Как полюбить насильника

      Это так мучительно. Чувствовать, что тобой просто воспользовались и бросили, как ненужную вещь. За что? Почему он поступил так со мной?       Я хотел, старался забыть… Но, боюсь, это невозможно. Кого я пытаюсь обмануть? Как можно вычеркнуть из памяти такое? Обида, боль, сожаление, разочарование — все эти чувства переполняли меня.       Первые пару месяцев я даже не мог нормально спать, боялся каждого шороха. Мне было страшно, вдруг он снова появится возле моей двери со своей надменной улыбкой. Что мне делать тогда? Бежать. Куда бежать? Не знаю. Я сменил замки, установил решетки на окнах, но все равно не чувствовал себя в безопасности. Я распродал всю мебель, которая имела хоть какое-то отношение к тем дням, выбросил все, что напоминало об изнасиловании. Жаль, что нельзя так же сменить воспоминания.       Вначале я хотел наказать его. Он ведь испортил мне жизнь. Пару раз ходил в полицию, но лишь стоял рядом со входом и через пару минут уходил. Думаете, что я струсил? Нет. Я и сам не понимаю своих чувств. Что со мной? Боюсь его, хочу наказать, злюсь. Но не могу его возненавидеть, даже после всего… Я ведь многое узнал о нем. Он часто рассказывал о себе, и, сосредоточившись на его словах, я не сошел с ума. Эди уничтожил меня и одновременно спас.       Регулярные посещения психиатра — доктора Робинсона — начали давать свои плоды. Я медленно, но верно поднимался с колен. Пытался вылезти из своей скорлупы, в которую меня вогнал этот подонок. Потихоньку возвращался к прежней жизни, стараясь не вспоминать те дни издевательств. Хотя, я все еще сторонился людей, особенно незнакомых. Однажды я мельком увидел человека, с виду похожего на него, и ринулся к дому. Заперся там и осторожно выглядывал в окно, пока не понял, что просто обознался. Уличные музыканты вызывали у меня дрожь, я начинал паниковать, если слышал его имя. Но... Постепенно этот страх, эта неприязнь ко всему, что было связано с ним, стали исчезать. Я начал чувствовать себя нормальным, ощутил жажду к жизни.       Но своими грезами я тешился недолго. Как-то раз мне было очень плохо — сдавливало живот, рвало, была высокая температура. Я подумал, что отравился едой, купленной в местной забегаловке. Врач, которого вызвал мой помощник, стал тщательно осматривать меня. Даже на УЗИ отвез. После долгих исследований он сообщил мне, что я жду ребенка.       В начале я был полностью подавлен, ведь это дитя принадлежало человеку, который когда-то сломал мне жизнь. Во мне вскипела ненависть, желание сделать аборт нарастало с каждой прожитой минутой. Я снова вспомнил ужасы, что творил со мной тот парень. Уши заложило от собственного душевного крика. Моя злость и обида дали о себе знать. Мир, который я с таким трудом пытался отстроить заново, снова стал рушиться.       Я опоздал. Плод уже достаточно сформировался, и врач отказался «убрать» его. Я погряз в безысходности. Не мог ничего сделать, как тогда. Но почему снова?       Я снова погрузился в себя. И спустя неделю на меня снизошло озарение. Этот ребенок. Он мой. Принадлежит не только Эди, но и мне. Только мне. А мой малыш ни в чем не виноват. Его убийство не принесло бы ничего, кроме боли и сожаления. И, как ни странно, я захотел, чтобы он родился. Так и случилось.       Спустя четыре тяжелых месяца у меня родился маленький альфа. Я дал ему имя Мэтт. Он был беззащитен и купался в моей любви. Невероятно. Мой материнский инстинкт превозмог все. Все мысли об его отце отошли на второй план. Сейчас я хотел быть счастливым папой моего маленького чуда.       Время бежало так быстро. Чем больше лет ему становилось, тем больше он был похож на своего отца. Конечно же, меня это не радовало. Я снова и снова возвращался в то ужасное время. Дни боли и унижений. Хотя, спустя столько лет я понемногу стал более снисходительным. Теперь эти воспоминания не были столь болезненными. Этот человек, несмотря на все свои выходки, был отцом моего ребенка. И я в некоторой степени был благодарен за это. Я не мог не любить своего сына. Он стал для меня всем.       Когда я включал телевизор, то иногда там был Эди. Его карьерный рост восхищал меня. Даже изредка я скучал по нему. Странно, конечно. Я скучал не по тем дням пытки, а по нему самому. Скучал даже тогда, когда проходил лечение в клинике. Он почему-то стал мне дорог. Может, Эди был моим избранником? Глупо так рассуждать. Конечно, глупо. Если я и привязался к нему, то только из-за его постоянного присутствия в моем доме. Надеюсь, что все-таки нет... Я пытался отгонять от себя эти ужасные мысли. Надеюсь, это все мои гормоны, пройдет со временем. Но, кажется, я простил его.       Мой малыш с возрастом стал интересоваться музыкой. Я устроил его в музыкальную школу, лучшую в районе. У него хорошо получалось. Он и пел, и танцевал, и играл на инструментах просто изумительно. Повзрослев, он попросил меня купить ему гитару. Мдаа… Гены никуда не денутся. Что я еще мог сделать? Только лишь поддержать в его начинаниях.       Мы жили вдвоем все в той же квартире. Мой зайчик ходил в школу и на плавание. Его оценки и спортивные достижения всегда радовали меня. Он часто участвовал в концертах и выступал с той самой гитарой, что я подарил ему на двенадцатилетние. Мне не верилось. Я был по-настоящему счастлив. Моя жизнь, наконец-то, наладилась.       Однажды, когда сын был в школе, в дверь позвонили. На работе был порядок, и мне было лень на нее идти. Подумав, что приехал мой помощник с документами, я машинально открыл дверь, даже не посмотрев в глазок.       На пороге стоял Эди. Его волосы немного отросли, лицо вытянулось, под глазами виднелись синяки от недосыпа. На нем была кожанка, под которой виднелась рубашка в клетку. За спиной снова была гитара.       — Привет, сладкий. Ты скучал?