"Аукцион девственников"

Утром я проснулся в девять часов и пошел в душ, хорошенечко помылся, снова побрился, наложил масочку на лицо, чтобы оно было мягким, постриг ногти и оделся. Ехать до «Зубра» час, но я не буду до клуба пилить на автобусе, иначе от меня ничего не останется. Должен же я нормально выглядеть. Таксист всю дорогу смотрел на меня и мне хотелось выпрыгнуть из машины и… черт! Идти вперед? Назад домой? Писец полный. Я попытался расслабиться и начал читать мантру. Полегчало. Через пятьдесят пять минут мы приехали к клубу «Зубр». Я расплатился и вышел из такси. Ничем неприметный на вид, чем-то напоминает музей, или кинотеатр. Внутри все в зелёных тонах, лепнина на потолке и зелёные столы, рулетки, фишки… На входе стоит стол, за ним сидит девушка, вся напичканная силиконом. — Могу я тебе, красавчик, чем-то помочь? — спрашивает она. — Впервые у нас? Что предпочиташь, малыш? — А… Я… Не поэтому поводу… Я прочёл в газете про… — Твою же, мать! Как об этом сказать милой симпапушке? Но дева на ресепшене профессионально улыбнулась и кивнула. — Конечно, малыш! — ответила она. — Ты пришёл поиграть как лот, я права? — Д… да! Вроде как… — улыбнулся я. — Хорошо, милый, пройди вон в ту дверь, что слева. Там найдёшь старика, он тебе все покажет, расскажет и оформит. Ступай, мальчик, и удачи тебе, — проговорила она, махнув рукой. Я кивнул и на ватных ногах почапал к назначенной двери. Комната оказалась небольшой, офисного типа: на окнах жалюзи, стол письменный, компьютер и принтер — ничего лишнего и предосудительного. За столом сидел мужчина лет под пятьдесят. Толстоват, но опрятно одет, что уже радует. Господи, не приведи мне на ночь такого толстяка. Я нервно сглотнул и закашлялся. — Привет! Юноша, я могу тебе чем-то помочь? — спросил меня мужчина. — Здравствуйте, — ответил я. — Ну, я по поводу лота… э… пришел. — О, как хорошо! — улыбнулся мужчина. — Впервые за три года появился парень. А так всё девицы одни, приелись даже как-то. Ладно. Так ты точно решил продать свою невинность? — Я сжал кулаки и утвердительно кивнул. — Хорошо, тогда прочти вот эти документы на пять страниц — это контракт. Если подпишешь его, то назад дороги не будет, мальчик. Если вздумаешь сбежать или нарушить контракт, то тебя либо посадят, либо хорошо проучат, что инвалидом останешься. Посему, малыш, либо ты сейчас уходишь, либо принимаешь условия. И, кстати, ты — девственник? Какой-нибудь сексуальный опыт у тебя был? — Только с девушками, но не с парнями. И, да, сэр, я остаюсь, — твёрдо ответил я. Я взял в руки документы и начал читать. Ничего страшного вообщем-то нет: мед осмотр, потом меня помоют, умастят тело маслами, ароматизаторами и благовониями; сделают массаж, клизму. Можно кальян покурить по желанию клиента. Я бы покурил кальян, но увы, не моё желание, а если позволит мой покупатель, тогда и дадут курнуть. Дай-то Бог! Ночь утех и, как сказал Блейз Забини, смазка, душ, джакузи или ванная и все такое… Ничего вроде страшного и предосудительного. — А я живым останусь? — спросил я и положил прочитанный контракт на стол. Мужчина рассмеялся. — Конечно. Ты останешься все таким же красивым малышом и при деньгах. Мы знаем свое дело, мальчик, — ответил мужчина. — А теперь я должен кое-что у тебя спросить. Твоё имя, фамилию, год рождения и тд. — Хорошо, записывайте. Моё имя Драко Люциус Малфой… — начал я. — А теперь последний вопрос, Драко. Цель получения денег? — спросил регистратор. — Моя мать умирает и я должен, как можно быстрее достать миллион фунтов стерлингов на её операцию. Мне необходим этот кошмар. Ради матери я готов на все, уважаемый, — закончил я. — Но я не спросил, как ваше имя, сэр? — Ах, да! Прости меня, Драко Малфой. Конечно же. Моё имя Роджер Мик Стенли, но оно тебе ни к чему. А теперь ставь подпись и я тебя сфотографирую, это нужно для отчетности. Я кивнул и взял в руки гелевую ручку, расписался в трех местах документов и в контракте. Все, назад дороги нет. Радует всё-же, что это не сексуальная каббала и, как сказал Забини, один раз — не пидор. — Итак, начальная на тебя цена будет сразу пол лимона фунтов стерлингов, после начнут прибавлять. Все деньги ты получишь завтра утром. Все ясно? — спросил он и я кивнул. — Аукцион начнётся в шесть вечера, сейчас уже два часа дня. А теперь, Драко, проходи в следующую дверь, там тебя начнут готовить для клиента. Протяни руку, мальчик, я надену тебе на запястье номерок. — Я протянул левое запястье и мне надели ремешок с номером семь. Я пошёл к двери и перед выходом повернулся к мистеру Стенли. Однако, мужчина перестал на меня реагировать. Он что-то писал, заносил в компьютер, начал что-то бубнить под нос. Интересно, сколько им платят за устройство оргий с БДСМ? — Мистер Роджер Мик Стенли? — обратился я к мужчине. — Да, мистер Малфой? — отозвался он. — Я хотел спросить… А среди клиентов есть женщины? Я бы предпочёл женщину, — улыбнулся я. — Увы, Драко, — вздохнул Стенли, — богатые клиенты только мужчины. Беги, мистер Малфой, беги. Поверь, четыре часа — это мало для подготовки. Ах, да! Запамятовал спросить, у тебя есть ли какие-нибудь болезни хронические или вирусные? А, может, ты увлекался наркотиками, сигаретами, или нюхательными травами? — О, нет, мистер Стенли, я — первокурсник медицинского университета, пью молоко с мёдом на ночь, ем хлопья на завтрак. Иногда пью вино, но в основном воду или чай. Моя страсть — девушки и учёба. В детстве болел корью, не считая ОРЗ. На этом — всё. — Отлично, а теперь беги, Драко, все будет хорошо. Не бойся, один раз — не гей. Потерпи немного и все будет о’кей. Помни о матери. Поверь, это не смертельно. — Спасибо, — почему-то промямлил я, и вошел в соседнее помещение. Войдя в внутрь, я сразу попал к куче докторов. У стены стояло кресло для осмотра женщин. Вот так жесть! — Здравствуйте, — поприветствовал я врачей. — Проходите, мы вас осмотрим, — ответили они и улыбнулись. Меня крутили, вертели, взяли кучу анализов, потом снова осматривали и под конец сделали три клизмы, мне показалось, что вода с марганцовкой достигла горла. Меня вычистили всего, потом смазали мягким вазелином, когда вся вода с содержимым кишечника вышла. Так продержали меня в кабинете врачей полтора часа, после позволили одеться и сказали, что я полностью здоров, чист и девственен. Это я и сам знал, что моей задницы дрожайшей никто не касался. Ух, я хоть и учусь на врача, но вот таким садистом не буду. Следующая дверь привела меня в ванную. Там меня купали, очищали кожу от волос во всех местах, наносили скраб, натирали меня маслами и благовониями. Делали массаж, разминали каждую косточку, чтобы моё тело стало мега-гибким, податливым и с сияющей кожей. В мои волосы втерли тоже какие-то благовония, от чего они засияли платиной. Даже глаза стали иными: они заблестели серебром и бриллиантами, после того, как в них что-то закапали. На все про все у меня на макияж ушло два часа. В конце мне надели узкие в обтяжку брюки из мягкой кожи, а под брючками — ни хрена белья! Да, и это меня почему-то сильно напрягло. На тело надели приталенную рубашку с кучей завязочек и пуговичек. Я глянул на себя в зеркало и ахнул: на меня смотрел в отражении незнакомец — модель мирового порядка. Боже! Кем я стану после этой проклятой ночи? На улице уже стемнело, когда я перешел в следующую комнату. Она была последней, а за ней — подиум. В комнате уже сидели шестеро человек: пятеро девушек и один недо-парень — транссексуал. Мне дали миску с салатом и кусочек рыбы. Слава Богу, а-то уже голова от голода кружилась. Я не завтракал, не обедал, меня до мозгов промыли клизмами, но сейчас накормили. — Привет! — поздоровались девы и недо- «парень». — М… А ты красивый мальчик. Просвети нас, почему ты хочешь деньги? — спросила симпапушка-блондинка. — Вот я, например... мне нужны деньги для отдыха в Майами. — А мне — на учёбу в Оксфорде, — проговорил транссексуал. И так все назвали свои причины, потом разом посмотрели на меня, ожидая моего ответа. — На операцию матери, она умирает, — ответил я. — Ох!.. — только и услышал я из возгласы. — Заканчиваем перекус! — раздался голос смотрителя. — Первый номер, готовься на выход! Клиенты неистовствуют и ждут зрелища. Брюнетка под номером один вышла на подиум и медленно стала ходить в белых чулочках, топике и на высоких каблуках, виляя бедрами. А молоток уже стучал. — Три сотни тысяч за знойную красавицу! Кто больше? — кричал распорядитель с молотком в руке. — Пятьсот тысяч! — выкрикнул кто-то — Восемьсот тысяч! — раздалось из зала. — Итак, — крикнул распорядитель, — восемьсот тысяч — раз! Восемьсот тысяч — два! Восемьсот тысяч — три! Продано. Девушка уходит к клиенту под номером шестнадцать. И тут мы увидели как на подиум поднялся жирный, килограммов под двести мужчина. Он взял её за руку и увел. Второй пошла самоуверенная блондинка. И её купили за девятьсот фунтов. Её увел старикан под номером восемь. Не хочу вдаваться в подробности, но скажу только, что недо- «парня» увел мужчина лет под сорок. Ну, хоть не шестьдесят и не жирдяй. — Итак, у нас остался последний участник лота под номером семь! — закричал распорядитель. — Начальная цена восемьсот тысяч фунтов стерлингов! У меня ноги стали ватные и я чуть не рухнул в обморок, но меня подтолкнули и буквально выпихнули на подиум. Зал ахнул и все зааплодировали. — Миллион! — послышался первый голос. — Полтора! — кто-то выкрикнул. Я зажмурил глаза и открыл, когда кто-то крикнул: «Пять миллионов». — Пять миллионов — раз! Пять миллионов — два! Пять миллионов… — Семь миллионов! — услышал я новую цену за себя. «Боже! Это все ради матери, все ради неё! И жизни не жаль…» — твердил я себе. — … Семь миллионов! Продано! Седьмой участник уходит с клиентом под номером три. Впервые в стенах «Зубра» такой улов, но парень с ангельской наружностью этого стоит? Как считаете? — вещал распорядитель. — Да! — послышалось со всех сторон. Как корову оценили на рынке. Я почувствовал теплую руку на своём плече и сильнее зажмурил глаза. Боже, как же я хочу сдохнуть сейчас. Ужас, боль, отчаяние, унижение и сильная тоска охватили меня. Я едва шёл, пару раз споткнулся, но тут чьи-то руки подхватили меня и прижали к себе. В нос ударил запах корицы, лимона, шоколада и индийских благовоний, а главное, чистого, молодого тела. Руки сами потянулись к шее и обвили её. Хотелось поскорее, чтобы этот КТО-ТО унес меня подальше от раздевающих моё тело глаз, от похотливых и откровенных взоров, которые просто кричали: «Ух! Давайте трахнем его всей толпой!» — Все прошло, малыш, все хорошо, — услышал я низкий, бархатный голос у своего уха. Мы стали подниматься по лестнице, гул голосов остался позади. — Мистер Поттер, — услышал я женский голос, — ваши апартаменты готовы, код замка 394. — Благодарю, Сьюзи, — услышал я голос того, кто нес меня, словно я был пушинкой, — ты можешь быть свободна до утра. — Хорошо, мистер Поттер, спасибо, — ответила радостно девушка и застучала каблучками по паркету. Я почему-то ещё крепче прижался к незнакомцу по фамилии Поттер. Как бы не было интересно, но я не открою глаз до номера. — Мой Принц, — услышал я низкий голос, — мы на месте, открой свои прекрасные глаза. Я почувствовал под спиной кровать и пушистое покрывало. — Отпусти меня. — Нет, — тихо ответил я и сильнее прижался к парню. А потом мои руки расцепили, но я перевернулся с другой стороны кровати спрыгнул на пол, открыл глаза и подошел к окну. Меня жутко била дрожь, тело сволило от страха, руки тряслись, по спине лил холодный пот, а сердце колотилось и, как загнанная птица, трепыхалось где-то в районе пяток. Я услышал шаги за спиной и почувствовал горячие ладони на своих плечах. Тёплый, бархатный голос попросил, опаляя моё ухо и шею: — Повернись ко мне, посмотри на меня, мой мальчик. Меня медленно развернули и я встретился с самым красивым парнем в мире. О, мой Бог! Зелёные, глубокие, как Тихий океан, глаза смотрели на меня тепло и даже нежно. Высокий, гладкий лоб, густые черные брови и чувственные губы. Сердце моё совсем обезумело, когда руки парня обняли меня за талию и эти губы коснулись моего уха и уже охрипший голос прошептал, опаляя горячим дыханием мочку и шею: — Принц моего сердца, как ты прекрасен. Я ждал тебя все свои двадцать пять лет, и хочу любить тебя всю ночь. Нет, всю свою жизнь. Я сильнее задрожал в его объятиях и посмотрел снова в его изумрудные глаза. О, мой Бог! Хочу утонуть в них и не выплывать назад в этот бренный мир, готовый раздавить меня, как гниду. Каковы чувственные губы мистера Поттера на вкус, интересно? — Скажи мне, как твоё имя? — услышал я голос брюнета. — Д. . Дра. . — Да, и мир перевернулся. Я провалился в черноту. # Сколько прошло времени, пока я очнулся? Сначала ко мне вернулся слух, затем воспоминания, где я нахожусь и что со мной? Я снова ощутил под собой мягкое покрывало, и все еще был в одежде, а значит, этот мистер Поттер — джентльмен, он не взял меня, пока я был в отключке. Что ж, очень радует. — Открой свои бриллиантовые глаза, Принц, — услышал я голос брюнета, — я знаю, что ты уже пришёл в себя. — Я открыл осторожно и очень медленно глаза и снова окунулся в насыщенные изумруды. — Так как всё-таки тебя зовут? — Драко Люциус Малфой, — ответил я тихо. — Нет ли здесь воды, мистер? Все горло пересохло. Тело Поттера потянулось к тумбочке и он взял в руку стакан с водой. Я приподнялся и брюнет напоил меня, а я жадно выпил до капли. А потом губы Поттера накрыли мои. Его язык облизывал мои губы, просясь внутрь, и я сдался, впуская. Брюнет застонал и стал вылизывать мой рот, соперничая с моим языком. — Красивое имя Драко, тебе подходит. Прекрасный Дракон, запертый в собственную темницу страхов и идиотских стереотипов. — О чем вы? — спросил я, вжимаясь в пушистое покрывало. — Ты заперт, закрыт и закрепощен, Принц Драко. Ты боишься открыться чувствам, безумству страсти, и сам сжигаешь себя, страшась любви к мужчине. Неужели я так уродлив и ужасен в твоих глазах, мой мальчик? Я начал злиться. Что этот парень себе позволяет? — Вы не правы, сэр, я никогда не считал себя гомофобом, — ответил я, — вы не так поняли! — Тогда коснись меня, Драко, не бойся почувствовать меня и свое сердце! — попросил мистер Поттер. — Я вывернулся из его объятий и перевернулся на живот, выпячивая зад. Меня снова развернули к себе и нависли сверху. — Что ты делаешь, Драко? — Вы купили ночь со мной, почему же медлите? К чему все эти прелюдии и заигрывания? Хотите помучать меня, как кот мышку? Я ведь для вас именно серый, глупый мышонок, по случайности попавший в вашу клетку. Натешитесь и завтра выкините меня на помойку. Я не хочу и не могу позволить себе почувствовать вас, чтобы не разбилось в пух и прах моё сердце. Неужели не понятно, мистер? — Драко, позволь узнать, милый, откуда такие обо мне выводы? — прищурившись, спрашивает толстосум. — Вы купили ночь со мной за СЕМЬ ЛИМОНОВ! — почти кричу я в лицо холеного Поттера. — И все ради чего? Чтобы свое эго удовлетворить, что вы можете позволить себе игрушку, утеху купить за любую цену? — Нет! — почти зарычал мистер-брюнет. — Ты мне безумно понравился, и я не мог отдать тебя толстому старику, который за все твоё пребывание на подиуме, ласкал себя через брюки. Он бы давно уже драл тебя сейчас и порвал всего за пять миллионов! — Можно мне затянуться кальяном? Я не хочу ничего завтра помнить, — попросил я. — Нет! Я хочу, чтобы ты меня хотел сам и был в своем уме, а не под кайфом, — ответил мистер Поттер. -- Успокойся, а то снова упадешь в обморок. Ты создан, чтобы тебя любили, заботились о тебе, оберегали, баловали и снова любили до бесчувствия. И я хочу любить тебя так, чтобы ты стонал для меня, звал, умолял меня и кончал раз за разом с моим именем на устах. — Я прошу вас, мистер Поттер… — Меня зовут Гарри, малыш, — прерывает меня брюнет. — Хорошо, пусть Гарри, но я не хочу, чтобы в моем сердце остался ваш след, не могу допустить, чтобы я поддался соблазну, и чтобы вы разбили мне сердце этой ночью. — Скажи мне, Принц Драко, что я должен совершить, чтобы ты поверил мне? Мои чувства настоящие и ты стал мне дорог. И говори мне «ты», я устал от твоего «выканья». — Возьми меня, Гарри, и покончим с этом! Ведь из-за секса ты купил меня? Давай, сделай уже свое дело! — Хорошо, Драко, но после твоих слов у меня не встанет. Возбуди меня. Сделай так, чтобы я захотел тебя на все сто. Думаю, что минет тебе не по языку -- не привычен. Тогда, что насчёт танцев приватных? Умеешь танцевать? Что ж, лучше потрясти задом в танце, чем работать ртом, лаская его яйца и налившуюся головку члена. Поттер включает mp3 — плеер и начинает играть какая-то мексиканская или латино-американская музыка. И я начинаю двигаться в такт музыке. Уже через десять минут мистер Поттер присоединяется ко мне, обнимает сзади и трется об меня твердым, большим членом. Его руки обнимают, пробираясь под рубашку, и гладят соски, а губы целуют шею, шепчут о райском наслаждении и любви. Мистер Поттер разворачивает меня к себе и поднимает на руки, несёт к кровати. Положив не неё, Гарри просит: — Сними с себя сам эти брюки кожаные и рубашку, пока я всё не порвал. Я подчиняюсь и остаюсь без одежды, инстинктивно свожу ноги, но Поттер снова хрипло произносит: — Не смей их сводить. Хочу видеть, как ты будешь просить меня о любви. Я не реагирую и он начинает лизать мочки ушей и местечки за ними. Я задыхаюсь, закрываю свой рот рукой, и невольный стон вырывается из моих уст. — Давай, стони, кричи для меня, только не сдерживайся, малыш. Его руки ласкают мой член и я выгибаюсь в руках Поттера. Ох, первобытные инстинкты меня одолевают. — Скажи, что хочешь меня, Принц Драко, не молчи, — просит Поттер. Губы мои шепчут: «Хочу тебя». Гарри нависает надо мной и растягивает меня, а я выгибаюсь и прошу любить. Парень что-то говорит мне, раздвигая уже тремя пальцами мой сфинктер. Но вот пальцы покидают моё тело, а их место занимает замечательный, налитый соками жизни, член. Вот мистер Поттер сорвал обертку презерватива и буквально через мгновение в меня вошла крупная головка. Ноги мои дрожат, я пытаюсь их сдвинуть, но Гарри не даёт — он их кладет на свои плечи и входит в меня, заглушая крик глубоким поцелуем. Он собирает слезы с моих щек губами и шепчет слова любви и утешения. Мистер Поттер пока не двигается, даёт мне перевести дух и привыкнуть к нему. Я осторожно перемещаю свои ноги с плеч партнёра на его поясницу и опоясываю его. Брюнет смотрит на меня и я одними губами выдыхаю: «Давай». Осторожные толчки становятся более откровенными и глубоким, рваными и моё сердечко замирает, когда парень, изменив угол проникновения, начинает проезжаться по простате, вышибая из меня дух, крики и стоны наслаждения, а также слезы какой-то неземной радости. Боль ушла, сменившись незатуманненным восторгом. По моим щекам текут слезы благодарности и непонятного, какого-то солнечного света, который разрастается-разрастается и я разлетаюсь в оргазме на миллионы маленьких солнц, выплескиваясь на нас своим семенем. Гарри не отстаёт и кончает в презерватив, он во мне. Всё-таки, больше бы смазки, резинка сильно меня натерла. Мистер Поттер выходит из меня, а я закрываю глаза, хочется спать, но тут голос брюнета резко меня будит: — Не спать, Драко, мы только начали, малыш! — Садист! — фыркаю я и утыкаюсь лицом в изгиб поттеровской шеи. Ммм… аромат корицы, лимона, шоколада и индийских благовоний! Так остро и горячо, живот сводит судорогой. — Мой личный садист. Гарри обнимает меня, а я дрожу, хочу его поцелув. Низкий его голос проникает, впитывается в меня, как яд, отравляя моё тело и душу, все сердце зависимостью. Боже, как завтра я расстанусь с тобой, брюнет? Я всхлипываю. Губы мистера Поттера метят меня, клеймят, ставя на теле отметины и засосы, как принадлежность ему. Да, я шлюха, продавший свое тело в пользование Гарри. Он посадил меня на задницу и я вскрикнул от боли, которая пронзила мою поясницу. — Ну что ты, Драко, мы ещё в начале пути, — говорит брюнет. — В начале пути? Но, сколько раз ты хочешь меня? — спрашиваю я и краснею. — Не раз и не два, а всю ночь, мой сладкий, — слышу ответ. Я закатываю глаза, мол, ни хрена себе, а Поттер поднимает меня на руки и несёт в какую-то другую комнату, а в ней — мама, дорогая! -- полно материалов и предметов для пыток. Я нервно глотаю слюну и смотрю на Гарри. — У тебя глаза по блюдцу для десертов и они почти черные! — усмехается мой тиран. — На свои глянь! Зрачки расширенные, как у наркомана, руки дрожат, член снова налился. Маньяк ты, мистер Поттер! Он хватает меня за волосы и притягивает к себе, впиваясь в мои губы, а я снова теряюсь в этом парне. Наконец, он отстраняется от меня и смотрит своими изумрудами, я снова тону в его очах. — Только одно твоё слово: «Все», или «Стоп» и я прекращу практику легкого БДСМ., — говорит Гарри. — Иди ближе и ложись на кровать животиком вниз. Я не отвожу от брюнета глаз и иду к нему. Он опрокидвает меня животом на кровать и пристегивает крепкими ремешками мои ноги и руки к кровати. Я смотрю на Поттера. — Не бойся, я немножко подразню тебя, — шепчет мне брюнет, — все будет хорошо, поверь мне. — Он раздвигает мои ягодицы и облизывает колечки мышц покрасневшего ануса. Я начинаю стонать от бесстыдных ласк Гарри. — Какой же ты сладкий и вкусный, Драко! Он берет с тумбочки смазку и обильно намазывет ею серебряные шарики на веревочке. Их шесть штук. — Я введу их в тебя, Драко, но ты не бойся, все под моим неусыпным контролем, ты не пострадаешь, разве что получишь несколько оргазмов. — Я кусаю не больно нижнюю губу и отвожу взгляд. — Я трахал тебя, Малфой, и ты после этого все еще стыдишься меня? — Я молчу и киваю ему головой, едва заметно. — Может, не надо все эти эксперименты? — предложил я. — Брось, малыш, — ответил брюнет, — тебе очень понравится. Поттер положил свою ладонь на мой зад и стал мягко массировать. — Ты такой красивый, Драко, такой желанный и мне так хочется постоянно любить тебя. Последний шарик, введенный брюнетом, был лишним, он еле поместился в меня. Я еле перевожу дух от того, что шарики, соприкасаясь, задевают простату и я тяжело дышу, тихо постанываю и смотрю просяще на мистера Поттера. Всполохи желания волнами проходят по всему телу. — И сколько мне ещё лежать с шарами в заднице? — спросил я. — А тебе не нравится? — усмехнулся Гарри. Он взял в руки пультик небольшой. — Сейчас станет кайфово. Брюнет включил этот пультик и я задохнулся от эмоций — шарики начали вибрировать волнами, а я протяжно стонать. — Гарри… Ещё... прошу тебя, мне не достаточно этих вибра… вибраций… Молю тебя, Поттер! — а он все ласкает руками мой зад и сам низко стонет. Я подаюсь задом ближе к рукам брюнета и выпячиваю свою пятую точку. Гарри нажимает снова на пультик и вибрация усиливается и я весь начинаю дрожать, меня подбрасывает на кровати и слезы градом текут из глаз. Я скулю, облизываю, кусаю и снова облизываю губы и смотрю на Поттера. Его зелёные глаза снова черные. — Ну, как Драко? Какие у тебя претензии на то, чтобы лежать так и получать удовольствие? Сейчас тебе все нравится, или ещё добавить, чтобы все пульсировало, имитируя толчки? Толчки с вибрацией, как тебе, Принц? — Гарри присаживается на корточки передо мной и лучезарно улыбается. — Да, мистер Поттер, прошу… но я хочу тебя больше, чем эти штуки, — отвечаю я. — Какой же ты покладистый и чувственный, — смеется брюнет. — Драко… — рука Гарри перебирает мои мокрые от пота волосы. Он снял с меня кожаные ремни и развернул на спину. — Ха, — шепчу я, — уже устал меня мучить, милый? — облизываюсь я и подползаю к Поттеру, а потом кричу от восторга, потому что шарики во мне постоянно прокатываются по простате и меня трясет. Я обнял Гарри. — Как ты прекрасен, мой малыш. Скажи, как сильно ты хочешь меня? — произнес он. Гарри протягивает руку и достаёт из-под подушки кольцо селиконовое для… члена. — Милый, я знаю, что ты на пределе, но мне совсем не с руки, чтобы ты сейчас кончил. — Мистер Поттер опрокинул меня на спину и быстро надел кольцо на мой пульсирующий член, облизнул головку, а я зарыдал в голос. — Ну, сладкий, не спеши. Брюнет по одному вытащил из меня шарики из задницы, а я весь был в жирном вазелине. Когда он вытянул последний, я притянул Гарри к себе и жадно поцеловал. — Подожди, милый, я сейчас, — говорит Поттер и подходит к шкафчику. Походка леопарда, красивая и хищная. Он возвращается с искуственным фаллосом. Гарри кладет под мой зад пару подушек и смазывает игрушку и вводит её в меня, одновременно берет мой член в рот и начинает ласкать. Двойная пытка. Ох, как это сладко. И меня снова трясет, я кричу. — Не сдерживайся, Драко. Давай, кричи, любимый, кричи! Говори, как сильно тебе нравится и чтобы тебе ещё хотелось. — Войди в меня сам, мистер Поттер, — прошу я, — все игрушки — это… Ааххрг. — Как же ты сводишь меня с ума, Принц Драко, — рычит Гарри и вынимает из меня игрушку. — Прошу тебя, — я притягиваю брюнета к себе и обнимаю, прошу, словно в бреду:  — возьми меня, я молю… пожалуйста, Гарри. И он вошел в меня одним рывком во всю длинную. Я выгибаюсь, запрокидываю голову назад и опираюсь руками о головную часть кровати и стону, почти рычу. Как же больно и как хорошо одновременно. — Все хорошо, родной, все в порядке, — шепчет Гарри и начинает двигаться во мне, я выгибаюсь чуть ли не мостиком и раздвигаю ноги шире. — Гарри, да! Ох, как хорошо, — вою я, но это кольцо не даёт кончить мне. — Прошу тебя, сними… сними его с меня. Как больно. Позволь мне кончить… Я двигаю бедрами и сам насаживаюсь на член Гарри. Как же я жалок сейчас. Распростертый на огромной кровати, с раздвинутыми ногами, умоляющий этого господина оттрахать меня, как последнюю шлюху с пятой авеню в Нью-Йорке, так рассказывал мне Блейз Забини. Гарри берет в руки мой член и дрочит мне в такт своим жадным толчкам. Потом он смотрит на меня и прикрывает глаза, снимая с меня селиконовое кольцо. Горячая волна блаженства проходит по всему телу и я стону на высоких нотах. Этот нереальный кайф заполняет меня всего до последнего атома в теле и в душе. Боже, как я смогу без мистера Поттера жить дальше? Он всего меня приручил уже к себе, приклеил, согнул меня всего под свою волю, всего меня пропитал собой и отравил, словно наркотиком. Как я смогу дышать без него? Но как смог этот зеленоглазый бизнесмен за эту безумную ночь любовной пытки меня влюбить в себя? К чему лукавить? Я влюбился по самую макушку. Гарри ускорился и я закричал, кончая на нас. Поттер последовал за мной и упал на меня после оргазма. Я обнял его и выпалил то, что было на сердце: — Я люблю тебя, Гарри, люблю… мой… # Проснулся я около семи часов утра. Я лежал в спальне, куда меня вчера принесли. Комната с атрибутами БДСМ осталась за другой дверью. Гарри рядом не оказалось. В номере люкс вообще никого кроме меня не было. Я осмотрелся и заметил на прикроватной тумбочке кейс. Деньги. Да, обещанные деньги, но нет Гарри, а также его шмоток дорогущих. Я уткнулся лицом в подушку, она все еще хранила его запах и аромат тела. Я впитывал запах и слезы полились из глаз. Вот и закончилось все. Я обнял подушку и зарыдал, сжимая ее руками. В номер вошла девушка. По голосу я узнал, что это была вчерашняя Сьюзи — дева, что прислуживает мистеру Поттеру. — О, вы так рано проснулись, мистер? — спросила она. — Я принесла вам одежду. — Спасибо, — отвечаю я. — Могу я попросить вас вызвать такси? — Конечно, мистер Малфой, — улыбнулась девушка. Когда она вышла, я поднялся с постели и мгновенно боль в пояснице меня прострелила. Я подошел к креслу и начал одеваться, стараясь меньше двигаться, чтобы не травмировать спину. Потом я открыл кейс, он был под завязку набит деньгами. Стало совсем не по себе. Вроде бы радуйся и веселись, но сильная боль не даёт радости. — Так, Драко, забудь его. На следующий аукцион этот Поттер купит себе новую куклу для сексуальных утех. — Слезы снова навернулись на глаза. В номер люкс вошла Сьюзи и сказала, что такси подъехало. Я кивнул и вышел из номера, девушка проводила меня. — Куда едем? — услышал я голос водителя, когда мы отъехали от «Зубра». — Больница «Святого Марка», — ответил я. — Да, слава Богу за все. Если Поттер меня бросил, значит, так должно быть, но обидно, что он не сказал последних: «Прости и прошай». Да, блински, Гарри даже записку не оставил! Обидно. Очень больно, словно всю душу высосали из меня, или как дикий пес порвал её, словно грелку. Изодранное сердце в клочья и пустая телесная оболочка. Я разочарован? Но ведь брюнет ничего мне и не обещал. Как гадко и холодно внутри. Как жить без Гарри, без его рук, умелых губ, крепкого члена и ненасытного желания. — Эй, парень, — слышу я и выплываю из омута мыслей, — мы приехали. С вас двадцатка. Больница «Святого Марка». — Да. Спасибо, — отвечаю я и отдаю водителю деньги. Я вошел в кабинет хирурга и он мне улыбнулся. — Я принес деньги, доктор Шлостер! — воскликнул я. — Пожалуйста, сделайте поскорее моей матери операцию. — Все уже сделано, мистер Малфой, — улыбнулся Вильгельм Майкл, — в семь часов утра сегодня была внесена оплата за операцию и вашу мать только что перевезли из операционной в реанимацию, у неё сиделка-медсестра личная, все под контролем и за сиделку оплачено тоже. Завтра её перевезут в одноместную палату и… — Но как? — ахнул я. — Как это возможно? — Мистер Гарри Джеймс Поттер все сделал, — ответил хирург, — а я десять минут как пришёл из операционной от вашей матери. Пришлось удалить миссис Малфой женские органы из-за опухоли, я оставил только яичники для гормонального функционирования, пять метастаз убрал с позвоночника. Леди Нарцисса должна прожить лет десять ещё как минимум. Все хорошо. — Прости, — услышал я за спиной до боли ставший родным голос брюнета с зелёными глазами. — Прости, что уехал, не написав тебе даже записки. — Спасибо, доктор Шлостер, — улыбнулся я, — тогда мне можно идти? — Да, завтра приходите, после полудня, палата вашей матери седьмая. Я повернулся к Поттеру и схватил его за руку, потянул за собой. На лестнице служебного входа ( я здесь работал месяц от университета волонтером в больнице «Святого Марка», отчего имел ключ и пропуск) я прижал Гарри к стенке и спросил, что все это значит? — Прости меня, Принц Драко, я не мог уснуть этой нашей волшебной ночью. Я пошёл в кабинет регистрации и прочёл все о тебе данные. Так я и узнал, что ты — студент медицинского университета, тебе 19 лет и твоя мама больна, а главное, что деньги ты хотел потратить не на Майами, не на Мальдивы или путешествия, как это делают другие. Ты пошёл на продажу себя на аукционе из-за нужды в деньгах для операции единственного и любимого человека на земле. Мои родители погибли, когда мне исполнился почти год. Драко, ты — очень честный парень и благородный. Я вернулся в номер и до шести часов любовался твоим сном. Ты причмокивал во сне, спал как дитя, подложив руки под щечку, твои длинные реснички отбрасывали тень на лицо и я перебирал тихонечко твои платиновые локоны. Я перевёл время на три часа позже. Ты проснулся в семь, а на самом деле было уже десять. Я думал, что успею вернуться, пока ты спишь, но когда я приехал, увидел, что тебя нет. — Я обиделся. Я подумал, что эта ночь была простой утехой для тебя, и ты смылся утром — ни вещей твоих, ни — записки, — пока я все это говорил, лупил кулаками по груди Гарри. Надеюсь, что ему больно, как было мне. — Я люблю тебя, Драко, — ответил брюнет и поймал меня в объятия. — Повтори мне те слова, что ты ночью сказал, обнимая меня на пике оргазма. — Мало ли что я мог сказать, когда моя крыша уехала от твоих изысканных пыток, — я вырывался из объятий Поттера и отвернулся к окну. Я, конечно, помнил, что сказал тогда. — Ты… Ты не любишь меня, Драко Малфой, мой Принц? Что ж, это многое меняет. Прости, что побеспокоил, — хриплым, почти глухим голосом проговорил брюнет и пошел к лестнице. Я живо догнал его и обнял со спины. — Дурак ты, Поттер! — прошептал я. — Гарри, я полюбил тебя больше жизни. Я умру без тебя, сдохну без твоих рук, умелых губ, жадного рта, прекрасного члена, без твоих темнеющих от страсти глаз и низкого голоса, без дурманящего запаха. Я люблю тебя, прости меня. Позволь… Поттер обернулся и со стоном прижал меня к себе, целуя мои губы, веки, щеки, шею и куда придётся. — Скажи ещё, Драко, любимый мой мальчик, скажи, что любишь меня? — попросил он снова. — Я люблю тебя, Гарри, только тебя! Тебя одного. Ты — жизнь моя. Поттер целует меня и я теряюсь, расстворяюсь в нем. — Ты станешь моим мужем, мой Принц Драко? Прошу тебя. Пожалуйста, Малфой! Он открывает глаза и смотрит на меня нежно, любяще, просяще. Глажу одной рукой его шею, другой — щеку и медленно киваю головой. — Да, ты — моя судьба, Гарри. Но моя мама? — шепчу я в губы любимого. — Вы переедете ко мне, трёх этажный дом велик для одного меня. Поехали сейчас ко мне, Драко? — снова целует меня Поттер. И я киваю головой, а брюнет берет меня на руки и мы выходим из больницы. Прохожие смотрят на нас. Кто-то -- недоумевает, кто-то -- осуждает, кто-то --улыбается. А я обнимаю моего парня на шею, доверчиво кладу голову на его плечо, пока Гарри несёт меня к своей машине.