When we collide

***

Громко. Слишком громко. Мальчик забился глубже в пространство между мусорным баком и холодной кирпичной стеной. Гулянья на Фестивале цветов затянулись до поздней ночи, заполняя улицы смехом и песнями, окрашивая их в яркие цвета. Люди пели и танцевали, поливали статуи Будды чаем аматя, приготовленным из гортензии, отдавая дань Просветлённому. Холодный ветер заставил его поежиться. Не обращать внимания на изорванную одежду, пропускающую холодок, и голод становилось все труднее. Знакомый гнев вновь заполнил все его мысли. Он был наследником могущественного клана, его предназначением было возглавить его, повести за собой воинов, ниндзя, а не мёрзнуть на холодных улицах, подобно крысам, дожидаясь приемного брата. Он сжал кулаки в бессильной злобе, чувствуя, как ногти вонзаются в плоть. Ненависть отравляла рассудок. Сколько ещё они будут так скрываться, бежать подобно трусам? Его отец был безумен перед смертью, как и мать, поддержавшая его. Как он мог допустить мысль о том, что его сыновья будут скрываться? Как он мог дать им такое наставление? Лучше бы он погиб в бою… Мальчик вздрогнул, когда кто-то быстро присел перед ним, напугав неожиданным движением. — Йоши, — позвал он. — Мне кажется я нашел решение всех наших проблем, — голос брата звучал возбуждённо, волнительно. — Ты выполнил последнее поручение отца? — кисло спросил он, жалея, что не может уйти, зажатый в угол. — Не глупи. Мне нравится это не больше твоего, но это наш единственный шанс выжить. — Я уже говорил, — с надеждой начал Йоши. — Мы можем прокрасться на кухню Такахаси и отравить его! Отомстить за отца и мать. За весь клан Хамато. — Это идиотский план. Во-первых, как он поможет нам остаться в живых? Сейчас Такахаси думает, что мы мертвы, и я хочу, чтобы он и дальше так думал. Убив его, мы только начнем очередную резню. Думаешь его клан оставит нас в покое после этого? А во-вторых, у нас ни за что на свете не получится попасть к нему на кухню. Там куча слуг, двое мальчишек в тряпье не смогут пройти незамеченным. — Ты трус, Саки. Такой же как и наш отец в день своей гибели, — со злобой выплюнул он, подавляя желание оттолкнуть брата в сторону и убежать. — Думай что говоришь, — его голос прозвучал холодно, отрывисто. — Не позорь память отца. Пошли, — Саки взял за руку младшего брата, поднимая его за ноги, — не заставляй его ждать. Йоши предпринял слабую попытку вырваться, но пальцы, державшие его кисть, казалось окаменели. Вырываться не было смысла, в глубине души под слоем ярости и обиды, он понимал, что это был их единственный шанс, отец тоже это знал. Они петляли среди улиц, обходя телеги, лавки и людей, наслаждаясь нежными ароматами цветов. Скоро люди уже должны были начать расходиться, возвращаться в свои дома, засыпать в приятном неведении. Саки вывел их из маленькой деревни, заводя в лес. Их старый дом тоже был на окраине леса… Его старший приёмный брат пару раз споткнулся о корни деревьев, спеша к их новому дому. Они дошли до ворот всего за пятнадцать минут, деревня находилось лишь в двух километрах от резиденции, что было слишком близко на его взгляд. Часовой появился из ниоткуда, словно возникая из тени с черной маской на лице и красным символом на груди. — Кто вы? — Передайте Мастеру, что пришли сыновья Хамато, — сказал Саки, стараясь звучать как можно увереннее, старше, хладнокровнее. Ниндзя кивнул, бесшумно удаляясь в тень. Йоши почувствовал, что хватка брата немного ослабла и, использовав момент, высвободил руку под осуждающий взгляд старшего. — Не волнуйся, не сбегу, — пробормотал он, потирая запястье, чувствуя как ярость отступает, уступая место отчаянию и усталости. Огромные ворота из красного дерева начали двигаться, открывая им вид на внутренний двор. — Вас ожидают, — доложил часовой, стоя в дверях. Мальчики переглянулись и вошли. Людей было немного — наверняка все были или на празднике или уже легли спать. Пара молодых парней о чем-то разговаривали, механично чистя нагинаты. Имение было большим. Четыре трехэтажных здания образовывали квадрат, внутри которого находился внутренний двор, где расположились сад, тренировочный ринг для спаррингов и многочисленные оружия. Этот дом мог бы легко соперничать с его родным, но здесь все было либо черным, либо красным, в то время как его пестрил красками. Его мать любит цветные вещи и яркие цветы. Любила. Они вошли в здание, оказавшись в темном коридоре. Сопровождающий повел их прямо, минуя боковые двери. Остановившись возле большой выделяющийся двери, он открыл ее, показывая рукой, что им дозволено войти. Братья остановились посреди главного зала. Мужчина средних лет восседал на возвышении у противоположной стены, скрестив по-турецки ноги. Его черные волосы падали на плечи, он был одет в обычный белый костюм кэйкоги. Поодаль на специальном коврике сидела женщина в свободном белом кимоно, одетом наспех. Они только что проснулись, понял Йоши. Мальчики почтительно поклонились, опускаясь на колени. — Мы рады, что вы решили нас принять, Исаму-сан, — сказал Саки. — Я рад, что вы дошли, — ответил он. — Это заняло у вас неделю, — едва заметные нотки укора, заставили Йоши напрячься. — Да, мы, — старший запнулся на секунду. Не знали, где искать, думали об альтернативе, каждый день решали стоит ли рискнуть и вернуться в разрушенный дом и поискать уцелевшие именные вещи, боялись выходить на открытые улицы. — Просим прощения за опоздание. — Ничего. Главное вы дошли. Ваш отец отправил гонца в день нападения, — мужчина достал небольшой свёрток, демонстрируя его детям. — Просил позаботиться о вас. Клан Хамато и Фут всегда были хорошими союзниками, а мы с вашим отцом — хорошими друзьями. Я выполню его просьбу. Нам не были дарованы дети, — он бросил на жену печальный взгляд и она ответила ему робкой улыбкой, словно делясь тайной, трагедией, потом посмотрела на мальчишек, улыбаясь им увереннее. — Мы благодарны, — негромким хором ответили они. — Но мне необходимо все о вас знать. Ваша мать упоминала, что Саки не их кровный сын. — Да. Меня ещё младенцем нашли в лесу на территории клана Хамато пешие патрули. Семья главы была достаточно добра, чтобы сделать меня частью семьи. Йоши родился через год. Мы были счастливы вместе двенадцать лет, пока, — он запнулся, сглатывая. Глаза обожгло при воспоминании той ночи. — Пока клан Такахаси не напал ночью, — с горечью закончил Йоши, осторожно касаясь локтем брата, оказывая немую поддержку. — Они напали глубокой ночью, смазав стрелы и оружие ядом. Они все разгромили, уничтожили, не пощадили даже прислугу. Наш отец велел нам бежать к вам. Его и нашу мать казнили без боя, без оружия. — Примите мои соболезнования, дети, — женщина встала и подошла к мужу. — Меня зовут Рей. Я думаю на сегодня хватит, — она взглянула на супруга. — Уже поздно. Отправим детей в их спальни… — Нет! — Йоши резко поднял голову, хватаясь за рукав брата и впиваясь взглядом в лицо Исамы. — Мы будем в одной комнате! — Разумеется, — чуть помедлив, ответила Рей, понимающе посмотрев на них. — Наши люди вас проводят. Мальчики повторили почтительный поклон и, обернувшись пошли к дверям, вцепившись друг в друга и опустив глаза в пол, в сопровождении одного из воинов. — И ещё одно, — окликнул из в дверях глава. — Разведчики сообщили мне, что в данный момент Такахаси отступил обратно в свои земли и не планирует нападения. Но мы обязаны перестраховаться. Отныне вы будете жить под нашей крышей и охраной, делить еду, кров и фамилию. Теперь вы Ороку Саки и Йоши.

***

— Ороку Саки, за десять лет, что ты провел под крышей моего дома, ты стал мне родным сыном, как и твой младший брат. Йоши почувствовал неприятный укол зависти. Это не было официальной церемонией, но все и так знали кого именно Ороку Исаму назначит лидером клана. Он сидел по правую руку от отца, рядом с Рей, заменявшую ему мать десять долгих лет. В ее волосах уже начала появляться седина. Она заботливо положила руку ему на колено, с улыбкой наблюдая, как старший сын преклонил колени перед ними, ожидая заявление мужа. Когда-то, давным давно, они вместе стояли так, ища покровительства у чужого клана, когда их собственный был уничтожен. Боль грозила вновь испортить все, вгоняя в тоску по дому и погибшим родным, но он поспешно отогнал ее. Только не сегодня. Не стоит отравлять столь важный для брата день обидами и незажившими ранами. — Вы оба выросли достойными юношами. Сильными и смелыми. Вы гордость клана Фут и его продолжение, — мужчина с улыбкой взглянул на жену и младшего приемного сына. — Но сегодня, на этом собрании, я объявлю наследника, того, кто поведет за собой людей, возьмёт ответственность, понесет ношу предводительства. Ороку Саки, готов ли ты возглавить клана, когда я уйду на покой? — Для меня это честь, — коротко ответил первенец. Все присутствующие поклонились под одобрительный взгляд Исаму. Йоши склонился, искренне радуясь за брата, стараясь заглушить тихий голосок, шепчущий, что будь они сейчас в их родном доме, в клане Хамато, он стал бы главой, как единственный кровный сын.

***

— Будущий лидер могущественного и древнего клана боится пригласить девушку из деревни на свидание, — рассмеялся Йоши, толкая в плечо брата. — Тэнг Шен не просто девушка из деревни, — Саки недовольно посмотрел на него, держась за ветку дерева на котором они сидели. — Она другая… — Как скажешь, брат. Но сидя здесь, как маньяк, выслеживая ее ты ничего не добьешься, — посоветовал он, ложась на одну из толстых ветвей, закидывая руки за голову. — Много ты знаешь, — отмахнулся Саки. Йоши пожал плечами, чуть было не свалившись и закрыл глаза, позволяя редким лучам солнца, пробившимся сквозь листву, танцевать на его бледной коже. Они провели десять минут в лёгкой тишине, думая о своем. Он не понимал страха старшего брата. Девушка была из деревни, находившейся недалеко от их резиденции, она не раз давала понять, что ухаживания Саки ей не претят. К тому же, вскоре их опекун должен был оставить место лидера, позволив наследнику взять бразды правления. Прошло больше двух лет после того, как был объявлен будущий глава. С тех пор Исаму таскал их за собой повсюду. Они ездили на конференции, благотворительные вечера, в Америку, где располагался их небольшой филиал и часть футов. Скоро все закончится — его бессонные ночи, вспышки гнева, боль утраты… — Говори уже, — вздохнул Саки, поворачиваясь лицом к брату. — Я знаю, что ты хочешь что-то сказать. — Ты скоро станешь главой клана. — Да, а ты моим ближайшим советником. — Как только это случится, мы отомстим за родителей. — Йоши… — Ты оставишь Такахаси безнаказанным? — он резко сел, злобно сверля взглядом брата. — Его территория находится далеко отсюда. — Он не поленился прийти и перерезать глотки нашим людям! — Сейчас не время, но я обещаю, брат, ты получишь свою месть. — Мы. Мы получим.

***

Йоши бездумно смотрел в потолок своей комнаты, вполуха слушая похвалы и поздравления, доносившиеся из-за стены. Празднование в честь нового предводителя проходило в гостевом зале и внутреннем дворе, но гости, как мошки, разлетелись во все доступные части дома. Саки искал его. Он знал это, но встретиться с братом определенно был не готов. Улизнув с церемонии, спрятался в своей комнате, выдавив напоследок сухие благопожелания. Теперь Ороку Саки стоял за дверью, придя к логичному выводу во время поисков, и выслушивал напутствия старейшин малых кланов, что жили неподалеку. Наконец все стихло, послышались неспешные отдаляющиеся шаги, потом ровный стук. — Входи. — Ты быстро ушел, — сказал старший, и Йоши внутренне ощетинился выговору. — Отец будет недоволен. — Он мне не отец. — Знаешь, я сделал предложение Шен, — Саки опустился на мат, стоявший у стены напротив кровати. — Прямо после церемонии. Йоши не смог сдержать улыбки, поворачиваясь лицом к брату. — Наконец-то, я уже думал Рей все сделает за вас, — беззлобно ухмыльнулся он. — Она была бы не прочь. Но я хотел бы, чтобы ты был там. — Я буду на свадьбе, — пообещал Йоши. — Даже несмотря на то, что Шен меня не особо любит. — Не говори так. Младший выразительно посмотрел на него, приподнимая одну бровь. — Ладно, слегка недолюбливает. Это, кстати, то о чем я хотел поговорить с тобой, — его тон стал серьезным, карие глаза не отрываясь смотрели на него. — Да? — Ты изменился в последнее время. Стал раздражительнее, нетерпеливее, более нервным… Это как-то связано с тем, что Исаму выбрал меня? Настроение резко ухудшилось. Он нахмурился, не радуясь быстрой смене темы. — Нет. — Тогда что? — Такахаси. — Понятно, — Саки поджал губы, его лицо стало нечитаемым, бесстрастным. — Ты вновь откладываешь нашу месть или, может, ты забыл во что они превратили наш дом? — Я все прекрасно помню, брат, — отрезал новый глава. — Но сначала мы сыграем свадьбу. И я хочу, чтобы клан адаптировался к новому хозяину. Нападение на клан, находящийся на другом конце острова, не будет моим первым указом. — Ты не… — Это больше не обсуждается.

***

Саки устало повел плечами. Утренняя тренировка была тяжёлой, мыслями он был с братом, пропустив добрую половину ударов. Йоши ослушался его. Не прошло и месяца с церемонии и их разговора, как он поступил по-своему, игнорируя слова брата. Отправил пару фут-клановцев на разведку к Такахаси. Саки надеялся, что, по крайней мере, он выбрал достойных ниндзя и гонец не принесет их головы вместе с объявлением войны. Вчера они подрались, по-настоящему, не щадя друг друга. Он уже не знал во что превратился его младший брат. Комок злости, обиды и отчаяния. Если бы только ему можно было помочь. — Ты не виноват, — Шен села напротив него, наливая чай. — Он безумен.  — Он мой брат. — И что? Ты простишь ему все его выходки? — Если до нашей свадьбы он выкинет что-то ещё, я приму меры, хорошо? Она опустила голову, не споря. Он протянул руку, кладя ее на предплечье, закрепляя обещание.

***

Холодная река омывала их ноги. Птицы, не посвященные в проблемы, беззаботно пели, наслаждаясь солнечным днём. Впервые за много лет Саки чувствовал себя некомфортно рядом с братом. После их ссоры они не разговаривали больше недели, выжидали пока каждый остынет, отступит. Йоши позвал его в лес к воде первым, и он действительно думал, что этим всё и кончится, но сейчас, сидя в тяжёлой, тягучей тишине, его надежды на лучший исход таяли на глазах. — Только посмотрите на это лицо! Кто-то сегодня не в духе? — прозвучало фальшиво, как плохо отрепетированная строчка из пьесы. — Мое расположение духа было бы куда лучше, если бы ты не приходился мне братом, — ответил Саки, не сводя глаз с быстро бегущей реки. — Да брось, если она тебя действительно любит, ее это не остановит. — Я устал постоянно защищать тебя, выгораживать, придумывать оправдания. Пора взрослеть. — Только не говори мне, что позволишь какой-то женщине встать между нами. Саки прикусил язык, чтобы не начать очередную бессмысленную ссору. Его брат так и не понял, что Шен для него не просто «какая-то женщина». Возможно, он подумает о предложении Исаму. Ему не помешает смена обстановки. — Свадьба накануне, Йоши. Это мое последнее предупреждение. Он встал, в последний раз посмотрев на брата с надеждой на понимание. Но тот не ответил, играя речными камнями в руке. В какой момент он потерял его?

***

— Ты не можешь этого сделать, Саки! — гневно выплюнул Йоши, сжимая кулаки. — Ты не оставляешь мне выбора. Ты постоянно предпринимаешь бездумные действия против Такахаси, рискуешь собой и всем кланом. — Тебя твоя жена надоумила, не так ли? — Не впутывай ее. Ты отправишься в Нью-Йорк на следующей неделе, уладишь пару вопросов в филиале. — Не ссылай меня, — прорычал он. — Я просто хочу справедливости. — Нет, ты хочешь мести, к которой мы не готовы.

***

Ороку Саки взял крошечное тело, полюбив его всем своим естеством как только послышался плач. Белый свёрток закопошился, открылись маленькие темные глаза, сразу же наполняясь слезами. Он аккуратно передал младенца Ороку Шен. — Он прекрасен, у него твои глаза, — его новый центр вселенной. — Ороку Микайо, — любовно пробормотала женщина, принимая ребенка, поглаживая его голову. Шен подняла голову, посмотрев в слегка грустные глаза мужа. — Может он опаздывает, — успокаивающе сказала она, протянув одну руку, чтобы коснуться супруга. — Йоши уже пять лет не выходит на связь. С тех пор как я сослал его в Нью-Йорк, он не присылал мне ни одного письма, не появлялся в штаб-квартире футов. Пора уже признать, что он покинул наш клан, — Саки сжал руку жены, присаживаясь на край кровати, наблюдая как его сын сжимает и разжимает маленькие кулачки. — Я надеялся, что он придет посмотреть на племянника. — Не расстраивайся. Мы не знаем, что могло произойти с ним. Может он просто переехал и не получил твоего приглашения, а может, — она весело улыбнулась ему, легко высвобождая волосы из рук Микайо, — он нашел свою семью и обрёл покой.

***

— Папа? Саки оторвался от медитации, переводя взгляд на одиннадцатилетнего сына, стоящего в дверях. — Да, Микайо? Почему ты не спишь? Мальчик пожал плечами, смотря в пол. — Где твоя мама? — Вышла в сад. Она переживает, — ответил он переминаясь с ноги на ногу, решая стоит ли задать следующий вопрос. — И не говорит почему. Лидер клана вздохнул. Рано или поздно ему придется все рассказать. Были бы лучше, услышь он все от отца, а не от рядовых или прислуги. — Иди сюда, — подозвал он, садя мальчика себе на правую ногу. Саки помолчал, размышляя как рассказать все сыну, не оскверняя память брата. Микайо терпеливо ждал, смотря на звёзды, виднеющиеся в окне. — Помнишь я рассказыл тебе про дядю Йоши? — ребенок кивнул, подтверждая слова, отрываясь от звёзд. — Он работает в Нью-Йорке. — Верно. Мы с ним не всегда были Ороку Саки и Ороку Йоши, когда-то мы принадлежали другому могущественному клану — клану Хамато. Когда мы были примерно твоего возраста, враждебный клан Такахаси напал на нас. Они… уничтожили очень дорогие сердцу вещи. Твой дядя всегда хотел мести, я понимаю его, правда, но осуществить ее, не навлекая беду на близких нам людей было невозможно. Это я отправил его в Нью-Йорк, потому что Йоши начал терять самого себя в погоне за местью, понимаешь? — Да. — Мы потеряли всякую связь с ним семнадцать лет назад. Он словно сквозь землю провалился в американском городе. — Он живёт под землёй? — удивлённо спросил Микайо. — Я не удивлюсь этому, — улыбнулся мужчина. — Но вчера вечером было совершено нападение на клан Такахаси. Убили всю знать и почти всех воинов, оставив в живых лишь прислугу. — Почему тогда мама переживает? Они были нехорошими людьми. — На стенах главного зала был оставлен знак семьи Хамато.

***

Ороку Микайо вырезал инициалы своего имени на дереве, растущем неподалеку от его дома. Прошло два года с уничтожения Такахаси, клан все ещё не оправился от потери лидера и скорее всего исчезнет в ближайшие месяцы, станет кусочком истории. Жизнь постепенно пришла в норму, клан Такахаси находился достаточно далеко от них — территориальная делёжка их не коснулась. О Йоши они ничего не слышали, даже если он и посещал Японию, чтобы совершить месть, на пороге их дома он не появлялся, наверняка не смог простить брату бездействие. Родители понемногу успокоились, перестав напрягаться при каждом стуке. — Вот ты где, — Саки бесшумно подошёл сзади и присел на одно колено. — Что это? — «О.М». Это мое имя. — Я так и подумал, — мужчина достал свой собственный нож, подравнивая «О». — Мы, кстати, выбираем имя твоей младшей сестре. Мама хотела, чтобы ты тоже поучаствовал. Она ищет тебя. — Когда она уже родится? — нетерпеливо сказал мальчик, бросая свое занятие и переключая внимание на отца. — Ещё полгода. Немного осталось. — Немного?! — Пошли, — он со смехом поднял мальчика на руки. — Если проголосуешь за «Карай», то я научу тебя пользоваться саями раньше. — А у мамы какой вариант? — Мива.

***

Саки знал, что в доме кто-то есть. Он чувствовал чье-то нежелательное присутствие. Лидер футов зажёг свечу, поставив ее на деревянный столик в гостиной. Тени испуганно заплясали на стенах дома. Он незаметно нащупал танто во внутреннем кармане. Глубокая ночь опустилась на небольшую деревню, в которой они недавно поселились. Шен начала видеть кого-то в тенях, слышать шорохи, подозревать слежку. Нападение на клан Такахаси всё ещё будоражило ее ум, не давая покоя, несмотря на двухлетнюю давность. Первые недели она была нервной, все время оглядывалась, ожидая внезапного и резкого появления Йоши в их жизнях. Спустя какое-то время тревожность исчезла, но с беременностью снова дала о себе знать. Его супруга потребовала переезда, пожить в небольшой деревушке, хотя бы до рождения второго ребенка. Нехотя, глава клана согласился на условия супруги. Месяц назад они нашли маленький летний домик на краю деревни. Микайо оценил смену жительства, заводя дружбу с соседскими детьми, паранойя жены почти сошла на нет. Все было спокойно. Саки с трудом подавил желание кинуться в комнату Шен или сына. — Кто бы мог подумать, что Шен окажется куда внимательнее самого Хамато Саки, но сейчас будет вернее сказать Ороку Саки. — Йоши, — выдохнул мужчина, поворачиваясь к темному углу, откуда доносился голос. — Может быть ты выйдешь на свет и мы поговорим как братья, которыми когда-то были. — Я сомневаюсь, что тебе понравится мой нынешний вид, — ответил легко, словно вел светскую беседу, а не явился спустя восемнадцать долгих лет на порог их дома. — Что же Нью-Йорк с тобой сделал? — спросил глава клана, прилагая все усилия, чтобы не побежать и проверить покои жены. — Вопрос не в том, что он сделал, а в том кого даровал. Саки нахмурился. Казалось от инфантильного, несдержанного младшего брата не осталось и следа. Перед ним был мужчина, спокойно державший все эмоции под контролем. — Что же он тебе даровал? — Кого, — поправил он, и Саки мог слышать лёгкую, скользящую улыбку в его голосе. — Познакомишь? Йоши задумался. Что-то в тени шевельнулось, но это было в полуметре от голоса его младшего брата. — Возможно, — наконец сдался он. — Но я здесь… — Я слышал про Такахаси, — резко сказал Ороку, прерывая брата. На этот раз движение было резким, нервным, почти раздраженным. — Твоих рук дело? — Определенно не твоих, — холодно заявил он. — Давно ты следишь за нами? — Мы навещали вас раз в месяц. Убедиться, что верные последователи Такахаси не доберутся до вас. — Точнее, ты хотел убедиться, что никто из его последователей не выживет. — Нам пришлось остаться ещё на два года в Японии, — не обращая внимания на слова собеседника, продолжил Йоши. — Чтобы быть уверенными, что они не смогут восстановиться. Но нам пора возвращаться. Нью-Йорк их родной дом. — Пришел попрощаться? — Да, и попросить об одолжении. Убери всех фут-клановцев с территории Нью-Йорка. — Что? — Я знаю, чем ты занимаешься, — сказал младший брат с лёгкой ноткой укора, осуждения. — Этому тебя учил мой отец и Ороку Исаму? — Тебя не должно касаться то, чем я занимаюсь, Йоши, — угрожающе прорычал Саки. Никто не должен был знать этого. Ни его жена, ни ближние к совету, ни пропавший брат. Маленький подпольный бизнес и пара экономических преступлений должны были быть страховкой, на случай повторения трагедии в клане Хамато. Его семья перебралась бы в Нью-Йорк, где их ждали дом, деньги и новые документы. Ничто не указывало на какую-либо связь с японским кланом. Это было незаконно, но кто как не его брат должен был понять мотив? — Все вышло из-под контроля, Саки. В твоём бизнесе сплелись множество преступных группировок, желающих занять твое место. — Это невозможно. — Согласен, но невинные люди пострадают в процессе. Отзови их. С остальным мы разберемся. — Как я могу доверять тебе? Тебя не было восемнадцать лет, ты стоишь в тени, скрывая свое лицо, не говоришь о своих союзниках, ты… Саки потерял дар речи, когда его брат вышел на свет. Сердце застучало громче, заглушая мысли. Перед ним стоял монстр с крысиными чертами. Движения, что он видел раннее, были сделаны его хвостом — огромным, ужасающим. Звериные глаза, с неестественным для них человеческим пониманием, смотрели на него со знакомым вызовом. Усы дернулись, его лапы покоились на рукояти деревянной палки. Все тело было покрыто серовато-бурой шерстью. — Й-йоши, — выдавил он, обретая голос и делая шаг назад. — Теперь ты видишь меня. Он помотал головой, отказываясь верить увиденному. Его младший брат пропал восемнадцать лет назад, он сослал его в Америку, чтобы остудить пыл и жажду мести, чтобы защитить. То, что стояло перед ним не было человеком с которым он делил кров и детские воспоминания. — Отозви людей, — повторила крыса, внимательно наблюдая за его реакцией. Саки опустил взгляд, не в силах смотреть в знакомые, но такие чужие глаза. Он уставился на грудь, на красное одеяние с черной вышивкой клана Хамато. — Нет. Я не сделаю этого. Все его чувства кричали ему не перечить, не поддаваться, не поворачиваться спиной. Саки развернулся на сто восемьдесят градусов, собираясь подняться по лестнице, забрать жену и сына и уйти как можно дальше отсюда. — Не стоит, — раздался голос крысы позади него. Перед ним появились два тела — зелёных, кошмарных, полутораметровых черепах. Они легко преградили ему путь наверх. Языки пламени, отбрасываемые свечами, плясали на их безэмоциональных лицах. Тот, что с оранжевой маской склонил голову набок, без стеснения рассматривая его, с голубой — стоял неподвижно, ожидая приказа. Предводитель клана сделал шаг назад, неверяще оборачиваясь к крысе. — Это… — Мои сыновья. Двое других сейчас с Шен и Микайо. Мы сначала договорим. Потом ты с ними встретишься. — Ты мне угрожаешь? — гнев поборол страх перед монстрами, оставив лишь отчаянное желание увидеть семью. — Нет. Саки… — Вот как ты отомстил за родителей? Угрожал Такахаси убить его детей и жену? Он заметил едва заметное изменение в поведение чудовища, выдающего себя за его брата. Когти сильнее сжали рукоять палки, усы и уши резко дернулись, демонстрируя нетерпение и раздражение Йоши. Одна из черепах вскинула голову, пристально посмотрев на своего мастера. — Ты действительно думаешь, что я способен… — Я тебя не знаю. Все произошло слишком быстро. Он пнул одного зелёного монстра в другого сильным ударом ноги, повалив обоих на пол. Обернувшись к Хамато, побежал на него, на ходу доставая оружие. Крыса легко отклонилась от его удара, подставляя хвост. Не успев среагировать, Саки споткнулся, падая на пол. — Не надо, — посоветовал монстр. — Нас пятерых хватило для того, чтобы сразить Такахаси без угроз его семье. Мы здесь не ради драки. — Убирайся из моего дома! Он снова набросился на него. Когти оцарапали предплечье, когда крыса толкнула его в стену. Небольшой столик, возле которого он упал, покачнулся, что-то упало. Поднимаясь на ноги, посмотрел на двух зелёных черепах, стоящих неподвижно, как каменные изваяния. Он бросил танто в одного из них, надеясь отвлечь их и побежать к семье. Оранжевый легко увернулся от броска, этого было недостаточно. В поле его зрения появилась мохнатая рука. — Брат… — Я тебе не брат, — он яростно отбросил руку. Взгляд крысы стал суровым, холодным, отстранённым. Он убрал руку, снова складывая их на деревяшке. Когда у него появилась эта привычка? Он посмотрел куда-то за спину Саки и коротко кивнул. Двое черепах подошли сзади, хватая его за руки, удерживая на коленях. — Хочешь ты этого или нет, Ороку Саки, но свои войска ты заберёшь, очистишь улицы Нью-Йорка. Ясно? — в его карих глазах угрожающе танцевали языки пламени. Этот взгляд был так похож на взгляд мальчика, прятавшегося за мусорным баком, и в то же время был совсем другим, осмысленным, бескомпромиссным. Он попытался вырваться, но зелёные руки крепко удерживали его на месте. Тяжело дыша, посмотрел на своего младшего брата и не узнал его. От Хамато ничего не осталось. Прозвучал оглушительный грохот, словно что-то упало. Йоши дёрнул ухом и принюхался чистым звериным движением. Черепахи даже не вздрогнули, лишь усилили хватку. — Огонь расходится слишком быстро, — обеспокоенно сказала крыса. — Огонь? — Саки посмотрел в соседнюю комнату, где огонь медленно завоёвывал новые территории. Сейчас, не ослеплённый своими чувствами, он мог почувствовать запах горящего дерева. Весь дом был из бумаги и дерева. Он с ужасом посмотрел на монстра, да него дошло страшное понимание того, что он знал о том, что они уронили свечу, зелёные тоже знали. Ороку начал вырываться с новой силой, не обращая внимания на то, какие синяки должны были оставить зеленые пальцы. — Отпусти! Ты не понимаешь дом не… Ещё один грохот и, казавшийся поначалу контролируемый огонь, в мгновение ока перескочил с пола на стены, распространяясь со небывалой скоростью. — Леонардо, сходи за братьями и семьёй Саки. Микеланджело, останься здесь и удержив… Послышался жалобный писк, скрежет, а потом потолок над ними загорелся и начал осыпаться горящими кусками. — Нет! Большая часть потолка упала, накрывая их волной жара, посылая всех на пол. Какое-то время он не мог ничего видеть и слышать, но через секунду чувства вернулись и он услышал детский плач и крик Шен. Они упали вместе с горящим полом со второго этажа. Саки попытался встать, но что-то горячее придавило его. Пытался снова и снова, что-то говоря Микайо, что-то обыденное, что-то вроде «не бойся». Зрение прояснилось. Дом был полностью объят пламенем. Двое зелёных чудовищ освобождали из-под обломков другого, в красной повязке. Его придавило кроватью. Где его семья? Он начал бешено вертеть головой, ориентируясь на плач и крик. Крыса и оранжевый лежали под окном, усыпанные мелкими щепками. Ещё один скрип и что-то вновь упало. Зелёные что-то говорили, кричали. — Стой! — отчаянный крик Шен. — Не уходи! Ее голос сорвался, перерастая в кашель. Микайо было не слышно. Он не слышал его плача. Паника быстро овладевала его разумом. Надо было что-то делать. Надо было… У голубого и фиолетового получилось вытащить красного из-под кровати. Что-то не так с его ногой. Красный не мог наступить на нее. — Уходим, — прохрипел один из них. — Нет! — Саки попытался крикнуть им, попросить о помощи. — Леонардо прав. Уходите. Саки уставился на крысу, державшую на руках оранжевого, красная кровь начала окрашивать его маску. — Мастер Сплинтер, без вас мы… — Уходите, — он бережно передал бесчувственного монстра фиолетовому. Четверо чудовищ выглядели неуверенными, словно готовы были начать спор в любой момент. Но потом бесшумно с каменными лицами ушли в одно из немногих уцелевших окон. Крыса подошла к нему, кашляя и задыхаясь. — Нет, — прохрипел Саки. — Микайо, Шен… Кар… Мива… Тот ничего не ответил, что-то толкая. Боль яростными клыками вцепилась в его ноги. Обжигая и сдирая кожу ниже колена, высвободился. Он оттолкнул крысу, сжимая зубы. — Шен! Балка упала, поднимая ворох пыли, оттесняя их к выходу, подальше от его семьи. Воздух в лёгких заканчивался, заменяясь дымом. В глазах темнело, конечности становились тяжёлыми. Кто-то возле него зашелся кашлем или это был он? Он сделал шаг вперёд, но ноги не держали его. Это его кровь? Последнее, что он увидел было полное разрушение второго этажа. Там были звёзды.

***

— Их смерть на вашей совести, черепахи! Саки вынул меч из последней живой черепахи. Фиолетовый. Донателло. Доспехи стали ему дополнительной кожей за последние три года. Три года бесплодной войны с Хамато, три года в Нью-Йорке, вдали от родной Японии, три года без семьи. Он тяжело выдохнул, снимая шлем и перешагивая через бездыханное тело. Голубой и оранжевый лежали где-то в канализации по пути в их дом. Красный и фиолетовый встретили свою смерть в родных стенах. Глава футов подошёл к крысе, хрипящей на полу. Все ещё живой. Он опустился на колени, поднимая его голову. Маленькие капли крови виднелись на шерсти на подбородке и груди. — Надеюсь, ты все видел, как видел я, — прошипел он. — Возможно, тебе следовало подумать о последствиях, брат. Саки опустил меч.

***

Месть не принесла должного облегчения, не принесла покоя. Он сидел на своем троне одинокий и озлобленный, преданный мыслям об отмщении, не даровавшем ничего, кроме пустоты. У него была цель, теперь у него лишь воспоминания о прошлом, о семье, о смерти. Фут-клановец остановился у двери, замялся. Саки ждал. Его запас терпения иссякал на глазах за последние годы поисков. Все началось со слухов, распространявшихся медленно, по осколкам собираясь в достоверную информацию. О существе, способном ходить между реальностями, способном похищать людей, монстров из родных измерений. Какую бы ненависть он не испытывал к подобным, он не мог упустить такой шанс. Ему нужна была цель, нужно было хоть что-то. — Господин, — фут наконец зашёл внутрь, дверь за ним прикрыли стоящие на страже. — Что ты выяснил? — Это возможно, но цена… — Мне это не важно! Любой действенный способ! Цена не важна! — он сорвался. Снова. — Если это действительно возможно, то… — Да, Мастер, — фут склонил голову. Саки подавил желание наказать его за то, что он перебил лидера клана на полуслове, вместо этого лишь недовольно посмотрел на него, предупреждая. — Тогда пускай с ним кто-нибудь свяжется. Немедленно.