Запятые

26 октября 2014 года.        Мой телефон вибрирует почти час, с момента, как я сообщила матери, что мой прилет в Лос-Анджелес переносится на неизвестную мне дату. Сказать, что мама расстроилась - ничего не сказать. Я была лишь благодарна тому, что не услышала ее слез и вовремя положила трубку. Последние два месяца пролетели с бешеной скоростью. Я не успела заметить, что мой 19-й день рождения уже на носу, первый семестр в этом учебном году уже заканчивается, а я до сих пор не подготовилась к конференции в Манчестере, которая может принести мне повышение на работе. А еще, я даже не заметила, как медленно начала перебираться в квартиру Зейна, оставляя по 2-3 вещи в его шкафах каждые выходные.        Я сижу в холле на полу, раскидав всю свою косметику по бежевому ковру, на котором уже осталось пятно от разбитых теней, и пытаюсь докричаться до Зейна, который что-то посвистывает себе под нос на кухне. - Ты мне нужен! - я кричу еще громче, когда понимаю, что он скорее всего в наушниках. - Зейн! - Может быть, я уже куплю туалетный столик в спальню? - парень изгибает вопросительно бровь. Зейн стоит, облокотившись о дверной косяк, скрестив руки на груди. На его лице играет теплая улыбка, он по пояс оголен, а в левой руке у него венчик. Он выглядит чертовски сексуально, и я непроизвольно закусываю губу, вспоминая, что час назад он прервал свою готовку, занимаясь со мной сексом на столешнице у плиты. - Почему Ричард устраивает вечеринку в воскресенье? - я трясу головой, прежде чем сказать это. Нужно было сделать усилие над собой, чтобы перестать раздевать парня взглядом. - Потому что он - наш шеф, - парень ухмыляется, усаживаясь передо мной по-турецки. Зейн заправляет выбившийся из пучка локон мне за ухо, и от его прикосновений я улыбаюсь, заливаясь румянцем. - Тебе снова лень собираться? - он чмокает меня в нос. - Я могу пойти в твоей рубашке? - мой голос едва слышен. Мне хочется бросить эту затею с вечеринкой в доме шефа, и броситься в объятия Зейна, от которого пахнет специями. - Что ты там готовишь? - Давай уже, докрашивай свою мордашку, а завтра я куплю тебе туалетный столик, - он указывает взглядом на пятно на ковре, от чего я чуть подаюсь назад. - Мисс Хамильтон! - парень театрально цокает, а мое сердце замирает, услышав, как он назвал меня. Когда Зейн вновь принимается за готовку, я понимаю, что мне все еще причиняют боль воспоминания о Холланде, которого я не видела и не слышала еще с августа. Я несколько раз приходила в его дом, но дальше, чем вставить ключ в скважину, я не двигалась. Я не могла пересилить себя, и каждый раз, когда касалась дверной ручки, предательский вкус страха во рту заставлял меня буквально убегать оттуда. Да, мне катастрофически его не хватает. Не хватало...Я начинаю привыкать к тому, что его нет. И начинаю приучать себя к мысли, что мне пора ставить точку в бесконечном потоке запятых. После опасной грани с появлением Моники, во мне впервые зажегся страх потерять Зейна. Боже, я звучу так мерзко. - Детка, - Зейн касается губами моей макушки, от чего я вскрикиваю. - Прости, я задумалась, - я бросаю помаду в косметичку и, наконец, поднимаюсь с ворсистого ковра. - Выбери, пожалуйста, платье, в котором пойдешь. Мне нужно определиться с костюмом, - парень провожает меня на кухню, касаясь ладонью моей талии. - Я пойду в красном, - чувствую, как дрожит мой голос, поэтому быстро прочищаю горло и запихиваю в рот большой кусок пиццы, только что приготовленной Зейном, чтобы выиграть себе время. Мне нужно прекратить думать о человеке, который разрушает меня, сейчас же!        Ричард, со своими прекрасными волосами, как из рекламы шампуня для мужчин, выглядит ослепительно в новом костюме от Булгари. Я подмечаю это, делая очередной глоток дорогущего шампанского, вызывая улыбку на его лице. - Скажи честно, это твой сексуальный араб тебя так одевает? - мужчина щипает меня за руку, и я одариваю его цоканьем. - Прекрати, вне работы я - гей, который сожалеет, что твой парень - натурал, - он улыбается, и я не могу сдержаться от громкого хохота, убирая подальше от себя бокал с шампанским. Платье на мне слишком дорогое. - Когда ты поднимешь мне зарплату, обещаю, я приду в офис в тех самых туфлях от Джимми Чу, - я пихаю Ричарда в бок. Вечеринка в честь сотрудничества с новыми брендами, проходит так прекрасно, что мне становится до боли неспокойно на душе. Я уже привыкла к пафосному лоску, дорогим напиткам и нарядам, ослепительным бриллиантам и винирам, и, даже, к присутствию звезд. Но сейчас я снова чувствую дискомфорт. Будто внутри меня зарождается волнение, как во время первой шумной вечеринки в Лондоне, когда я впервые надела дорогое платье и вкусила апероль шпритц. Я хожу из зала в зал, чтобы найти свое место, или, хотя бы Зейна, который уже устроился на террасе с Ричардом. Я сокращаю расстояние между нами, зацепив с подноса официанта очередной бокал шампанского. Прекрасные мужчины в дорогих костюмах о чем-то громко разговаривают. На Зейне классический черный костюм и лаковые туфли, его волосы уложены, а из под воротника виднеются края татуировок. Ричард, директор HR отдела Скотт в сером костюме, наверное от Диор, Лила из маркетингового отдела, несколько подчиненных Зейна в белых рубашках, и мужчина в нетипичном темно-фиолетовом костюме: его волосы слегла растрепаны, на ногах черные туфли, на левой руке часы из белого золота, а в левой руке сигарета. Он о чем-то говорит с Ричардом, перекидываясь фразами с остальными. И, чем ближе я подхожу к террасе, тем ярче ощущаю запах...цитруса. - Детка, - Зейн зовет меня, застывшую в двух шагах от этой компании. Я стою и не могу пошевелиться. Мои ноги, словно налились свинцом, а сердце сжалось до размера грецкого ореха. Легкий холодок пробегает по спине, и воздух со свистом покидает легкие. Том, мать его, Холланд, медленно поворачивается ко мне лицом, прищурив свои карамельные глаза. Он выдыхает дым из легких, бросает сигарету в пустой бокал из под виски, и едва сдерживает улыбку, за которой скрыт оскал. - Ты в порядке? - Зейн касается губами моей щеки, и я наконец прихожу в себя. - Да, немного перебрала с шампанским, - я выдавливаю из себя улыбку и делаю шаг на встречу Холланду. - О, Роксана, - Ричард приобнимает меня за плечи. - Познакомься, - он указывает глазами на Тома, который сдержанно смотрит на меня исподлобья, пряча улыбку за очередным стаканом виски. - Это Том Холланд, наш новый партнер. Я отрываю свой взгляд от карамельноглазого,который, к слову, выглядит в сотню раз лучше, с момента августовской встречи. Его кожа снова загорела, он стильно одет, от него прекрасно пахнет, его губы лишь едва искусаны, а вокруг глаз больше нет алых припухлостей. Он снова - Холланд. И его глаза - они снова карамельные, с небольшим отголоском боли... - Рик, я еще и твой племянник, - смеется Том, от чего я давлюсь только что отпитым шампанским. - Приятно познакомиться, я о тебе наслышан, - он протягивает мне руку и с силой сжимает мою ладонь. Том, мать его Холланд, племянник моего шефа. Этот чертов кретин все это время участвовал в моей жизни, не обмолвившись и словом! Что за игры?! Я чувствую, как кровь закипает в моих жилах, от чего чуть подаюсь назад, выдергивая руку из его мертвой хватки. Улыбка на моем лице, что отражала страх и потерянность, сменяется оскалом и вызовом этому идиоту. - Том некоторое время будет задействован в твоем проекте по Манчестеру, - Ричард говорит непринужденно, он явно ничего не знает о нас. - Рик, ты скоро загонишь мою малышку, - Зейн смеется, и я только сейчас осознаю, что мы с Томом далеко не одни в этом доме. - Предлагаю обсудить это в общем зале, я замерзаю, - шеф похлопывает Зейна по плечу и двигается в сторону прохода, Зейн направляется за ним, проговорив мне то, что мне стоит подружиться с новым партнером, от которого зависит мое повышение. - Детка, ты идешь? - парень протягивает мне руку, встав в проходе. - Да, только покурю, - я улыбаюсь ему, помахав сигаретой перед лицом. Том отходит от меня на шаг назад, молча наблюдает за тем, как я затягиваюсь, а потом снова сокращает расстояние. - Как же ты прекрасно обматерила меня в своей голове, дорогая мисс Хамильтон, - он шепчет, едва касаясь губами моего уха. - И, стоит напомнить твоему красавчику, что ты - моя малышка, - он с силой сжимает мою талию, а затем резко отпускает, удаляясь с террасы.