Тамблер, котики, неон.

      Открыв глаза, Ванечка долго всматривался в серый, вымученный годами, потолок, с которого местами отколупалась побелка. Мышцы немного ныли после прошедшей ночи, поэтому вставать особого желания не наблюдалось, но осознание того, что он до сих пор находится в чужой квартире, все же заставило подняться с тёплой постели. Осмотревшись, Ванечка на секунду задержал взгляд на ночнике, что висел на стене, отметив для себя, что он уже где-то видел это перечёркнутое сердце с надписью «you» внутри. Также в комнате стоял джокер, целиком завешенный цветастой одеждой. На настенных полках красовались аккуратно выставленные кепки. Скользнув взглядом по полу, Светло увидел огромное количество обуви. Кроссовки различных брендов, в которых Ваня совсем не разбирался. Все были ухоженными, чистыми, без единого пятнышка. У Светло вообще создалось четкое ощущение, что комната чем-то напоминала склад в каком-нибудь шоу-руме.       «Ну и шмоточник же он», — ухмыльнувшись, подумал Ванечка, и наконец наткнулся глазами на одиноко стоящий в углу комнаты стул, на спинке которого лежали его аккуратно сложенные вещи.       Наспех натянув джинсы и рубашку, Ванечка подошёл к двери и прислушался к происходящему за ней. Из гостиной доносились звуки воды, позвякивание посуды и музыка. Приятная легкая мелодия, похожая на джаз. Выдохнув, Светло пригладил непослушные волосы на макушке и вышел из комнаты. Хозяина квартиры он обнаружил стоящим у плиты. Ваня едва заметно покачивал головой в такт музыкальному ритму и легкими движениями перекладывал оладушки со сковороды в большую тарелку. Выключив плиту, он обернулся и наконец заметил стоящего позади Светло. Его губы моментально расплылись в мягкой улыбке. Он неловко коснулся бусины на своей серёжке, а затем переставил тарелку с оладушками со столешницы на стол.       — Доброе утро. Завтракать будешь?       Ванечка так потерялся в этот момент, что даже ничего внятного ответить не смог. Он не ожидал, что все это будет вот так. Думал, что проснётся и по-быстрому свалит, пока хозяин квартиры спит, ну или на крайняк надеялся, что тот просто не будет с ним особо контактировать. Но Рудбой стоял такой, улыбался, в глаза заглядывал, да ещё и завтрак предлагал. Ванечка залип на пару секунд, рассматривая его рисунки на груди и пытаясь сообразить, что делать.       — Вань, — Светло едва заметно вздрогнул, услышав своё имя. — Ты в порядке?       Ванечка шумно выдохнул и неловко поправил сползающую на глаза челку.       — Слушай… Нет. Я, пожалуй, пойду, у меня дел много.       — Ну… — Ваня почесал в затылке. — Ну, если дела, то… — он подошёл к дивану, и, взяв лежащую на спинке футболку, натянул ее на себя. — Куда тебя отвезти?       Каждый заданный вопрос вводил Светло в ещё больший ступор. Что это, блять, вообще за рыцарское поведение? Или это какой-то жест благодарности за проведённую ночь? Едва ли Светло его об этом просил. Ванечка невольно вспомнил, как он выпроваживал по утрам своих случайных дам, и вообще не понимал, зачем Рудбой строит из себя заботливого «бойфренда».       — Меня не надо отвозить. Я сам доберусь, — Фаллен решительно направился в прихожую.       Пока он одевался, Евстигнеев молча наблюдал за ним, облокотившись о дверной косяк. Ванечка завязал шнурки на кроссовках, выпрямился и одернул пальто.       — Я напишу тебе, как фото будут готовы, — спокойно сказал Ваня, открыв ключами дверь.       Светло кивнул, в спешке покидая квартиру, но Ваня перехватил его за локоть, не дав даже за порог выйти. Фаллен нервно сглотнул ком, образовавшийся в горле.       «Щас что-то будет, — подумал он и сделал шаг назад. Он реально нервничал и сам не понимал, что чувствует. Коленки предательски подкашивались, ладони вспотели. — Свалить бы уже побыстрее, и дело с концом».       А вот Ваня был, как всегда, сама невозмутимость. Аккуратно подцепив длинными татуированными пальцами карточку чёрного цвета с комода, он вручил ее Ванечке.       — Здесь мой номер. На всякий случай. Если вдруг что, — звони. В любое время.       Светло покрутил ее в руках, рассматривая логотип в виде перечеркнутого неонового сердца.       «Если вдруг что, это что?» — подумал Светло, но все же спрятал визитку в нагрудный карман пальто и подняв на Рудбоя взгляд, сказал:       — Хорошо. Спасибо. Ну, пока?       Евстигнеев как-то неопределённо кивнул, облизнув обветренные губы. Светло на интуитивном уровне чувствовал, что он либо хочет что-то ему сказать, либо ждёт поцелуя. Но Ванечка этого явно не хотел и делать ничего не собирался. Он, конечно, был бы не против повторить все произошедшее накануне, но не более того. Все эти сантименты и сладкие прощания, граничащие с нежностью, были явно не для него. Он не собирался строить отношения, а уж тем более ударяться в романтику. И даже если бы и собирался, то явно не с парнем из Тамблера. Ему попросту было это неинтересно, поэтому Ванечка улыбнулся, надеясь, что это у него получилось достаточно дружелюбно, и, коротко кивнув, вышел в парадную. Молча и не оглядываясь.

***

      Когда в глубине квартиры характерно пиликнул телефон, оповещая о новом сообщении в Тамблере, Ванечка сидел на кухне за ноутбуком, смотрел тупенькие видюшки на ютубе и, как всегда, поглаживал любимого кота, который уютненько расположился у него на коленях. Рядом стояла кружка свежесваренного какао и пепельница, наполовину заполненная окурками. Светло решил не вставать, дабы не беспокоить Гришеньку, поэтому, поставив видео на паузу, он открыл нужный ему сайт и зашёл в раздел личных сообщений.       vstheworld: Привет. Как ты? Пропал куда-то.       Светло и правда «пропал». Давно не выкладывал снимки и, естественно, Ване он тоже с того дня не позвонил и не написал. Да и что он ему должен был писать? Вроде как, обсуждать тут было нечего, а слушать евстигнеевские лекции о том, как фотографы повлияли на современное искусство, желания не возникало. Единственное, что Ванечку ещё интересовало, так это снимки, которые должен был ему скинуть Ваня. Не то чтобы Рудбой Светло не нравился. Он был интересным собеседником, может быть, да и, что тут скрывать, до невозможности красивым парнем, но, блять, между ними ничего быть не могло. По крайней мере, Ванечка был в этом уверен и не только со своей стороны. Евстигнееву-то это было нахера?       grishkagot: В порядке) А ты?)       vstheworld: Неплохо.       Ваня скинул в диалог снимки, на которых Ванечка был в кожаной маске и чокере, восседающий на диване в свете неоновых ламп.       vstheworld: Мои любимые. Ты здесь очень горячий.       Светло непроизвольно ухмыльнулся. Фотографии и правда были хороши. Жалко, в Инстаграм не выложить.       grishkagot: Спасибо! Фото потрясающие! У тебя талант!       vstheworld: Я рад, что тебе понравилось. Но они все равно не передают всей твоей красоты.       Ванечка долго думал, что на это ответить. Странно, но фраза так легко и просто согрела его где-то внутри. От Вани она звучала как-то по-особенному, будто что-то невообразимое.       Сверху высветилось оповещение в ленте подписок.

«vstheworld впервые за долгое время опубликовал запись»

      Фаллен кликнул на оповещение. Рудбой выложил фото, на котором он крепко прижимал его к себе, проводя языком по щеке. В кадр попадала часть лица, которую обхватывала широкая разрисованная кисть. Кожа Ванечки в этот момент непроизвольно покрылась мурашками от воспоминаний. Он улыбнулся и репортнул запись к себе в блог.       grishkagot: А есть что-то ещё? Где мы с тобой?       В диалог новой волной посыпались яркие снимки. Ваня придирчиво посмотрел каждую, а затем выбрал ту, на которой он обнимает Евстигнеева со спины, и поставил это изображение в шапку профиля, ему очень нравились желтые наручники на чужих плечах.       grishkagot: Так-то лучше       vstheworld: Пойдём в кино?       Ванечка замер, глядя в монитор. Это что? Подкат такой? Светло абсолютно не понимал, зачем все это.       grishkagot: Тебе сходить не с кем больше?       vstheworld: Я просто хочу сходить с тобой       grishkagot: Я, конечно, понимаю, что мы круто провели одну ночь, но, чувак, к чему все это? Я не собираюсь с тобой отношеньки строить, мне, конечно, понравилось все, что между нами произошло, и можем повторить, если будет желание, но не больше.       Для Светло это была какая-то дикость. Ну не может же быть такое, чтобы он на свиданку решил позвать. Страны, что ли, перепутал? Ванечка закурил и снова обновил свою страницу. Заметив, что их общее фото с Рудбоем пропало, Ванечка перешёл в личные сообщения.

«Вы не можете отправлять сообщения данному пользователю»

      — В смысле? — Светло кликнул мышкой по иконке.

«Пользователь удалён»

      — И что это за выебоны? Обиделся, что ли?       Ванечка переложил недовольно мяукнувшего кота на подоконник и поднялся из-за стола. Роясь в карманах и на полках в поиске мобильника, Светло весь изматерился, придумывая Евстигнееву новые нарицательные имена.       — Обиделся он, вы посмотрите-ка на него! — бубнил Ванечка, выуживая из кармана пальто визитку, которую он носил с собой уже более двух недель, каждый раз забывая её вытащить дома, а просто выкинуть как-то рука не поднималась. Набрав номер, указанный на карточке, Ванечка беспокойно расхаживал по прихожей, накручивая на пальцы пряди волос с макушки. В трубке поначалу слышались гудки, но трубку никто не поднимал, а потом и вовсе абонент стал недоступен.       — Ой, блять, да больно надо! — швырнув смартфон на тумбочку, выругался Светло и широким шагом проследовал обратно на кухню. Упав на стул, он запустил видео, в котором какой-то незнакомый парень гонял кур по двору.       «Что ты, блять, нежный какой!» — думал Ваня, пытаясь сосредоточиться на том, что происходило на экране, но никак не получалось. Мысли лихорадочно бились о стенки черепной коробки.       С силой захлопнув крышку ноутбука, он облокотился локтями на стол и обхватив голову руками, зарылся пальцами в волосы.       «Чего я вообще парюсь? Какое мне дело? Удалился, и даже лучше. Меньше хлопот…», — но, видимо, все было не так уж и просто.       Потрепав свою и без того непослушную шевелюру, он растёр лицо ладонями и развернулся к Гришеньке:       — Почему он так ведёт себя? Что я такого сказал? Я ведь правда не хочу… Он мне не нравится, — кот, как всегда, смотрел на хозяина с максимально неприкрытым осуждением. — Не смотри на меня так! Он мне не нравится! Совсем!       Светло тяжело вздохнул и погладил кончиками пальцев рыжую шёрстку, а затем снова обратился к коту.       — Чувствую, что обидел его, но ведь лучше так, чем давать какие-то несуществующие надежды? Верно? — промямлил Ванечка. Он немного ссутулился, поник, взгляд опустил. Ваня и сам не понимал, что происходило сейчас у него внутри. Мозг говорил: «Было и было, забей». А внутри… Где-то под рёбрами что-то покалывало. То же самое чувство Ванечка испытал утром, когда смотрел в голубые глаза, решительно убеждая себя в том, что он совсем не хочет целовать, эти сухие тёплые губы напротив.       Кот медленно и аккуратно перебрался с подоконника обратно на руки к хозяину и принялся громко мурчать, будто в попытках поддержать и не дать раскиснуть окончательно.       — Эх, Гриша… Нахуя я вообще в это ввязался? Прав ты был. Ещё тогда, насчёт чулков…