Шерстяной волчара

      Я не понимал резкую смену настроения Элиотта. И я её не мог прочувствовать, как это было раньше. Он просто ходил с хмурой рожей, пытаясь докопаться до меня. Я фыркнул. — Если что-то не устраивает, можешь валить, — послышалось в ответ на моё фырканье. Я удивлённый уставился на источник звука. Глаза Элиотта потемнели, он стоял, полуголый, повернувшись всем корпусом ко мне. С его мокрых волос падали капли дождя, разбиваясь о деревянный пол. — То же самое я могу сказать и тебе, — я слышал, как скрипнули зубы оборотня. Он подошёл ко мне и приподнял за воротник. Я вцепился в его руки, пытаясь сохранять спокойствие. — Ты не имеешь права здесь находиться, — прорычал оборотень мне в лицо. Его руки сжимали футболку сильнее, что казалось, она вот-вот лопнет от давления. Глаза волка становились с каждой секундой темнее пока он смотрел в мои. Я разозлил его? — Это не тебе решать, — коротко ответил я. Его горячие руки оказались у меня на шее, сжимая пальцами в кольцо. Я сглотнул. Опустил взгляд. Я всё ещё не чувствовал угрозы от Элиотта, хотя, все его движение и всё его поведение говорило об обратном. Он должен был вот уже с минуту душить меня, но я чувствовал, лишь пульсацию крови в его венах. Затем я поднял взгляд и увидел, как волк испуганно и разочарованно смотрит на меня. Что? — Элиотт! — вдруг послышалось со стороны. Мы обернулись и увидели Мелису. Она стояла на лестнице и очень угрожающе смотрела на оборотня. Элиотт отпустил меня и скрылся за поворотом. Будто бы сбежал, шерстяной волчара. Я прошёл мимо Мелиссы и поднялся по лестнице, дошёл до своей комнаты и открыл дверь. Было темно. Вдруг мне показалось странное движение, и уши уловили тембр неприятного голоса. — Наконец-то, ты один, Лука Лалльман.       Я успел только удивиться, когда мне уже зажали рот.

***

      Я чувствовал на щеке прилипшие мокрые листья с земли. Дождь закончился, но грязь всё ещё осталась. Коленки извозились, пока меня швырнули к дереву, заставляя подняться. Вокруг меня собралась стая волков. Я привстал и смог, наконец, рассмотреть единственного обращённого человека. Это и был тот Гаспард, как я понял. Он пялился на меня с минуту. Мужчина усмехнулся и подошёл ко мне. — Ты так похож на своего отца, — он провёл рукой по моим волосам, — и ни капли на свою мать, — его пальцы сомкнулись на моей шее, и он поднял меня над землёй. Я затрепыхал, как бабочка в паутине. Я не понимал, что нужно этому мужику от меня, и так же не имел возможности спросить. Гаспард развернулся и потащил меня куда-то, пока я пытался отодрать его руку от своей шеи. Он швырнул меня на землю. — Ну? — Гаспард повернулся головой к своему подчиненному. — Они здесь, — ответили ему.       В следующее мгновение я услышал знакомый волчий вой. Стая расступилась и волки разбежались. Гаспард медленно приблизился ко мне. — Потерпи ещё немного, я скоро приду и за тобой, — услышал от него. Он схватил меня за ворот и кинул в овраг.       Последнее что я видел, как огромная туша серого волка накрывала тело Гаспарда. А дальше мир пошёл кругом. Я ударялся спиной и животом о деревья, собрал всю грязь и ветки пока катился калачиком вниз по сырой земле. Уже как во сне чувствовал, что моё тело остановилось. Мне было холодно. — Лука, — я слышал голос Яна. Он обернулся и подлетел ко мне. Перевернул на спину. Вскоре я заметил Артура и Базиля. — Вроде ничего не сломано. — Давай, поднимай его и наверх.       Сознание прояснилось, я привстал и облокотился на Яна. Парни втащили меня наверх, и мы попали, походу, уже в конец ссоры между Гаспардом и Мелиссой. — … и больше никогда не смей приближаться к моей семье! — кричала женщина. Элиотт стоял рядом с ней, обращённый в человека.       Гаспард лишь мерзко ухмылялся. — Надеюсь, ты сможешь сохранить свою семью, — они развернулись и скрылись в темноте. Мелиса выдохнула, но я заметил, как Элиотт пошатнулся, он дернулся и потянулся ладонью к своей шее. Женщина обернулась к нему. — Элиотт! — Люсиль подлетела к волку. Он достал из кожи тонкую иглу. Мелиса выхватила её из рук оборотня и с ужасом взглянула на яд, блестевший на ней. — Это аконит! Быстро в дом!       Люсиль и Алекс подхватили Элиотта под руки и быстро потащили в сторону дома. — Что происходит? — я обратился к парням. — Аконит смертелен для человека, а оборотня заставляет бесконтрольно превращаться. В Ближайшие несколько часов Элиотт обратится в волка и не сможет контролировать свою сущность. — То есть? — Он начнёт убивать людей, если попадёт в город. — Единственный кого, он не сможет тронуть это его истинный. — Господи, хоть бы это оказалась Люсиль.       Я вздрогнул. Ночь обещала быть тяжёлой.       Дверь с грохотом распахнулась, Мелиса внесла фонарь, осветив стены сарая. Посредине я заметил, железный штырь с перекладиной, приваренными друг другу, на земле валялись внушительных размеров цепи. Алекс и Ян затащили ничуть не сопротивляющегося Элиотта в помещение, и начали обматывать его цепями. Оборотень жмурил глаза и сжимал губы до посинения. Я видел, как испаряется пот на его коже, и ходят желваки туда-сюда. — Крепче, — говорила Мелиса, помогая обматывать ноги.       Я чувствовал, Элиотту было страшно. Он пытался сжаться в маленький безобидный комок. Я стоял в растерянности, таращась на всё это. Артур придерживал меня за плечо. — Всё, — буркнул Алекс. — Запирайте двери, уходим, — я стоял как в копанный, пока Мелиса проверяла цепи. — Уходим, Лука, — она развернула меня и вытащила из сарая. На последок я увидел, как Элиотт открыл глаза и с тоской посмотрел на меня. Двери захлопнулись.       В гостиной не было ни звука. Все сидели на диванах и молчали. Мелиса крепко сжимала руку Люсиль. Последняя пыталась сдерживать себя. Но вдруг послышался протяжный волчий вой и грохот. — Элиотт! — вскрикнула Люсиль и сорвалась с места. Я даже и понять ничего не успел, как она обращённая выбежала из дома. — Остановите её! — в панике завизжала Мелиса. Оборотни повскакивали со своих мест и ринулись в погоню. — Артур, останься с Лукой, — успела дать указание Мелиса, запрыгивая на спину Алекса. Через мгновение их след простыл.       Я всё ещё сидел в лёгком недоумении. Мой мозг пытался принять, тот факт, что всем нашим жизням угрожала реальная опасность. Но я не мог этого осознать.       Артур молчал. Я видел, как он нервно сглатывает. Парень беспокоился за Базиля, и я понял это сразу. Прошло минут пять с тех пор, как волки убежали ловить своего сородича, но я не понимал, что они могли сделать. — Элиотт вырвался из цепей. А они были из того же материала, что и якорные, — начал говорить Артур, будто пытаясь успокоиться. — Но зачем они побежали за ним. Разве это не опасно? — решил я помочь другу. — Опасно, конечно. Но будет намного хуже, если Элиотт направится в город. Они попытаются увести его дальше в лес.       Я выдохнул, но тут до ушей донеся пронзительный жалобный скулёж. — Базиль! — закричал Артур и уже сверкали его пятки, выбегающие из дома. Я остался один. Один в огромном доме. Ночью. С бешенным оборотнем, гуляющим где-то неподалёку. Мозг судорожно соображал, что делать, но тело продолжало сидеть попой ровно на диване. Пока одна из стекольных рам не треснула, рассыпаясь осколками…       Я вскочил с дивана и обернулся. Это было ужасное существо: с яркими горящими глазами, сплошь покрытое жесткой шерстью, стоящее прямо на двух лапах, а две другие были обрамлены острыми когтями, с белоснежных клыков огромной пасти стекали слюни. Я пошатнулся. Бежать было бессмысленно. Эта тварь нагонит меня в два шага. Я смотрел на существо ошалелыми глазами и припоминал все свои грешки перед Элиоттом. А их скажем было достаточно. Ну что ж, я должен был умереть от лап волка ещё несколько недель назад, вот, похоже, время пришло. Оборотень двинулся в мою сторону…

***

      Мелиса занеслась в дом, быстрее чем волки. Женщина уже готовила себя увидеть моё растерзанное тело и ошметки кишок по стенам. Ведь когда Артур прибежал к Базилю, она поняла, что я единственный человек в округе и мой запах ничем не перекрывается. Ну, так вот она занеслась в дом и увидела то, чего не ожидал увидеть никто. Волки вбежали за ней и тоже ошеломлённо уставились. Я спокойно сидел на диване, а на мои ноги смиренно уложил голову Элиотт, касаясь своими коленями пола. Он уже спал, как младенец, пока я ворошил ладонями его мягкие волосы.       В голове, чётко отдавались слова — единственный, кого он не сможет тронуть это его истинный.