Солнечные паруса

      Тонкие губы поднялись вверх по внутренней стороне бедра, задержались на несколько секунд у тазовых косточек и ущипнули кожицу у пупочка. Золотые пряди скользили меж фаланг миниатюрных пальцев, оглаживали запястье с выглядывающими голубыми венами. Вокруг был уже слишком привычный полумрак, но в этот раз с примесями красного оттенка. Ладони легли на горячие плечи, губы соединились в новом поцелуе и вдоль позвоночника скользнул самый настоящий жар, распирающий изнутри и заставляющий громко стонать в приоткрытые уста. Демон почти сразу же сорвался на быстрый темп; скрип кровати наполнил собой всю спальню. Он отражался от плохо закрытых штор и деревянных стен, забирался в уши демона змейками.       В животе резко всё скрутило, и Пайнс упёрся одной рукой во влажную от выступившей испарины грудь, а второй быстро прикрыл рот. Билл сразу же отпустил его, позволив сбежать в ванную. Дверь за спиной шатена осталась открытой, и капитан нахмурился, когда услышал не самые приятные звуки из соседней комнатки. Сильные руки прихватили с собой плед, ранее скомканный в порыве страсти у края кровати. Сайфер обнаружил Диппера сидящим у унитаза и обнимающим его ободок. Плечи мелко подрагивали, пока из глаз катились рефлекторные слёзы… — Извини, мне нужно быть аккуратнее с тобой, — с сожалением выдохнул блондин, опустившись рядом с юношей и накрыв его спину пледом. — Укачало? — Не знаю, — хрипло произнёс шатен, шмыгнув носом.       Все внутренности сжало в новом спазме и Пайнс снова оттолкнул демона, чтобы тот не видел весь этот кошмар. Но Билл никуда не уходил. Он заботливо гладил Диппера меж лопатками и успокаивал его, показывая, что он рядом и готов помочь. Полоскало шатена не так долго, зато весьма ощутимо. Капитан помог ему умыться и дойти до постели, чтобы раскиснуть уже там. — На кухню ты не пойдёшь, — твёрдо сказал Сайфер, поставив на тумбочку рядом с кроватью стакан с водой. — Отдохни пока. А я пойду и приготовлю тебе бульон. И лучше бы тебе поспать. — И мне почему-то не хочется сопротивляться твоим приказам, — устало усмехнулся Пайнс. Демон мягко чмокнул его в лоб, пригладил непослушные вихры, а после растворился в воздухе золотистым туманом. — Как и всегда…

***

      Диппер не мог представить, что Сайфер на самом деле там варил для него бульон из какой-то максимально полезной для здоровья птицы. Что тот вертелся на кухне и вычитывал рецепт или же даже вытаскивал его из своей памяти, лишь бы сделать своему любимому мальчику лучше. Юноша всё же немного поспал, пока не услышал тихие шаги со стороны палубы. Он неохотно разлепил веки, подтянул пышное одеяло повыше и потёрся носом о подушку, пахнущую Сайфером. От него в последнее время пахло слишком сладко и так притягательно… Диппер уже привыкал к ласкам с его стороны и с улыбкой прогонял в мыслях вечера, где они сидели в обнимку и пили горячий чай во время чтения книг. Билл окутывал его своей нежностью и одаривал страстью каждый день, и Пайнсу становилось стыдно за то, что он влюблялся в него. По воле сердца, а не глаз.       Дверь приоткрылась, и юноша посмотрел на вошедшего демона так, словно тот был для него самым настоящим счастьем. Страх теплился еще в груди противным холодным ветерком, но его заглушал пылающий пожар. Капитан держал в руках поднос, на котором что-то было накрыто баранчиком. Свет от ближайших звёзд делал его похожим на ангела, хоть у падающей на пол тени и были рога и кости вместо пышных перьев. Диппер спрятал нос в одеяле, а вместе с ним и мечтательную улыбку. Билл даже не надел своего кителя, когда уходил на кухню. Его полупрозрачная рубашка была расстегнута до груди и не скрывала крепкого тела от яркого света. Поднос с глухим стуком опустился на тумбочку, а баранчик оказался отставленным в сторону. — Если ты будешь просто лежать, тебе не станет сильно лучше, — мурлыкнул блондин, сразу же целуя юношу в щёку. — Выбирайся из своего кокона и покушай. — Я не знал, что ты настолько обеспокоен моим состоянием, — покраснел Пайнс, всё же сев в постели.       Билл расстегнул рубашку еще сильнее, а после забрался под одеяло к шатену. Он прижался носом к плоскому животику, зажмурился. Пока его мальчик дул на горячий бульон и медленно гладил демона по золотистой гриве, было время немного подумать. Песочные глаза сверкали от чувств, пока рассматривали получившуюся картину. Белая ткань совсем сползла с плеч, укрывая только мускулистую спину, и то не до конца; светлые кудри рассыпались вокруг солнечным ореолом; тело демона размеренно приподнималось и опускалось при новых вдохах… Диппер закусил нижнюю губу, прикрыл веки… — Это я виноват в твоем состоянии… — произнес Сайфер, топя половину звуков в объятиях. — Я слишком часто очищал твой организм, и в итоге ты потерял слишком много веществ. Я не позволял пище даже перевариться в твоём желудке… — Капитан потёрся лбом об ощутимые ребра, прерывисто вздохнул. — Прости меня, Сосенка. Я забыл о том, что тебе нужна пища для жизни, а не для развлечения. — Я не виню тебя. Я и сам мог подумать, что так часто этим заниматься нельзя. В конце концов, уверен, внутри меня сейчас всё подстроено под тебя. До самых мелких деталей. — Пайнс тихо засмеялся, и демон стиснул его в объятиях еще сильнее, практически мешая дышать. — Просто немного притормозим, верно? Я никуда от тебя не денусь… — Я могу немного уменьшиться, чтобы тебе было не так плохо потом, — шепнул Билл, но Диппер только покачал головой в отрицании. Капитан не видел этого, но чувствовал. — Ты мазохист, ты в курсе? — Я хочу чувствовать всего тебя. Настоящего. Чтобы знать, насколько ты сильный и прекрасный. — И юноша наконец отпил бульон через край глубокой тарелки, но затем приподнял брови в удивлении — Сайфер утробно смеялся. — Что такое? — Настоящий я несколько крупнее, чем ты привык видеть. Раза так в четыре. Ты действительно хочешь, чтобы весь я позволял тебе себя чувствовать? — Блондин немного отстранился, заглянул в песочные омуты. — Мы с Арнольдом таких размеров только из-за того, что это средний рост по вселенной. Это наш выбор. Так что ты для меня и правда как птенчик. — Однажды ты должен будешь мне показать всего себя, — зачарованно выдохнул Пайнс. — Вместе с крыльями, рогами и всем прилагающимся. — Поэтому я боюсь за тебя. Я не могу позволить тебе вынашивать дитя, как бы сильно ты его ни хотел от меня. — Внутри цитрина переливались огоньки домашнего камина, и становилось так уютно… — Если бы у нас был ребенок, он бы убил тебя изнутри. Знаешь, беременность у демонов — отдельный круг ада. Ребенок забирает себе всё, что только можно, и растет так быстро, что едва успеваешь следить за здоровьем. — У тебя ведь уже был ребенок?.. — осторожно поинтересовался Диппер, сделав новый глоток бульона. — Мы не смогли ему помочь… — совсем тяжело произнёс демон. Юноша обнял его крепче, отставил тарелку обратно на тумбу. — Шел второй месяц беременности… Мы были так счастливы… Он умер внутри Арнольда — просто не смог получить столько, сколько требовал. Арнольд угасал с каждым днем беременности всё сильнее и сильнее, пытался защитить себя и малыша и искал знания, как помочь ребенку… Затем мы впали в отчаяние. Те годы были просто ужасны. Утешить моё сокровище никак не получалось… Мы не могли попробовать еще раз — Арнольд просто оказался бесплоден после того случая. Мы так мечтали, и мечты разбились на осколки.       Сердце шатена билось о ребра, в груди болезненно тянуло. Он разрушил последний шанс на счастье существ, которых он любил. Он забрал у них последнюю надежду. Билл услышал быстрый стук у себя под ухом, поэтому и прижался лбом к холодному лбу. — Если ты сейчас винишь себя, я откушу тебе твой милый носик. Случилось именно то, что должно было случиться. Ты послан сюда вселенной. Поэтому то, что мы сейчас вместе — целиком ее прихоть. Может, у нас есть будущее. — Сайфер ласково коснулся губами уголка губ Пайнса. — Счастливое будущее, малыш. Только ты и я. — Только ты и я, — вторил ему Диппер едва слышным шепотом.

***

      Но тошнота не прекращалась. От любой принятой пищи становилось только хуже. Повезло еще, что у Билла появились срочные дела и он не увидел, как его любимому было плохо. Шатен даже воду без болезненных спазмов выпить не мог. Ему становилось лучше только тогда, когда демон был рядом и жался к нему ближе. Кожа со временем совсем посерела и показала все вены и старые синяки. Пайнс ждал, пока начнётся кашель. Ждал привычной за годы крови в раковине и боли в костях, но их не было. — Твой организм учится заново принимать пищу. Ты ведь столько времени прожил без нее… Желудок отторгает всё, от чего он отвык, — шептал демон на бледные холодные ушки, когда Диппер лежал у него на груди и смотрел в пустоту. — Скоро всё будет хорошо…       «Хорошо» не было. Пайнс оббил все колени о пол в ванной, а под его глазами залегли глубокие синяки. Билл крутился рядом с ним, помогал всем, чем только мог, но тщетно. — Бог меня ненавидит, — хрипло пожаловался шатен. Он сидел у своего уже привычного места, уперевшись лбом в подставленную руку. Его тошнило без желчи, простой водой. — Это наказание за то, что я предал Арнольда? — прошептал он в тишине. — Не слишком ли жестоко? Я ведь всё еще жду его. — Билла не было в каюте, Пайнс сам его выставил на время обеда. — Я запутался…       Желудок снова дал о себе знать, и шатен устало простонал, вернув указательный и средний палец в рот. Его глаза были красными от слез и недосыпа. Кости вылезли наружу от болезни и обезвоживания. Всё это слишком походило на кошмар. Только происходило всё наяву. Поднявшись на не держащие ноги, Диппер нажал на кнопку смыва и подошёл к мраморной раковине. Из зеркала напротив на него смотрел измученный судьбой человек, которого словно по ночам били палками и выкачивали из него всю кровь. Он бросил мимолётный взгляд на свой живот доставляющий так много проблем, брови его взметнулись вверх. — Блять… — красноречиво выдохнул он, положив ладонь на живот.       В дверь осторожно постучали, и юноша прикрыл своё тело полотенцем. Под свободной рубашкой он совсем не замечал дерьма, в которое он вляпался. Бог явно его ненавидел. — Сосенка, — ласково позвали из спальни, — мы прибыли. Тебе стоит на это взглянуть…       Собрав все силы в кулак, Диппер вышел из ванной и распахнул шторы в спальне. Это точно было именно то место, к которому вела карта. Планета Сокровищ. Место, куда их всех тянуло так долго. Место, из-за которого произошёл весь кошмар на корабле. Место, которое по кускам затягивало в огромную чёрную дыру. — Блять, — уже гораздо громче прошипел Пайнс.