Kamikaze

Следующие несколько дней были самым настоящим бюрократическим кошмаром. Магнуса изучали, словно подопытного кролика, а Алека постоянно допрашивали, гоняя по всевозможным инстанциям: инквизитор, консул, безмолвные братья и так по кругу снова и снова. Магнуса он видел в последний раз в зале заседаний в Гарде, откуда его увели братья, и с тех пор они не встречались. Что с ним и как он, Алек знал только со слов Иззи. Он чувствовал себя немного неуютно без их связи, но только на ментальном уровне, а физически… Лайтвуд и забыл уже, что такое дышать полной грудью и не страдать ежесекундно от боли. Он и не подозревал, не осознавал в полной мере, как сильно проклятие давило на него. Сейчас, смотря в свое отражение, он будто видел другого человека перед собой: на все еще впалых щеках появился румянец, цвет глаз будто стал ярче, плечи расправились и даже волосы, казалось, стали более послушными. Возможно, это было неправильно, но он чувствовал облегчение. Прошли долгие две недели, прежде чем ему сообщили, что расследование завершено. Все обвинения с них были сняты, и более того, Алека даже собирались наградить за заслуги перед нефилимами. Как только стал известен вердикт, к парню тут же заявились родители, все это время обходившие его стороной, пересекаясь с сыном только на официальных встречах. Разговор вышел коротким. Отец извинился за них обоих и сказал, что очень гордится. Мариза, поджав губы, лишь потрепала сына по плечу. Что ж, это уже что-то. Про каминг-аут Алека они тактично умолчали, но вопрос о женитьбе больше не возникал. Памятуя о своей выходке, Лайтвуд, не мешкая, попросил прощения у Себастьяна и Энди, как только они появились в Аликанте. – Все нормально, я больше не злюсь, – сказал ему Себ, с нежностью глядя на Андерхилла. – А что там с Магнусом? Есть новости? – поинтересовался чуть покрасневший Энди. – Джейс говорит, что братья собираются провести над ним защитный ритуал. Ему нужно будет заново нанести все руны, – покачал головой Алек. – Черт, это, наверное, больно! – воскликнул друг, а Верлак ткнул его в плечо, выразительно скосив глаза, а затем обратился к побледневшему Лайтвуду: – Ничего, Магнус сильный, он справится! Алек только покивал головой, погрузившись в свои мысли. Это действительно будет больно, можно не сомневаться. И как он раньше об этом не задумывался? Если бы он только мог быть сейчас рядом! А хотел ли Магнус того же? Когда спала первоначальная эйфория, Алека начали занимать эти тревожные мысли. Особенно после того, как об этом заикнулся его отец на одном из допросов. – Эти преступные «отношения», – он сделал ударение на последнем слове, обращаясь к консулу, – могли быть обусловлены проклятием. А поскольку проклятие снято и связь парабатай разорвана, я не вижу повода для обвинений. – Но как же желание? – встрял в разговор Виктор Элдертри, всегда недолюбливавший Лайтвудов. – Он потратил единственное желание, дарованное нефилимам ангелом Разиэлем! – У него не было выбора! – снова встал на его защиту отец. – Я согласна с инквизитором, – спокойно произнесла консул Пенхаллоу. – Валентин Моргенштерн призвал ангела, и желание должно было быть озвучено, это всем известно. У Александра действительно не было выбора. Алек понимал, что отец хотел как лучше, но не мог перестать думать о его словах. Может, он прав и все, что они чувствовали друг к другу, было лишь наваждением? Он вспомнил, как каждая клеточка его тела тянулась к Магнусу, как он сходил с ума от ревности, как он мучился почти от физической боли, не видя его. Лайтвуд так запутался, что не мог понять, где настоящее, а где навеянное связью. Как понять, что он чувствует на самом деле? Одно он знал точно: он скучал по Магнусу, очень сильно. Ему нужно было увидеть его, чтобы все прояснить.

***

– Алек! Ты одет? – Да, входи! Открылась дверь его временной спальни в доме Алины, и зашла Изабель: в длинном, темно-синем бархатном платье с открытой спиной, так удачно подчеркивающем ее фигуру. Высокая прическа и неброский макияж, вместе с обеспокоенным выражением лица, дополняли ее образ. Сегодня вечером Алека должны были наградить, а заодно нефилимы решили устроить прием по случаю победы над Валентином и Кругом, куда были приглашены все, включая нижнемирцев. – Как дела? – спросила сестра, прислонившись к зеркалу и сложив руки на груди, пока Алек застегивал рубашку. – Не люблю официальные приемы, – пробормотал парень, перейдя к манжетам. – И костюмы. – И тем не менее, тебе очень идет, – улыбнулась Из, оглядев его с ног до головы. Темно-синий костюм Алека был сшит на заказ специально по этому случаю, и, по словам портного, выгодно подчеркивал благородную синеву его глаз. Изабель помогла завязать галстук-бабочку и надеть пиджак. Алек смотрел в зеркало, как сестра разглаживает ткань на его плечах, и замер, почувствовав комок в горле. – Спасибо тебе, Из, – с трудом сглотнув, произнес он. На него накатило волнение и осознание, что сестра больше не маленькая девочка. Пока он был занят своими проблемами, она выросла, превратившись в молодую, привлекательную девушку. Он столько пропустил, борясь со своими демонами! – Это всего лишь галстук, расслабься, – усмехнулась она, но по глазам было видно, что она всё поняла без слов. – Ты ведь знаешь, о чем я. Хотя за галстук тоже. – Алек повернулся к ней. – Спасибо за все, что ты сделала. За то, что спасла меня. Мы бы не справились без тебя. – Пустяки, – отмахнулась девушка, но голос дрогнул. – Нет, не пустяки. – Алек взял сестру за руки. – Я так зациклился на себе, что совсем не обращал на тебя внимания. Я исправлюсь, обещаю. – Тебе было не до этого. Даже представлять не хочу, что вы с Магнусом пережили. – Она подняла на него влажные, карие глаза и погладила по щеке, немного вздрогнув, когда брат притянул ее к себе. – Ты всегда можешь на меня рассчитывать, ты ведь знаешь это, правда? – И ты на меня, – прошептал Алек, погладив ее голую спину в черных росчерках рун. – Так, всё, – отстранилась Изабель через несколько секунд и начала рыться в сумочке, – побереги мой макияж! Она достала салфетку и подошла к зеркалу, чтобы промокнуть глаза. Они снова встретились взглядами в отражении. – Ты увидишь его сегодня, не переживай! – подбодрила она брата. Алек вздохнул и начал застегивать пиджак. – Да, но…А вдруг он больше не хочет этого? Нас? – вырвалось у него. – Все будет хорошо, – повернулась к нему Иззи. – Вы столько пережили вместе! Ваша связь вас не определяет. Поговори с ним, я уверена, ты зря себя накручиваешь. – Изабель поправила платье и застегнула сумочку. – Давай, нам пора. Саймон, наверное, уже заждался. – Саймон? – удивился Алек, изогнув бровь. – Ты много всего пропустил, бро! – ухмыльнулась девушка, шагая к двери.

***

– Александр Гидеон Лайтвуд, пусть твой героизм станет величайшим примером для сумеречных охотников всего мира! – торжественно произнесла Джиа, и зал рассыпался в громких аплодисментах. Вперед вышла одна из Железных сестер – сестра Клеофас – и вручила ангельский именной клинок, изготовленный специально для Алека. Рукоять легла в его ладонь настолько идеально, что все оружие, побывавшее в его руках до этого момента, показалось детскими игрушками. Несколько десятков глаз смотрели прямо на него, и Лайтвуд, не привыкший к такому пристальному вниманию, чувствовал себя немного неуютно. К тому же, сколько он ни шарил по разношерстной толпе взглядом, так и не нашел того единственного, чье внимание ему действительно было необходимо сейчас. Как только официальная часть вечера завершилась, толпа плавно переместилась на огромную террасу, прилегающую к залу советов, украшенную красным бархатом и золотом, переливающимся в лучах уходящего за снежные пики солнца. Здесь гостей ждали легкие закуски, шампанское и живая музыка. Сумеречные охотники были не сильны в организации подобных мероприятий, но, поскольку случай был особенный, было решено сделать все как следует. Алек уже собирался найти сестру и смешаться с толпой, как его подхватили под руки консул и Роберт, нашептывая с двух сторон о том, со сколькими людьми они хотят его познакомить и как много возможностей его ждет. Слабые протесты не помогли, оставалось лишь смириться и покорно следовать за своими провожатыми. Время проплывало словно мимо Лайтвуда, и он не знал, сколько прошло минут или часов, пока его перетягивали от одной большой шишки к другой. Знал только, что успел немного захмелеть от бессмысленных разговоров об одном и том же и нескольких бокалов шампанского. Магнуса он так и не нашел. Пару раз Иззи пыталась вырвать брата из цепких лап сильных мира сего, но тщетно. Когда его, наконец, оставили в покое, Алек поспешил скрыться в темном углу, подальше от любопытных глаз. Он немного перевел дух, прислонившись к стене, чувствуя ломоту во всем теле от усталости и легкий шум в голове. Отсюда открывался отличный вид на танцпол, где Лайтвуд сразу же заметил Джейса, кружащего Клариссу, и Изабель, лихо отплясывающую с Саймоном. Парень вгляделся в красивое лицо сестры. Он не понимал, что она нашла в этом примитивном, но было видно невооруженным взглядом, что она действительно счастлива. Ее глаза сияли, а искренний, заливистый смех было слышно даже отсюда. Алек и сам не заметил, как губы растянулись в улыбке, пока он любовался Иззи, которую по праву можно было назвать королевой этого «бала». Почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд, Алек ощутил легкий трепет около горла. Он осторожно огляделся по сторонам, хотя и так уже знал, кому он принадлежит. Магнус стоял у одной из колонн слева, в дальнем конце террасы. Лайтвуд застыл, не в силах сглотнуть или вдохнуть, а ноги стали мягче ваты. На нем был блестящий черно-красный пиджак, и Алек недоумевал, как не заметил его раньше; волосы были высоко подняты и красиво уложены, а глаза… Эти глаза… Похоже, они были подведены, что делало их еще ярче и соблазнительнее. Он был как яркое солнце, показавшееся из-за серых туч, на которое было больно смотреть. Как луна на ночном небосводе, сияющая ярче миллиардов крошечных, бледных звезд, на которую невозможно не смотреть. Магнус мягко улыбнулся, и Алек сделал первый шаг, а потом еще и еще, будто на автомате лавируя между людьми, не замечая ничего вокруг, кроме темных, манящих глаз. – Привет, – хрипло поздоровался Лайтвуд, сунув руки в карманы брюк, чтобы не тряслись как у больного Паркинсоном. – Привет. – Магнус казался невозмутимо спокойным издалека, но приблизившись, Алек заметил, как побелели костяшки на его пальцах скрещенных на груди рук, сжимающих плечи. Его ногти были выкрашены в черный цвет, и Лайтвуда обожгло воспоминанием, кажется, из прошлой жизни: как он стоит в душевой на коленях и не может отвести взгляд от ног своего парабатай. – Как…дела? – прокашлявшись, спросил Алек, судорожно мазнув по нему взглядом, словно сканируя состояние друга. Он заметил хвостик руны уклонения над воротничком черной рубашки, на том же месте: на шее, справа. Значит, церемонию все-таки уже успели провести. – Живой, как видишь, – усмехнулся Бейн, но тут же смутился. Воображение Алека сразу услужливо подкинуло ему картинки, которые он пытался выжечь из своей памяти: безжизненный взгляд и синие губы. Он помотал головой, прогоняя их прочь. – Прости… – прошептал его друг, будто прочитав мысли. – Все нормально, я в порядке. Мне нанесли все руны. Ну, то есть почти все… Джейс помог с защитным ритуалом. Так что перед тобой свеженький сумеречный охотник, – немного нервно улыбнулся Магнус. – Это… – Алек вздрогнул от резкого взрыва хохота где-то поблизости. Он и забыл, что вокруг полно людей. – Может, прогуляемся? – спросил Магнус, покинув свою опору в виде колонны. Они пересекли террасу, вернулись обратно в зал и вышли через главный вход на лестницу, где было очень тихо и ни души вокруг. Солнце уже село, уступив место хитро прищурившемуся месяцу и россыпи далеких звезд. – Было больно? – Алек последовал примеру Магнуса и присел на ступеньку. Магнус не спешил с ответом, а Алек не собирался его торопить. Ему нужно время, это можно понять. Его друг столько всего пережил. Сложно представить, каким потерянным он себя чувствовал. Он буквально умер и воскрес, глупо надеяться, что это пройдет без последствий. Он… По коже прокатилась нервная дрожь, а в груди затрепетало неугомонное сердце. Алек чувствует. Он чувствует Магнуса. Но как это возможно? Их связи больше нет, но он все равно чувствует все его эмоции, как будто испытывает их сам… Алек рассматривал его профиль, мягко подсвеченный рассеянным светом уличного освещения, и поймал себя на мысли, что борется с непреодолимым желанием провести носом по его скуле. – Не настолько, чтобы я не мог потерпеть. – Алек так глубоко ушел в себя, что вздрогнул при звуке его голоса. Магнус повернулся, и часть его лица погрузилась в тень, разделив его на две половины. Глаз на его светлой стороне мерцал под тенью ресниц, а на темной – завораживал своей глубиной. – Знаешь, меня спросили, хотим ли мы снова нанести руны парабатай, – криво улыбнулся Магнус. – Просили спросить у тебя. По возрасту мы еще успеваем. Алек сбросил оцепенение и усмехнулся. – Это было бы худшим нашим решением! – Магнус как-то странно взглянул на него, и Лайтвуд осекся: – То есть… Я не имею в виду, что… – Он вздохнул. – В общем, ты меня понял. – Конечно, я тебя понял, расслабься, – тихонько засмеялся Магнус. Они еще немного помолчали, и Алек решил, что сейчас самое время поговорить о главном, но не знал, с чего начать. Они еще какое-то время переговаривались короткими, ничего не значащими фразами, пока Лайтвуд, наконец, не сделал первый шаг. – Это так странно, больше не чувствовать этого, – начал он издалека. Ладони вспотели, дыхание участилось, а внутри все так и замирало. Почему между ними была эта непонятная неловкость? Откуда она взялась? Ведь еще совсем недавно они делили общую постель! – Знаешь, наша связь была похожа на эхо. Я так привык к нему, а теперь оно замолчало. – Понимаю, о чем ты, – кивнул Магнус. Он снова отвернулся и смотрел куда-то вдаль или на небо, наклонившись вперед и скрестив пальцы. – Только не обижайся, но… – Что? – Мне стало легче, – проговорил Магнус и искоса посмотрел на своего бывшего парабатай, в ожидании реакции. – Слава ангелу! – выдохнул Алек. – Я думал, я один это почувствовал. Магнус повернулся со слабой улыбкой на губах, смягчившей его черты. – Правда? – с надеждой спросил он. – Из-за этого проклятья я был сам не свой! Чувствую себя, будто заново родился! – Мне это знакомо, – подмигнул Магнус, и они оба рассмеялись. – Каково это? – снова посерьезнев, спросил Алек. – Что ты чувствовал, когда… – Умер? – Да, – тяжело сглотнув, ответил Алек. Под ложечкой снова засосало от этих ужасных воспоминаний. – Я пытался что-то вспомнить, свет в конце туннеля и все такое, – с усмешкой произнес Магнус, – но все, что я помню, это жуткий холод. В остальном было похоже на сон без сновидений. Как будто уснул и сразу проснулся, вот только я знал, что не спал. – Мне как-то снилось, что у тебя глаза светились золотом, – немного покраснев, вдруг вспомнил Алек, решив умолчать об остальной части сна. – Наверное, смотрелось бы круто. А еще я хотел бы кошачий зрачок, – мечтательно произнес Бейн. – Будь ты магом, уверен, именно так бы и выглядела твоя метка, – фыркнул Алек. – Кстати, я получил письмо от Рагнора, – встрепенулся Магнус. – Ему удалось сбежать от Валентина. Он не вдавался в подробности, сказал только, что пока находится в спиральном лабиринте, и как только появится возможность, он сам меня найдет. – Главное, он в порядке, – подбодрил его Алек. – Уверен, скоро вы наверстаете упущенное время. – Да, надеюсь, ты прав… – задумчиво отозвался Бейн. Музыка, едва доносившаяся до них с террасы, сменилась на медленную. Слышался приглушенный гул голосов и звон бокалов. Лайтвуд снова задумался. Они так и не коснулись главной темы: что будет с ними дальше? Что Магнус чувствует к нему? Он смотрел на него и понимал, что его чувства никуда не делись. Он любит его так же сильно, как раньше, если не больше. Ничего не изменилось, только боль ушла, вечный спутник их отношений, оставив после себя слабый, призрачный огонек надежды. Алек вздрогнул, когда Магнус коснулся его руки. – Что не так? – спросил он, взяв его руку в свою теплую ладонь, и дышать стало еще тяжелее от такого знакомого и родного касания. – Я же вижу, ты хочешь что-то сказать. Говори, это же я. Я все тот же, Алек! – Магнус пытливо вглядывался ему в глаза, и Алек, вдохнув поглубже, произнес: – Это всё отец. – Он решил больше не тянуть кота за хвост, и выложить все как на духу. – По его словам, на нас влияла связь. Наши чувства, наши отношения, всё это было вызвано нашей связью. Магнус отпустил его руку и немного отстранился. – Интересная теория, – процедил он сквозь зубы, немного поморщившись. – И что, ты с ним согласен? – Нет! Конечно же нет! – воскликнул Алек, всплеснув руками. – По крайней мере, с моей стороны все по-прежнему. Я не могу говорить за тебя… Но ты должен знать, что я пойму, если… – Он сделал вдох. – Если ты больше не чувствуешь того, что раньше, мы можем быть просто друзьями, я… Магнус не дал ему договорить, заткнув рот поцелуем. Алек резко выдохнул, а вот вдохнуть уже не получалось. Дыхание перехватило, окрыленное сердце снова затрепетало в грудной клетке, а голова закружилась от нахлынувших на него чувств. И чего он боялся? Какой же он идиот! Конечно, Магнус любит его, а как же иначе? Пусть они больше не «слышат» эмоции друг друга, но Алек чувствует их, возможно, даже острее, чем раньше, когда они были замутнены проклятием и болью от невозможности быть вместе. Магнус обхватил ладонями его лицо, на котором уже проклюнулась неугомонная щетина, и отстранился, прислонившись к его лбу своим. Влажные губы Алека покалывало от горячего дыхания, которым опалял его Магнус, запыхавшийся не меньше, чем он сам. Лайтвуду казалось, что если он снова не поцелует его сейчас же, то его сердце остановится. – Какой же ты все-таки… – начал Магнус, немного восстановив дыхание, но не договорил и улыбнулся. Его губы почти касались губ Алека при каждом слове, и каждый раз это было похоже на крошечные разряды тока прямо в сердце. Бейн немного отстранился и заглянул в глаза, но на деле – прямо в душу: – Я так сильно люблю тебя! – прошептал он, и Алеку показалось, что земля под ним перевернулась. – И это ничего не в силах изменить: ни отсутствие связи парабатай, ни проклятие, ни смерть… Ты – весь мой мир, Алек! – Магс… – Алек почувствовал, как дрожит нижняя губа и давит горло, не давая и слова вымолвить. Он схватился за предплечья Магнуса, который продолжал держать в руках его лицо. Ему показалось, что он падает, хотя он и сидел на лестнице. Магнус улыбнулся ему той самой улыбкой, улыбкой, которая предназначалась только Алеку, и погладил большим пальцем по его щеке. Алек чувствовал себя таким счастливым, что снова забыл, где они находятся. – Кхм… вот черт! – знакомый голос послышался в двух шагах, и Магнус, фыркнув, закатил глаза. – Ну конечно, – пробормотал он и отстранился, отпустив лицо, но продолжая держать Алека за руку. Джейс стоял на несколько ступеней выше, на нем был фрак невообразимых цветов, весь в блестках и стразах, а волосы были выкрашены в розовый цвет. – Только не убивайте меня! – поднял он перед собой руки. – Я не специально всегда это делаю. Алек усмехнулся и покачал головой. Он посмотрел на мага и вспомнил, что и сам хотел поговорить с ним. – Джейс, мы так и не поблагодарили тебя, – начал он, мельком взглянув на Магнуса, на что тот сжал его руку, выражая свою поддержку. – Ты столько для нас сделал… Если бы не ты… – Алек встал, увлекая за собой Магнуса, и поднялся на несколько ступеней выше, поравнявшись с магом. – Если бы не ты, нас бы здесь не было. Спасибо тебе! Он протянул руку для рукопожатия, но Эрондейл только отмахнулся и притянул его в крепкие объятия. От него пахло слишком сладко, но Алек тоже обнял его в ответ, испытывая искреннюю благодарность и дружескую симпатию к этому человеку, который многим рисковал, чтобы помочь им. Закончив с Алеком, Джейс переключился на Магнуса, который тоже поблагодарил его и крепко обнял. – Мне нравится твой пиджак, – проговорил Бейн, скорее всего, чтобы разрядить обстановку. Алек заметил, как часто моргал Джейс, когда обнимал Магнуса. – А мне твой! – хлопнул он нефилима по плечу. – Заходи как-нибудь, проведу тебе экскурсию по своему гардеробу. – Ловлю на слове, – рассмеялся Магнус. – Я рад, что вы в порядке, парни. Что мы все в порядке. – Джейс с довольным видом оглядел их обоих и, остановив взгляд на Магнусе, немного смущенно произнес: – На самом деле, я искал тебя, Магнус. Мне нужно задать тебе один важный вопрос. Бейн недоуменно захлопал глазами. – Конечно, спрашивай. – Скажи, ты не будешь против, если я приглашу на свидание твою сестру? – Иззи?! – удивленно воскликнул Магнус. – Что?! При чем здесь она? – отпрянул Джейс. – Я имел в виду Клариссу, конечно! – Боже, – выдохнул Магнус и рассмеялся. – Я уже испугался, что ты собрался бросить Клэри, которая про тебя мне уже все уши прожужжала. Но постой… я так понял, вы уже встречаетесь? – Ну, знаешь, со всем, что происходило, как-то было не до свиданий, и потом, твоя сестренка крепкий орешек, – немного обреченно сказал маг. – Она поставила мне условие, что пойдет со мной на свидание, как только на свидание сможешь пойти ты. – Отличная идея, пойдем, найдем ее и сообщим, что я как раз туда собираюсь. – Подмигнув Алеку, Магнус повел его вслед за Джейсом обратно на террасу. Поднимаясь по лестнице и держа за руку Магнуса, Алек взглянул на звезды, и никогда они еще не казались ему такими близкими, как в этот момент.

***

4 года спустя Стоя перед зеркалом, Алек ловкими движениями завязывал галстук, как учила Изабель. У него стало лучше получаться со временем, и сейчас он уже и сам мог давать мастер-классы. Надев черный смокинг, парень взглянул на часы. До церемонии оставалось всего пятнадцать минут, а, зная Магнуса, этого времени ему едва ли хватит на выбор обуви. – Магс, нам пора! – крикнул Алек, поправив костюм и проверив карманы. – Ты готов? – Пять минут! – донеслось из ванной, и Лайтвуд улыбнулся и покачал головой. Пять минут могли запросто превратиться в пятьдесят. – Осталось пятнадцать минут! Ничто не помешает им начать без нас! – Дорогой, ты будто не знаешь женщин, они наверняка еще сами не готовы! – усмехнулся Магнус, заходя в комнату. Алек уже хотел было возмутиться, что не знает женщин, но загляделся на своего парня в таком же, как у него самого, черном, элегантном смокинге, вот только рубашка была не белая, а с золотистым отливом. Золотые блестки также были заметны в волосах и на лице. – Тебе надо меньше общаться с Джейсом, – пробормотал Алек, глупо улыбаясь, все еще не в силах отвести взгляд. – Возможно, этот маг когда-нибудь станем моим зятем. – Магнус подошел и встал перед Алеком у зеркала. Поправив прическу и оглядев себя с ног до головы, он хитро прищурился, взглянув на Лайтвуда в отражение. – И не делай вид, что тебе не нравится. Я же вижу, как ты пожираешь меня глазами каждый раз, когда я надеваю что-то блестящее. – Что? Это ужасная клевета! Я протестую! – «возмутился» Алек и, сделав шаг вперед, обнял Магнуса за талию, спрятав довольную улыбку на его плече. Бейн одарил его взглядом, полным нежности, и прижался спиной к широкой груди. Затем развернулся в кольце рук и мягко поцеловал Алека, сразу же отстранившись. – Нам пора, – улыбаясь, промурлыкал он, погладив его по плечам. – Хэлен и Алина ни за что не простят, если глава института и его правая рука опоздают на их свадьбу. – До сих пор не могу поверить, что ты сам себя назначил моей правой рукой, – усмехнулся Алек, когда они направились к выходу из их общей комнаты. – И слышать ничего не хочу! – пропел Магнус, выходя в коридор. – Ты прекрасно знаешь, что не справился бы без меня. Ты не забыл подарок? – Он у Иззи и Саймона, – ответил Алек и закрыл за собой дверь. Взявшись за руки, они направились в зал церемоний, где скоро должны будут пожениться их друзья. Уже на подходе, Алек еще раз опустил руку в карман, нащупав маленькую, бархатную коробочку. Он поймал взгляд своего парня и, наклонившись, провел носом по его скуле, вдохнув такой родной и приятный запах, и быстро чмокнул его в щеку. – Все в порядке? – тихо спросил Магнус, улыбнувшись и немного покраснев. – Люблю тебя, – шепнул Алек и, быстро поцеловав своего парня за ушком, отстранился.