Парад лицом к небесам

Катерина несколько раз начинала писать письмо и откладывала перо в сторону. Двери в гостиную были распахнуты. На рояле играл ее брат Сережа. Золотые волосы прикрывали его глаза, а ловкие пальцы порхали над клавишами инструмента. Красота юноши еще только входила в пору расцвета, и в скором времени он обещал стать гордостью маменьки и завидным женихом. — Сережа, полно, бал только вечером, — сказала Катерина. — Я буду играть перед гостями, а ты могла бы пойти писать свои письма в комнату. Или боишься, что маменька их там найдет? — Можешь не трудиться, баронессе Нежиной медведь наступил на ухо, и она не отличит полонез от марша. — Ты противная! Сережа показал язык и убежал, а Катерина вернулась к своему письму. Куда охотнее она взялась бы за шпагу, чем за перо. Однако, Эраст бы этого не хотел. Известие о его браке с поручицей Строгановой прозвучало как гром среди ясного неба. Катерина знала, что ее маменька ни за что бы не позволила ей заключить брак с юнцом без приданого, но в тайне ото всех тешила себя робкой надеждой. Юноша был красив и кроток душой, если бы маменька только знала, какое у него нежное сердце, исполненное ласки и любви... Сначала Катерина хотела стреляться с поручицей, но эта глупость была бы в духе Жени Нежиной, но никак не ее. Со временем Катерина смирилась. — Опять Сережу обижала? — сказала матушка, войдя в гостиную. — Он сам напросился, и вообще, он мне заниматься мешал. — Опять пишешь этому охотнику за приданым? Видит Богиня,смазливый юнец из дома утех живо заставит тебя забыть об этом босяке, — Не смейте так говорить о нем, — возмутилась Катерина. Мать отвесила ей звонкую пощечину. — Поговори мне тут. Ты моя плоть и кровь, и я не буду смотреть, как ты втаптываешь в грязь нашу фамилию. Я найду тебе хорошую партию, уж поверь мне. Катерина кивнула. Матушка вздохнула и села на соседний диван. — Доченька, я тоже была молода. Мне ли не знать, какую власть над сердцем имеют красивые юноши, но поверь мне, ты не сможешь доверить им домашний очаг. Они пустят по ветру все твое состояние и будут позорить твою фамилию. Лидия Строганова моя подруга, я бесконечно ее уважаю, но этот брак... Видит Богиня, ничего хорошего из этого мезальянса не выйдет. Катерина молчала, и тогда матушка решила зайти с другой стороны. — Катенька, ты подумай, если бы он не охотился за приданым, то стал бы выходить за женщину, которая старше его на тридцать лет? Слова матушки посеяли в сердце Катерины семя сомнения, но вслух она ничего не сказала.  Когда матушка ушла, Катерина позвонила в колокольчик и велела прислуге принести графин с вином. Если Эраст посмеет явиться на этот бал вместе со своей супругой, то лучше будет, если Катерина запомнит как можно меньше событий этого вечера. После нескольких стаканов вина письмо все-таки было написано. — Кать, а можно мне вино попробовать? — спросил Сережа. — А ну брысь, — сказала Катерина. До бала оставалось еще четыре часа, и Катерина решила отвезти письмо на почту. Застегнув сюртук, девушка взяла трость и вышла на улицу. Особняк Лариных располагался на острове, который соединялся с городом двумя подвесными мостами — чудом инженерной мысли княжны Лады Стрельцовой. Погрузившись в раздумья, Катерина прошлась по Яблонной улице и купила свежую газету у разносчицы. — Говорю тебе, Наталиевна, это все происки Вероники Дэ Эригей. Этот Оливье уже давно постель с ней делит, и Богиня не ведает, что за идеи она ему нашептывает. — И чего наша императрица медлит… Долетел до Катерины разговор двух женщин. Девушка устыдилась своих мелочных мыслей. Сын императрицы попал в плен, а она только и думает о каком-то юнце, который променял ее на старуху. Разорвав письмо на мелкие клочки, девушка свистнула извозчице. — Котельниковый переулок шестой дом, — сказала она, садясь в притормозившую двуколку. Женя встретила ее с распростертыми объятиями. От всклокоченных рыжих волос пахло табаком и какими-то цветами. Катерина сжала девушку в объятиях и почувствовала, как все тревоги отступают. — Катя, а мы как раз к тебе собираемся. — Мы? — переспросила Катерина. — Ты только посмотри, кто у меня остановился, — сказала Женя и отступила в сторону. В дверном проеме стояла Клара Линней собственной персоной. — Клэр! Катерина бросилась ее обнимать, но на полпути притормозила, и девушки ограничились лишь неловким рукопожатием. — Давно ли ты в городе? — спросила Катерина. — Первый день, — скромно ответила Клара. — Дамы, не знаю, как вы, а я считаю, что мы просто обязаны устроить Ольге сюрприз, — сказала Женя.