Как полюбить насильника

      Я был в ужасе, попытался закрыть дверь, но он меня остановил. Увидев мои испуганные глаза, Эди прикрыл дверь и улыбнулся. Но эта улыбка не была той, что я видел раньше. В его глазах не читалась похоть или злоба. Он был рад.       — Уходи… Или я вызову копов!       — Сдаюсь, сдаюсь! Ты меня поймал! — подняв руки вверх, прокричал он.       Я с огромным удивлением посмотрел на него. Такое поведение было ему не свойственно. После моей угрозы он и не думал двигаться с места. Его радостные глаза продолжали смотреть на меня в упор. Хотя Эди и изменился внешне, мне все еще было не по себе.       — Зачем ты здесь?       — Ах, да, прости, — он опустил руки. — Я несколько раз приходил сюда, но никак не решался позвонить в дверь.       — И у тебя все-таки хватило наглости сделать это? Что тебе нужно?       Он опустил глаза.       — Тот мальчик, с которым ты играл во дворе… Это ведь мой сын?       До этого момента я пытался соблюдать спокойствие. Но после услышанного, меня стало трясти. То ли от злобы, то ли от страха. Мои эмоции рвались наружу. Как-будто в мое сердце вонзили нож. Конечно же, Эди сразу заметил, что со мной что-то не так.       — Лука, ты…       — Нет, — перебил я. — Этот ребенок к тебе не имеет никакого отношения.       — Вот как! — произнес он с насмешкой, сделав шаг вперед. — Кто же еще посягнул на твою попку?       В этот момент я не сдержался и со всей силы врезал ему по лицу. Удар оказался таким сильным, что Эди влетел в дверь. Из его рта пошла кровь.       — Ох, видимо я задел тебя, — вытирая кровь с лица, произнес он. — Прости. А у тебя хороший удар. Интересно, сможешь ли ты попасть снова.       Он быстро вскочил, схватил меня за руки и повалил на пол.       — Черт! Слезь с меня, скотина!       Неужели снова? Нет. Я не хочу этого! В этот раз у него ничего не выйдет! Я стал крутиться, тянуть на себя руки, пытался вырваться из его "нежных" объятий, но не смог. Силен, подлец!       — Ты сам виноват, сладкий. Нечего было руками размахивать, — он сильно сжал мои запястья.       — Кто бы говорил! Отпусти… Мне больно…       На секунду он замер, его хватка стала слабее. Поймав момент, я извернулся, и теперь на полу лежал Эди. Такой юркости от меня он явно не ожидал. Однако его улыбка снова засияла. Он засмеялся, затем неожиданно дотронулся до моих губ, провел по ним пальцем и сказал:       — Я очень скучал по тебе…       В уголках его глаз появились слезы. Этот парень с разбитой губой, изнасиловавший меня когда-то, сейчас лежал на полу моей квартиры и плакал, глядя на меня. В его глазах читалась печаль и сожаление. Возможно, что все прошлые годы он мучился, вспоминая содеянное. Мои эмоции смешались. Злость, которая до этого момента охватывала меня целиком, вдруг исчезла, и возникло странное чувство. Смотря на него сейчас, я осознал, что все это время ждал и ужасно скучал по этому человеку. Мое сердце сжималось. Из моих глаз тоже полились слезы.       — Лука, я…       За спиной послышался скрип двери.       — Папа!       Я обернулся. У порога стоял мой сын с портфелем в руках.       — Сынок, ты уже вернулся? А как же плавание? — я резко поднялся, вытирая слезы.       — Тренер заболел, поэтому занятие перенесли. А кто этот дядя на полу?       — Это…       — Привет, меня зовут Эди. Я друг твоего папы, — Эди тоже уже был на ногах и улыбался что есть мочи.       — Разве друзья дерутся? — сын ответил тоном, полным недоверия. — У тебя кровь на губе.       — Так мы и не дрались. Я просто такой неуклюжий, споткнулся прямо на пороге, твой папа пытался меня поймать, но в итоге оказался вместе со мной на полу. Вот так!       Я не знал, что ответить. Между ними так быстро завязался диалог, а мой мозг отказывался работать в ускоренном режиме. Поэтому мне оставалось просто стоять и молча наблюдать.       — А как ты разбил губу, если лежал на спине?       — Ударился об дверь. Я смотрю, ты умный парень. Как звать?       — Я Мэтт.       — Приятно познакомиться, Мэттью. Будем дружить?       Эди протянул руку сыну. Тот, не долго думая, протянул свою. Пожав их, они одновременно улыбнулись и подмигнули друг другу. Наблюдая за этой картиной, меня озарила мысль, которую я по какой-то причине решил произнести вслух:       — Одна кровь, одни привычки.       Они резко на меня повернулись, Эди даже рот раскрыл от изумления.       — Лука, ты чего?       — Так значит он тебе не друг, а родственник?       Мое лицо зарделось. Вот идиот! Что я сейчас сказал? Мой сын очень умен для своего возраста. Придется сказать ему правду.       — Сынок, понимаешь, этот человек… Он твой… — я замолчал.       Не могу сказать. А вдруг это его травмирует, вдруг ему передалась моя ненависть еще в утробе? Не хочу, чтобы мой сын испытывал это чувство. Но он должен знать, это ведь его отец.       Я замешкался, засомневался и посмотрел на Эди, ища в его глазах поддержку. Тот тяжело вздохнул, повернулся к Мэтту, и, улыбнувшись, сказал:       — Я твой папка.       Весь день мы сидели втроем на диване. Мэтт с большим интересом слушал истории Эди: про его школьную жизнь, про плавание, про игру на гитаре. Он даже обещал показать сыну пару приемов игры на этом инструменте. Также Эди рассказал ему, что уезжал на долгие гастроли, поэтому никак не мог к нему приехать. К счастью, мой сын был так увлечен, что безоговорочно поверил в его слова. Слушая их милые беседы, я улыбался и радовался, а затем, в силу эмоциональной измотанности, уснул.       Проснулся я уже в своей кровати. Сын лежал рядом со мной и крепко спал. Я чмокнул его в лоб, и тот улыбнулся. Увидев это счастливое лицо, я сразу вспомнил все, что пережил за этот день, какие чувства испытал. Мне вдруг резко захотелось выпить. Придя в гостиную, я увидел, что Эди сидит на диване и очень увлеченно просматривает альбом с фотографиями.       — Боже, я так много пропустил… — он тяжело вздыхал над каждой страничкой.       Мне стало немного грустно, глядя на него. Я присел рядом и стал рассказывать, где и когда были сделаны эти фотографии. Эди внимательно слушал и умилялся каждой истории.       — Он очень похож на тебя, — добавил я на последней странице.       —Я надеюсь, что кроме внешности и таланта к музыке он больше ничего не унаследует.       После его фразы мы еще некоторое время сидели в полной тишине, погрузившись каждый в свои мысли. Собравшись с духом, Эди спросил:       — Ты разрешишь мне видеться с сыном?       Подумав немного, я кивнул. Он ведь его отец, да и Мэтт был в восторге.       — Спасибо, я очень рад и благодарен тебе. Думал, что ты никогда меня не простишь…       — Сам себя не понимаю, — решив сменить тему, я спросил. — Кстати, что ты хотел сказать, когда лежал на полу?       Он немного напрягся, стал нервно мять руки, его лицо налилось краской. Эта реакция меня немного удивила.       — Я хотел сказать, что люблю тебя…       От неожиданного признания я опешил. Он не лжет. В моем сердце что-то загорелось. Вдруг на душе стало так тепло и спокойно. То чувство, которое я испытывал к нему оказалось взаимным.       — И еще, — он немного запнулся, повернувшись ко мне. — Я хотел спросить, можно ли тебя поцеловать?       Сюрпризы продолжаются! После того случая, у меня не было других мужчин. Все эти годы удовлетворял себя сам. Поэтому, после услышанного, как бы это ужасно не звучало, я немного возбудился. Приблизившись к его губам, ответил:       — Если только ты будешь нежен.       Он притянул меня к себе и стал целовать. В начале медленно и нежно, затем глубоко и страстно. Сейчас меня целовал не насильник, а человек, которому я был дорог. Он стал гладить мои волосы, лицо, шею. Потом приподнял футболку, в которой я был. Оторвавшись от моих губ, он прошептал:       — А можно я возьму всего тебя?       Не дождавшись моего ответа, он впился губами в мою шею. Мое тело напряглось, мурашки побежали по коже. Чувство страха все еще преследовало меня. Эди заметил это и отстранился.       — Прости… Ты все ещё боишься меня?       — Нет, я… Просто не привык к тебе.       Он снова улыбнулся. Эти глаза горели желанием, дополненным чувством любви. Глядя на него сейчас, я таял.       — Если станет невыносимо, скажи мне, и я остановлюсь…       Он вновь начал нежно целовать и покусывать мою шею. Я тихо стонал. Раньше его действия доставляли мне лишь боль. Но сейчас я получал только удовольствие. Его руки уже высоко задрали мою футболку, поцелуи стали спускаться ниже. Он облизывал мои соски, прикусывая их. Его ладонь уже скрылась у меня в штанах.       — Сладкий, да у тебя уже стоит…       Он взял в руку мой член, не доставая из трусов, и стал двигать ей. Это были медленные и соблазнительные ласки.       — Ах… Эди… Стой… Ах… Одежда…       Эди не отвлекался на мои стоны и продолжал покусывать мои и так возбуждённые соски. Инстинктивно я стал двигать бедрами, выгнул немного спину. Рукой я пытался прикрыть рот, чтобы приглушить стоны, но это не особо получилось. Мой член так увеличился, что уже выглядывал из трусов.       — Мм… Я… Ах… Я сейчас…       Горячий парень, что сейчас держал мой член в руке, решил приглушить мои уже громкие возбужденные стоны поцелуем. И вот он, экстаз! Мое тело пробрала дрожь. Я кончил от руки другого человека. Любимого человека… Моя сперма была везде: на прессе, футболке, штанах, даже на рубашке Эди. Но мне сейчас было все равно. Я пытался отдышаться, закрыв глаза. Эди все это время смотрел на меня и улыбался, затем аккуратно взял на руки и понес в ванную.       Там он раздел меня и провел в душ. Пытаясь зайти в кабину, я потерял равновесие и облокотился на Эди. Он был крепким парнем, поэтому сразу поймал меня, не сдвинувшись с места. Но, падая, я пытался упереться обо что-нибудь. И схватился. За его член. Судя по размерам, он был сильно возбужден.        — Мм… Сладкий… Я не знал, что ты так хочешь меня.       Это была всего лишь шутка с его стороны. Хотел бы сказать, что это случайность. Но сейчас он был прав. Я действительно хотел его. Повернувшись к нему лицом, мы слились в поцелуе. Целовался я не так опытно, конечно, но с такой же страстью и желанием. Моя рука стала гладить его член через джинсы. Он немного оттолкнул меня. По его игривому взгляду я понял, что простых прикосновений мало. Мне захотелось сделать ему приятно.       Я прислонил его к стене, спустился на колени и расстегнул ширинку. Из нее сразу вылез тот огромный член, что мучал меня когда-то. Я стал лизать головку, затем вдоль него. Эди был немного озадачен таким поступком. Когда я полностью взял его в рот, то услышал тихие стоны. Ему было так хорошо, что он не мог сдерживать себя. Поглотив член полностью я стал сосать его, ласкать языком, с каждым разом ускоряясь. Когда член запульсировал, Эди резко поднял меня с колен и обнял. Он кончил мне на живот.       — Почему ты…?       — Я не хочу, чтобы твой ротик снова испачкался.       Мы уже оба были в белой жидкости природного происхождения, поэтому решили принять душ вместе. Я повернулся к нему спиной, когда он снова обнял меня. В спину упиралось что-то твердое.       — Сладкий, я больше не могу терпеть… Ты позволишь мне войти?       Сейчас я не чувствовал страха. Лишь огромное желание снова быть в его плену. Он стал мять мой зад, гладить бедра, затем облизал свои пальцы, прикоснулся ими к анусу и медленно вошел. Поначалу это было не очень приятно, но потом я стал возбуждаться все больше и больше. Этих пальцев мне стало мало. Я желал большего.       — Эди… Ну же, войди в меня… Прошу…       Услышав такое пошлое желание, парень не стал тянуть и медленно ввел в меня свой член. Он двигался осторожно, не спеша, затем стал ускоряться. Толчки становились все глубже и быстрее. Стали слышаться шлепки. Почему я раньше этого не чувствовал? Мое тело буквально горело. Член разрывало от прилива крови. Я стал так громко стонать от удовольствия, что Эди пришлось закрыть мне рот рукой.       — Мм… Тише, сладкий… Ах… Малой проснется…       Когда он почувствовал, что я стал двигать бедрами в такт ему, то облизнулся и прошептал:       —Ох… Хочешь еще…       Как бы он себя не контролировал, но зверь остается зверем. Эди прислонил меня грудью к стене, немного приподнял мой таз, быстро и глубоко стал трахать меня. Это было немного грубо, но я продолжал получать наслаждение. От такого бурного и жесткого секса я почти сразу кончил. А Эди так увлекся процессом, что запустил все внутрь меня.       Наконец, приняв душ и выйдя из ванной, мы легли на кровать. Мэтт продолжал спокойно спать, не подозревая, как сейчас отодрали его папочку. Как только моя голова коснулась подушки, я сразу закрыл глаза и уснул. Через сон я услышал, как Эди шепчет мне на ухо:       —Сладкий… Ты не представляешь, как сильно я люблю тебя…

***

      Через девять месяцев у этой парочки родилась дочка по имени Мэй.