Возможности другой жизни

       - Я жил в богатой семье где-то в окраинах Москвы в роскошном частном доме с мамой и папой - Татьяна и Вильямс Кригер. Отец был выдающимся ученым в области биоинженерии, микробиологии и бог знает чего ещё. Он любил рассказывать о жизни в Америке, но Россия предложила ему большие деньги за информацию, которой он располагал и в результате переехал в Москву, где уже познакомился с мамой - невероятно красивой и жизнерадостной женщиной. Она, кстати, работала в ФСБ и напрямую участвовала в его эмиграции. Как она любила шутить: "Я тебя себе ещё из Америки присмотрела."        - То есть она вышла за него из-за службы?        - Не-а. По началу она просто курировала его и помогала с переездом, а потом они начали встречаться и в итоге поженились. Помню, когда был маленьким, услышал, как моя мама поддерживала отца - у него была травма из-за бесплодия, поэтому меня с братом зачали искусственно и подсадили нашей матери. Но, похоже, на меня были другие планы... Я появился на свет на год раньше Алеса, но не смотря на это мама безумно любила нас обоих и видимо не знала всей подноготной работы моего отца. Ну или знала и сознательно вынашивала сына не своего мужа, я уже ничего не понимаю... Когда мне было то ли десять, то ли одиннадцать отец взял меня на охоту - тогда то я и принёс домой волчонка, который через два года загрыз Алеса. Наверное, тогда моя жизнь и пошла по пизде: сначала заболела мать, отец стал всё реже появляться дома, Алес стал всё чаще болеть, а я, сам того не замечая, терять память. Мы остались со Светой, что заменила нам больную мать, что почти не вставала с кровати, а потом... Э-э-эх... Отец всегда думал в первую очередь о нас и хотел для нас всё самое лучшее, но на самом деле для него была важна только наша мать - он шёл на всё, что бы помочь ей: звал лучших врачей, тратил огромные деньги на лекарства... Один раз, напившись, даже кому-то звонил и спрашивал, сможет ли тот пересадить ей наши органы... А когда мне было четырнадцать пришли какие-то люди в форме, представились её коллегами и закрылись в её комнате. Мы с братом попытались подслушать, но услышали её крики и оскорбления в их сторону, после чего они ушли и она долго плакала. Через пару дней я с няней переехал в Константу.        Тихий ветерок покачивал нереальные и немыслимые цветы, которые с щепетильным трепетом и ярой экзальтацией направили свои белоснежные бутоны на Амона и Макса, что плели диалог под таким же белоснежным дубом, облокотившись на его добротный ствол.        Амон презрительно смотрел в даль и, хоть и не видел, но ощущал приближение чего-то неимоверно чудовищного и истошного.        Он боялся этого.        - Ну и... - спросил его Макс, уже скатившись по стволу и демонстративно зевая от его рассказа.        - Че "ну и"? - он посмотрел на него и вытащил из рта ствол ириса, который Макс жевал как зубочистку.        - Че ты в "Омегу"-то попёрся? Сам же за семью заливал, че не вернулся? - он встал и потянулся, а Амон отвернулся и задумался. - Мало тебе войнушек было?        - Не в этом дело...        - А в чем? Снова хочешь дать волю своему зверю? Хочешь крови?        - Не в этом дело! - крикнул Амон и своим голосом сбил все бутоны, которые до этого с величайшим интересом наблюдали за ним, оголив сырую от крови землю и лежащих на ней бесчисленных трупов - каждый из которых был убит лично Амоном вне зависимости: в прошлом или в будущем.        Макс вздохнул, встал и начал аккуратно идти, что бы не наступить на бездыханные тела, после чего остановился. Амон моргнул и напротив него уже стояла Света - такая же, как и за секунду до своей смерти, с застывшим "Живи!" на лице - и Владимир - с его обыкновенной доброй улыбкой и слегка хитрым взглядом.        - Амон, у тебя ещё есть шанс... - но слова Макса не доходили до его друга.        - Нет.        Ствол дуба медленно начал тлеть под спиной Амона, а труппы подрагивать.        - Всю свою жизнь я причиняю своим близким только боль...        Амон встал и земля под его ногами начала дымиться. Ирисы в ужасе начали отворачиваться, но было уже поздно. Труппы начали извиваться и хрипеть, источая из своих ртов и пустых глазниц маленькие языки пламени.        - Если ради для защиты моих близких я должен быть один - я буду только рад.        В следующее мгновение ирисы вокруг Амона иссохли и обратились в пепел, листва дуба всполохнула и огненным дождём начала падать, распространяя пламя, а трупы забились в агонии, охваченные пламенем.        - Я уничтожу любого, кто будет угрожать моим близким! Пусть это будет Бог или даже я сам!        Огненный шторм разразился вокруг него, испепеляя всё, до чего мог дотронутся. Лишь Макс с Светой и Владимиром стояли в нём на ровне с Амоном, который был не в силах оставить их в прошлом.        - Если нужно сжечь всё дотла - пусть горит. - позади них внезапно появился образ улыбающейся матери, что раскалённым лезвием прошёлся по сердцу Амона. Её серебряные волосы медленно тлели в огненном смерче, а кожа медленно, но верно обращалась в пепел.        Они тепло улыбались ему, не было даже намёка на презрение.        - Простите и... Спасибо за всё.        Амон глубоко вздохнул и наконец смирился, посмотрев на них в последний раз перед тем, как пламя беспощадно их пожрало.

Если идёшь через ад - иди не останавливаясь.

***

       Амон раскрыл оставшийся у него глаз и увидел незнакомый серый потолок, почувствовал слабое покачивание и солёный, морской воздух. Повернув голову он увидел большое стекло с решетками, за которым игрались блики от полуденного солнца на бескрайней водной глади, уходящей далеко за горизонт.       - Доброе утро, спящая красавица, - в проходе уже стоял высокий парень в черной футболке и мешковатых, таких же черный штанах. Амон сразу понял кто стоял перед ним - это был единственный человек, с которым он предпочел бы не встречаться.       - Ха! Где-то я это уже слышал, - сплёвывая на пол накопившуюся слюну сразу ответил Амон и попытался встать. Юноша сначала презрительно посмотрел на плевок, а после надменно заулыбался, наблюдая за попытками Амона встать.       - Помочь? - он подошёл к кровати и потянулся ему помогать.       - Руки, блять, убери! - в тот же миг Амон рывком смог встать и хлопнул его по рукам.       - Ну, как хочешь. Думаю мне стоит представиться, хотя бы из вежливости. Меня...       - Где мои друзья? Где Миса? - не обращая на собеседника внимания он потянулся к бутылке воды и попытался её открыть.       - Так вот какова цена победы над сильнейшим запада, - парень выхватил бутылку и в мгновение ока оторвал пластиковую крышку, которая никак не поддавалась Амону. Последний злобно цыкнул, но всё равно крепко сжал её и залпом осушил почти литр воды, - не думал, что тебя потрепает так сильно.       - Я твое мнение не спрашивал, что с ними?       - Сэмюэль увёз их к себе в Нью-Джерси. С ними всё хорошо.       - Миса?       - Там же.       Амон выдохнул, положил голову на подушку, вытер лицо и выдохнул. Мизинец и безымянный палец на левой руке не ощущались, как и вся правая нога. Всё тело подрагивало и болело, казалось что каждый нерв проткнули иголкой, а голова не переставая гудела, путая мысли.       - Ты пролежал тут пол года, - парень сел к нему на кровать - его голос стал серьёзным и Амон внимательно посмотрел на него, - после битвы с Сэмюэлем мы сделали всё возможное, что бы ты просто не умер, но твоё тело было не способно вынести такую нагрузку. В особенности сердце: ещё немного и пришлось бы его пересаживать. Как ты себя чувствуешь?       - Хуёво.       - Не сомневаюсь... Ты сейчас на нашей базе в Атлантическом океане, мы о тебе позаботимся.       - Нахера? Хотите закончить свои эксперименты? - парень улыбнулся и покачал головой.       - Не-а. Я хочу, что бы ты присоединился к нам, естественно как поправишься.       - И с какого перепугу я должен пахать на вас, глобалисты липовые? - парень встал, подошёл к окну, открыл его и запустил в комнату жаркий летний ветерок.       - Во-первых: мы знаем где твои друзья, - Амон скривился в злобной улыбке.       - Ну конечно, шантаж, как же я сразу не понял...       - Во-вторых: только мы можем тебе помочь.       - Ага, выставите счёт за лечение.       - В-третьих: я помогу тебе увидеться с братом, - на последнем пункте Амон притих: он боялся и мечтал встретиться с братом, - ну как? По рукам?       - А что, без тебя я не смогу поехать к нему? - парень усмехнулся и повернулся к Амону.       - А что, если не сможешь? - секунд двадцать они молча смотрели друг на друга, представляя миллионы вариантов как порвать друг другу глотки прямо сейчас.       - Понятно, - Амон, упираясь на руки, сел на кровать, - но ты расскажешь всё, что знаешь обо мне и все ваши планы.       - По рукам, - парень протянул руку Амону и тот слабо сжал её, - меня, кстати, зовут Макар. Макар Блексорн.