Собственник

      Моя жизнь — скучная рутина, состоящая из постоянной учебы под строгим взглядом моего отца. Хуже не придумаешь. Именно поэтому летние каникулы были для меня самым желанным событием в каждом учебном году. Сколько я себя помню, я отсчитывала дни до предстоящих сладостных дней, во время которых все, наконец, забудут о моём существовании. Но длятся они недолго. А потом всё снова. Страх, боль и ежедневная игра на выживание. Из домашней беззаботной жизни тебя возвращают прямиком в это адское пекло, да ещё и в такой класс, где тебя, мягко говоря, недолюбливают.

       Уж я-то точно знаю о чём говорю.

      На улице уже третий день подряд было пасмурно, что ещё больше омрачало и без того тоскливую атмосферу. С предвкушением очередного испытания, я прожигала напряжённым взглядом картину за окном. Мама везла меня на ужасную пытку под названием «подготовительный день». Уже завтра мы официально выйдем на учёбу, а сегодня будет последний выдох перед стартом. И нам снова, уже, кажется, в миллионный раз сообщат одну и ту же информацию, что говорили перед каждым новым учебным годом. Теперь я учусь в старшей школе. С ума сойти, я стала старшеклассницей. Приблизилась на шаг ближе к тому, чтобы вырваться из этой клетки и сбежать. Как мой брат.       Издевательства со стороны сверстников, пожалуй, было главной проблемой этого места. Многие девушки сторонились меня или же в открытую оскорбляли при любой возможности. Для этого всего-то потребовалось перейти дорогу какой-то суке. Мотивов не знаю, но это как-то связано с бизнесами наших отцов. В этом городе всем мало места.       Когда эта сука выбивала из меня всё дерьмо за школой, я не пошла жаловаться. Да и смысла в этом не было, все последствия были на лице. Развернулся большой скандал с участием моего отца, копов, учителей. Тогда же всё и закончилось. После инцидента остались лишь некоторые оскорбления, но это я ещё могла стерпеть. Это был мой самый худший год в школе. Надеюсь, очередной его не переплюнет.       — Не волнуйся так сильно, милая, — попыталась ободрить меня мама, искренни улыбаясь мне.       Я выдавила из себя ответную улыбку и вновь потупила взгляд в окно.       Правильнее было бы сбежать в другую школу, а лучше сразу в другой штат. Но разве я могла? Всё было отвратительно сложно.       — Мам, я не волнуюсь, это просто…ещё один год, — попыталась уверенно сказать я.       Мне хотелось казаться убедительной, но голос выдавал мое настоящее отношение ко всему этому. Было мерзко, неприятно и невероятно страшно.       Мама не ответила мне, хотя по одному лицу было видно, что она не поверила в мои слова. Я бы тоже не поверила. Ненадолго она переложила одну руку мне на колено, вероятно, чтобы поддержать. Но мама и понятия не имела, во что я сейчас ввязывалась. Что ждало меня за дверью этой школы? Сколько яда будет вылито на меня сегодня?       Когда она остановила машину на стоянке и посмотрела на меня своими большими взволнованными голубыми глазами. Мама пыталась понять, готова ли я выйти из машины, да и вообще ко всему тому, что меня там ждёт. Я три месяца жила без оскорблений, уже успела достаточно от всего отвыкнуть. Но я должна улыбаться, потому что мама очень сильно переживает. Ради неё и её спокойствия, пожалуй, я могу натянуть улыбку на лицо и убедить её в том, что все хорошо. Хотя, честно говоря, хотелось прирости к сидению чертовой машины.       — Все хорошо, я пойду, — просияла я, пытаясь как можно убедительнее при этом улыбаться.       Но по её глазам я поняла, что она не поверила. Она ведь знала меня лучше кого-либо. Она помнит, как я плакала по ночам из-за школы, как не могла терпеть эти издёвки.       Неожиданно перед моим уходом, мама без слов осторожно притянула меня к себе за руку и крепко обняла, кажется, мысленно тысячу раз ругая себя за то, что она так и не уговорила меня уйти в другую школу.       — Удачи, детка. Заберу тебя после трёх!       Когда я приблизилась к стенду с расписанием, я почувствовала на себе несколько презрительных взглядов. Глядя на эти таблицы с уроками на ближайшие дни, я, кажется, смотрела сквозь буквы, даже не вникая в их суть. Потому что слышала за спиной эти грязные слова, которые лились в мой адрес.       — Привет, тварь, — послышался ядовитый голос сзади, и я нехотя обернулась на него. — Что, братец так и не вернулся, да? Ваша ебанутая семейка такая смешная. Бедный папочка Хейл, наверное, не годует. Сын сбежал, а дочь — редкостное убожество.       Это была Роуз. Та самая сука.       Я ничего не ответила ей. Не смогла или не захотела — точно не знаю. Чувствуя полное бессилие и привкус беспомощности, я бросила в её сторону взгляд поверженного. С ней не было смысла спорить или язвить, она всё равно выйдет победителем. Это я успела проверить на опыте.       Но бить в больные места она умела. Брат — пожалуй, самое личное, сокровенное и болезненное место из всех. И она попала туда в десяточку.       — Закрыла рот, Роуз, — раздался голос за спиной девушки.       Услышав его, я почувствовала, как с моих плеч падает тяжёлый груз. Клэр.       Наверное, я могла бы сойти с ума от такой жизни, если бы в один момент не нашлась единственная родственная душа в этом месте. Моя подруга Клэр была той самой девушкой, с которой хотели дружить все. Она участная, активная, очень красивая. Чертовски красивая. Она всегда поддерживала меня и защищала, а я плелась за ней как тень и не могла поверить своему счастью. Я не верила в существование ангелов, но она заставила меня в этом усомниться. Она и была той самой причиной, по которой я оставалась в этой школе. Без неё мне конец.       Роуз недовольно оскалилась, но ничего не ответила, ведь не могла ничего предъявить Клэр, а значит нужно было освобождать территорию. Расправив плечи и взмахнув волосами, она гордо удалилась прочь. Почувствовав облегчение, я счастливо улыбнулась подруге, заключая её в крепкие объятия.       — Ни на секунду оставить нельзя, — по-доброму посмеялась она. — Я так соскучилась по тебе, дорогая. Как ты? Не обращай внимания на эту суку.       — Лето было ужасно скучным без тебя, — прошептала я, освобождая её из своих рук. — А на Роуз плевать. Я привыкла.       — Не надо привыкать к такому, — хмурится подруга.       Выглядела она, как всегда, просто превосходно. Её кудрявые тёмные волосы слегка отросли за лето и теперь они были ниже груди. Зелёные глаза с задоринкой, лицо, усыпанное веснушками. Да, она осталась прежней.       — Хейл, я бы прямо сейчас рассказала тебе о своём летнем романе, но нам нужно идти актовый зал. Говорят, у нас четверо новичков, а я, как староста этого занудного класса, должна встретить их там до начала мероприятия.       Я понимающе кивнула и мы отправились в нужное место. Не любила подобные дни перед учёбой, наша школа каждый год проводила за день до занятий такие мероприятия, говоря одни и те же вещи.       — Ты, наверное, не слышала, но среди новеньких долбанный Калеб Кристиан Уокер, — пищит Клэр, вдохновленно сжав планшет в руках. — Не знаю, какого хрена его отец сюда перевёл, но это правда. Я видела его имя в списках.       — Насрать, своих проблем хватает — выдохнула я.       Но после, обдумав фамилию, я вновь посмотрела на подругу. Я слышала о нем от матери — она фанатка шоу и интервью со звёздами.       — Стой. Это тот…       — Ага, так тебе всё же интересно! — тыкает она в меня пальцем и довольно улыбается. — Это тот, милая, что скупил половину Хитерфилда.       Я усмехнулась. Ну тогда всё встает на места. У моего отца были проблемы с бизнесом этим летом, потому что участок под застройку в последний момент продали Уокер Клабс, а не компании нашей семьи. Отстой был. Столько ругани давно не слышала.       — Все придут поглазеть, я уверена. Хотя мордашка у него и симпатичная, но, как я слышала, характер оставляет желать лучшего.       — Если его отец такой богатый, зачем засунул его в Шеффилд? — непонимающе спросила я. — Он что, в наказание его сюда отправил?       Клэр смеется, но согласно кивает.       — Уверена, других причин нет. Здесь дерьмово по сравнению с той школой, в которой он учился. Ладно, похер. Пошли к остальным, там и посмотрим на него.       Клэр по-хозяйски провела меня к нашему классу через всю толпу, собравшейся со всей школы. Я пока что не заметила на себе ни одного ненавистного взгляда, пока шла через толпу, но едва я приблизилась к своему классу, я сразу почувствовала негатив. Чего стоили их усмешки.       В кучке моего класса я и правда увидела новеньких, но их было всего трое, а не четверо. Это было двое парней и одна девушка. Кажется, они уже нашли общий язык с коллективом, а значит, мне уже с ними не по пути. Если они, конечно же, были такими, как и все остальные, то уже успели наслушаться про меня старых сплетен. Но я ещё почему-то надеялась на хорошие взаимоотношения.       — Так-так, — держа в руках список учеников, Клэр с интересом прошлась по именам, отмечая всех присутствующих.       — У нас четверо новых учеников…это, — смотря в список говорила она. — Сара, Девис и Кейн…       Новички согласно кивнули ей в ответ.       — Постойте, здесь кажется не все… По списку не хватает Калеба Уокера. Калеб Кристиан Уокер! Эй, его видел кто-нибудь?       — Прошу прощения, я заблудился, — раздался голос справа. Из толпы другого класса показался парень лет семнадцати.       Все вокруг резко начали перешёптываться. Ну конечно, кто здесь мог не знать эту фамилию? В школе, в которой учились зачастую лишь дети богачей, никто не мог проигнорировать фамилию Уокер. Его отец был очень влиятелен, ведь он владелец огромного количества недвижимости в Хитерфилде, а также основатель Uokers Club — одной из самых влиятельных частных компаний на Восточном побережье, специализирующейся на строительстве и управлении сетью элитных гольф-клубов премиум класса. Важная шишка.       Услышав новый голос, я обернулась в его сторону. Кисло усмехнувшись, я отметила для себя, что в нашем классе появился очередной баскетболист. Это было очевидно. Крепкое телосложение, высокий рост. Да ещё и такая фамилия. Тренер команды будет доволен. Вот только я видимо не была в восторге от этого. Баскетболисты нашей школы — заносчивая самовлюблённая элита, вознесшая себя до небес. Не хотелось, чтобы у них был повод вертеться вокруг нашего класса.       Он стоял поодаль, скрестив руки на груди и явно не выглядел дружелюбным. Сбитые костяшки пальцев, разбитая губа, но при этом очень опрятный вид. Руки в карманах, плечи напряжены, взгляд — тяжелый и равнодушный одновременно. Он смотрел на толпу новеньких, но не видел их. Или не хотел видеть.       Вокруг него не было ожиотажа, никто не подходил, ибо пытались надышаться одним воздухом с ним. Конечно, он привлекал к себе много внимания. Очень.       Хорошо, наверное, когда фамилия отца открывает любые двери. Гарантирует тебе друзей, место в баскетбольной команде, лавы и внимание девушек. Херово, когда наоборот. Как у меня.       Неожиданно для меня, наши взгляды встретились. На мгновение, не больше. Он лишь случайно заметил, что я пялюсь.       В его тёмных глазах нет абсолютно ничего — ни интереса, ни желания здесь находиться. Как же ему на всё это похер. Не могу его за этой судить.       Отвожу взгляд обратно на Клэр и пытаюсь слиться с толпой. Как всегда.       Клэр посмотрела на появившегося парня и довольно улыбнулась, отмечая в списке недостающего ученика. Он расположился на сиденье неподалёку от меня.       — И так, теперь все в сборе. Поздравляю с началом нового учебного года, желаю всем удачи. Надеюсь, новенькие найдут со всеми общий язык. Мероприятие начнется с минуты на минуту.       Калеб лишь достал телефон из кармана и уткнул своё внимание во что-то более значимое. Судя по всему, эта школа ему была неинтересна. Не удивительно. Видимо, и правда отправили сюда в ссылку.       Клэр довольно приземлилась на сиденье рядом со мной.              — Не хотела говорить тебе, Хейл, но меня не будет ближайшие дни на учёбе. Уезжаю к конченной кузине, она заболела, а мать попросила посидеть с ней.       Я замерла на месте. Медленно поднявшись с её плеча, я посмотрела в её глаза. Не знаю, что она прочитала в моём взгляде, но она напряглась. Да что она могла там увидеть? Мне было чертовски страшно от услышанного. Клэр была моей подругой и только благодаря ней я как-то выживала в этом месте. Без неё станет не только скучно, но и опасно.       — Сколько? — спрашиваю я жестко.       — Дня три, не больше. Так просто вышло.       Я закрыла глаза. Что-ж, видимо все пройдёт не так уж и гладко, как я понадеялась. Но делать было нечего, Клэр всегда меня выручала, но не могла же я вечно полагаться на её защиту. Мне нужно защищаться самой. Открыв глаза, я попыталась улыбнуться.       — Я в порядке, надеюсь твоя поездка будет удачной. Позвони, как приедешь туда.       Клэр, кажется, немного выдохнула и обняла меня. Она переживала за меня в той же мере, что и мама. Мне жаль, что в их глазах я была слабым звеном, но по сути, это было правдой. Наверное, стоит где-то откопать и показать в этом году совсем другую Корнелию Хейл.       Я бегло посмотрела на директора, который стоял у сцены и перебирал бумажки в руках. Пора сваливать, пока это не затянулось. Мне этого дерьма за все года учебы хватило. Лучше посижу в другом месте.       — Внимание, начинается нудная херня, я сваливаю, — вздохнула я, закидывая сумку на плечо.       Клэр тихо посмеялась, провожая меня взглядом. Она знала, что мне плевать, уже давно. Лучше слиться с интерьером, чем чувствовать на себе заинтересованные взгляды сплетниц.       Я всегда выживала здесь так, как могла. Потому что дома ничуть не лучше.