Свет счастья

До начала учебного года оставалось чуть больше недели. Класс уже был подготовлен к приходу новых учеников, поэтому работы у Светы не было. С учетом сложившейся ситуации с деньгами девушке практически не приходилось готовить: купил хлеб, сварил кашу – и достаточно. Иногда к Свете приходили мысли о том, что необходимо где-то подзаработать, но как – девушка не представляла. Швейной машинки не было, как подзаработать иначе, Света не представляла. От обилия свободного времени было довольно скучно, но дела никак не находились. Не привыкшая сидеть без дела Света: дома, чтобы высвободить мать, которая бы пошла подрабатывать шитьем, девушке приходилось заниматься хозяйством, а в часы отдыха девушка просто читала, не могла поверить своему счастью и все время пыталась вспомнить, что она забыла сделать, но из раза в раз приходила к выводу, что она может просто отдохнуть. Книг в новом доме Светы не было: они остались у родителей и сестер. Не имея возможности посидеть за чтением, девушка решила просто праздно побродить по улицам. Света шла, смотря по сторонам. Казалось, девушка никогда в жизни или уж лет десять точно так не бродила. Хватало домашней работы, а свободное время можно было потратить за чтением книг. Сейчас же Света с удивлением рассматривала город и замечала, что вон тот дом, который ее иногда удивлял в детстве своей формой, начал разваливаться, а вместо брусчатого дома построили каменный. Пару раз Света находила мелкие монетки и их хватило бы на покупку кислой капусты или моченых огурцов, но девушка решила пока что не шиковать: кто знает, что будет дальше? Незаметно для себя девушка дошла до родительского дома. Больше от скуки, нежели от желания узнать, как у них дела, Света вошла внутрь. - Ну что, Фотиния, нагулялась? – спросил Василий, взглянув на дочь, - Поголодала пару дней, побыла в шкуре бродяги и образумилась? Проходи, даже наказывать тебя за это не буду. - Нет, я просто пришла рассказать, что хорошо устроилась и чтобы вы за меня не волновались, - ответила Света, - Буду работать учительницей, жилье тоже себе нашла. - Лучше бы жила дома и работала учительницей, - сказал Василий. - Школа слишком далеко от дома, туда каждый день не набегаешься, - ответила Света. Конечно, причина отказа Светы была в другом. Во-первых, хотелось свободы, самостоятельности. Не хотелось слушать очередных реплик о замужестве, рисковать снова быть битой. Но, что самое главное, как бы это ни казалось в глубине души диким для Светы, она могла бы вести достаточно роскошную жизнь на свои восемьдесят рублей. Конечно, часть будет уходить за оплату жилья, что-то будет отложено на черный день, но сама мысль о том, что она сможет покупать себе все и, что самое главное, не видеть ежемесячный спектакль о единственном кормильце, радовала девушку. Света осознавала, что если она будет делиться деньгами с семьей, это будет правильно, но надежда на то, что теперь она будет есть только то, что хочется, грела душу девушки. Погостив немного дома, Света попрощалась и пошла к себе. То ли от забывчивости, вызванной радостью от возвращения дочери, то ли умышленно Анна не позвала Свету за стол, поэтому домой девушка ушла голодная. Какое-то раздражение от того, что в печи стоит борщ с мясом, а ее выпроводили восвояси, привело к тому, что Света горько заплакала. Дома девушку ожидали остатки каши и чай с хлебом. От этих мыслей Свете стало еще горше и девушка опустилась на лавочку, закрыв лицо руками. Вечерело. На улицу начали выходить желтобилетные женщины. Среди тех, кто опустился на самое дно, Света была самой красивой и опрятной. - Работаешь? – спросил какой-то мужчина, подойдя к Свете. - Да, - с радостью ответила девушка. На внезапно свалившиеся деньги она бы прикупила себе муки, яиц, мяса. - Сколько возьмешь? – раздался вопрос. - Сколько дадите, - ответила Света. - Пошли, - сказал мужчина. По дороге Света решила уточнить, что именно ей придется делать, ведь неизвестность немного настораживала. - Что мне нужно будет сделать? – спросила девушка. - Ничего особенного, все обыкновенно, сама скоро увидишь, - раздалось в ответ. - Я хочу заранее знать, к чему готовиться, - сказала Света. «Щипать и потрошить кур ненавижу, а вот уборку бы с удовольствием сделала», - подумала девушка. - Без извращений, - коротко ответил спутник. - Я не проститутка! – возмущенно крикнула Света, обо всем внезапно догадавшись. Девушка резко прибавила шаг и буквально побежала по улице домой. Света вбежала в свою комнату, зачем-то заперла дверь, будто боясь, что ее будут преследовать, а потом упала на кровать, горько плача. Девушку трясло, было страшно от того, что могло быть дальше, если бы она вовремя не спросила, а спутник оказался бы не слишком порядочным человеком. Едва Света успокоилась и перестала переживать из-за произошедшего, в дверь постучали. - Кто там? – испуганно спросила девушка. Мысли о том, что ее выследили и догнали, снова появились в голове Светы. - Света, открывай, это Арина, - раздалось в ответ. Арина была одной из соседок Светы. Эта женщина лет сорока пяти не особенно нравилась ей, хотя и не раздражала слишком сильно. Торговка на рынке и ее муж-пьяница не приносили Свете хлопот, хотя и видеть их не хотелось. Девушка открыла дверь и удивленно посмотрела на Арину. - Света, моя пьянь только что сожрала твою кашу, - сказала Арина, - Ты на будущее не оставляй ничего не кухне, может не остаться. А раз я все видела, то должна как-то тебе это возместить. Мою кашу будешь? Стояла в кастрюле рядом, остывала, вот он и перепутал. - Да, буду, - от безысходности сказала Света – оставаться совсем без ужина не хотелось. Арина привела Свету на кухню и положила ей полную тарелку каши. Глядя на густую кашу на молоке с легкими вкраплениями топленого масла, девушка подумала: «Молодец, что мою кашу сожрал, такую бурду из одной воды есть было противно». Безусловно, на будущее Света приняла для себя решение больше никогда не оставлять еду вне комнаты, но сейчас девушка была рада сложившейся ситуации. Вымыв посуду, Света поблагодарила Арину и вернулась в свою комнату. После неожиданно вкусного и плотного ужина девушка с успокоением подумала: «Ну и ладно, продержусь этот месяц на хлебе да каше, покуда отец болел, мы так и жили». О том, что в те две недели ее каждый день подкармливала сердобольная соседка, Света именно в этот момент не вспомнила.