Парад лицом к небесам

– Мы просто обязаны сходить в “Медвежий зев”, – заявила Женя с самого утра.  Клара оторвалась от письма дядюшке и непонимающе уставилась на подругу.  – В “Медвежий зев”? – переспросила она.  – Это ресторан в Яблоневом переулке, всего в трех шагах от храма Ярославны. Птичка напела, что сегодня там будут выступать твои земляки. Последнее предложение резануло слух. Клара не любила, когда ей напоминали о ее происхождении. Однако, она понимала, что подруга искренне хотела доставить ей удовольствие, и потому согласилась составить ей компанию.  Родовым гербом Евгении была медведица на лилейном поле. Нежины относились к тем аристократическим фамилиям, которые не брезговали владеть заводами и родниться с богатыми купеческими фамилиями. Бабка Евгении, генеральша в отставке, значительную часть состояния тратила на открытие музеев и ресторанов. “Медвежий зев” был одним из них.  Потолок ресторана украшала искусно сделанная люстра из тысячи хрустальных капель. Радужные блики плясали на бокалах и картинах, висевших на стенах. Услужливая официантка тут же принесла меню с золотыми вензелями. Клара заказала себе тыквенные блины с лососевой икрой и сливочный суп с грибами. Прикурив от канделябра, Женя откинулась на спинку стула.  – Получила письмо от сестры, – выдохнула она. – Анна купила виноградники и будущим летом зовет меня в свое поместье. Хочешь со мной?  – А Ольга поедет с нами? – поинтересовалась девушка.  При упоминании Ольги, Евгения поморщилась и небрежно смахнула пепел с брюк.  – Не думаю. Графиня Раевская слишком занята тем, чтобы читать доносы и подносить чай палачихе Архиповой.  Сказано это было с таким ядом, что Клара невольно поежилась. Подобной поведение отнюдь не было свойственно Жене, и оставалось догадываться, что за ворон пролетел между двумя девушками. Впрочем, сама Евгения уже играла в гляделки с хорошенькими юношами, сидевшими за соседним столиком. Польщенные ее вниманием, они улыбались и кокетливо отводили глаза. Под задорные звуки скрипки, певец исполнял калимерийскую народную песню. 

Таолеан, Таолеан, мэ хэ брахата О’Эан!

Таолеан, Таолеан вене сильте альтэреан!

Женя позвала официантку и попросила ее передать одному из юношей цветок из своей петлички. Вскоре Кларе эти игры окончательно надоели и она распрощалась с Женей под предлогом того, что ей нужно успеть в ведомство по делам военным.  Выйдя из ресторана, Клара услышала хор, доносившийся из храма Ярославны Змееборицы. Клара никогда не считала себя религиозной. Храмы она посещала только по большим праздникам и только потому, что так было положено. В справедливость Клара тоже не верила. Если бы она существовала, то и без того разорившееся поместье матушки не сгорело бы во время грозы. Впрочем, если верить словам тети, то было наказание за предательство императрицы. Направляясь в ведомство, Клара больше всего боялась косых взглядов. Однако, уставшей титульной чиновнице не было никакого дела до ее фамилии.  – Клэр Линней! – крикнула чиновница.  Клара послушно приблизилась к столу.  – Вас прикрепят к Елизаветинскому полку. Вам должно явиться к госпоже Строгановой не позднее, чем через три дня после получения казенного имущества. Получить кобылу можно по этому адресу.  Клара поставила подписи и забрала на складе хрустящий пакет с формой. Ей еще предстояло подогнать ее по фигуре. Местные жительницы любили шутить, что Ирия это единственный город, построенный водяными. Синицынский мост, по которому шла Клара, был столь широким, что по обе его стороны возвышались дома. Мост был построен еще при Марии Объединительнице и подобно ей объединял два острова. Старожилы еще помнили те времена, когда навесных мостов не было и в помине, и до береговой части города приходилось добираться на баржах. Клара восхищалась острым умом изобретательниц, которые подняли уровень жизни на небывалую высоту. Краем уха она услышала о новом изобретении – летательном шаре.  Надежды девушки рассыпались, словно карточный домик, когда смотрительница вывела хилого коня с облезлым хвостом.  – Неужели никого больше нет? – робко спросила Клара.  – Со всеми вопросами к секретарше полконессы.  Денег на то, чтобы купить своего коня, у Клары не было. Девушка уже было готова безропотно смириться со своей судьбой, если бы та сама не изъявила свою волю. С улицы послышалось призывное ржание. Забыв про коня, Клара вышла на манеж. Несколько женщин пытались удержать вороную кобылу, которая брыкалась и гарцевала.  – Это Аланта, – ответила конюшая на немой вопрос Клары. – С тех пор, как убили ее хозяйку, никто не может ее оседлать.  – Позволите? – спросила Клара.  Конюшая отступила. Клара перехватила поводья у одной из девиц. Кобыла фыркнула и попыталась ударить ее передними копытами, но девушка быстро отступила. Кобыла продолжала артачиться. Из-под копыт летели комья сырой земли, а ноздри раздувались от гнева. Ухватившись за седло, Клара запрыгнула на кобылу. Та закрутила головой и попробовала завалиться на бок, чтобы сбросить наездницу. Чтобы не быть задавленной, Клара соскочила с лошади, а потом также ловко забралась на нее. Она не обращала внимания на толпу зевак. Ловкие пальцы крепко держали поводья. Пришпорив кобылу, Клара сделала круг по манежу. Ветер бил в лицо. Впервые за долгое время девушка позволила себе улыбнуться.  Еще никогда Клара не ждала кого-то с таким нетерпением. Ей ужасно хотелось рассказать Жене о своем приручении кобылы, и том, как пораженная смотрительница приписала кобылу к ней. Из ресторана девушка еще не вернулась, видимо, встретила там знакомых, либо решила уединиться с одним из юношей. Подобную одержимость мужчинами Клара не понимала и относила к еще одной причуде беспечной поэтессы. В дверь позвонили. Клара рванула вслед за слугой, который пошел открывать дверь.  На пороге стояла Ольга Раевская. Она была одета в свою служебную шинель с золотыми вензелями, изображающими шипы роз.  – Госпожа Нежина дома? – спросила она.  – Никак нет-с, – ответила слуга.  – Не знаете ли вы, где она находится в данный момент? – задала вопрос Ольга.  Сказав это, она требовательно посмотрела на Клару. На мгновение девушке почудилось, что графиня Раевская едва заметно покачала головой.  – Я н-не знаю, госпожа, – соврала Клара.  На лице Ольги показалось едва сдерживаемое облегчение.  – Именем императрицы Елены объявляю, что с этого дня госпожа Нежина находится под следствием, а в ее квартире будет проведен обыск.  За спиной Ольги показалось несколько молчаливых женщин в форме. Клара взяла протянутый Ольгой документ. Чернильные буквы плясали перед глазами. Все происходящее казалось дурным сном.