Драбблы по far cry 5

Кто бы мог подумать, что я буду в одном бункере с Джейкобом. В первый же день он посадил меня в клетку под замок. Каждый новый день был похож на прошлый, и ничего не менялось. Джейк периодически заходил ко мне, принося еды, что очень удивляло меня, ведь, если я была тут явно лишней, почему он не даёт мне умереть от голода. Спустя год, он разрешил выходить из своей комнаты, к которой я привыкла, правда вместо стен были железные прутья. Я ходила по бункеру и изучала эдемщиков вблизи, когда те без оружия. Периодически и они меня изучали, зажимали, пугали. Спустя неделю, я приняла решение остаться в клетке и не выходить. Тут есть всё для жизнь: стол, стул, вместо кровати был матрас и старая подушка, уборная. - И что ты здесь делаешь? – спросил Сид, заходя в комнату. Я быстро спрятала медальон под майку, чтобы тот не увидел. Я сказала ему, что мне не нравится обещаться со стальными, ведь те обижали меня. Я услышала, как он тяжело вздохнул, и развернулась. Он сел за свой стол, перебирая бумаги. Я снова развернулась к нему спиной и облокотилась на стенку. Я снова достала свой золотой медальон подаренный братом. В ней было маленькое фото, где изображена я маленькая и моя семья всем составом: родители, старший брат и две младшие сестры. По моим щекам побежали слёзы, ведь я не могу быть рядом с ними и не знаю, живы они или мертвы. Около меня присел Джейкоб и посмотрел на медальон. Заметив его, я вздрогнула и быстро начала убирать медальон, но он схватил меня за руку и снял с меня медальон. Я начала бить его, пытаясь забрать свою вещь, но тот закрыл клетку и вышел из комнаты. Я начала стараться выбить дверь, кричать, но это не помогло. Я сползла по стене вниз и, схватившись за волосы, начала громко плакать и просить вернуть единственную для меня дорогую вещь. Этот медальон единственная вещь, из-за которой я держалась, не сходила с ума. Спустя час я перешла на тихие всхлипы, и мольбы. Я слышала, как кто-то подходит ко мне. Я повернулась и увидела Джейкоба с суровым выражением лица. В руках он держал какую-то фотографию и мой медальон. Я сразу попыталась вырвать медальон из его цепких рук, но тот не торопился отдавать. Я знаю это выражение лица: ему отвратно моё поведение, то, что я показываю свою слабость к данной безделушке. Он сказал заткнуться и сесть смирно. Я выполнила его команду. - Так легко тобой манипулировать, щенок, - сказал он с усмешкой и протянул фотографию, из-за которой мои глаза расширились. Эта та же самая фотография, которая была у меня в медальоне, но только больше. Я разглядывала каждый лик своей семьи, проводя пальцем. Я посмотрела на Сида, который подошёл к моей двери и открыл её. Я спросила, зачем он сделал эту фотографию. Он сказал, что меня это не касается и, чтобы я больше общалась с остальными. Я ещё раз посмотрела на фотографию и, положив её под подушку, вышла из клетки. Солдаты больше не дразнили меня и не запугивали. Я всё охотней начала общаться с ними и те тоже начали идти на контакт. Я всё больше стала замечать, что Джейк улыбается, периодически проходя мимо наших небольших компаний, где мы обсуждали интересные для нас темы: рыбалка, отдых, охота. Я начала потихоньку перебираться ко всем в комнату, что не могло не радовать меня. В один из дней я решила показать свой талант и взяла гитару. Меня окружили солдаты и простой люд. - «Ты - гордый орел, с огромными крылами. Я бегу по небу за тобой, за облаками. Твоя верность я - лебединая; Я совсем не боюсь, я просто люблю тебя», - начала петь я. Все замолчали, и я заметила Джейкоба в дверном проёме облокотившегося на него. Я видела, как все ждали продолжения песни и когда я снова начала играть на гитаре, все немного наклонились ко мне. Я начала тихо мычать. - «Ничего не надо, даже быть со мною рядом. Только никогда не ври, говори правду! Ведь твоя верность я – лебединая; Я совсем не боюсь, я просто люблю тебя», - продолжила петь я. Все улыбались и периодически подпевали. Когда я закончила петь, комната разрывалась от аплодисментов. Я сильно покраснела и решила быстро уйти, пока меня не попросили спеть ещё одну песню. Это моя любимая песня, которую я напевала с братом и с сёстрами, сидя в домике на дереве и рисуя к этому иллюстрации. Я зашла в свою комнату и вытащила из под подушки фотографию. Я улыбнулась. - Красиво поёшь, - сказал знакомый голос. Не оборачиваясь, я поблагодарила его за комплимент, убирая фотографию обратно под подушку. Я посмотрела на него и удивилась. Он держал гитару в руках и настраивал её. Он спросил почему я выбрала именно эту песню. Я сказала, что это моя любимая песня. Он начал наигрывать знакомую мелодию, из-за чего я испугалась. Я начала отодвигаться от него, понимая, что сейчас я начну снова убивать всех. Джейкоб тихо начал напевать песню, и я заметила сама для себя, что у него очень красивый голос, я имею в виду, его немного грубый голос идеально подходит под эту песню. Я улыбнулась, понимая, что никому ничего не грозит, и начала подпевать. Он сел не далеко от меня и тихо прекращал петь, пока я продолжала петь с той же громкостью. Джейк закончил играть, смотря на меня. Я ещё раз спросила его, почему тот сделал ту фотографию. - Ты мне напоминаешь Джона, когда тот был маленьким, - сказал он, усмехнувшись, смотря на гитару. Я потянулась к нему, чтобы поцеловать в его щёку в знак благодарности. Он снова посмотрел на меня, и я поцеловала его в губы. Быстро отстранившись, я поспешила на выход, но Сид схватил меня за руку, притянув к себе. Он обнял меня, положив свою голову мне на голову. Я упиралась носом ему в ключицу и чувствовала запах его тела-мускус. Он наклонился, чтобы поцеловать меня в лоб. - Прости меня Джейкоб, за то, что уничтожала твои аванпосты, - сказала я, но тот шикнул, сказав, что это уже не важно. Я немного постояла и обняла, сказав, что я его люблю, не смотря на разницу между нами (её рост 155 и ей стукнуло только недавно 20 лет, пока рост Джейкоба 189см, а возраст 48 лет). Он усмехнулся, назвав меня малявкой, за что получил по коленке с ноги. Мы разразились смехом.