Ты должен жить!

Я с дороги в дом, ты туда же, всё в привычных цветах. Ты опять оторвёшь, не выдержав — «Я люблю!» Еще одной темной ночью, каждый твой вдох. И каждый твой выдох, кричит об одном. Еще одним холодным утром — руки без слов, Кричат об одном — это любовь.

6 неделя беременности и 6 дней, беременность протекает нормально. Каким-то волшебным образом Ванда поняла мое настроение именно сейчас. Она объявила «разгрузочный день», отправив всех мальчиков базы по огромнейшему списку продуктов и вещей, необходимых для жизнедеятельности. Старк долго препирался, что Пятница может сделать это все и именно сейчас им не надо никуда идти. Ванда обусловливалась тем, дословно: «Пробздеться пора, пошли вон» и спровадила их из базы. Прежде я сидел в своей комнате и слушал то, как на повышенных Тонах Тони высказывает все то, что думает о Пеппер после просмотра видео с камер Пятницы, а еще наорал на Кэпа, что лезет куда не надо, и если Баки Барнс ему не дает, то это не повод лезть в личные отношения, а затем, послав их на три веселые буквы, хотел пойти ко мне. И я бы его принял, если бы не Ванда, опередив с длиннейшим списком. Мол, дамам нужно развлечься. Старк сказал, что без меня никуда не пойдет, а Ванда послала его на… За продуктами, конечно. И вот, когда база полностью пуста и остались только Наташа, Ванда и я, началось веселье. Всегда дамы были при параде: с макияжем, с прическами, а сейчас я впервые видел их без косметики, с небрежными пучками на голове и в смешных кигуруми. Наташа была тигром, Ванда фиолетовым… Драконом? А мне выдали синего Стича. Ну просто зашибись! Затем дамы устроили себе релакс, полный спа-салон, и Ванда специально попросила массаж для меня и моей вечно болящей и затекающей спины. Я давно так не кайфовал. А потом понеслись ванны, маски, даже мне умудрились надеть золотые патчи и собрать волосы в маленький хвостик, и две эти женщины понаделали кучу фотографий с моим недовольным лицом и смешными рожицами, сделав кучу копий, отдав каждому в память о дне без мужиков, не считая меня. Но Ванда сказала, что я — их подружка и исключение. Весь день прошел в отдыхе и я, повторюсь, никогда так не кайфовал. Все-таки это был отличный день, хотя и считал это утро испорченным. Когда я поделился этим с девушками, вот что услышал: — Пеппер меня всегда бесила, — весьма лестно отзывалась Романофф, — она завидует, Питер. Старк не давал ей свои футболки, не смотрел с такой нежностью. — К тому же, он любит тебя, — добавила Максимофф. И больше мы не возвращались к этому. Ванда запретила любую связь с мужчинами, лишь иногда переговариваясь с Вижном, кидая ему недовольную фотку моей мордашки в кигуруми и с хвостиком. Вижн написал, что Старку очень понравилось, и он попросил оставаться таким же до его прихода. Сам Вижн же писал, что идея с прогулкой очень хороша, ведь сами Мстители скупили почти весь продуктовый и посетили Макдак, а еще сходили в Диснейленд. Видели бы вы те фото, которые отправлял он Ванде. Лица на американских горках, в которых читается испуг и явное нежелание еще кататься. Мы долго смеялись над этим. В общем, день прошел лучше некуда. Так хорошо я не чувствовал себя давно. Я ни разу не думал ни о Пеппер, ни о Тони. Потом, под вечер, часов в 5, (к слову, мальчиков еще не было) Наташа откупорила бутылку вина и разлила ее по стаканам. Она уселась на диван с Вандой и просто развлекалась под музыку. Я стоял и потягивал свой сок, смотря на эту счастливую картину. О чем они только не болтали!.. Успели обсудить и хахалей, и еду, и парфюм, и фильмы… К слову, это все закончилось одной нелепой фразой: — Опаньки! Мужчины, наши девушки веселятся и без нас, — кто же, если не Старк стоящий с пакетами еды и букетом ромашек. — Дайте я сфотографирую, Тони Старк с пакетом продуктов и цветами! — рассмеялась Романофф. Следом за Старком вломился весь остальной коллектив, смеясь и развлекаясь. — Ну все, девочки, посиделкам хана, — Ванда закатила глаза. — Между прочим, мы тут еды принесли, — Старк поставил пакеты возле барной стойки, где стоял я и потягивал свой сок в кигуруми с капюшоном и торчащими из него ушками. Старк подошел ко мне и чмокнул в щеку. Я улыбнулся. — Держи, — он вручил ромашки, — они напомнили мне тебя, — Старк улыбнулся. — Спасибо, — прошептал я, и прижался к нему. Было так тепло. — Ох, ох, стало слишком жарко! — кто это, если не Бартон, выдав свою реплику. Больше за этот вечер мы с Тони не могли нормально поговорить, потому что все разбирали пакеты, готовя праздничный ужин, а я любезно помогал. Как только Тони хотел подойти ко мне, Ванда рявкала на него как собака на кошку и ближе, чем на три метра не подпускала. Мы приготовили ужин, откупорили вино (и виски, конечно) и начали праздновать простую счастливую жизнь. Все пели и танцевали, отдыхали, потом рассматривали сделанные сегодня фотографии и все дико смеялись с фотки, где я сижу недовольный с намазюканной улыбочкой на животе, а рядом смеется Ванда. И все было по-домашнему. Тихо и спокойно.