Обмани меня своим именем

Мир остался без Железного человека. Мир лишился Человека-Паука потому, что в нем больше нет Железного человека. Мир лишился Питера Паркера потому, что в нем больше нет Тони Старка. Тихий писк капельницы какого-то прибора отдавался в затылке ноющей болью. Питер открыл глаза, и в первую очередь увидел спящую на стуле Мэй. «Много белого света. Больница?» Действительно, свет резал глаза беспощадно. Он лежал под тонким одеялом, а за руку его держала Мэй. Опущенные веки быстро задергались, когда Питер сжал ее маленькую женскую ладошку. Её глаза распахнулись, и она обратила все внимание на своего племянника. -Здравствуй, родной. Лежи, лежи, - пресекла она все попытки мальчика подняться. – Питер, я отвечу на все вопросы, солнышко, - сдерживая слезы, произнесла тётя. – Сейчас, только… -Мэй, нет. Не нужно. Я все знаю. Поехали домой. Доктор навестил Питера сразу же, как Мэй обратилась к дежурной медсестре. Что там делают в образцовых больницах? Как минимум прописывают тучу лекарств, витаминов, уколов, диету и т.д. В реальной жизни, если ты ходишь, ты здоров. Хотя нет. Если ты говоришь, ты здоров. И это не так. Как минимум, если каким-то образом ты смог попросить помощь, ты хотя бы жив, так наслаждайся. Их отпустили домой после пятиминутного осмотра и собственноручной обработки результатов какой-то аппаратуры. Ни тебе лечения, ни тебе лекарств, ни тебе совета. Встал с койки? Да ты здоров, как конь, друг мой, скачи галопом отсюда! Дома Мэй, конечно, засуетилась, потому что просидела последние сутки около больничной койки тихо дышащего племянника. Но для чего тогда нам мужчины? Чуткий Хэппи Хоган подготовился к возвращению своих родных. В духовке томилась лазанья по собственному рецепту, стол был сервирован и украшен свежими благоухающими цветами. -Ну здравствуй, Питер, дорогой! – подошел к парню Хэппи и схватил его в свои медвежьи объятия. – Мы все переживали за тебя, парень. -Привет, Хэппи. Спасибо. И простите… -Нет, Пит, не нужно, мы всё понимаем. Мэй смотрела на эту чудесную картину и запоминала их такими: дружными, любящими и счастливыми. -Мальчики мои, я вас очень люблю! – от умиления пискляво произнесла Мэй и обняла своих дорогих мужчин. -Ну же, Мэй, держим лицо! – чуть понукающе произнес Хэппи и ласково погладил щеку женщины. Питер был до боли в сердце рад видеть свою тётю счастливой и защищенной. Это самое главное, чего хотел для неё Паркер. Пусть, от него самого ей достается горе, но рядом с ней есть человек, который в любой момент станет для неё и Луной, и Солнцем, и отдельной Вселенной. -Так, вы идите мойте руки, и, Питер, переоденься, я приготовил тебе чистую домашнюю одежду. А я пока достану лазанью и вот-вот должны привезти черничный пирог. – Четко произнес Хоган и направился к кухне -Хорошо, Хэппи. Мэй, я должен позвонить Нэду и ЭмДжей. – Тихо и виновато произнес Питер. -Конечно, родной. Присоединяйся сразу, как закончите, - ласково отозвалась тетя. -Только сильно не задерживайся, всё остынет! Тебе ли не знать физику и переход энергии, - весело сказал Хэппи, угрожающе направляя на Питера деревянную ложку в сливках. -Конечно, конечно. Спасибо, - с таким же озорством ответил Питер, поднимая руки в позу «Я сдаюсь». Хэппи улыбнулся Питеру и вернулся к лазанье, от которой шел неистово аппетитный аромат. Питер пошел в свою комнату, чтобы позвонить друзьям. Все-таки, падая перед ними в обморок, доведя их самих до предсмертного состояния, стоило бы упомянуть ненароком, что все хорошо, жизнь не покинула бренное тело, и кровь до сих пор циркулирует по венам. Разговор оказался куда труднее, чем казалось. Если Нэд хотя ты просто выругал матом, ткнул носом во все косяки, а потом благоговейно выдохнул и договорился уже о следующей встрече, то о Мишель говорить было сложно. Она смогла надавить на самое больное, наверное, чтобы больше Питер такого не вытворял. От ее глаз не ускользнула причина такого поведения своего друга, и именно сейчас ей хотелось порыться в мозгах у Паркера. Но тому в первые секунды психологического воздействия удалось пресечь ее старания и в итоге свести тему на ноль. Что же, Нэд и Мишель были в курсе, что их призрачный друг жив, здоров и находится в заботливых руках, а значит, нет больше причин оставаться в комнате, ведь аромат свежеприготовленного блюда пробуждал желудок, от чего тот заходился в гневных урчаниях. Переодевшись, Питер вышел к Мэй и Хэппи. Это был не первый их совместный ужин, но именно он понравился Питеру больше всех. Несмотря на произошедшее, никто не лез в его свежие раны, все дружно пытались их подлатать. Уже за это Паркер никогда не перестанет любить своих родных. Решив провести с Мэй и Хэппи больше времени, Паучок остался в гостиной посмотреть с родными телевизор. Листая каналы, Питер начинал раздражаться, тогда очередной новостной диктор задавал вопрос: «Где же Человек-Паук?» или «Наш герой решил взять отпуск?». Патрули не увенчивались успехом. Преступники становились всё невыносимее, преступления тупее, а терпение Питера с каждым разом все сильнее коротило и срывало с тормозов. Иначе что сказать на то, что последнему грабителю дамских сумочек он залепил руки и выбил челюсть? Безразлично щелкая кнопкой на пульте, Питер остановился на очередных новостях, привлекших внимание красными полосами и кричащими заголовками на них: «Срочные новости!». Девушка в строгом черном костюме взволнованным голосом читала: «Беглые преступники Сэмюэл Соломон и Грэй Юманс задержаны при установке взрывчатки в подвале жилого дома в боро Куинс. Буквально перед задержанием они записали и выложили от анонимного источника видео. Особо впечатлительных просьба отойти от экранов», - произнесла диктор, сказав последнее предложение с неподдельным сочувствием. Питеру послышались знакомые имена и во рту почувствовалась горечь. «Слушай, Нью-Йорк, как стонут дети! Как взрываются дома и хрустят человеческие кости! – в сером запыленном темном здании перед камерой сидели два человека. Один был ближе, присев, левой рукой опираясь на собственное колено, держа сигарету, а правой гладя щетину. Другой сидел на полу за его спиной в нескольких метрах, опираясь о стену. Лиц обоих видно не было, но Питер знал, кто говорил. – Сегодняшний день станет днем памяти погибших ПО ТВОЕЙ ВИНЕ, ЧЕЛОВЕК-ПАУК! – перешел на крик говорящий. Второй мужчина встал и подошел к камере, но не стал садиться и стоял только ногами в кадре. – ТЫ, МРАЗЬ, ЕЩЕ ОТВЕТИШЬ ЗА ТО, ЧТО ЛЕЗЕШЬ НЕ В СВОИ ДЕЛА! – мужчина грозил камере пальцем и продолжал кричать. – Я найду ТЕБЯ, ЧЕЛОВЕК-ПАУК, И ЗАСТАВЛЮ ***, - долгая цензура скрывала отвратительные слова преступника, в это время стоящий человек ушел из кадра. – Я найду тебя, твоих друзей, твою родню и ВЫРЕЖУ ВСЕХ У ТЕБЯ НА ГЛАЗАХ, И ТЫ НЕ СМОЖЕШЬ НИЧЕМ ИМ ПОМОЧЬ, МАЛЕНЬКИЙ УРОД! – лавируя в интонации, произносил мужчина. В кадре появились ноги второго, и сильная мужская рука за волосы подтащила женское тело. – Смотри, что ты сделал, мразь, - затянувшись, он за волосы поднял голову девушки. Лицо той было ужасно избито, один глаз затек и сочился. Из разбитого носа через обе ноздри текла багровая кровь, заливая рот, подбородок и стекая по шее на грязную изорванную кофту. Он притянул её лицо к своему. В свете вспышки камеры было видно обоих. Мужчина, словно хищник, разглядывал искалеченное лицо девушки, которая что-то мычала сквозь свое ужасное состояние, хмыкнул и отпустил. Она упала ему в ноги с глухим стуком. Питер мгновенно узнал ту девушку, которую он однажды спас, и легкие перетянуло жгутом. – Эта сучка отплатит мне за прерванный тобой вечер. ВСТРЕТИМСЯ В АДУ, УБЛЮДОК! Видео прервалось. Диктор поторопилась дополнить репортаж. -Девушка доставлена в отделение скорой помощи. На ее теле специалисты зафиксировали несколько ножевых ранений, перелом двух ребер, сотрясение головного мозга и многочисленные травмы внутренних органов. Но ее жизнь теперь вне опасности и перед тем, как ее ввели в наркоз, она благодарила Человека-Паука. Если ты слышишь нас, Человек-Паук. Спасибо, что защищаешь наш город. Питер выключил телевизор и сидел молча, чувствуя на себе тяжелые взгляды Мэй и Хэппи. Обстановка накалялась. На лице парня выступили желваки, Паркер обеспокоенно посмотрела на Хогана. -Дорогой, ты не рассказывал о подобном, - неуверенно прервала тишину женщина, но тут же осеклась, - прости, родной, можем не говорить об этом. Главное, что девушка в больнице и ей ничто не угрожает, а этих ненормальных уже поймали. -Да, Питер, не стоит переживать. Я уверен, ты сделал всё, что было в твоих силах, - поддержал любимую женщину Хоган. Неожиданно зазвонил телефон Хэппи. Он с удивлением посмотрел на экран, но быстро ответил. После короткого разговора он посмотрел с сожалением на Питера и сказал: -Простите, я должен отлучиться. -Что случилось? – с наигранной заинтересованностью спросил Питер. -В особняке Старка сработала система безопасности. Кажется, кто-то пытался обойти Пятницу. -Что? – моментально подскочив, удивился Паркер. Он обошел диван и встал перед Хэппи. -Ничего особенного, но мне нужно посмотреть отчеты и записи с камер. Я заеду в офис Старк Индастриз, по пути загляну в особняк. Отдыхайте, я приеду поздно. -Нет, Хэппи, давай я загляну в особняк, а ты поезжай в офис. Я сразу тебе отчитаюсь, если замечу что-то странное. За мной не заезжай, я переночую там. Тетя, ты не против? -Нет, солнышко, только позвони мне, как доберешься и будешь ложиться отдыхать, - Мэй подошла к племяннику и поцеловала в лоб. Питер поспешил в свою комнату за костюмом. Давно забытая боль неожиданно пронзила бедро, перехватив дыхание парня. Игнорируя подступившее волнение, он быстро переоделся, выскочил в открытое окно и направился к особняку Тони Старка. У особняка Питер не заметил ничего необычного и зашел в дверь, разблокированную Пятницей. -Привет, Пятница. -Здравствуй, Питер. -В особняке кто-то есть? -Нет, Питер. Некогда родные, стены особняка источали холод и давили своей пустотой. Не обращая внимания на подступающую горечь, Питер стянул маску и семенящими шагами направился в спальню Старка. Проходя в комнату, Паучок обошел кровать и посмотрел с жалостью на высокое засохшее дерево в длинном прямоугольном горшке, стоящее вдоль панорамного окна. Он подошел к изголовью кровати, снял свой костюм и из-под большой квадратной подушки достал и надел белую футболку. От нее пахло дорогим парфюмом, виски и машинным маслом. Она пахла Старком. Глаза Питера защипали слезы, он вдыхал запах, стоя у изголовья кровати. Дрожащими руками он поправил на себе футболку и сказал: -Пятница, набери Мэй. -Звоню Мэй Паркер. Пара долгих гудков и родной голос: -Привет, Питер. Ты уже в особняке? Всё хорошо, никаких проблем? -Да, Мэй, все в порядке. В особняке никого. Я ложусь спать, утром буду дома. -Хорошо. Мальчик мой, не убивайся. И, Пятница, следи за состоянием Питера. Сразу дай мне знать, если ему станет хуже, - наставническим тоном произнесла Мэй. -Да, миссис Паркер. -Ну ладно, дорогой, я тоже пойду отдыхать. Я люблю тебя, Питер. Мы все любим. И Он любит, Питер. Не терзай себя, умоляю. -Люблю тебя, Мэй. Пятница. Звонок завершился так же быстро, как начался. Питер снова вдохнул запах футболки и начал готовить кровать ко сну. Он стянул покрывало и расправил одеяло. Парень лег на кровать, укладывая рядом подушки вдоль собственного тела. -Ты здесь, ты со мной, - шептал, всхлипывая, Паркер. -Пятница, не звони Мэй. Ни в коем случае, что бы ни случилось, беру под свою ответственность, - тяжело вздохнув, произнес Питер. Он натянул одеяло ближе, укрыл себя и подушки и провалился в глубокий сон впервые за столько месяцев. Этой ночью ему не снилось наполовину обуглившееся лицо. Он не слышал во сне «Это твоя вина, парень», «Если бы ты был настоящим героем, Тони, возможно, был бы сейчас жив» и прочие режущие уже неживое сердце слова. Он не стоял у надгробия. Но от чего-то было в тысячи раз больнее. Питер любил патрули за полёт на паутине, за свободу мыслей и ненавязчивость глупых воришек, над которыми можно было вдоволь посмеяться. Только пролетая очередной квартал, горечь подошла к горлу, и он остановился, озираясь по сторонам в поиске источника неприятностей. В переулке между двумя неприметными домами он увидел двух мужчин, один из которых прижимал девушку к стене, а второй снимал их на какую-то камеру и хрипло смеялся во все горло. Девушка в руках первого амбала не дергалась, не сопротивлялась, позволяя ублюдку шастать по своему телу грубыми татуированными руками. От картины происходящего Питера пробежали мурашки, но не медля ни секунды, он бросился спасать девушку. Зачинщик этой картины наглым образом впечатывал девушку всем своим телом и полез было ей под юбку, но выпущенная паутина перехватила руку и приклеила к стене прямо под ней. Зло закричав, он попытался выбраться из ловушки, но сил даже у стероидного качка не хватало. Испуганная криками девушка отскочила и побежала прочь, шепча губами многочисленные благодарности. Очередной выстрел паутины и сбит с ног соучастник предотвращенного преступления. -Черт, Сэм, а ну встань и помоги мне, ублюдок! – завопил преступник и шастал свободной рукой по карманам. -Блять, ты видишь, чтобы я лежал и прохлаждался, или че? – нервно кричал сбитый с ног горе оператор. – Сам отклейся и помоги мне, Грэй, стоишь как шалава на трассе! -Ребята, вам не кажется, что на сегодня вы сделали и сказали неприлично много? – спрыгнув на землю, зло прошипел Человек-Паук, глаза на маске которого сузились, выражая максимально презрительный взгляд. -Ха, так ты то чучело в трико, которое старух через дороги переводит! – разразился смехом прикованный к стене преступник. – Сколько тебе лет, пацан? Шестнадцать? Ты сексом хоть раз занимался, что тратишь время на такую хуйню, как разбор чужого дерьма? Каждое произнесенное слово отдавалось новой волной ненависти в теле Питера, и он выпустил залп паутины, заклеив говорливому клоуну рот. Неожиданно под колени ударило что-то тяжелое, и Питер повалился на землю, потеряв горизонт. Над головой занеслась чужая мускулистая рука, но Питер успел увернуться и удар пришелся в лежащую рядом с головой камеру. Та разлетелась в щепки, отчего мужчина даже не поморщился. Он со злостью полетел на Питера, но тот двумя выстрелами паутины пригвоздил его к стене, отпрыгнув чуть дальше, чем стоял раньше. Резкая боль пронзила всё тело парня, дезориентированный, он оглянулся и увидел наполненные яростью глаза и протянутую руку, которой будущий заключенный держал рукоятку ножа. Лезвие вонзилось в бедро до упора в кость, и резким сильным движением татуированная рука вырвала нож обратно, волоча за собой ошметки ткани и кожи на зазубринах. В ушах парня разразился гром, он пытался держаться на ногах и, скрутив второго преступника, быстро стал подниматься на крышу. Свалившись сразу после приземления, Питер стащил маску и старался дышать ровнее, подползая под карниз. Опустив глаза на ногу, обливающуюся собственной кровью, он пытался рассмотреть рану на предмет инородного тела и нервно выдыхал, когда глубокая бедренная вена изливалась под каждый стук сердца темно-красной струей. Тонкими паутинками он скрепил ткань костюма вокруг раны, создав своего рода заплатку, и собирался с силами, чтобы вернуться домой. В ушах снова зашумело, и Питер готов был поспорить, что это не хлынувшая кровь. В темном небе он увидел приземляющегося на тот же карниз Тони Старка. Но откуда?.. Карен. «Главное, не разозлить мистера Старка» - металось в голове. «Главное, ничего не испортить». -Питер, поговорим позже. Он подхватил Питера на руки, и они направились, к удивлению парня, в сторону особняка Тони Старка. Они влетели в открытое во всю окно, ведущее в комнату, где на столе уже лежали необходимые инструменты и лекарства. Старк опустил Питера на пол, поддерживая под руку. -Садишься на диван и не звука. -Простите, мистер Старк, - слабо, но так пронзительно пролепетал Питер. Тони отошел поглубже в комнату, костюм раскрылся, и он направился быстрым шагом к Питеру. Старк был в серых спортивных трико и обтягивающей белой футболке. Что, домашняя одежда? Он вырвался к Паркеру, отдыхая дома, или, что еще хуже, был разбужен тревожным отчетом? «О нет, Питер, ты полный ноль» - подумал про себя парень и к горлу подкатывал вязкий ком. Старк же, сразу обратив внимание на левое бедро мальчика, которое по отчету Карен было разорвано тактическим ножом Columbia 1278A, не заметил, что Паучок сидел, проглатывая истерические всхлипы и утирая слезы. -Эй, малыш, успокойся. Питер, надо снять костюм. -Мистер Старк, я, кажется, паутиной залепил пол раны, простите, ради всего святого, я толком разобрать ничего не мог, было очень больно, я даже не видел… - сквозь утихающие всхлипы лепетал Паркер. -Пит, всё, хорошо, я понял. Сейчас я залью растворителем и ножницами вскрою то, что ты наплел, ладно? Подожди минутку, - перебил Тони и, не дожидаясь ответа, удалился из комнаты. Питер смотрел на вздыбленную паутину на собственной ноге и пытался не думать о том, что происходит сейчас под ней. То, что внутри что-то жгло, не могло выйти из головы, и парень молился, чтобы он из-за болевого шока не залил клейкой субстанцией половину бедра. Тони вернулся через пару мгновений, держа в одной руке прозрачную колбу, другой помешивая стеклянной палочкой бесцветную, чуть дымящуюся жидкость. Он подошел к парню и сел напротив него, рассматривая окровавленную ногу, поднимаясь вверх взглядом к притихшей грудной клетке и встретившись с испуганными и виноватыми глазками. -Мистер Старк, простите меня, но там два амбала чуть не изнасиловали девушку, я ведь не мог не помочь, понимаете, она стояла такая беззащитная, прижатая к грязной стене тем уродом, а второй их на камеру снимал, представляете, и смеялся так ужасно, я… - не успел договорить, как парня перебил Тони. -Ты живой магнит на всяких гадов, малыш. Посиди спокойно, - приглушенным голосом произнес Тони. Питер был готов просить прощения за то, что под полночь Тони получил отчет Карен о раненом Паучке, о том, что заливал кровью дорогой диван и мягкий ковер. Но больше всего хотелось просить прощения за этот его взгляд, за омраченное лицо, за сведенные брови. -Мы ведь только вчера с тобой мило беседовали в том французском кафе, а сегодня я зашиваю тебе дыру в бедре и надеюсь не вырвать тебе еще пол ноги, потому что после тактического ножа от кожи остаются ошметки, и не более, - произносил плавно Тони, когда заливал комок паутины приготовленным раствором. Паутина зашипела, растворяясь. Старк ватным тампоном снял сошедшую паутину и увидел, что оставшийся тонкий слой сдерживал вытекшую кровь, и резать его совсем не хотелось хотя бы для того, чтобы не подвергать мальчика очередному кровавому зрелищу. -Мистер Старк, ваш диван… -Боже правый, Пит, перестань! – гаркнул на него Тони, переживающий уж точно не о диване. Тони поднес острые ножницы к кровавому пузырю и разрезал его одним движением. Кровь хлестнула во все стороны, обливая руки мужчины, стекая на его колени по локтям. Старковыми молитвами рана на бедре парня уже начинала затягиваться, и восстановилась глубокая бедренная вена. -Все хорошо, малыш, вена срослась, кровь давно остановилась. Только вот кожа восстанавливаться будет чуть подольше. Хотя бы потому, что ей сначала надо отрасти. Ты молодец, что заклеил рану, но ведь мог залить в кровь паутину. Тогда проблем бы точно огребли по самые, кхм. -Мистер Старк, кажется, что-то не так, ногу изнутри будто… -Возможно, карапуз, ты все-таки подпортил кровь. Организм выведет ее через некоторое время, - снова спокойным тоном произносил Тони, подготавливая иглу и нить. – А теперь сиди смирно. Ловкими движениями миллиардер подцеплял кожу, завязывая новый и новый узел. Если бы не местный анестетик, Питер бы выл от боли. Но смотреть на сосредоточенное лицо Тони так близко хотелось вечно, не прерываясь на дыхание и моргания. Не имея больше сил и желания просто наблюдать, Питер запустил ловкие дрожащие пальчики в шевелюру Тони, медленно пропуская пряди. От нахлынувшей нежности обоих изрядно подкинуло, но Старк продолжал концентрироваться на подбитом Паучке. Изучающими движениями Питер проводил по волосам и коже Тони, вышибая второго из колеи. Каких усилий стоило Старку не впечатать Питера в этот диван и не зацеловать каждый сантиметр его тела, говорить нечего. Гений пытался, пыхтел, старался отбросить разливавшееся по телу тепло хотя бы пока не зашьет пострадавшему его прекрасное бедро. Не в силах терпеть муки этого малолетнего искусителя, Старк перехватил его руку за запястье и темным взглядом заглянул в глаза прекрасного змея. -Питер, ты отвлекаешь меня. Но тот продолжил свои нежные прикосновения и провел кончиками пальцев по скуле Тони. -Мистер Старк, поцелуйте меня. Паркер подался вперед и встретил пухлые горячие губы мужчины, которые с нетерпением впились в его, жадно приветствуя и с неприкрытым обожанием посасывая по очереди нижнюю и верхнюю. В телах раздался мощный взрыв и бешеным желанием разлился по крови, заменяя кислород. До сих пор Тони стоит на коленях слева от Питера, но тот перекинул левую ногу, пропуская Старка ближе к себе. Обнимая мужчину за шею, он пальцами зарывался в мягких прядях, вдыхал запах его волос. Кажется, он недавно вышел из душа, но пах не как какой-то дорогой гель. Тони пах самим собой, дорогим виски и слегка машинным маслом. Самым дорогим запахом Питер окрестил запах кожи Тони Старка. Паучок провел кончиком носа вверх по шее к уху Тони, прихватив мочку тонкими, но такими чувственными губами. Покусывая, облизывая, снова покусывая, Питер медленно поворачивал тумблер в голове Старка, приближая желанное продолжение страстного порыва. Но Тони чуть отпрянул от юноши, взял его лицо в свои руки и у самих губ прошептал: -Не сегодня, малыш. Вот поправишься, - опустив взгляд на зашитую ногу, из которой до сих пор торчала игла, - и я на руках отнесу тебя на самую мягкую кровать, сам раздену и больше не остановлюсь. Питер почувствовал жар, который шел от губ Тони, и вновь выхватил секундное прикосновение. -Мистер Старк, не бойтесь, ничего не бойтесь. Я ведь знаю, что вы не сделаете мне больно. Я хочу вас, хочу прямо сейчас. А вы? – с легким разочарованием прохныкал Питер. Опустив голову и разорвав поцелуй, Тони наклонился вновь к ноге и вытащил иглу, завязав последний узел. Сложив все инструменты и отдав распоряжение Пятнице на дезинфекцию, Старк поднял тяжелые глаза на Питера, обтирая руки от его крови влажным полотенцем. Мужчина смотрел в эти оленьи глаза и не понимал, почему же его малыш не видит очевидных вещей. -Карапуз… -Я люблю Вас, мистер Старк. Тони, я люблю тебя. Я хочу тебя. Вышибающие слова. Нет слов, Тони? У Питера есть. Он не скрывал ни одной своей эмоции, хоть и всё видно было в его красивых глазах. -Я люблю тебя, карапуз. Питер округленными глазами посмотрел на Тони и верить его словам не хватало сил. Эмоции били через край, хотелось говорить и любить-любить-любить. -Можно я вас поце… Не успел договорить Паркер, как Старк сорвал с его губ тот самый поцелуй, о котором просил парень. Руки обвились вокруг шеи мужчины и ласковыми движениями гладили, спускаясь к широкой спине, каждый мускул, очерчивая рельеф тела Тони и заставляя того задыхаться от затопляющей нежности. Руки гения сжимались вокруг талии Паучка, гладили, возбуждали, кружили голову. Он опустил их ниже, на бедра, и притянул к себе, прижимая к вздыбленными штанам. С губ Питера сорвался пошлый стон и тихий рык, когда он почувствовал стоящий колом член Тони. Перехватив губы Старка, он жадно вцепился в них горячим влажным поцелуем, пропуская в свой рот язык мужчины. От стона Паркера Старка повело черт знает в какое направление, он вцепился в ягодицы парня, толкнулся навстречу пахом и терся, как ластится кот. Тони разорвал поцелуй и потянулся к шее Питера, лаская ее языком, прилизывая след недавнего засоса. -Пятница, «The Weeknd & Hucci», - на выдохе произнес юноша блаженным стоном, - «I got you»… На повтор, - еле произнес Паркер. Комната наполнилась завораживающей мелодией. Воздух, кажется, сгустился от выходящей за все пределы страсти. -Не здесь, малыш. Я обещал тебе всё как надо, так доверься мне, - полушепотом произнес Тони у ушка Питера и подхватил его под бедра, поднимаясь с колен. Парень ласкал мягкие кудри, спускался пальцами по шее к вороту серой футболки, оттягивал ее и оставлял нежные поцелуи. Тони нес Питера в свою спальню, которая была похожа на спальню принца-минималиста. Ничего лишнего. Широкая кровать на отдельном подъеме, прикроватная тумбочка, высокое зеленое деревце около панорамного окна в длинном прямоугольном горшке, в корнях которого росла прямая зеленая трава. Было что-то еще, но Питеру было вовсе не до интерьера спальни Старка. Тони поставил Паучка на ноги перед собой, заглянул в его глаза и, увидев в них ярко выраженное согласие и ломающее кости желание, нажал на паучка на груди Паркера и костюм бесшумно сполз к ногам. Оставшись в одних черных обтягивающих боксерах, он сделал шаг вперед из костюма, представ перед Тони во всей сексуальности. Спортивно сложенное тело обрамлял мягкий ночной свет. И даже сейчас, с зашитым бедром и засохшей кровью, он выглядел восхитительно. Изобретатель смотрел на парня перед собой как на самое прекрасное создание во всей Вселенной. Впрочем, так оно и было. Питер подошел к Тони и потянулся к низу его футболки. Руки Старка послушно поднялись, позволив Паркеру стащить с него ненужную вещь и открыть его глазам то и божественно, и чертовски красивое тело, которое он видел тогда, в кафе. Откинув футболку за спину, они полюбовно разглядывали друг друга в свете полной луны. Сделав короткий шаг к Питеру, Тони невесомым касанием провел пальцами от виска парня к выпирающим ключицам и обратно. По телу того пробежали мурашки и сползли в район низа живота, завязываясь в один горящий узел. Паркер смотрел в любимые глаза, жадно впитывая источаемую любовь. Тони запустил руку в волнистые волосы парня и притянул к себе, заключая губы подростка в страстный жаркий поцелуй, прижимая всё ближе, лаская всё настойчивее. Паучок запустил руку в штаны мужчине и положил ладонь на твердый член, мягко сжимая пальцами. Дыхание сбилось у обоих, Тони подхватил Питера под бедра и положил спиной на кровать. Избавившись от ненавистных штанов и белья, он сел перед парнем и руками развел его ноги, придерживая под коленками. Он опустился к внутренней стороне бедра Питера и провел дорожку поцелуев от коленки к свежей ране, вдумчиво вглядываясь в свежие швы. Но тут же осекся, когда Паучок приподнялся на локтях и виновато залепетал: -Не болит, мистер Старк, не переживайте… -Глупый Паучок, - с улыбкой произнес Старк. Питер притянул Тони за шею и прихватил нижнюю губу мужчины, покусывая, прилизывая языком и углубляясь. Рука Старка опустилась на торс Паркера, мягко очерчивая мышцы и накаченные кубики, плавно переходя за спину. Он гладил каждый позвонок, кончиками пальцев рисовал на спине парня то замысловатые вихри, то длинные прямые линии. Поцелуй становился всё жарче. Руки Питера сумасшедше бродили по телу Тони, скользя по упругой коже, пальцы оставляли яркие красные полосы. Он несмело спустился к ягодицам Старка и, едва касаясь, проводил ладонями вдоль бархатистых половинок, вновь возвращаясь к излюбленной ложбинке вдоль позвоночника. Губы Тони вновь исследовали шею парня, каждый миллиметр, от чего кожу саднило от щетины и зубов Старка. Ладони Старка спустились к резинке боксеров и стянули их одним ловким движением. Он взял твердый член Питера в ладонь и медленными вертикальными движениями начал водить вдоль вздрагивающего пениса. От удовольствия в глазах подростка рождались звёзды. Тони смотрел в темные глаза напротив и губами срывал нарастающие в темп руке Старка мальчишечьи стоны. Не позволяя подходить близко к разрядке, он то прекращал свою пытку, то сжимал член Паркера у основания, заставляя того обиженно хныкать. Навалившись сверху, терзая молочную юную кожу губами, прикусывая, Тони ставил на шее и ключицах сине-фиолетовые метки. Рука Тони соскользнула с члена Питера ниже и средним пальцем уперлась в сжатое колечко мышц. Юное тело под Старком прошибло током, и Паркер подскочил под собственные громкие стоны, но был зажат в крепкие объятия. -Сейчас, малыш, сейчас… Питер лег обратно на влажные от пота простыни и всматривался в лицо Тони. Собрав пальцами собственную слюну и обильно смазав ангельски невинного Питера, Старк проник внутрь него средним пальцем, пропуская за собой указательный, бережно растягивая. -Ты такой тугой, Питер-р… - прорычал в шею Паркеру Старк, получив в ответ блаженные выдохи. Парень ерзал под мужчиной, крепко цеплялся за его плечи, хмурился и жадно хватал воздух ртом, когда губы Тони касались его ушка. Продолжать терзаться не хотелось никому. Питеру хотелось максимально наполниться Старком , Тони хотел овладеть Паркером раз и навсегда. Старк закинул одну ногу парня себе на плечо, нежно целуя в коленку и поглаживая, другой рукой в это время подставляя массивную головку напряженного члена к растянутому Питеру. Тот ответно подался на Старка и пропустил в себя член Тони почти наполовину, задыхаясь и теряясь в ощущениях. Тело горело и, казалось, накалялся воздух вокруг. -О боже, Тони… -Малыш… Старк начал входить в Питера, растягивая до размера собственного члена плавными движениями, чтобы не причинить боль. Тони наклонился к Паучку и нежно поцеловал, лаская языком, заставляя привыкнуть к новым острым ощущениям и сбивающей с тормозов наполненностью Старком. Тони перехватил руку Питера, сжимающую простынь, поцеловал в ладонь и каждый пальчик парня, поглаживая тыльную сторону. Их ладони соединились, пальцы переплелись, Старк завел их руки за голову Паркеру и шептал на ухо «Я люблю тебя», «Я с тобой» и много других успокаивающих фраз, которые хотелось кричать на весь мир, но слышать их должен только Питер. Из уголков глаз Питера потекли слезы, губы пересохли, но по лицу расползалась блаженная улыбка, а в глазах в безумном костре эмоций переплетались любовь, благодарность и верность. Тони набирал темп, увереннее входя в Питера, который легко поддавался и расслаблялся. -Питер, ты с ума меня сведешь… -А вы меня уже, мистер Ста-а-а-а-арк, - протяжным стоном отозвался Паркер, когда Тони проходился по простате. –Пожалуйста, ещё… В груди Старка росла любовь, страсть и неугасающее желание. Иметь Паучка хотелось во всех позах, связывая руки, трахая рот и самому принимать плоть любимого человека. Но сейчас, именно сейчас, Тони не думал о своих желаниях. Он хотел одного – сделать приятно Питеру. Старк подхватил Паркера и поднялся вместе с ним, держа в своих крепких объятиях. Тот же хватался за широкие плечи и сильные руки мужчины как за спасательный круг, жарко выдыхая в шею Тони. -Чего ты хочешь, малыш? - произнес хриплым от возбуждения голосом Старк. -Тебя, Тони, всего тебя, сейчас и всегда…- рвано дыша, произнес Питер в губы мужчины, соединившись в новом развязном поцелуе. Поза, в которую они перешли, оказалась максимально удовлетворяющей. Головка члена Старка с каждым новым движением проходилась по простате, подталкивая Питера все ближе к безрассудному оргазму. Тони нежно обнимал и придерживал Питера в своих руках, насаживая и поднимая с собственного члена, целуя то нежно, то грубо, и сам приближаясь к разрядке. Очередной глубокий толчок, и Тони вошел Питера на всю длину, вдалбливаясь в стенку простаты и вызывая бессчетный громкий и непозволительно пошлый стон. Они оба уже были готовы излиться, сбиваясь в дыхании и теряясь в мимолетных поцелуях. Питер кончил с громким стоном и протяжным «То-о-о-о-ни» между их мокрых и горячих тел, прикусив плечо Старка, от чего тот излился в самой глубине Паркера, наслаждаясь трепещущими мышцами вокруг своего члена. Они просидели так, пока не пришли в сознание. Старк вышел из Питера и вытер с парня стекающую к пояснице сперму простынью. Тони крепко сжал Паркера в своих объятиях и повалился на кровать, все также обнимая Паучка и слушая, как у того выравнивается дыхание и успокаивается сердце. Парень обхватил руками Тони и посмотрел в его глаза. -Я люблю Вас, мистер Старк. -Снова «мистер Старк»? Питер хихикнул и уткнулся ему в шею. -Это не важно, Тони, потому что у любви нет имени. Но мою зовут твоим. Тони натянул на них одеяло, и Питер засопел на груди у Старка. Миллиардер смотрел на Паркера и хотел подарить ему весь это мир. Но всё, что в нем было, было не достойно Паучка, потому что никто не сможет любить сильнее, отдаваться больше и при этом оставаться самым светлым существом на планете. Мир не заслуживает Питера Паркера. Питера Паркера заслуживает только Тони Старк. Мужчина долго лежал, глядя на ровно поднимающуюся грудь, на спадающие пряди, на красивые изгибы шеи. Он точно знал, что любит. И верил, что любим. Проснувшись, Питер резко поднялся с подушек и завис, смотря в окно на стекающие капли начинающейся грозы. Голову будто прошибло стрелой насквозь. На глазах наворачивались слёзы. Нет больше сил сдерживаться. Паркер закричал во весь голос, хватаясь за голову. Он подтянул колени, не подавляя всхлипы, а давая эмоциям волю. Слёзы невыносимо обжигали щеки и падали на белоснежное одеяло. Крики до удушья терзали собственное горло и слух, глаза застилала пелена накативших переживаний, сердце разрывалось на части, хоть и казалось, что оно давно уже не чувствует боли. Он судорожно хватался то за футболку, то за одеяло или собственную голову и, не щадя горло, кричал, бился в истерике, захлебываясь в слезах и невыносимом отчаянии. Обессилев, он повалился на спину, хрипло выкрикивая проклятия всего, что знал. Голос хрипел, а вскоре и вовсе сорвался на сдавленный писк. Глаза опухали от слез, тело ломило, и, казалось, сердце биться отказывалось. Если сейчас оно не сорвалось со всех артерий и вен и не провалилось, вырвавшись из тела Питера и пробив всё, что было под ним, к центру Земли, опустошенный взгляд Питера объяснить было нечем. Он ничего от жизни больше не хотел. Ему ничего больше не нужно было. Жить Питер Паркер отныне не хотел.