сорвало мои планы. Хорошо, что Деметрий, не задавая лишних вопросов, согласился помочь и вовремя нашел беглецов. Я успел стереть всем троим память, чтобы Аро ненароком не узнал о ночных событиях из их мыслей. И хотя мне было немного неловко проделывать этот трюк с Деметрием, к которому я испытывал дружеские чувства, но это было также и в его интересах. Владыки не должны были узнать о том, что он оказал мне услугу, о которой умолчал, и не поставил их в известность обо всем случившемся. Но меня беспокоило то, как вообще ситуация могла выйти из-под контроля. Кое-чего я не знал, а именно: как беглянке удалось связаться со своим телепатом и как она пробудила в нем воспоминания? И нужно было срочно все это выяснить, чтобы в дальнейшем избежать новых сюрпризов. На площади, когда я так вовремя остановил их в самый последний момент, я понял, что Эдвард ведет себя не так, как раньше. Он явно узнал Айрин и готов был сбежать вместе с ней. Но чтобы выяснить, как ей это удалось, я не стал стирать его память прямо там. От нее самой мне вряд ли удалось бы что-то узнать, а вот Эдвард мне непременно все расскажет, как бы ни противился этому. Поэтому чтобы подтвердить свою догадку и прояснить ситуацию, я решил пообщаться с телепатом лично. Но его не было в его покоях, а дверь оказалась не заперта, и я, не долго думая, вошел, надеясь дождаться его внутри, заодно избегая ненужных встреч в коридоре с кем-нибудь из стражи. Я не ошибся: он действительно помнил Айрин. Я понял это сразу по его взгляду, как только он вошел к комнату и увидел меня. Он смотрел на меня настороженно, с недоверием и неприязнью. Возвратились ли к нему все воспоминания? И как же все-таки они связались друг с другом? Может, кто-то им помог? По доброй воле он мне этого не поведал бы, но, к счастью, я мог «помочь» ему это сделать. — Чем обязан? — зло буркнул Эдвард, отводя взгляд и проводя рукой по непослушным волосам. — Ты ведь понимаешь, что ваша ночная выходка могла стоить жизни не только тебе, но и ей? По тому, как он дернулся при этих словах и изменился в лице, я понял, что он прекрасно все понимает и боится, но не за себя, а в первую очередь за девушку. Судьба самого Эдварда меня тоже не особо волновала, но его мысли могли стать достоянием владык, а это не входило в мои планы. — Тогда почему ты нас не выдал и не сообщил обо всем повелителям? — дерзко бросил он мне в лицо. — Тебе незачем это знать. Меньше знаешь — дольше живешь. Парень фыркнул, скривив губы в ехидной ухмылке. — Не думаю, что Аро погладит тебя за это по головке, — едко заметил он. — Это меньше всего должно тебя сейчас волновать. Лучше скажи мне, Эдвард, как вы с ней связались? Я не рассчитывал на его сговорчивость и готовность поделиться со мной информацией, поэтому сразу включил свой дар. Он замер и некоторое время непонимающе смотрел на меня, а затем проговорил немного вялым голосом: — У нас с ней телепатическая связь. Такого ответа я совершенно не ожидал. Я даже предполагал почти невероятное, что кто-то из временной стражи пошел на предательство и помог им. А тут все оказалось намного проще, но при этом так необычно. — С кем еще у тебя такая связь? — Больше ни с кем. — А у нее? — Ни с кем. Эта ментальная связь существует только между нами двумя. Как интересно и странно. Никогда раньше не слышал о подобном. Может ли это быть признаком того, что они являются истинной парой? На какой-то миг мне стало жаль этих двоих. Почему-то вспомнилась Бьянка, но я отогнал от себя эти мысли и неуместную сейчас жалость. — Хорошо. А как ей удалось восстановить твои воспоминания о ней? — продолжил я свой допрос. — Она показала мне свои воспоминания. Все так просто, надо же! Она не смогла восстановить его память, но смогла заменить его воспоминания своими. Что ж, придется стереть и их. Это будет нетрудно. Но вот что делать с их телепатической связью, я не знал. — Эдвард, надеюсь, ты понимаешь, что я не могу оставить тебе эти воспоминания. Если Аро прочтет их, под ударом окажемся мы все, и прежде всего ты с Айрин. Я уже не влиял на него своим даром, но парень все еще пребывал в какой-то прострации. Мне вновь стало немного жаль его. Потерять любимую во второй раз — незавидная судьба. Но ему хотя бы не придется ее оплакивать, к тому же он просто ее забудет. — Что вы хотите сделать с нашим ребенком? Значит, он знает и об этом. Ну что ж, этого следовало ожидать. — Аро нужен этот ребенок в клане. С ним ничего плохого не случится. Он будет воспитан как Вольтури. — Вы отнимете его у нас… у матери? — Я не хочу отнимать его у матери, постараюсь сделать так, чтобы этого не случилось. Но тебе придется обо всем забыть. В противном случае, она лишится не только ребенка, но и жизни. — Хорошо, — обреченно выдохнул он, устало потирая глаза, - я согласен. Мне не требовалось его согласия, но оно прозвучало как добровольная жертва, и мне стало не по себе от этого, словно я играю судьбами этих двоих. Но я не мог поступить теперь иначе. Иначе их ждала бы смерть... А меня — репутационные потери. Я приказал ему забыть все, что он помнил и знал о ней, о ребенке и об их связи, а также о нашем с ним разговоре. Я также попытался нащупать и заблокировать эту самую телепатическую связь, которую ощутил как некий уходящий вовне канал, но не был уверен, что мне это удалось. Когда помутневший взгляд Эдварда немного прояснился и он с изумлением уставился на меня, не понимая, что я здесь делаю, я со смешанным чувством покинул комнату, оставив его в полном замешательстве.