Глава 45: Ну здравствуй, архипелаг!
30 ноября 2025 г., 20:22
И вот я вдыхаю солёный воздух, а неожиданное солнечное тепло обволакивает кожу, прогоняя с неё застоявшуюся прохладу дворцовых помещений. Пересчитала всех по головам — никого по пути не потеряли.
Под подошвами песок, над головой — лазурное небо без единого облачка, за спиной — водные дали. Я не сдержала улыбки. Наконец-то южные моря! Уже и верить перестала, что когда-нибудь здесь окажусь! Жаль только, что не получилось добраться досюда традиционным способом, но и так сойдёт.
К сожалению, имелся один не терпящий отлагательств моментик, который не давал вдоволь насладиться исполнением давней мечты.
— Артём, на минуту, — я потянула парня за рукав, выражением лица давая понять, что возражения не принимаются.
Мы отошли на несколько метров. Не дав ему опомниться, хватаю его плечо и тяну вниз, дабы его уши были как можно ближе, а чтобы не выбрался, зажимаю шею локтем.
— Какого хрена это было?! — кричащий шёпот сам сорвался с моих губ. В ошеломлённых глазах спутника царило искреннее непонимание и смятение.
— Э-эм… прости?
— Ой, не надо только тут ресницами хлопать, всё ты понял. «Сменили духи? Вам отлично подходят», — цитирую я, повторяя интонацию этого оболтуса. — Ты что, нас всех со свету сжить хочешь?! Или проверяешь, как скоро я со стыда сдохну?!
Шатен не мог найтись с ответом.
— Я… как бы… просто комплимент сделал.
— Да ты себя-то хоть слышал?! Звучал же как натуральный маньяк. И мало того, ещё добавил: «Равно как и все предыдущие». Ты её чё, обнюхивал что ли?!
— Послушай, я, вообще-то, говорил от чистого сердца! — в его голосе послышался протест. — И я не вижу ничего плохого в том, чтобы отметить старания и отменный вкус такой прекрасной дамы, как Её Величество.
— Так уже лет двести никто приударить за женщиной не пытается. И она же королева, в конце концов. Как ты не поймёшь-то?.. — от чувства безнадёги моя речь скатилась в откровенное хныканье. Ничего с собой поделать не могу. Он однажды меня доведёт до белого каления.
Ладно, не буду пока рушить его фантазии. Не хочется портить себе настрой на весь день вперёд. Особенно, когда одно из моих сокровенных желаний воплотилось в реальность.
— Наофуми-сама, вы вернулись! — послышался голос спутницы Героя Щита. Та, вместе с девочкой-филориалом, бежала в нашем направлении через весь пляж.
А быстро они.
— Рафталия, Фиро! — приветственно помахала синеволосая и почти сразу же чуть не оказалась сбита с ног последней, что бросилась к ней в объятья. Принцесса, похоже, уже была на опыте, и ловко поймала подругу, закружив её словно в вальсе.
— И Мелти тоже!.. — энтузиазм Рафталии поугас, когда её взгляд сосредоточился на нас. А когда её зрачки нашли и меня, стоящую позади всей нашей немалой группы, девочка совсем сникла.
Такой расклад меня не очень-то устраивал.
— Привет, Рафталия, — я вышла вперёд, продираясь сквозь живой заслон из всяческих Героев.
— З-здравствуй, — тануки немного побледнела.
Её хвост дёргался из стороны в сторону, а взгляд бегал. Кроха нервничает. Может я и не гений, но одно с другим сопоставить способна: дело явно в том, что случилось на «Повышении».
И что бы тогда ни произошло, меня подобное поведение самую малость раздражало. А потому шагнула вперёд, ещё ближе, нацепив нейтральную улыбку. Я старалась выглядеть не чрезмерно дружелюбно — во-первых, это бы выглядело фальшиво, а во-вторых подобное скорее отпугнёт. Но даже так спутница Щита отступила на шаг, прижав одну руку к груди.
— Ладно, вижу, кто-то сегодня не в духе. Поболтаем как-нибудь в другой раз, — я остановилась, выставив открытые ладони. — Хм… Или, может, у меня что-то с лицом? Прости, если напугала, не хотела.
— Нет, дело не в тебе!.. — девочка отреагировала куда более бурно, чем ожидалось, ещё и повторив мой жест.
Нехорошо манипулировать чувством вины ребёнка, но я хочу знать ответы.
— Тогда в чём?
Её взгляд ушёл куда-то за моё плечо, а через секунду меня бесцеремонно подхватили под руки! Да ещё куда-то понесли!
— Нет, Сильви, мы не можем забрать её домой, — послышался голос Артёма.
Не успела я опомниться, как он встал между мной и тануки, а меня саму внаглую переставили назад, к принцессе, босоногой малютке и Тени. И к Энелю. Всё это под их удивлённые взгляды.
Случилось это так стремительно и неожиданно, что я даже не поняла, кто именно меня схватил, отчего по всему телу пробежали запоздалые мурашки.
— Эй! Руки! — я рефлекторно отпихнула куклу.
— Я понимаю, она тебе понравилась, но нельзя. У тебя уже есть любимец, — быстро бросил Артём, не оборачиваясь и не давая мне вставить и слова.
Сука! Он меня совсем за дуру принимает?!
— Ты опять за своё? — помрачнел Щит, добавляя в голос прекрасно читаемую угрозу.
— Да-да, знаю, не бухти. Мы уже сваливаем, глаза мозолить не будем. Спасибо что подвёз, обязательно поставлю тебе пятёрку в «Турбо». Так, Сильви, погнали…
Артём стал уговаривать меня покинуть пляж как можно скорее, Рафталия поникла, Герой Щита негодовал, девочка-филориал тоже в стороне не осталась… Короче, начался балаган. Знакомая ситуация. Только Тень оставалась спокойной.
И Энель. Когда он спокоен это всегда выглядит до боли подозрительно… А нет, вон уже к поясу потихоньку потянулся. Я аж выдохнула от облегчения и для профилактики кольнула его печатью.
Когда стало совсем шумно, голоса спорщиков перекрыл один-единственный. Громкий, звонкий, можно сказать командирский.
— Тишина!
И все дружно заткнулись, оторопело глазея на упёршую руки в боки принцессу. Ой, она злится — вон, даже вена на лбу выступила, да и ножка притопывает.
— Минуты не минуло, а вы тут уже сцены устраиваете! И да, это я про вас, Артём, не нужно делать такое лицо, будто ни при чём! Ни с того ни с сего взъелись на мою подругу и распаляете только-только утихшие конфликты. Думаю, не нужно напоминать, что несмотря на разделяющее нас море, Её Величество запросто может узнать обо всём, что здесь происходит, — уверенно отчитывала десятилетняя девочка моего двадцатипятилетнего Героя.
Он огляделся по сторонам. Сейчас его никто не поддерживал. Очевидно, я тоже. Даже Энель — и тот головой еле заметно покачал. Хотя его скорее просто бесит вся эта возня.
— Yabeda, — ворчливо произнёс шатен на иномирном. Но для Мелти, кажется, языковой барьер не существует. У неё дёрнулось веко.
— Вы меня сейчас стукачкой назвали?
Услышав это, Артём шокированно взглянул на синеволосую, как и Щитоносец. Второй ещё ехидно прыснул в кулак.
— В яблочко, Мелти, — он постучал по Щиту пальцем, как бы в напоминание о его свойстве понимать любую речь.
— Спасибо, Наофуми, но я не запрашивала услуг переводчика, — она грозно зыркнула на него одним глазком, а следом проделала то же самое с Артёмом. Тот не понимал, как такое случилось. — У вас всё на лице написано было, и по контексту нетрудно догадаться.
— Мелти, может не стоит… — попыталась вмешаться Рафталия, но праведный гнев кронпринцессы не собирался утихать.
— Стоит, Рафталия. Я не могу оставаться в стороне, когда моих друзей равняют с животными, пусть и в формате глупой и неуместной шутки.
Девочка-ангел рассматривала хмурое лицо подруги, а затем, переняв его выражение, обратила его к Артёму, вдобавок высунув язык.
— Ладно, проехали. Просто впредь попрошу думать, что и кому говорите. Пойдём. И да, вы никуда не уходите. Мне надо город вам показать и кое с кем познакомить, — бросила Мелти и первая последовала своему призыву.
Выглядел грубиян даже немного пристыженным. Ну да, неприятно, когда тебя всухую уделывает малолетка.
Группа Героя Щита вместе с безмолвной Тенью двинули за ней. Щит на ходу приобнял спутницу, стреляя недовольным взглядом из-за плеча и приговаривая нелестные слова в адрес Артёма.
М-да. Филигранное начало отношений с принцессой.
Мимо прошёл Энель, на ходу легко хлопнув кукловода по плечу.
— Ну ты красава, голова. Такими темпами далеко пойдём.
Я отправилась следом, оставляя вставшего на месте Артёма вместе с марионеткой.
Уже через несколько минут пути о перепалке постарались забыть почти все, и идущая впереди процессия под началом Её Высочества мило болтала. Лишь Фиро с Энелем демонстративно фыркали и отворачивались друг от друга, стоило им пересечься глазами.
Ну и Артём, да… Он двигался позади всех с опущенной головой и с надутым видом смотрел Рафталии в затылок. А та наверняка это замечала, но виду старалась не подавать.
Надо будет с ним обстоятельно поговорить по этому поводу. Но не сейчас, не при всех.
Когда в поле зрения показался город, немного остыл и сам Герой, перестав нервировать бедолагу. Поравнялся с нами и присоединился к беседе, в надежде реабилитироваться. Лучше бы молчал, чесслово, потому что выглядели эти попытки очень натужно.
Енотовидная несколько раз порывалась завести разговор со мной, но одёргивала себя. Пусть диалога у нас не состоялось из-за некоторых излишне настырных личностей, но и без слов можно догадаться, что Рафталия считает себя в чём-то виноватой. Причём передо мной лично. Артём же взял на себя роль пугала, и разве что не шипит на кроху, стоит ей посмотреть в мою сторону…
— Хсшшш!
Мне ведь не послышалось?! Нет, он действительно нашипел на Рафталию. Ушам своим не верю…
В последнее время поведение Артёма вызывает тревогу и опасения касательно его адекватности. Ощущение, что он находится под воздействием какого-то дурмана. И происходит это в основном в периоды, так сказать, «активности». Быть может, у исцеляющих ритуалов или зелья Иггдрасиля есть побочные эффекты, затрагивающие разум? Мне уже начинать беспокоиться?
***
Спустя непродолжительное время мы оказались в окружении множества невысоких белых строений. Архитектура Кальмир незамысловатая, но зато не оттеняет главных достоинств архипелага — видов на чудесные лагуны и живописные громады скал, рассекающих воздушные волны морского бриза. Островной городишко, ожидаемо, место шумное и оживлённое, невзирая на скромный размер, — его можно целиком пересечь минут за двадцать на своих двоих. Коренных жителей тут сравнительно мало. Их выделить из толпы проще простого: все как один загорелые, поджарые, одеты очень легко, в тон солнцу или морю, а некоторые дополнительно окрашивали кожу и волосы хной. А вот украшениями из рыбьих зубов, жемчуга и ракушек, на удивление, мало кто баловался. Наверное, из-за того, что гораздо выгоднее было выставить их на продажу. Всю дорогу до центра нас преследовали ароматы рыб и невиданных деликатесов в тандеме с эхом песнопений. Музыку тут вообще любят, как погляжу; из каждого заведения то доносятся ритмы ипу и барабанов, то заливается высокими нотами укулеле, а если не что-то из этого, кто-то да будет танцевать, ловко орудуя маракасами. Суть — тишину отсюда выгоняют как только могут. Этому способствуют и торгаши, готовые всучить втридорога какой-нибудь пёстрый лёгкий наряд или сувениры из даров океана. И приезжих, с удовольствием клюющих на это, хоть отбавляй. Не мудрено, Оживление же. Хотя, как слышала, чужеземцы здесь не редкость. Речь, разумеется, сугубо о людях, так что мне, дабы не выделяться, таки пришлось покрыть голову. Впрочем, эта мера казалась излишней, ибо большую часть взглядов приковывала Рафталия, особенно мужских (интересно, почему?), а иные падали на грозную фигуру Дубля. К слову, истинного облика куклы Серебряков не скрывал, ограничившись мешковатым балахоном, искажающим большую часть силуэта. Рассмотреть можно было только ноги по икры, руки по локоть, да «лицо» и часть грудной клетки. Попервой складывалось впечатление, будто мы вновь вернулись в Изекс, но оно вскорости пропало. Как бы объяснить… если Кальмиры это комфортный бассейн, то столица Зельтбуля — пруд с голодными кроками. Темп жизни тут очень размеренный, склоняющий расслабиться, да и опасностей на каждом углу пока не видать. — … а вот здесь располагается администрация архипелага, — вещала принцесса. — Наофуми, вы уже виделись с графом Хабенбургом? — Чего? — опомнился названный Герой. Он всю дорогу слушал Её Высочество постольку-поскольку, витая в каких-то своих мыслях. — Наофуми-сама… — за такое неуважение к принцессе, Рафталия адресовала ему полный осуждения взгляд. — Ты про того доходягу с впалыми щеками, который будто неделю не спал? Видели, он нас с корабля встречал, — тут он вновь усмехнулся в своей злодейской манере. — Да только вот незадача: я сразу перенёсся в столицу, а троица придурков, слёгшая от морской болезни, отправилась в лазарет. — Не могу понять, откуда такое злорадство?.. — запричитала Рафталия. — Да мне нескольких его фраз хватило, чтобы понять, что он хочет провести нам нудную экскурсию часа на три. Тут уже наш синеволосый гид деликатно, со значением, прокашлялся. — Совсем ты чужой труд не ценишь. Между прочим, он собирался показать в том числе и те места, которые помогут каждому из Героев стать сильнее. — Но ты-то сделаешь это гораздо быстрее, и без ненужной лекции про предысторию этих островов и всякой остальной маловажной болтовни, так? Мелти оставалось только сокрушаться с малодушной предприимчивости своего… ну, по всей видимости, друга. — А мне всегда казалось, что ты не так халатен, как остальные три Священных. Ладно, к сути: по логистическим, организационным или любым другим моментам — сюда. Граф служит на этом посту не один десяток лет, и знает про Кальмиры всё, так что коли вам что-то понадобится, он постарается это устроить в кратчайшие сроки. Итак, продолжим… — Мел, а Мел, а когда будут вкусняшки, которые ты обещала? — этот вопрос Фиро задаёт уже раз шестой, испытывая непомерно огромное терпение наследницы. — Скоро, Фиро, скоро… — На самом деле, я с пташкой солидарен. Сам бы не отказался заморить червячка… — почти шёпотом поделился Артём, со скисшей мордой посматривая куда-то в направлении дневного светила. То ли от недавней оказии, то ли от того, что жар-таки разморил, но этот стал вести себя поспокойнее. Нет, выглядел марионеточник всё так же по-разгильдяйски расслабленно, но хотя бы вёл себя тихо. Как, впрочем, и Энель. Излишней общительностью или заинтересованностью хоть в чём-либо мой фальшивый брат в принципе не страдал, однако сейчас он выглядел страннее обычного. Энель наблюдал за детворой, скрывающейся от палящих лучей в тени домов. Каждый ребёнок держал по вафельному стаканчику с разноцветной начинкой. Слышала, это мороженое называется. Вроде как популярное лакомство в южных королевствах. Хотя я соврала, один мальчишка, сидевший в стороне, сладостью оказался обделён. Да и сам он сидел на бочке, поодаль от остальных, понуро следя за беззаботными играми сверстников, для которых тот словно призрак. Одиночка, безнадёжно пытающийся прибиться к компашке других детей, дабы не стать изгоем. Знакомая картина, проходили. Мой взгляд сам по себе вернулся к Мелти. Она ведь того же возраста, что и эти сорванцы, но разница между ними колоссальна. Не встреть её, я бы и не помыслила, какое невероятное влияние может оказывать воспитание. Юная принцесса тем временем повела нас дальше. Пляжная сколка полностью забывалась, пусть фактически мы и разбились на две компашки. Со спины я видела, как Рафталия весело переговаривается со своим покровителем, пока тот с задумчивым видом посматривал на изобилующие сувенирами прилавки. Стало быть тогда, во дворце, его маленькая ложь про подарок соратнице была вовсе не ложью… ну, или не до конца ложью. Кстати, в каких они, вообще, отношениях? Не помню, где и от кого это в первый раз услышала, но Рафталия связана со своим господином рабской печатью, только вот она на рабыню вообще не смахивает. Со стороны они больше похожи на семью. Не о том думаю. У меня и у самой раб есть… минутку, а куда он подевался?! Стоило мне начать панически мотать головой, как ответ нашёлся сам собой: — Э-эй! Сначала заплати! Это был торговец. Мужчина выглядел одновременно растерянным и испуганным, но смотря в спину удаляющемуся Энелю, в том закипал гнев. В руке парень держал порцию мороженого. У меня ушло пару секунд, прежде, чем меня всю прошиб разряд понимания. Я молнией рванула к прилавку, пока его владелец не затеял заведомо проигранную драку. — Возьми и нам по стаканчику! Нет, мне лучше рожок! Клубничный! — бросил мне вдогонку Артём, отчего я непроизвольно цыкнула. Нашёл время! Нас тут сейчас с минуты на минуту стража за грабёж повяжет! — Прошу прощения! — кричу на бегу, уже выхватив кошель. На меня, закономерно, внимания не обращают, — владелец закатывает рукава, но я загораживаю путь, расставляя руки в стороны. — С дороги! Не видишь, тут ворьё посреди дня бесчинствует! Или ты с ним заодно?! — Хотя я передумал, хочу с ванилью, — донёсся издалека голос Артёма. Ну точно доведёт…***
Урезонить продавца сладостей получилось десятью серебряными, что равнялось шести порциям холодного деликатеса. При этом фактически нам досталось четыре, считая ту, что взял Энель. С ценников здешних, конечно, одуреть можно. Идиот обнаружился неподалёку, среди тех самых детей. Пока основная компашка опасливо шушукалась, тыча пальцами в сторону своего обделённого сверстника, Энель медленно приближался к испуганному мальцу. Нагнав парня, до уха начали доноситься перешёптывания: — Смотрите-ка, опять он в неприятности влип. — Как думаете, его снова отпинают? — А этот дядька выглядит грозным! — Тс-с, тише! Хочешь, чтобы и нам досталось? И, услышав это, я глянула на объект насмешек. Издалека этого не заметила, но мальчуган был изрядно потрёпанным: одежда с заплатками, наполовину зажившие ссадины, у одного башмачка отваливалась подошва. Совсем не так, как у его «дружков». Моя вскинутая рука, готовая активировать печать, медленно опала вниз. Думаю, в этот раз обойдусь без радикальных мер. Энель возвышался над зажатым мальчонкой с полминуты, в ходе которых остальные потеряли былой задор и начинали скучать. Однако желание узнать, что произойдёт дальше, не давало им уйти. В какой-то миг дитя подняло взгляд и посмотрело Энелю прямо в глаза. Их безмолвный контакт длился несколько мгновений, по истечению которых бывший Герой встал на один уровень с мальцом, а затем… он протянул ему стаканчик. Маленький изгой взирал на подарок с сомнением, явно опасаясь принимать его из рук откровенно пугающего незнакомца. Но, поборов собственную неуверенность, резко выхватил мороженое и, зажмурившись, прижал к себе. Остальные зрители явно не такой концовки ожидали. Их манило ожидание развязки, они ждали подвоха, что Энель в последний момент сделает что-то нехорошее. По лицам вижу. А он лишь поднялся и ушёл. Никаких благодарностей. Никаких напутствий. Вообще никаких слов. Один лишь мимолётный взгляд на разочарованных малолеток, от которого те мигом съёжились. — И что это было? — спрашиваю уже на обратном пути. — Не твоего ума дело, — огрызается подопечный. — Как раз моего. Кто, по-твоему, за твою выходку расплачивался? Энель меня даже взглядом не удостоил, что уж говорить об объяснениях. Оставалось лишь вздыхать. Вытягивать ответы с помощью проклятия раба всё равно не вариант, да западло. — Эти молокососы кое о чём напомнили. Теперь вот думаю, чё бы было, поступи я как этот пацан. — Чего? — вырвалось у меня. — Говорю же, не твоё дело, — произнёс Энель уже более раздражённо и прибавил ход. Группа ждала только нас двоих. Естественно, я понятия не имела, о чём он говорит, да и узнавать желанием не горела. Но всё же кое что не давало покоя. Его поведение вызывает липкие, такие противные сомнения. Терпеть не могу его за это. Ведь так он даёт надежду и в то же время вселяет в моё сердце опасения. Надежду на то, что два года моих усилий не пошли прахом. И опасения, что тот Энель, которого я выращивала в омуте бессовестной лжи как Героя на протяжении тех же двух лет, не умер в Дриморге окончательно. Если Энель — лишённое сострадания чудовище был страшен, но знаком, то вот другой… я не смогу посмотреть ему в глаза. Не готова. Не после того, как сама вероломно стёрла его из этого мира.***
Со всей ответственностью заявляю: тот, кто придумал это «мороженое» — гений. А тот, кто назначил за него такие грабительские цены наверняка стоит и за Волнами Бедствий. Стоило льду с ягодным вкусом начать топиться на моём языке, как я сама словно таять начала. Все пагубные и тяжёлые мысли отступили вплоть до момента, когда настала пора разделиться с группой Героя Щита. Иватани Наофуми оставлял принцессу на нас с явной неохотой. Но тем не менее, сама малютка не выражала ни капли беспокойства — напротив, она мнила себя хозяйкой положения, и на скепсис Священного лишь легкомысленно отмахивалась, дескать, «всё будет в порядке». — Неужто Её Высочество тебе настолько доверяет? — спрашиваю у Артёма, на что тот почти театрально сокрушается. — Ах, если бы. Ну ничего, всё впереди, будь уверена, — прекратив дурачиться, он легко улыбнулся, созерцая, как синеволосая прощается с друзьями. — На самом деле принцесса верит в собственные силы. Ты и сама успела заметить, что она не какая-то капризная богатенькая соплячка. Мелти Мелромарк как минимум пережила несколько покушений и битву против войска архиепископа, а это не хухры-мухры. Она может за себя постоять. О. Его слова заставили кое что вспомнить. — Ты мне говорил, мол, королева ставила тебе кучу условий, прежде чем позволить взять её дочь к нам в отряд. Не расскажешь, в чём они заключаются? — А, это… — вмиг поскучнел Герой. — Скоро узнаешь. Уже через пару минут стало намного тише. Наверное, сказалось отсутствие звонкоголосой питомицы Иватани. Филориалы сами по себе птицы громкие, а уж когда обретают дар речи… Оставшись без поддержки знакомых, Мелти стала вести себя куда формальнее. Помимо неё за нами по пятам следовала Тень, о присутствии которой я успела позабыть — настолько она незаметная. Пожалуй, это был первый момент на моей памяти, когда «Подземелька» вела себя как подобает истинному профессионалу. … так мне казалось, пока не увидела её с рожком мороженого. Так вот для кого предназначался четвёртый, могла бы и догадаться. Мы вышли на небольшую площадь, посреди которой красовался фонтан с изображением четырёх зверей: собакурт, белкаша, кролерин и пенгвлюк — местные идолы. Украшения с их символикой блестят в каждом втором ларьке. У фонтана ожидало два человека. Ждали, по-видимому, нас, ведь при нашем появлении они заметно оживились, а на личике принцессы расцвела радостная улыбка. Пара незнакомцев подобралась, а Мелти напротив, — позабыв про манеры и статус, побежала к ним навстречу. — Ван, Эклер! — Малышка бросилась в объятия к девице с розовыми волосами, пока молодой человек наблюдал за этим с тёплой улыбкой. — Я так счастлива, что с вами всё в порядке, — добавила Мелти тише, уткнувшись носом в живот растерянной девушки, застывшей в одном положении с приподнятыми руками, что никак не решались ответить на жест принцессы. Пока та не видит, она неуверенно переглянулась с парнем, как бы спрашивая разрешения. Тот легко, но уверенно кивнул, и тогда женские руки коснулись спины юной леди, одаривая аккуратными поглаживаниями. Собравшись, наследница прервала трогательную сцену, отстранившись и смахнув одинокую слезинку с ресниц. — Кто это? — интересуюсь у Артёма. — Условия, — отвечает он с прохладцей. Обратившись к нам лицом, Мелти прокашлялась и плавным движением презентовала, судя по всему, наших новых спутников на ближайшее время. — Эти люди прибыли по указу Её Величества, дабы сопровождать нас на время пребывания на архипелаге, — подтвердила догадку Мелти, после чего малость смутилась. — И, по совместительству, мои дорогие друзья. Я неоднократно доверяла им свою спину, так что будьте уверены, на них можно положиться. Прошу, представьтесь, — бодро обратилась она к парочке. Первым вперёд вышел молодой муж. — Ван Райхинотт, к вашим услугам, — изящно поклонился он, но без лишней вычурности. На вид безусловно красив, скромен и явно хорошо образован. Пытается создать о себе впечатление эдакого тихого и безобидного интеллигента. Только внимательные точки зрачков, спрятанные за линзами пенсне, немного с образом не вязались. Возможно, зря на него наговариваю, но слишком уж много довелось повидать похожих типов: строят из себя морских светлячков, а как взглянешь поближе — вылитые ядовитые медузы. Что-то меня на океанические аналогии потянуло. Ван отступил, давая дорогу благородной девице. Та продвинулась на два шага, вытянулась по стойке и отточенным рублёным движением приложила правый кулак к груди. — Эклер Сеавет. Мне оказана честь исполнять обязанности телохранителя Её Высочества. Её приветствие сходу демонстрировало рыцарскую выучку. Да и манера говорить выдавала в ней человека меча. Несмотря на строгий наряд и наверняка схожий нрав, от неё исходил нежный запах персика, прямо под цвет её роскошных волнистых волос. Эклер выглядела несколько более открытой, чем её напарник, чем лично меня подкупила. Настала наша очередь раскрыть свои имена. С этим не возникло никаких трудностей. Имя Энеля разлеталось в основном по центру материка и северным широтам, у граждан Мелромарка оно не успело осесть на устах. Да и к тому же сколько этих Энелей по миру гуляет? Так что хотя бы тут пронесло. Правда, и без знаний о его дурной славе напряжения полностью избежать не удалось. Эклер, в силу своего аристократического воспитания, этого не показывала, но Энеля сразу невзлюбила. Углядела в нём что-то нехорошее. Впрочем, не то чтобы мой подневольный как-то скрывал свой неприветливый нрав. А вот на нас с Артёмом девушка реагировала спокойно, даже сдержанно-положительно. Вот тут её чутьё подвело. Как и Райхинотта… наверное. Этот парень эмоции прятал мастерски. Причём, что один, что другая, про Дубль вопросов не задавали. Видать, королева снабдила их необходимыми сведениями. Путь продолжился. Ненадолго можно было расслабиться, ведь участь представлять наше трио выпала на долю самопровозглашённого лидера. И, стоит признать, он неплохо справлялся. Языком чесал вполне бодро, разок даже удачно сострил, выудив пару смешков из новоявленной парочки. Из их общения узналось, что барон Райхинотт уже успел отметиться как лояльный союзник Героя Щита. Со слов принцессы он самоотверженно укрывал Иватани Наофуми от преследователей из Церкви Трёх, подставив себя под удар. Даже в плену у родственничка Селенсис побывал — такого же садиста, к слову. Также он был первым, кто дал приют полулюдям, бегущим из разорённого герцогства Сеавет, не забыв и про жертв Рейбии. О самом герцогстве хоть раз да слышал каждый получеловек, у которого познания о Мелромарке не ограничиваются стереотипами про «отсталое пристанище жалких еретиков, погрязшее в расизме». Ну… то есть не у самого большого процента населения зверостран, если начистоту. Но что-то я отвлеклась. Как нетрудно догадаться, вторая важная шишка, подосланная королевой — дочурка погибшего герцога Сеавет. Только вот как раз она отличиться не успела, так как весь недавний балаган в Мелромарке сумела пересидеть. В дворцовой темнице. А всё потому что не скрывала своей политической позиции, совпадающей с отцовской. Вот и думай, прямолинейность Эклер — это отвага или же недальновидность? Однако каков бы не был ответ, она входит в пятёрку лучших фехтовальщиков Мелромарка, так что сомнений в её компетентности не возникает. Подытоживая: неплохие они ребята, к тому же на очень хорошем счету у королевы. И встаёт закономерный вопрос: почему они здесь, а не, скажем, в столице, где их навыки бы сейчас пригодились? Ответ вроде на поверхности — для защиты Её Высочества. Но не от монстров или потенциальных врагов — для этого тут как бы мы есть, — а от Артёма. Потому-то он так поскучнел, стоило увидеть свежую кровь. И если с Эклер всё ясно, она отвечает за безопасность физическую, то вот Ван, стоит полагать, будет сторожить незапятнанный разум юной кронпринцессы от возможных посягательств и тлетворного влияния Героя Дубля. Следовательно, и втереться к ней в доверие больше положенного ему не позволят. Об этом, разумеется, никто и словом не обмолвился, но, как мне кажется, в этот раз мои догадки совпадают с реальностью. Артём плавно выпал из беседы, давая Мелти поболтать со своими старыми знакомыми в неформальной обстановке. Оставалось лишь топать следом и не отсвечивать. — Telohranitel', pf, toje mne. Voobshe-to ya mog s etim spravitsya i sam, — неразборчиво бурчал кукловод. Хоть не прозвучало ни одного знакомого слова, приблизительный ход мыслей можно было уловить по интонации и лицу. Зачастил он общаться на родном. Глядишь, так и выучу чего-нибудь. — Чтоб ты знал, разговаривать на языке, которого не понимают твои собеседники — признак дурного тона, — напомнила я. Нужно его иногда журить, дабы своими иномирными варварскими замашками народ не смущал. — Не занудствуй. И без твоих нотаций душно. — Её Величество просто перестраховывается, так что не дуйся. На её месте я бы тебя к своему чаду вообще не подпускала. Парень фыркнул и, взмахнув копной каштановых с проседью волос, демонстративно отвернул голову. Ну вот, обиделся. Долго эти кривляния, правда, не продлились, и он нашёл новую цель — теперь ею стала Тень. И не то чтобы она была сильно против. Как она его терпит вообще?.. Докучал он ей ровно до момента, пока мы не вышли на ещё одну площадь, на сей раз совсем небольшую. Её достопримечательностью выступил резной тотем с уже знакомыми животными. И это место уже облюбовала небольшая толпа, среди которой мои глаза сразу вычленили вечно-взлохмаченную причёску Героя Щита. Спутницы его, естественно, также присутствовали. Ну, ничего удивительного, что мы с ними пересеклись так скоро, городок-то крохотный. Однако помимо них здесь присутствовали и другие Священные со своей свитой. В какой-то миг все изумлённо загудели, и из скопища ввысь вырвалась фигурка маленькой девочки. На пике прыжка она преодолела высоту третьего этажа. Впечатляет… — Ха, летающий филориал, — по какой-то причине усмехнулся Энель. — Ф-Фиро?! — всполошилась принцесса. Первыми нас заметили приспешники Лука. В том числе и тот усатый верзила в латном доспехе. Сразу при виде меня насупился, но стоило узреть Артёма, как тот позабыл про меня и учтиво снял шлем в знак приветствия. Была среди них и та трусливая девчонка с зелёными волосами, которая, углядев Энеля, не знала, то ли прятаться за своим избранным, то ли загораживать его. В итоге не придумала ничего лучше, чем издать тихое протяжное «Уа-а-а-а». Про остальных сказать особо нечего. Их напряжение можно было ложками черпать. Ещё бы, Энель в той потасовке на банкете блеснул. При нашем приближении они невольно расступались. Сами Герои… сперва на нас даже внимания не обратили. Они были заняты спорами со Щитом. Лишь красавчик-Копейщик приветственно помахал рукой. А после полез отвешивать комплименты Эклер, которая от такого внимания изрядно засмущалась. — По какому поводу столпились? — спросил Артём у четвёрки. — Наофуми-сан опять читерные щиты прячет, — влез вперёд всех Герой Лука. — Ещё и головы нам дурит. Наверняка хочет обскакать нас, не гнушаясь даже таких подлых способов, — поддакнул Мечник. — Да это вы, бестолочи, читать научиться не удосужились. Поменьше заклинаний через хрустальные шары впитывайте, и будет вам счастье, — дал сдачи Наофуми. Спор между иномирцами вышел на новый виток. Я украдкой взглянула на Энеля. Его всегда раздражало, когда люди, обладающие большой силой, занимаются какой-то ерундой, а тут его, считай, старшие коллеги. Я ждала скрипящих от злости зубов, бугрящихся вен и осязаемую жажду крови, однако получила не совсем это. Но близко. Он прямо-таки излучал ауру невыносимого презрения. Вот знаете чувство, когда на тебя смотрят, как на насекомое, причём пищащее и очень надоедливое. Тут что-то такое. Принцесса же своё разочарование прятала за прижатой к лику ладонью. Благодаря тому, что я стояла рядышком, мне довелось услышать её причитания: — Опять они за своё, никак урок не усвоят. Фитория их точно прибьёт. Что удивило, так это практически зеркальная реакция её старшей сестры, которая тоже присутствовала, но затерялась среди остального люда. Я заметила-то её случайно, оттенок причёски очень броский. Единственным, кто вызвался нормально объяснить, что здесь происходит, был Герой Копья. — Видал, как высоко прыгнула Фирушка? — обратился блондин к Артёму. — Ну типа. — Ещё немного, и она бы точно воспарила аки настоящий ангелок. Ну разве не прекрасно? — мечтательно, несколько придурковато и даже похотливо заулыбался он, чем вызвал волну дрожи у упомянутой особы и целую волну ревности у его наложниц. Так вот какие у него, оказывается, предпочтения?.. И вот этому досталось Священное Копьё? Кажется, меня щас вывернет. А ведь личико-то у него и впрямь симпатичное, вполне в моём вкусе. Даже обидно немного. — Ага, прелесть несусветная, — согласился наш «лидер», дабы этот… даже не знаю, как его теперь называть, поторопился и перешёл к сути. Его кирпичную морду в этот момент надо было видеть… — Это Наофуми применил на ней Ауру. Одно из мощнейших усиливающих заклятий. — Ну, баффчик явно посильнее моего будет, — признал Артём, косясь на Фиро, которую уже укрывала Мелти, демонстрируя при этом забавную надутую моську. — Так вот. Он утверждает, что выучил это заклинание, прочитав текст на этом булыжнике, — острие Копья указало на лежащий у основания идола камень с письменами, немного похожий на эпитафию. — Только это — подделка. — Что привело тебя к такому выводу? — последовал новый вопрос от Серебрякова. — Потому что среди присутствующих лишь он один смог его прочитать. Но ты же должен понимать, что пока хоть кто-то ещё не сможет понять этот текст, все его слова могут оказаться удобной выдумкой! — Да, ты прав. — Ха, я знал, что ты парень понимающий! Ответ Артёма ясно дал понять, что Копьеносца он слушал уже вполуха. Каменюка вызвала у него неподдельный интерес и завладела всем его вниманием. Вон, уже изучает с разных сторон, присматривается. Ещё и Дубль приблизился, никак хочет своему артефакту кусочек на корм отломить. — Придумал! Пусть Артём попробует. Он ведь как и мы, попаданец. Вот эта идея ему пришлась по душе. Артём поманил нас жестом и сам вальяжно, с руками в карманах, подступил к плите, подле которой находился Щитоносец. — Позволишь, Иватани-сан? Брюнет колебался… — Валяй. … но всё же отступил, давая нам дорогу. В толпе начали проскакивать разные разговорчики. Многим был любопытен итог, кто-то даже ставки делал. Да что уж таить, мне тоже интересно, вычитывает ли он чего-нибудь. Прежде чем начать, Артём обратился к Энелю: — Можешь прочесть? — Нет. Это для Священных. Древняя хреновина. — Как понял? — Это не какой-то из современных языков. Символы похожи как на пьенситские, так и на шильтранские, но не являются ни теми, ни другими. — М-может «шильтвельтским»? — поправила трусишка с зелёными косами из отряда Лука. — Не с тобой говорю, зелень, — один колючий, будто игла, взгляд, и вот от бедолаги исходит очередное «Уа-а-а-а!». Причём никто из её же союзников даже не заступился. — Хорошо. Я тебя услышал. Ну а ты что скажешь, Сильви? — Дай-ка подумать, — я приложила пальцы к лицу и чуть наклонилась, чтобы получше рассмотреть начертанное. Сомнений нет, это магические письмена, которым записывают заклинания, но эти сильно отличаются. Если пытаться читать подобные тексты, не имея соответствующей склонности, знание о заключённой в них волшбе тебе не будет подвластно, но ты сможешь отличить хотя бы отдельные буквы или даже слова, пусть их смысл будет отличаться от заложенного изначально. Тут же — пустота. Это уже не замок, а целый сейф, скрытый десятком ширм. — Это — героглиф. Послание, созданное и зашифрованное с помощью силы Легендарного Орудия. Через них Герои передают знания будущим носителям. Причём содержание одной и той же надписи для каждого Героя разное. Обычным же разумным эти эпитафии ни за что не прочесть, — я кожей чувствовала один и тот же вопрос, исходящий сразу от множества людей. — Мне уже попадалось такого рода послание из прошлого. — Говори, где оно, — потребовал Герой Меча — совсем ещё подросток. — Уничтожено, господин Герой, — созналась я, чем заставила юношу раздосадованно цыкнуть. — Данная информация звучит, как что-то весомое и важное, — сказал уже светловолосый владелец Лука. — Могу я узнать, откуда вы это знаете? Всё же, пока сказанное вами расходится с реальностью, ведь только у Наофуми-сана получилось извлечь из камня хоть какую-то выгоду. — Вам лишь бы схалявить, — угрюмо плюнул Наофуми, скрестив руки на груди. Вдобавок коротко выругался на родном. Уже жалею, что завела эту тему. Ладно, как-нибудь выкручусь. — Поселение, в котором я прожила большую часть жизни, основала Героиня Копья. И оставленный ею героглиф — наследие, ставшее одной из достопримечательностей. У нас знание о том, как они работают, передавалось из уст в уста на протяжении поколений, так что у нас каждый ребёнок об этом в курсе. Про родословную решила ничего не говорить. Ни к чему в лишний раз разглашать моё родство с Юно — это мне ещё с пелёнок сестра вдалбливала. Быть членом героической семьи может быть престижно, но в большинстве случаев риски превышают выгоды. Золотые горы и уважение за один только факт причастности к роду вряд ли сулят, а вот множить и распространять великую кровь своего предка ради какого-нибудь аристократишки — очень даже. Причём, вероятнее всего, не один и даже не два раза. Подобная непростая участь может тянуться целое десятилетие, пока от тебя не откажутся, как от отслужившего своё инструмента. Так что ну его. Объяснение, вроде, Героям показалось вполне правдоподобным. Мечник с Лучником закивали, Копьеносец… тоже кивал, но по другому поводу — он приговаривал: «О, так цыпочек тоже могут как Героев призвать, ясно-ясно». Я поймала быстрый одобрительный взгляд Артёма. После, он опустился на корточки и стал неспешно водить зрачками по тексту. Все притихли. Где-то на середине он скосил глаза к своей кукле, и мне показалось, что её ядро блеснуло. Или то была игра света?.. По мере чтения уголки губ парня едва заметно приподнялись. Закончив ознакомление, он издал скупой смешок. — Ну, видишь что? — Не томи, выкладывай. Священные начали невпопад торопить его. — Нет. Ничего, — прозвучал спокойный ответ. Поднявшись с лёгким кряхтением, Артём обернулся, и тогда каждый узрел его полуулыбку. А я, в свою очередь, поняла: он врал. Абсолютно нагло, бессовестно и никого не стесняясь. Ещё и руки в карман опять засунул, выпендрёжник. Пройдя мимо меня и принцессы, он встал вполоборота. — Пойдёмте, Ваше Высочество. Уверен, вам ещё есть, что нам показать.
