Возможности другой жизни

       Очередной сон. Сейчас я снова должен увидеть какое-то воспоминание из прошлого? Но я по прежнему находился в непроглядной тьме. Она сгущалась и казалось принимала форму, обволакивала меня, нежно касалась моего тела. Тьма лелеяла меня, и жаждала. По началу я пытался сопротивляться, отбивался от неё, но всё было без толку. Я был совершенно один перед лицом всеобъемлющей и великой тьмы. Мой разум лихорадочно рисовал в ней жуткие образы то ревущего зверя, то врага с автоматом. Казалось, тьма проникла мне в мозг и начала вытеснять рассудок. Вдруг я почувствовал, как кто-то касается моих штанов. Опустив взор я увидел маленького мальчика, что держал меня и плакал. Тьма рассеялась и мы оказались на белоснежном поле ирисов, я сел на корточки и посмотрел на него.        — Что случилось, малыш? — он поднял заплаканное лицо и в нём я узнал себя.        — Даже если я исчезну… Сделай, что должен… Не смотря ни на что…        — Прости, но я не умею сдерживать обещаний, даже самому себе.        — Но даже так… Я верю, ты справишься… — он улыбнулся и рассыпался пеплом по воздуху.        Я чувствовал, как во мне растёт что-то новое и мерзкое, на месте старого и доброго. Что-то во мне необратимо изменилось.        — Алес, вставай, — будил меня Яр.        — Доброе утро… — в глаза бил яркий свет, а в ушах гудело.        — И тебе, давай вставай, Джозеф уже приготовил ужин.        — Хорошо.        Я потянулся, прохрустел шеей и встал. Через заколоченные окна тянуло ледяным утренним ветром, в комнате было настолько холодно, что только достав ногу из-под одеяла меня перекосило. Рывком встав я быстро оделся и накинул куртку, после чего вышел из когда-то бывшей подсобки в главный зал.        — Всем доброе утр, — все сразу мне ответили, а на столе меня уже ждала каша.        — Раз все проснулись, то могу уже начинать. Как вы знаете, сегодня мы едем в Роанапур — незаконный город, сборище наёмников и преступников со всего мира. Там можно найти всё, что угодно, даже союзников, — начал Николай как все сели за стол.        — Что значит незаконный город? — спросил Джозеф.        — Когда происходило разделение Европы этот город стоял на границе разделения между Россией и США. Было много споров на владение этим городом, что в итоге привело к тому, что он стал полем боя, а спустя время, когда бои закончились, туда стали стекаться самые разные преступники, наемники и бывшие военные. Фактически споры ещё не закончились, но теперь сборище отбросов не нужно никакой стороне, так что страны его оставили и используют для грязных политических игр, — все внимательно слушали Николая и давились кашей, — Андрей, ты вроде неплохо в машинах разбирался.        — Ну что-то смекаю.        — Как доедите, хватай Теллура и Джозефа и посмотри что с нашим «Тигром», Алес, тебя хотела обследовать Виола.        — А что со мной не так?        — Не знаю, спросишь уже у неё.        — И вот опять Алес на расслабоне! — взъелся Андрей.        — Будешь бузеть — заставлю мотор капиталить, — сзади подошёл Яр и всучил ему подзатыльник. Андрей скривил носом, но не стал перечить.        Когда мы доели я направился на склад, где находилась аппаратура для разведки, импровизированный медпункт со спящим Костей и компьютер со странным прибором, который настраивала Виола. Увидев меня она показала пальцем на стул около этого аппарата.        — Доброе утро.        — Доброе… — даже не обращая на меня внимания ответила Виола, продолжая подкручивать что-то в шлеме, после чего нажала что-то на клавиатуре и на мониторе появилась надпись об ошибке считывания. Признаком успеха служил облегченный вздох Виолы, после чего она надела этот шлем на меня.        — А что это?        — Прибор для снятия психограммы, — заметив моё недоумение она вздохнула и отдалилась от компьютера, — когда меня заставили работать с вами моя первостепенная задача была узнать кем ты был то экспериментов. Начальство очень интересовал этот вопрос, поэтому я запросила аппарат для психографии, но так и не успела его применить. Этот прибор позволяет сделать портрет твоей личности гораздо лучше, чем любой полицейский психолог, именно с его помочью мы хотели приблизиться к поминанию твоего прошлого, ведь твоя амнезия не поддавалась никакому лечению. Ты же хочешь понять, кем ты был раньше?        — Прошу, начинайте, — без раздумий сказал я и Виола улыбнулась.        — Надень эти наушники и дай сюда руку, я введу тебе слабый психостимулятор для лучшего эффекта, — Виола протёрла мой локоть спиртовой салфеткой и ввела какой-то препарат, — аппарат будет посылать импульсы в разные отделы твоего мозга, имитируя эмоции и даже сильные эмоциональные события: влюбленность, потерю близких и тому подобное, и сразу считывать ответную реакцию. Ты можешь почувствовать дискомфорт, грусть, радость, может даже будешь злиться, но ни за что не прерывай процесс. Помни, все образы, что ты будешь видеть — вымышленные, ты готов?        — Да.        Виола нажала кнопку на клавиатуре и аппарат загудел. Кожа на голове сразу стала покалывать, из наушников начал доноситься странный звон, перед глазами появилась пелена неясных образов: рыбалка с каким-то парнем, падение в пенящиеся волны, горящий дом, встреча заката на крыше с девушкой, бездыханное тело на моих руках.        Звон сменился противным шумом и я увидел высокого мужчину с темными волосами, завязанными в хвост. Он держал за шею над собой плачущую девушку и что-то кричал мне, но я мог только плакать и умолять его остановиться. Нельзя было даже пошевелиться, но не из-за цепей, сковывающих меня, а из-за того, что тело было не моим. Это тело потеряло свою душу.        Шум сменился скрежетом и я проснулся за столом, освещаемым слабым светом настольной лампы. За окном стояла глубокая ночь, а в дверном проёме стоял силуэт мужчины. Я сразу узнал его и встал из-за стола, радостно приветствуя. Он тоже улыбнулся мне, только горькой и усталой улыбкой. Уже тогда я знал: он вернулся, что бы сломать мою жизнь.        Скрежет сменился тишиной и в этой тишине раздавалось тихое чавканье.

       Он поедал меня или это я поедал его?

       Я очнулся от кошмара и увидел темное лицо Виолы, что медленно перевела взгляд с монитора на меня. Одно выражение её лица давало понять — результат далеко не радостный.        — Что там… — с трепетом спросил я.        — Сложно пока сказать, результаты ещё обрабатываются. Я дам тебе знать, как закончу, сейчас можешь идти.        Виола сняла с моей головы шлем и, попрощавшись, я пошёл к ребятам. Те уже закончили ремонт и прогревали машину. Я посмотрел на время и понял, что обследование заняло почти четыре часа.        — Как она? — обратился я к ребятам.        — Как новенькая, — с гордостью произнёс Андрей, по локоть залитый маслом.        — Отлично. Я останусь с Виолой приглядывать за базой и Костей, — вышел Николай, услышав рев мотора, — удачи вам там.        — Ну что, мальчишки, повеселимся без этого дедули? — засмеялся Яр.        — Яр, — злобно сказал Николай.        — Да знаю, знаю. Не в первой в Роанапур еду. Ну, чего моргала вылупили как бараны на новые ворота, залезайте, поехали.        Спустя час мы покинули руины некогда великого города и его темные башни многоэтажек начали скрываться за горными хребтами. Сквозь облака пробивались тусклые лучики солнца, казалось они лишились своей радуги и красили мир лишь в сплошной серый цвет, создавая лишь море уныние, тянущееся до горизонта. Пейзаж забвения. На секунду я обернулся на Каркозу и мне причудились черные звёзды, горящие высоко в небе, а за ними неведомое око, пристально смотрящее за нами.        В тот момент я готов был поклясться, что мне не показалось.        — Алес? — ткнул меня Теллур.        — А?        — Че с тобой?        — А, да забей… — может психостимуляторы ещё не выдохлись и мне чудиться всякое? Теллур скривился и развернулся на окно. Джозеф раз за разом просыпался, когда его голова билась о стекло, а Андрей…        — Это моя котлета Теллур… — бормотал он и слюнявил моё плечо.        — О чем думаешь? — задал мне вопрос Яр и посмотрел мне в глаза через зеркало заднего вида. В тот момент я действительно задумался. — Вижу ведь тебя что-то гложет.        — Ну, меня предала девушка и похитила моего друга, а потом я оказался всего лишь подопытным кроликом своих же союзников, — я вздохнул, Яр же ничего не ответил, но посмотрел обратно на дорогу, — сейчас мне даже не до будущего. Я сейчас вообще ни о чем не хочу думать.        — Алес, а что если Миса похитила Макара для твоего же блага? Вдруг это он хотел предать нас? — внезапно спросил Теллур. Я с тоской посмотрел на него.        — Ты тоже хочешь верить в неё? Я понимаю, но боюсь уже поздно. Если я её встречу — не буду колебаться.        — Убьёшь её? — спросил проснувшийся Джозеф. Я злобно посмотрел на него, понимая к чему он клонит.        — Лучше оставь это на меня, — подключился Андрей, вытирая кулаком слюну с губ и посмотрел мне в глаза с холодной решимостью.        — Я бы не хотел доводить до этого, но если выбора не будет…        — Алес, всё будет хорошо. Я верю в неё и ты поверь, — Теллур помог мне не договорить.        — Нашлись солдаты удачи. Отоспитесь лучше, мы в осиное гнездо как никак едем, — поставил точку Яр и мы послушно принялись занимать удачное положение.        Перед тем как уснуть мне пришлось три раза пинать Андрея, что нечеловечески быстро засыпал и сваливался на меня, но стоило мне наконец полу-лечь-полу-сесть, как время для меня остановилось. За окном, среди бескрайнего поля гнилых цветов и трупов ко мне навстречу шла Миса, держа в руках около груди белоснежный ирис.        Время продолжило свой ход, а ирис окрасился её кровью. Волк разорвал её шею.

***

       Когда я открыл глаза, то увидел перед глазами океан снега, растворяющийся во тьме. Мы стояли на заправке посреди бескрайнего поля, засыпанного снегом. Яр одной рукой заправлял машину, а другой курил, забыв о всех нормах безопасности, ребята же спали. Я аккуратно вышел и потянулся, разминая затекшие ноги.        — Будешь кофе? — спросил Яр, заметив меня.        — Кофе… — я вспомнил Маркуса. — Да, давай.        Яр выкинул бычок, поставил кран на место и отогнал машину на парковку, после чего мы сели на скамейку и открыли банки с кофе.        — Сколько мы уже едем?        — Часов восемь, а что?        — Ты себя нормально чувствуешь? Я могу повести.        — Ты, так-то, экзамен на права завалил, — припомнил он мне мой провал, когда мы учились ездить на базе.        — Да вы меня тогда тренировками загнали, мне было не до вождения.        Яр тихо усмехнулся и отпил горячего кофе. Я тоже отпил, но кофе предательски обжог мне язык. Дул тихий ветерок и приносил с собой странную атмосферу меланхолии и необъяснимой тоски, сжимающей всё тело и высасывающей силы. Было невыносимо терпеть тишину и я попытался завести диалог.        — Почему ты решил пойти служить?        — Хм? Чего это ты вдруг? — Яр удивленно посмотрел на меня.        — Просто интересно, — он откинулся на скамейке и сжал губы.        — Я просто больше ничего не умею. В школе был двоишником, из шараги выпнули, а кушать хотелось, вот и пошёл служить, да так и осел. Ничего интересного.        — А попробовать себя в чем-то? — от моих слов Яр рассмеялся и достал сигареты.        — Хах, малой… Когда был пацаном, то мечтал о гитаре, но я был из «образцовой» семьи — батя ушел за хлебом, а мать тонула на дне бутылки. У меня дома толком не было, какой там пробовать что-то новое. Просто плыл по течению, но во время службы встретился с одной девушкой… — он замолчал и закурил.        — И что? — мне было интересно узнать конец истории. Было видно, что Яр не хочет рассказывать до конца, но всё-таки разжал губы.        — Она повесилась. Даже предсмертной записки не оставила, — так холодно ответил он, что мой кофе сразу остыл, — пошли, нам ещё пару часов ехать.        Я залпом допил кофе, бросил стакан в урну и запрыгнул в машину. К рассвету мы въехали в большой город, освещаемый кучей неоновых огней. На въезде стояла большая статуя, но опознать чья она не получалось — голова была раздроблена. Вдоль улиц ходили подозрительные люди в грязных обносках, из-под которых виднелось оружие, отражавшее свет бесчисленных вывесок магазинов, аптек и борделей. Где-то в подворотне толпа избивала одного, в другом слышалась работа ночных бабочек. Нищета граничила с роскошью, беззаконие с самосудом, сливаясь в странный симбиоз свободы. Казалось в этом городе возможно всё, город извращенных мечтаний.        Наконец мы остановились на одной из парковок и я начал расталкивать ребят. Трое сонных котят открыли заспанные глаза и сразу зажмурились от яркого света вывесок.        — Подъём принцессы, мы на месте, — Яр дернул ручник и посмотрел на нас, — расклад следующий: ёблами не светим, не шумим, тише воды, ниже воды. В этом городе есть много российских крыс, поэтому внимания не привлекаем. Я пойду искать человечка, вы можете пока погулять по городу, — он достал из бардачка пачку купюр и протянул нам, — вот вам на веселье. Я свяжусь как всё организую.        — Может с тобой пойти? — спросил я.        — Не стоит, лучше идите с девчонками покувыркайтесь, ток защиту не забудьте, а то подцепите что-то, — я с Теллуром и Джозефом недовольно посмотрели на него, а вот Андрей улыбнулся, взял деньги и стал искать ближайший бордель, — молоток Андрей, умеет отдыхать. Всё, давайте, удачи.        Яр вышел из машины, накинул капюшон, закурил, закрыл машину и ушёл. Мы же всё ещё стояли около машины и не знали чем занять себя.        — Ну че, Яр дал добро, пошли? — Андрей воодушевлённо тыкнул пальцем на видневшуюся в дали вывеску борделя. Нам ничего не оставалось как пойти за ним.        У входа стоял внушительных размеров вышибала с хромированной рукой и преградил нам путь. Андрей сразу подошёл к нему почти в упор и расправил плечи, став похожим на медведя, вставшим на задние лапы. Секунд пять они грозно смотрели друг другу в глаза и казалось кто-то из них вот вот пропишет увесистый удар в челюсть сопернику, но вышибала перевёл взгляд на нас, проверяя на дресс-код, после чего посмотрел обратно на Андрея и отошёл.        — Посетителям не мешать, с товаром обходиться осторожно, — после чего открыл дверь и мы вошли. Андрей довольно протёр нос большим пальцем и положил мне руку на плечо, но остановился с раскрытым ртом, вцепившись взглядом в полуголую красотку, танцующую на шесте в центре клуба.        — Мы только зашли, придержи слюни, — я поднял ему челюсть и закрыл рот, из-за чего он сразу опомнился и стал жадно рассматривать девушек, что ходили туда-сюда с подносами разнообразного алкоголя. Было видно, что Теллур тоже возбудился и с восторгом рассматривал красавиц, а вот Джозеф безразлично рассматривал барную стойку, — идём закажем сначала что-то.        Мы вчетвером сели и к нам сразу подошла высокая девушка с длинными черными волосами одетая в откровенный наряд, который закрывал только непристойные места.        — Какие лапочки к нам пожаловали, что хотите? — кокетливо начала она, соблазнительно перемешивая коктейль.        — Девочек, красивых и побольше! — казалось Андрей наброситься на неё как голодная собака.        — Андрей, блять, подожди ты!        — Ах-ха-ха, не стоит. Сразу видно у твоего друга давно не было женщины, — она провела рукой по клубу, — просто позови ту, что понравилась, — Андрей молниеносно развернул голову, моментально определил самую соблазнительную и, жадно улыбаясь, пошёл к ней. Я глубоко вздохнул, наблюдая за сорвавшейся крышей моего друга и перевёл свой взгляд на меню. Чего я не ожидал, так это сорвавшегося с места Теллура, что робко подошёл к одной девушке и неуверенно завёл диалог. Та лишь мило улыбнулась и что-то прошептала ему на ухо, из-за чего его передёрнуло, а затем они ушли к вип комнатам, — а вы чего ждёте? Или может у вас какие-то специфические вкусы?        — Текилу с лаймом и солью, — внезапно ответил Джозеф, что всё это время смотрел меню.        — Молодой человек сначала хочет разогреться? Как пожелаете, — девушка налила ему рюмку текилы, положила около неё дольку лайма и посыпала на неё немного соли, — а вы чего желаете?        — Повторите мне то, что и ему, — предо мной оказалась такая же рюмка и долька лайма. Джозеф поднёс ко мне рюмку и мы чокнулись, выпили и он сразу заел лаймом, я поступил так же. Мне понравилось и я попросил ещё одну. Барменша подлила и уперлась локтем в стол, удерживая свой подбородок, внимательно меня рассматривая.        — Знаешь, не гоже такому красавчику сидеть тут и текилу пить. Могу позвать нашу самую лучшую девочку, Скай, она сделает с тобой такие вещи, которые тебе и не снились.        — Хах, предаст? — я осушил рюмку и громко стукнул ей по столу, после чего жадно разорвал лайм, смотря ей в глаза. На стук рюмки сразу среагировал стоявший поблизости вышибала, но девушка остановила его рукой.        — Так значит у нас здесь преданная любовь? Поверь дорогуша, наши девочки быстро вытеснят её из головы.        — Не хочет человек — не лезьте, — ворвался Джозеф, — ещё одну.        Девушка недовольно фыркнула и повторила Джозефу, после чего оставила бутылку и ушла к другим клиентам.        — А ты чего не идёшь развлекаться? — спросил я Джозефа, чокаясь.        — Не хочу. Ты?        — Аналогично, — я подавился, не успев заесть лайм, — как ты так легко её пьёшь.        — Не знаю. Видимо раньше любил выпить.        — Ты-то? Сомневаюсь, — он лишь тихо хихикнул, после чего разлил нам ещё по одной.        — Алес, если мы и вправду пойдём штурмовать Д-6, давай оставим Теллура с Виолой и Костей? — внезапно спросил Джозеф, ставя обратно бутылку. — Ты и сам видел — не его это, в людей стрелять.        — Я и сам думал на эту тему. Нам и так людей не хватает, да и он может обидеться.        — Дело не в том обидеться или нет. Это не разборка за гаражами. Ладно ты, я и Андрей, но вот Теллура жалко будет.        — Не хорони нас раньше времени, — я протянул рюмку и мы выпили, — я поговорю с Николаем как вернёмся.        — Спасибо.        — Да не за что. Тебе надо побольше пить, ты становишься разговорчивее.        — Учту, — слово за слово, а бутылка текилы тем временем уже кончилась и я подозвал барменшу, что принесла ещё одну бутылку.        — Кстати, не знаете кто такой Амон? — услышав мой вопрос она насторожилась, улыбка сразу сошла с её лица.        — А вам зачем? Вы его знакомые? — я посмотрел на Джозефа, тот бросил быстрый взгляд на меня, моргнул и посмотрел обратно на неё, а его рука, словно змея, подползала к пустой бутылке.        — Можно сказать и так. Вы его знаете?        В следующее мгновение девушка посмотрела на вышибалу и кивнула, из-за чего он замахнулся на Джозефа, но тот был быстрее и разбил бутылку об его голову. Я сразу встал, но почувствовал холодное дуло пистолета, приставленное к моему затылку. Краем глаза я увидел ещё одного вышибалу, что держал меня на мушке и сразу поняв ситуацию Джозеф застыл.        — Значит вы дружки того ублюдка, что устроил резню здесь два года назад? Мы, на самом деле, и сами хотим знать, где Амон. Особенно наш босс, — ехидно заговорила барменша, доставая телефон и набирая номер, — алло, босс, тут дружки Амона объявились.        — Так значит вы знакомые этого ублюдка, где он?! — к нам подошла ещё одна девушка. Её лицо казалось мне слишком хорошо знакомо: белоснежные волосы, завязанные в хвост, губы, налитые ярко красным цветом, будто спелое яблоко, глаза будто вместили в себя все возможные цвета и отливали в тусклом свете неоновых ламп чистым, величественным серым цветом, а кожа была настолько белая, что можно было ослепнуть. Она схватила за шиворот неподвижного Джозефа и начала его трясти. — Где эта мразь?! Он убил моего…        Развернувшись на меня она замерла, а у меня в голове сразу начались проноситься воспоминания. Только в этот раз я четко понимал — это были мои воспоминания. Целый год, лучший год моей жизни, пронёсся у меня перед глазами и безвозвратно растаял, оставив только имя.        — Моника…        Девушка закрыла рот руками и заплакала. Воспользовавшись замешательством вышибалы я выбил пистолет локтем и перехватил его, ударив прикладом по носу мужчине, после чего пару раз выстрелил в потолок, заглушая музыку в клубе.        — Андрей, Теллур, сматываемся! — клуб переполошился и заполнился визгом, люди стали выбегать на улицу, толкая и не давая пройти бегущим на нас охранникам, а из вип комнат показались эти двое, одевавшиеся на бегу. Без каких-либо раздумий я схватил девушку и мы выбежали на улицу. Толпа помогла нам скрыться и вскоре мы засели в переулке, оглядываясь нет ли за нами хвоста.        — Какого черта, что случилось Алес?! — начал на меня орать Андрей. — Я почти… Почти закончил!        — Так ты действительно Алес… — девушка, что всё это время крепко сжимала мою руку, вытерла слёзы и внимательно посмотрела на меня, после чего разревелась ещё сильнее и бросилась меня обнимать. — Я думала ты погиб… Алес! Ты жив! Слава богу!        — А это кто? Она тебя знает? — Андрей не унимался с вопросами.        — Не знаю… Ты же Моника, да? — она посмотрела на меня испуганными глазами. — Извини, я ничего не помню, но… Мы же были вместе, верно? — от моих слов она лишь сильнее разревелась, не в силах сказать что-либо. Вдруг мой телефон зазвенел, это был Яр. Я поднёс телефон к уху и чуть не оглох.        — МЕЛКИЙ ПРИДУРОК!!! ЧТО Я СКАЗАЛ, КОГДА МЫ ТОЛЬКО ПРИЕХАЛИ?! КАКОГО ХУЯ ТЕБЯ АНДЕРСОН ТЕПЕРЬ ИЩЕТ ПО ВСЕМУ ГОРОДУ?!        — Какой ещё Андерсон?        — ВОЛШЕБНЫЙ СУКА!!! — он глубоко вздохнул. — Слушай сюда, бери ребят и дуй в точку, что я тебе скинул. Андерсон — самый влиятельный человек в этом городе, по сути он мэр и теперь этот самый мэр очень желает твоей смерти. Каждый головорез в этой жопе мира теперь знает твоё лицо и каждый будет пытаться тебя грохнуть, поэтому дуй сюда. ЖИВО!        Яр сбросил трубку, а ребята сами всё услышали.        — Так что случилось? — спросил Теллур.        — Алес спросил бармена об Амоне, видимо в прошлом он им очень насолил, — ответил Джозеф.        — Ну еб твою мать… Ладно, а с ней-то что делать? — я опустил взгляд на плачущую мне в грудь девушку, пожал плечами и поднял брови.        — Возьмём с собой.        — Ну ахуенные у тебя сувениры, или ты недели без девушки прожить не сможешь, — было видно опухшие вены на лице Андрея.        — Харе выёбываться, пошли.