Интернациональный Долг

Российская Федерация, в/ч 54096, 08.08.2016.

      Дальневосточное солнце, уже не особенно жаркое в августе, скрывалось под свинцовыми тучами, рассеивающими его свет, делая итак сырую погоду ещё более мерзкой.       Шестая отдельная танковая бригада, в полном составе построенная на огромном аэродроме, спешно переделанном в импровизированный плац, утомлённо ожидала, пока начальство изволит явиться и наконец объяснит всё происходящее. Лейтенант Ярослав Сма́га, командир второго отделения первого взвода «лёгкой» роты тринадцатого отдельного огнемётного батальона войск РХБЗ, находился далеко в тылу многотысячного построения, среди которого мелькала даже синяя форма частей Росгвардии; а потому, не опасаясь начальства, позволил себе встать по стойке «вольно», ибо полная выкладка и несколько часов стояния в ней порядком утомили молодого офицера.       Следует сказать, что последние две недели у Ярослава, да и у всей бригады, были крайне напряжёнными: сначала к ним в часть заявились особисты, долго и придирчиво проводившие различного рода инспекции, затем из части были переведены все срочники, лишив бригаду пятой части личного состава, а потом и вовсе началось не пойми что! Каждому военнослужащему был вручён небольшой пакет документов, утверждавший невероятный уровень секретности действий бригады, начиная с момента вручения бумаг. Далее были целые кучи подписок о неразглашении, предвещавшие страшные кары тому, кто их нарушит… И спустя несколько дней, без предупреждения, вся бригада была мобилизована и переброшена из Южного Военного Округа в Восточный! Несколько тысяч человек, огромные эшелоны с техникой…       Дальний восток встретил солдат неприветливой погодой, и ещё менее приветливыми особистами, наводнившими бригаду. Среди личного состава поползли слухи, что над бригадой собираются ставить какие-то эксперименты или испытывать какое-нибудь секретное оружие, а то и вовсе всё это подготовка к войне то ли с Китаем, то ли с Японией… Последнее вполне возможно, ибо все мировые правительства лихорадило от открывшихся у Японцев Врат, к которым узкоглазые старательно не подпускают даже своих хозяев — США.       Наконец, в мощные динамики стали поступать зычные приказы комбрига:       — Бр-ригада! Р-равнясь! Смир-рна! Равнение на середину!       На небольшую трибуну, на которой находились высшие офицеры бригады и лица к ним приближенные, взошёл человек в чёрной шинели без опознавательных знаков.       — Солдаты! — разнёсся вкрадчивый, в какой-то мере даже властный голос над тысячами людей. — Вы — верные воины своей Родины, и ныне Родина зовёт вас в бой! Испокон веков наша страна была готова не только обороняться от иноземного вторжения, но и всегда помочь тем, кто в этой помощи нуждался. Так, в кровавые годы Великой Отечественной войны, наши деды не только отстояли родную землю, задушив фашистскую гадину, но и в освободительном походе пронесли красное знамя по всей Европе, вычищая нацистскую скверну огнем и мечом. Тогда они поклялись, что никогда более не позволят алчным амбициям отдельных людей и наций разрушить мир на Земле, и наша армия с честью несла этот долг все эти десятилетия! Ныне же в вас вновь нуждается наша страна и народ. И не только наш! На ваши плечи, подобно вашим отцам и дедам, вновь ложится тяжёлое бремя интернационального долга! Ваша священная миссия состоит в том, чтобы защитить свой и другой мир от нависшей угрозы Третьей Мировой войны! Так не посрамите же себя и Россию, выполните с честью своё предназначение, в очередной раз подтвердив, что «Мир спас русский солдат»! В путь, отважные сыны России! Ура! — человек вскинул руку к фуражке в воинском приветствии, его примеру последовали стоящие рядом офицеры, а несколько тысяч глоток с надрывом закричали воинственное «Ур-р-а-а!».

***

      С момента напутственной речи прошло около часа, а Ярослав всё также находился в лёгкой прострации, погрузившись в свои мысли, несмотря на то, что уже получил полный боекомплект — четыре магазина на свой побитый жизнью АКС-74, две РГД-5 и два запасных магазина на табельный ПМ; всё это было рассовано по старенькой разгрузке 6Ш92 на общеармейском бронежилете 6Б23 расцветки «флора», что намекало о не лучшем снабжении огнемётчиков.       «Другой мир! Другой, мать его, мир! Нас отправили даже не куда-нибудь в Африку или Эфиопию, а в другой мир! «Интернациональный долг», блин! Те самые Врата, только у нас… А если там будут япошки? Всмысле «если»?! Они там будут! Нам с ними чё, воевать придётся?»       В раздумьях лейтенант сходу влетел в корму своего БМО-Т, крепко приложившись каской о броню, сопроводив всё это действо кратким, но многозначительным «бля». БМО-Т, к слову, — это боевая машина, сделанная специально для огнемётчиков на базе Т-72, но с бронированной надстройкой для десанта вместо башни. В неё вмещалось два члена экипажа, семь десантников, а также целых тридцать штук огнемётов РПО «Шмель», способных устроить геенну огненную любому виноватому. Помотав головой, выбивая из неё совершенно некстати полезшие знания матчасти о «Бегемоте», Ярослав лихо заскочил на бронемашину и скользнул в верхний люк, захлопнув его за собой.       Внутри десантного отсека, помимо лейтенанта, сидело ещё шесть человек, а вокруг них на стеллажах стояли готовые к бою «Шмели». Помимо этого, для «вероятной борьбы с агрессивной флорой и фауной другого мира», каждому огнемётному отделению был передан снятый с древней консервации комплект ранцевого огнемёта ЛПО-50, который лейтенант до этого видел только на картинках в училище, но специализация обязывала уметь пользоваться и таким архаизмом.       В отсеке была относительная тишина, нарушаемая лишь шипением рации Ярослава и сопутствующими погрузке бригады звуками снаружи. Через несколько минут завёлся и взрыкнул двигатель, машина покачнулась и двинулась в составе первой колонны, удостоившейся чести быть авангардом бригады. В колонне, помимо двух огнебатовских БМО-Т в центре, были БТРы-80 и БМП-2 с мотострелками и парой подразделений спецназа, идущие перед всеми, а замыкали колонну «Тунгуска», КШМ «Чайка», пара РХМ-4 хим-био разведки и МТ-ЛБ с приданными специалистами.       Где-то через час непрерывной езды, во время которой солдаты немного отошли от шока и стали шёпотом переговариваться, обсуждая ситуацию, в которую попали, Ярослав внезапно почувствовал, как машина начинает спускаться по какому-то склону, а затем резко остановилась. В подсумке лейтенанта ожила рация на канале части РХБЗ:       — Всей части РХБЗ, я «Дым»: команда «газы»! Повторяю, команда «газы»! Надеть средства защиты дыхания, и до соответствующей команды не снимать. Командиры рот, доложить о готовности.       Ярослав с неохотой достал из сумки свой ПМК-2 и натянул на лицо, затем осмотрел подчинённых, выполнивших ту же процедуру, и зажал тангенту, сообщив в канал роты о готовности:       — «Пламя 1-1», я «Искра 2-0» — второе отделение готово!       Взводный, получив доклады от командиров отделений, доложил ротному, тот комбату, и так по цепочке вверх… Пока не пришел новый приказ.       — «Дым» — всей части РХБЗ: к бою! Через десять минут входим во Врата, будьте готовы к столкновению с противником! Командиры рот, доложите о готовности…       Отделение, состоящее из семи огнемётчиков, двух танкистов и «недотанка-переБМП» — БМО-Т, приготовилось к бою: магазины были вставлены, сухо защёлкали предохранители и хищно клацнули затворы. Лейтенант поставил автомат между ногами и доложил о готовности, хотя внутри сам совершенно не был готов к происходящему. Прошло всего три месяца с момента его выпуска из военного училища, он только стал осваиваться в своей части, а тут… такое.       Просидев так минут пять, Ярослав решил приоткрыть люк и выглянуть наружу, чтобы посмотреть на происходящее вокруг. Щёлкнула ручка, тихо прошипел гермозатвор и лейтенант приподнял крышку люка, образовав небольшую щель, в которую попытался выглянуть. Результатом стали коротко мелькнувшие перед глазами высокие металлические стены и брызнувшая прямо в линзы противогаза тугая струя пенной жидкости, являющейся, скорее всего, дезинфицирующим средством.       Упав на сидение под хлопок закрывшегося люка и заматерившись, вызвав приступ смеха у солдат, лейтенант принялся стирать жидкость со стёкол противогаза, проклиная своё любопытство. Судя по всему, снаружи происходила процедура дезинфекции и очищения техники, чтобы не тащить в другой мир нашу грязь и бациллы. Соответственно, противогазы на солдат надели, чтобы уже они не нахватались всякой иномирной гадости.       «Слава Богу, что ОЗК не напялили… А ведь вполне могли». — с облегчением подумал Смага. Он, как служащий в войсках РХБЗ, не понаслышке знал, что такое сутки на жаре в ОЗК и полной выкладке.       По каналам экипажей бронемашин прошла команда «Вперёд!», и машина Ярослава сдвинулась с места, медленно покатившись в составе авангардной колонны.       — «Дым» — всей части РХБЗ: колонна войдёт во Врата через пять… четыре… три… две… одну… Головная машина во Вратах, продолжайте движение. О любых происшествиях немедленный доклад!       В десантном отсеке вновь наступила напряжённая тишина. Все чего-то ждали, что должно произойти вот-вот… Но ничего не происходило. Прошла минута, две, три; а бронемашина всё также мерно гудела и ехала вперёд, никуда не сворачивая.       Лейтенант подтянул рацию к лицу, зажал тангенту и тихо обратился к командиру БМО-Т на канале своего отделения:       — Сержант, ну чё там? Видно что-нибудь? Мы где?       — Тарщ лейтенант, нихрена не видно. Я вижу только идущий передо мной БэТР в свете фар… А по сторонам вообще тьма, как космос. Ничего нет, даже свет не отражается. Жутко. — сержанта было еле слышно, помехи нарастали с каждой секундой, но связь пока не оборвалась.       — А долго там ещё до конца?       — Чёрт его знает, не видно. Мы как будто в вакууме едем. Но когда что-нибудь увижу, я вам обязательно доложу.       — Принял.       Сказанное сержантом действительно было жутким. Вакуум, космос, непроглядная тьма… Фантастика какая-то. Но через несколько минут лейтенант почти расслабился и закрыл глаза, думая о том, что у них тут целая вооруженная до зубов колонна с бронемашинами, пушками, пулемётами и даже огнемётами, где-то с ними ехал армейский спецназ, а позади вообще танковая бригада, артиллерия, вертолёты и вся Россия…       Внезапно зашипела рация, начав издавать нечленораздельные звуки сразу с двух каналов. Это могло значить как просто сбой в технике, всё-таки тоннель в другой мир; так и то, что вокруг что-то происходит, но из-за сильнейших помех было непонятно что.       Машину сильно тряхнуло от резкого торможения, лейтенант чуть не свалился со своего места, выпустив звякнувший по металлическому полу автомат. Нагнувшись и подняв своё оружие, Смага заметил обеспокоенные взгляды в окулярах противогазов своих солдат. Решив всё же проверить, что творится за бронированными стенами «Бегемота», лейтенант вновь откинул люк, в этот раз опасаясь не пенной струи, а того, что заставило переполошиться колонну.       Как оказалось, из своей машины выглядывал не он один, и все пялились на то, что происходило перед стоящей колонной. Метрах в пятидесяти от колонны виднелся свет в конце этого туннеля тьмы, но с едва различимого во тьме потолка свисал огромный «пузырь» из чёрной материи, с пульсирующим алым центром. Своим видом «пузырь» напоминал какой-то холодец, мерзковато подергиваясь при шевелении…       А затем произошло совершенно неожиданное: «пузырь» на мгновение вспыхнул красным цветом и раздался душераздирающий, нечеловеческий вопль множества голосов, который, казалось, шёл отовсюду… Многие просто оцепенели от ужаса, а у десятков человек поблизости мгновенно произошёл инсульт или разорвалось сердце.       Лейтенант зажмурился и схватился за уши, барабанные перепонки в которых еле выдерживали натиск. Когда Ярослав вновь взглянул на начало колонны, то вместо шедших первыми двух БМПэшек он увидел «пузырь» на их месте. А затем эта тварь двинулась на оставшуюся колонну, выпустив из своего аморфного тела десятки чёрных конечностей, которые немедленно бросились в сторону людей, не скрытых бронёй. Чёрные «руки» твари хватали солдат, а затем, пробивая бронежилеты и внутренности, вырывали им сердца, тут же втягивая их в общую массу «пузыря» и отбрасывая мёртвые тела в сторону.       Ярослава сковал ужас, подобный которому он не испытывал никогда в жизни, но он смог с трудом вскинуть автомат, дрожащими руками снять его с предохранителя и со всей силы зажать гашетку, за три секунды опустошив магазин в монстра, уже прикончившего около полусотни солдат.       Тут же очнулись ещё несколько человек, началась стрельба со всей колонны, ещё через пару секунд задолбили крупнокалиберные пулемёты БТРов и автоматические пушки БМП. Ближайшие к твари транспортёры начали сдавать назад, но натолкнулись на всё ещё стоящие за ними машины. В колонне началась свалка и неразбериха, созданная отсутствием связи с командованием и страхом перед неизвестным монстром, неумолимо надвигавшимся на колонну.       Из машин стал выбрасываться десант, с ходу начавший поливать тварь из десятков стволов. Офицеры орали во всё горло, пытаясь руководить творящимся хаосом…       Попадания пуль и снарядов отрывали конечности твари, но на место каждой оторванной приходило ещё десять новых, а в её теле от пушек и пулемётов оставались лишь сквозные дырки, которые тут же зарастали тёмной материей. Десятки солдат, находившихся около монстра, были сметены потоком конечностей всего за несколько секунд, а сама тварь наползла на застрявший БТР, после чего огонь прекратился, и не трудно было догадаться, что произошло с экипажем…       Началась паника. Некоторые солдаты просто разворачивались и бежали в сторону конца колонны, другие продолжали удерживать позиции, постепенно подходили подкрепления, но ничего не менялось, некоторые конечности твари вытягивались длину на более чем пятьдесят метров, выхватывая бойцов из строя уже чуть ли не перед «Бегемотом» Ярослава… И тут, в очередную связку «рук» ударила плотная струя огня, выходившая из ранцевого огнемёта солдата первого взвода огнебата! Конечности мгновенно испарились, а тварь издала пронзительный писклявый вопль, за которым последовала новая, более яростная атака.       Из командирской надстройки БМО выглянул сержант Лавриненко, командир машины, видимо, осознавший происходящее; который тут же взялся за торчащий рядом «Корд». Застрекотал ещё один крупнокалиберный пулемёт, отсекая мерзкие отростки «пузыря».       Ярослав будто проснулся ото сна. Он резко опустился в десантный отсек, где сидели его напуганные и не понимающие, что происходит, солдаты. Из противогаза офицера вырвался крик:       — «Шмели» к бою! На выход, бего-о-ом! — проорал лейтенант и сам, схватив РПО, выскочил через люк.       Машинально, на ходу, приведя рукоятки тубуса в боевое положение, он вскинул «Шайтан-трубу» на плечо, поднял диоптрический прицел, наводясь на чёрного монстра, откинул скобу предохранителя и нажал на спуск. За спиной привычно ухнуло, а лицо обдало кончиком реактивной струи; боеприпас с термобарической начинкой отправился в противника.       Через секунду правый бок твари разорвало высокотемпературным импульсом, сопровождающимся резким перепадом давления, что буквально аннигилировало одну шестую твари. От ответного визга на грани ультразвука Ярослава затошнило, и направленный удар десятков «рук» в его сторону вполне мог бы стать последним, но на пути у них встало отделение мотострелков и огнемётчик с ЛПО-50, тут же выпустивший всепожирающее пламя на врага. Однако, тварь училась на своих ошибках, поэтому часть конечностей спаслась, резко уйдя вверх, а затем обрушившись на строй солдат.       Пара «рук» схватила отважного огнемётчика за ноги, повалив его на спину и потащив в сторону самой твари, поглощавшей очередную БМП. Но не тут то было: стоявшие вокруг солдаты бросились на помощь товарищу, схватив его за руки и не давая его утащить. Ярослав отбросил пустой тубус и тоже вцепился в бойца, держа его за лямки разгрузки. На огнемётчике буквально повисло около десяти человек. Ещё несколько «рук» вцепились ноги солдата и тот истошно закричал, а через мгновение он с мерзким хрустом разорвался пополам. Тело до пояса осталось в руках у «спасителей», а ноги и таз отлетели в глубину тонеля; кишки и другие внутренности несчастного были разбросаны на несколько метров вокруг.       Лейтенант завалился вместе с остальными, держа в руках «половину» товарища. Стёкла противогаза оказались полностью залиты кровью, а к горлу уже натурально подступила рвота. На четвереньках отползший от груды шевелящихся тел, Смага поднялся на ноги и выхватил из кобуры табельный пистолет Макарова, потому как автомат потерялся где-то во всей этой возне.       Наконец обратив внимание на свой взвод, Ярослав заметил своих шестерых бойцов, двое из которых уже были мертвы, а остальные отступали от «Бегемота», который беспомощно барахтался на месте, подпираемый сзади БТРом. Тут, он внезапно остановился, и из люка для экипажа вылез мехвод, ефрейтор Молчанов, который бросился прямиком к Ярославу.       — Тарщ… Лейтенант! Там Лавриненко собрался это… На таран идти!       — Как на таран?! Твою мать!!! — поразился офицер, итак прибывающий в шоке от происходящего вокруг.       — Ну, он это, сказал, что он в эту ебанину влетит, а вы в него со «Шмелей» засадите, там ещё тридцать «Шмелей» того… Сдетонируют! И разнесёт нахер этот пиздец многорукий! Иначе, грит, нас всех здесь!..       Лейтенант хотел закричать, кинуться к машине, чтобы прекратить эту дурацкую инициативу, но «Бегемот» уже заревел и сорвался с места, огибая колонну сбоку, бросившись в самоубийственную атаку.       — Дай сюда, блять! — Смага оттолкнул незадачливого танкиста и налетел на ближайшего подчинённого, вырывая у него из рук ещё заряженный реактивный огнемёт. Через мгновение он поймал в прицел удаляющуюся фигуру БМО, расталкивающую бронированным клином нагромождения техники на своём пути; по ней же безуспешно долбили чёрные конечности, пока неспособные пробить толстую лобовую броню, но каждый такой удар оставлял на танковых бронелистах внушительные вмятины. Будто бы почувствовав угрозу от ревущего «Бегемота», тварь сосредоточила на нём все свои руки, но было уже поздно: машина на огромной скорости врезалась в монстра, который тут же начал всасывать её в себя, как огромный противный студень.       — …И трепещи, ибо во пламени забвение падёт на голову твою!.. — яростно прошептал лейтенант и надавил на гашетку. — Аминь!       Время будто замедлилось… Снаряд, несущий огненную смерть, с воем вылетел из тубуса, раскрылось «оперение» и реактивный двигатель направил «огненное копьё» в цель. Мгновения ожидания тянулись целую вечность, но термобарический боеприпас достиг противника вовремя: корма «Бегемота» не успела скрыться в туше аморфной твари. Аэрозоль распылил взрывчатое вещество, которое заполнило всё доступное пространство вокруг себя и попало через открытые люки в боевое отделение БМО. Искра. Пламя. ВЗРЫВ.       Около тридцати РПО-А «Шмелей» детонировали одновременно. Тьма межмирового тоннеля расцвела огромным взрывом, поглотившим визжащего монстра. Всех, кто смотрел на взрыв ослепило и оглушило мощной вспышкой, некоторых контузило и почти всех снесло с ног взрывной волной… Но главное: когда рассеялся дым, на месте взрыва не оказалось монстра, погубившего сегодня десятки человек.       Солдаты победно закричали, из тыла подошли относительно свежие подкрепления и солдаты в каком-то странном порыве, с автоматами наперевес, горланя жаждущее крови врагов «Ур-р-а!», бросились к концу этого тоннеля — входу в другой в мир! Мир, за который уже пролили кровь русские солдаты, ныне жаждущие отмщения у чужеродной нечисти… Мир, за который прольётся ещё немало крови… Мир, в котором миру окончательно пришёл конец.