Не верится

      Не верится. Питер открывает глаза. Инстинктивно напрягается и неподвижно осматривается. Перед ним на полу сидит Квентин. Явно не замечая пробуждения парня, Бек мнёт руки, уставившись в дальний угол комнаты. Лицо задумчивое. Обеспокоенное. Питер никогда не видел его таким. По настоящему таким. Действительно напряженно размышляющим о чём-то. С опаской парень решает воспользоваться моментом. Он не особо вглядывался в черты лица Бека вчера вечером. А стоило. Тот выглядел уставшим. Нет, не просто уставшим. Как выжатый лимон. Волосы растрёпаны, хоть и слегка приглажены, густые брови сдвинуты к переносице, а глубоко-синие глаза, такие яркие раньше, сейчас показались тусклыми.

Будто лишёнными какой-то искры.

Но он выглядел как-то по домашнему. Среди такой простой, уютной обстановки квартиры под самой крышей. В этом растянутом коричневом свитере. Сидящий прямо на полу. До сих пор нервно мнущий руки.

Неужели он действительно стал таким?

      Не верится. Полоска солнечного света, пробивающегося сквозь щель между задвинутых штор, доползла до одного из карих глаз Питера, из-за чего ему пришлось немного подвинуться. Квентин тут же перевёл на него взгляд. Питер запаниковал и, сам не понимая того, зажмурился, притворяясь спящим. Напротив послышался тихий смех. -Доброе утро.

Чёрт...

Парень снова приоткрыл глаза, встречаясь с улыбающимся взглядом синих омутов. С минуту они просто смотрели друг на друга. -Я... приготовил завтрак.-прервал тишину Квентин и кивнул в сторону стола.-Ванная слева от входной двери. Можешь оставаться здесь сколько угодно. Питер сел. Пригладив рукой растрёпанные волосы, он осмотрелся и недоверчиво остановился взглядом на тарелке с завтраком. -Не бойся, не отравлено.-попытался уверить мужчина и придвинул тарелку ближе к нему. Тот, как дикий зверь, всё ещё хмуро посматривал на Бека, на завтрак и на входную дверь.

Бежать - бессмысленно.

В конце концов, Квентин решил не давить на него своим присутствием. -Я заварю чай.-заявил он и ушёл на кухню. Там уже стояли две чашки с готовым горячим напитком, но Квентин не торопился возвращаться в гостиную. Стоя у стены, он с улыбкой наблюдал за уплетающим завтрак парнем.

Какой же он...

      Не верится. Бек поставил две чашки на стол и сел обратно, на пол. Повисло молчание. Ни один из них не решался его нарушать. Оно будто выдавливало все положительные эмоции, а их и так было мало. Пространство квартирки сжималось вместе с лёгкими. Казалось, ещё минута здесь, и вместо крика, так норовящего вырваться из горла, будет лишь тишина.

Остаться - абсурдно.

Но необходимо. Необходимо было задать ненавистные, но такие волнующие вопросы. Кто-то должен был. -Что случилось тогда? Бек поднял голову. Тихий голос парня разрезал гнетущую тишину. Напряжение немного отступило. Но отступило лишь для того, чтобы ударить с новой силой.       Не верится. -Я вырубился.-закрыв глаза начал рассказывать мужчина.-Не знаю, через сколько очнулся. Ближе к вечеру. Ушёл в одно безопасное место. Оказал себе медицинскую помощь, какую смог. Переоделся. Уже тогда команда не отвечала на мои звонки. Он поморщился, будто не желая вспоминать. Они через многое прошли вместе. С общими интересами и общей целью. То, что они бросили Бека - того, кто всё это заварил...

Немыслимо...

-Оставаться там долго было нельзя, так что через пару дней я вышел. И тут... этот ролик. Квентин сжал кулаки. -Я не знал что делать. Хотел найти тебя, но... понял, что ты, вероятнее всего, меня ненавидишь. Сел на поезд и приехал сюда. Начал работать. Снял квартиру. Мужчина улыбнулся и хотел ещё что-то сказать, но остановился. Питер выглядел задумчивым. Грустным. Как тогда, на крыше. И снова это чувство. Будто только что из твоих воспоминаний кто-то вырвал одно, самое светлое, что только было. Вырвал и у тебя же на глазах растоптал.       Не верится. Квентин подсел к нему. Пытаясь заглянуть в лицо, наклонился. Пытаясь успокоить, зашептал. -Я знаю, я не заслуживаю прощения, но всё же... -Да, не заслуживаешь.-резко прервал его Питер. Мужчина удивлённо хлопнул глазами. В голосе парня слышался холод. Колючий, режущий холод. Парень, видимо, сам не ожидал от себя такого. Он глубоко вздохнул и уже тише продолжил. -Сколько людей пострадало из-за тебя? Скольких ты подверг опасности? Скольких убил? И ради чего? -Ради ничтожной цели...-шёпотом ответил Квентин.       Не верится. Квентин не умел общаться с людьми. Раньше, может быть, умел. С коллегами он говорил, как с подчинёнными. Остальных - обманывал. Но Питер... С ним хотелось говорить. Хотелось выслушать и высказаться самому. Находясь рядом с ним, Бек чувствовал, как стена, отгораживающая его от всего мира, рушилась, не в состоянии более сдерживать поток невысказанных слов. -Раньше я был движим лишь мыслью о мести. Старк втоптал меня в грязь. Исковеркал моё изобретение и присвоил себе. А меня сделал никем. Паркер заинтересованно повернул голову в сторону говорящего.

Видимо, об этом ты не знал, малыш?

Квентин усмехнулся. Конечно. Старк давно забыл об этом. -Забыл. Герой. Гений, миллиардер и далее, далее. Я хотел быть таким, как он. Я хотел быть лучше. Но, после его... ухода, я понял, что мстить мне некому. Да и не зачем. Бек замолк. Потёр глаза у переносицы. Золотисто-карие глаза продолжали с любопытством глядеть на него. Но это никак не мешало или смущало. Квентин взглянул на парня в ответ. -Ты вправил мне мозги, Питер. Благодаря тебе, я понял, что становиться фальшивым героем - сказочная глупость. Я не способен защитить мир от реальной опасности.

Я не Старк.

      Не верится. Питер затаив дыхание смотрел на Квентина. Внутри закрутился тугой комок. Чувства и мысли смешались. Парень не знал, как реагировать, что говорить. Он опустил глаза и смял плед в руках. -Вдруг это снова ложь?-сами собой вырываются слова. Шёпотом. Но в полнейшей тишине и этого достаточно. -Я не могу ничем подтвердить свои слова. Придётся довериться. Парень нервно вздохнул. В голове закрутились шестерёнки, а в груди начали ломаться рёбра.

Довериться - самоубийство.

Он знал это наверняка.       Не верится. Долго. Питер слишком долго думает. Но Квентин не напирает. Терпеливо ждёт решения. Вердикта. От него зависит, каково будет их будущее: разойдутся они врагами или станут напарниками. Паркер зажмуривается и отворачивается. Трясёт головой, пытаясь собраться.

Это какой-то бред.

Другого выхода нет, да и врядли он появился бы. Слова подобраны. Все за и против взвешены. Решение принято. -Я согласен.       Не верится. Квентин облегчённо выдохнул, всё ещё не отрывая удивлённого взгляда от парня.

Он и вправду согласился? Чем Квентин заслужил второй шанс? Невероятно...

Это же Питер. Парень с доброй душой, большим сердцем и железными нервами. Бек не позволит усомниться в себе. Он больше не подставит его. -Питер, не сомневайся. Никакой больше лжи. Сосредоточенность на лице паука сменилась холодной строгостью. -Если ты ещё раз меня предашь - я позабочусь о том, чтобы ты больше не встал.       Не верится. От этих слов Беку хотелось перестать дышать. От неожиданности, страха и радости. Но он всё понимает. Это вынужденная мера. Необходимость. Квентин кивнул, соглашаясь со словами парня. Оба продолжили сидеть в тишине, не мешая друг другу. Питер глубоко дышал, пытаясь разобраться в мыслях. Квентин пытался унять боль от потревоженных воспоминаний. Неизвестно, сколько времени прошло. Наконец, парень встрепенулся и, испугано оглядев квартиру, уставился на Квентина. Вновь прожигающего угол комнаты взглядом. Вновь нервно мнущего руки. -Мистер Бек.-тихо позвал парень, начиная заливаться краской.-Я... я бы хотел сходить в душ. Квентин вышел из своих мыслей и нахмурился, прокручивая в голове слова парня и пытаясь понять их смысл. Реальность всегда такая сложная. Всё же осознав, что от него требуется, мужчина быстро закивал. -Эм... Да. Ванная слева от входной двери.-он встал с пола.-Я принесу полотенце. И сменную одежду.-заметив слегка взволнованный взгляд, Квентин махнул рукой.-Что-нибудь подберу. Твоя в ужасном состоянии. Тихое "угу" и шарканье ушедшего в душевую парня послужили и ответом, и благодарностью. Мужчина улыбнулся.       Не верится.

Что творится в голове этого парня?

То серьёзен и груб, то мягок и раним. Взрослый, но всё же такой мальчишка. Даже к врагам обращается уважительно. Хотя, можно ли их теперь назвать врагами? Но и друзьями их ещё рано называть. Они что-то среднее - вынужденные поддерживать союз. Квентин вздохнул. Многое им предстоит.