Der Wolf

      Следующей ночью четвертого числа Сергей и Адлер обсудили некоторые бытовые вопросы, касающиеся комфорта подростка, ведь вряд ли ему удобно спать всю ночь в облике человека на кровати, предназначенной для волка. Также они поговорили о том, не скучно ли ему днём без развлечений, удобно ли ему есть из миски и тому подобное. Затем они обсудили снятие проклятья. Адлер попытался вспомнить ту песню, которую напевала его старая соседка. — Я помню этот обряд, что-то там было про огонь, шкуру, травы, кажется, — юноша пробовал восстановить сцену перед глазами, закрыв их. — Я точно помню, помню, я же читал его… — Сергей же безнадёжно на него смотрит, и через некоторое время Леманн произносит, что ничего не может вспомнить. Тогда в голову мужчины приходит идея. — Ты рассказывал мне, что она потом записывала рецепт, он у тебя ещё есть? — в его глазах загорелись искорки. — Если бы был, я бы сейчас так не мучился. Я эту несчастную бумажку потерял через несколько дней после изгнания, — Адлер вздыхает и переводит взгляд на шкуру, висящую на спинке стула. — Ладно, ничего страшного, я думаю, что ты сможешь вспомнить, — дрессировщик ободряюще похлопывает его по плечу, как прошлой ночью, и юноша чувствует, как по его телу проходит тепло, а уголки губ слегка приподнимаются. У них обязательно все получится. — Мы сможем, ты же ведь мне веришь? Он получил одобрительный кивок в ответ на свои слова

***

На следующий день дрессировщик проснулся уставшим. Он встал и сонно побрёл умываться, а когда вернулся, заметил, что оборотень всё ещё спит. Решив его пока не будить, Октябрьский переоделся и причесался, а потом снова взглянул на волка, спавшего на его кровати. На его губах появилась улыбка от мысли о том, что как же прекрасно, что он всё-таки застал его тогда в коридоре. Адлер не глупый юноша и интересный собеседник, наверное, у них много общего, и из них в будущем получатся хорошие друзья. Конечно, Октябрьскому было всё-таки немного жаль, что он не приручил волка, но сейчас ему это показалось пустяком. Вдруг волк заворочался и открыл глаза. — Доброго утра, Адлер, — юноша помахал ему лапой, а потом, спустившись на пол, лениво последовал за дрессировщиком в столовую. Во время завтрака Сергей всё так же чувствовал небольшую сонливость, которая как правило являлась для него не таким частым гостем, ведь он всегда просыпался свежим и бодрым. Это была уже привычка. Но сегодня такого не случилось из-за того, что он уже третью ночь подряд разговаривает с Адлером и спит только три-четыре часа. Сергей глядит на своего нового друга и замечает то, что он чувствует себя таким же помятым, и становится даже немного жаль его, хотя в любом случае подросток сегодня подремлет пару часов, так что для него это не так страшно. Вернувшись обратно в купе Сергей предлагает идею о том, чтобы Адлер писал о себе ночью, объясняя это тем, что частый недосып вряд ли пойдёт ему на пользу, к тому же у него работа. Ади же в свою очередь соглашается. Вдруг слышится стук в дверь, Октябрьский её открывает и замечает на пороге Адриана, который сообщает ему о том, что сегодня они остановятся в городе для выступлений. Поблагодарив Бёрджесса за предупреждение, Октябрьский закрывает за ним дверь. К полудню, когда поезд останавливается у перрона, Сергей выходит с оборотнем на улицу и решает прогуляться. Они посещают город и заходят в магазины. Здесь волку очень понравилось, было тепло и спокойно, конечно, здесь не так сильно кипела жизнь как в Гранд-Сити, но и это место было ему по душе. У него был свой шарм. — Ладно, раз уж мы наконец-то в городе, то не хочешь чего-нибудь купить…? Я же ведь обещал, — предложил Сергей, и оборотень ненадолго задумался. Но внезапно его нос уловил еле различимый аромат выпечки. Октябрьский, шедший до этого за ним спокойным и неторопливым шагом, почувствовал резкое натяжение поводка и зашагал быстрее, заинтересовавшись, куда его ведёт Леманн. А запах с каждым пройденным метром становился всё насыщеннее, и юноша хотел как можно скорее оказаться в том месте и полностью почувствовать его. Оказавшись у небольшого входа в пекарню, Сергей поглядел внутрь через стёкла и улыбнувшись, зашёл вместе с волком. — Здравствуйте, — поприветствовал он молодую девушку, скучающую за кассой. Подняв взгляд на посетителя, она почувствовала, что её тоска куда-то быстро улетучилась и в её глазах зажёгся огонёк интереса к симпатичному мужчине. Она поприветствовала его в ответ и улыбнулась. — Вам что-то подсказать? — спросила девушка и вышла из-за стойки с кассой. Удивительно, но она так засмотрелась внешностью парня, что сначала даже и не обратила внимания на ручного волка. Однако как только она заметила зверя, девушка вскрикнула и отскочила подальше от хищника. Сергей в свою очередь сильно смутился и почувствовал вину перед ней, поэтому поспешил извиниться и объяснить, что Фридрих не кусается. Пару минут спустя она немного успокоилась и села обратно за кассу. Всё ещё чувствуя легкую тревогу, девушка следила за волком из своего «убежища», стараясь не делать лишних движений. Такое повышенное внимание волку мало когда нравилось, особенно слышать во время выступлений эти радостные крики детей и восторженные охи взрослых, чувствовать на себе взгляд сотен пар глаз. Фридрих каждый раз мечтал, чтобы это поскорее закончилось. Конечно, со временем он перестал так остро реагировать на то, что он становился центром внимания, и сейчас ему было довольно спокойно. Но этот пытливый взгляд его немного раздражал. Октябрьский же посмотрел на Адлера таким взглядом, мол, что бы он хотел здесь взять. Подросток вспомнил, для чего они здесь. Для начала он осмотрел все полочки и корзинки с выпечкой, рассмотрел каждый кусок пирога, каждый ломтик хлеба и каждый кекс, выбирая себе то, чего бы он хотел больше всего. Работница пекарни в свою очередь подмечала про себя не совсем естественное поведение волка и кидала вопросительные взгляды в сторону Сергея. Тот лишь чесал в затылке и отвечал, что его питомец очень любит выпечку. Девушке же оставалось лишь изумляться. Наконец Ади нашёл то, чего бы ему хотелось больше всего — пышные и горячие булочки. Заметив, что волк не уходит с места, Октябрьский подошёл к нему и указал на выпечку. Девушка аккуратно положила несколько булочек внутрь бумажного пакета. — Вы не местный? — поинтересовалась она и обеспокоенно глянула на волка. Конечно, она бы точно запомнила эту парочку, если бы встретила их на улице хотя бы раз. Не каждый же день она видит диких животных в городе. — Да, я работаю в цирке, — ответил Сергей и взял пакет из рук продавщицы, но не желал пока уходить, стоя около кассы. — Цирк? Ох, я так сильно любила их в детстве! Я к вам обязательно зайду, — девушка взяла из его рук деньги. — Меня зовут Анна, — уголки её губ поползли вверх. — Сергей, — он пожал её руку и некоторое время не отпускал её, так же улыбаясь и глядя в её глаза. Адлер, наблюдавший за этим представлением, начинал злиться на этих двоих. Мало того, что он как можно скорее хотел попробовать булочек, так Сергей их ещё и задерживает. Юноша неожиданно сам для себя громко фыркнул, и пара рассмеялась. Они попрощались, и Адлер с Сергеем вышли на улицу. Как только они оказались за пределами пекарни, Октябрьский недовольно его спросил, пока на улице почти никого не было: — Не понимаю в чём дело, обязательно нужно было себя так вести? — он покосился на него, и решил уточнить. — Зачем нужно было фыркать и смотреть на меня таким взглядом? — услышав эти слова, Адлер почувствовал стыд от того, что Сергей всё заметил. Остальную дорогу до поезда они шли молча, Леманн полностью погрузился головой в свои мысли и боялся, что этот случай может разрушить все их отношения, которые только недавно стали налаживаться. Конечно, со стороны это может показаться бредом, но порой люди так сильно беспокоятся за такие ситуации, что начинают себя накручивать и придумывать абсурдные вещи. Так себя вёл и Адлер время от времени. Ночью по предложению Сергея Адлер сел за стол, включил лампу, достал заранее подготовленные карандаш и бумагу, а затем стал думать о том, что ему написать. Спустя пять минут на ум не пришла никакая идея, спустя десять — тоже. Тогда он поменял позу и уместился на стуле более удобно, оглянул комнату и заметил, что на комоде до сих пор стоит пакет с выпечкой, купленной сегодня днём. Никто даже не притронулся к пакету. Юноша осторожно встал с места, подошёл к комоду и аккуратно выудил от туда булочку, сел обратно за стол и стал есть, продолжая думать над темой для сегодняшней записи. Вдруг к нему пришло озарение. Он, взяв карандаш в руку, стал писать, но в тот же момент всё перечеркнул и стал злиться, но на этот раз на самого себя. Дело не в том, что написать, а в том, как это всё изложить, и если честно, то даже примерный план первой записи не умещался в его голове. Подросток даже стал думать о том, что разучился писать. — Не пишется? — прервал его голос сзади, и Адлер немного вздрогнул, но тем не менее он был рад услышать голос дрессировщика, обращенного к нему, потому что весь день они не разговаривали, начиная с того случая в городе. Юноша повернулся к нему и кивнул. Октябрьский закусил губу и лег на спину, потом, смотря в потолок, предложил ему переписать в мельчайших деталях своё воспоминание о том, как его заколдовали и что именно пела старая ведьма. Эта идея понравилась юноше, и он сразу же начал писать, поблагодарив за помощь. На утро Сергей поблагодарил оборотня за труд и идею, ведь в будущем им эта запись могла очень сильно понадобиться. Адлер не до конца понимал, почему Октябрьский хвалил его за свое же предложение, но решил пропустить это мимо ушей, ссылаясь на то, что, скорее всего, сонный Сергей не смог запомнить то, о чем говорил. После завтрака Октябрьский вызвался вычесать Адлеру шерсть, потому что в последнее время её становилось слишком много и убрать столь назойливые волоски с мебели было сложно, что уж говорить об одежде Сергея или о членах цирка, которые гладили его, когда встречали в столовой или манеже. Дрессировщик расчесывал его осторожно и очень старательно, щётка оказалась очень мягкой и приятной, она ласково массажировала кожу, и оборотень довольно мурчал от удовольствия. Так было хорошо. До начала выступления Адлер встретил всё таких же неизменных своих подруг. Они дружелюбно его поприветствовали, и юноша решил поделиться секретом. — Вы, наверное, будете удивлены, но Сергей узнал о том, что я не волк. Как только он это сообщил, две подружки раскрыли пасти от шока. Первой от изумления отошла Гамма, которая и задала вопрос: — Как это произошло? — Пока я был в облике человека, я пару ночей подряд решил выходить в коридор поезда, это и сыграло такую злую шутку со мной, — произнёс Леманн. — Знаю, глупо получилось. — А ваши отношения после этого изменились? — Жужу наконец-то пришла в себя и с нетерпением ждала ответа на свой вопрос. — Сначала мы немного поссорились, но затем Сергей поговорил об этом со мной, и вроде как всё наладилось, мы даже разговариваем по ночам, — он улыбнулся, а потом тихо шепнул так, чтобы его никто не услышал. — Всё наладилось, если не брать во внимание сегодняшний инцидент… Услышав хорошие новости, Жужу запрыгала от счастья и весело затявкала, её радость также подхватила и Гамма. — Я так рада слышать об этом! Теперь у тебя намного больше шансов признаться ему в чувствах, и вы станете самой лучшей парой на свете! — Стой, стой, стой! Нет! Это просто исключено, такого никогда не случится! — отрезал засмущавшийся оборотень и мог бы поклясться, что если бы не шерсть, то все бы сейчас увидели его заалевшие щёки. Жужу перестала прыгать и покосилась на парня, Гамма тоже перестала улыбаться. — Я ему не понравлюсь. У меня слишком сложный характер, заурядная внешность, у нас большая разница в возрасте, а ещё мы оба мужского пола. Это безумие как ни крути, — поспешил объяснил он. — Но ты ведь хочешь этого? — спросила тихо Гамма, и Адлер уверено кивнул. — Так почему бы тебе не попробовать с ним поговорить, сблизиться с ним. Я уверена, что это поможет зажечь в нём чувства, — сказала она.  — Я не думаю, что всё так легко на самом деле… — он не успел договорить, как его прервала Жужу. — Дружище, у тебя очень много шансов! Вы живете в одном купе, Сергей считает тебя интересным, раз уж разговаривает с тобой ночью, а ещё он точно ни в кого не влюблен, а также ты не знаешь, как он относится к… Как ты говорил? — она немного запнулась, но, вспомнив слово, закончила. — Как он относится к гомосексуалистам. Есть шанс, что он не думает о них плохо. — Стой, а если он действительно в кого-то влюблен? — внезапно он вспомнил взгляд Сергея, когда он смотрел на девушку из пекарни, и почувствовал неприятное чувство в горле, — Сегодня в городе…— но он вновь не успел закончить, как его снова прервали. На этот раз он получил в свою сторону недовольный взгляд и фырканье. Жужу совершенно не понравилось, что друг пропустил все слова мимо ушей. — Ну почему ты делаешь фокус только на плохом? Если у него нет партнёра, то это уже хорошо! И если даже кто-то нравится — это не говорит о том, что у тебя нет шансов! — Адлер почувствовал себя неловко. Он никогда бы не подумал, что собаки могут разбираться в отношениях так хорошо да и тем более читать ему мотивирующие речи. Спустя несколько минут молчания и обдумывания информации, Гамма заговорила, глянув на Сергея, который спокойно общался с Чарльзом: — Слушай, Адлер, я думаю, что у тебя есть шансы, и вряд ли Серёжа плохо отзывается о гомосексуалистах. Он ведь спокойно разговаривает с Моим Милым и Ма Пассион, — она повернулась к нему. И Адлер, глянув на Смита с дрессировщиком, ощутил как на душе стало легче, и в нём загорелась надежда. — Да шансы у меня есть. Спасибо, Гамма, спасибо, Жужу, — он улыбнулся. — На вопросы об отношениях всегда обращайся к нам, у собак хорошо развит социальный интеллект, — сказала Гамма. — Социалистический что? — переспросила её возлюбленная.

***

Ночью Адлеру совсем неловко было писать о себе под прямым взглядом Сергея, он съежился на стуле и старался лишний раз не двигаться. Оборотень ещё не знал, как к нему относится Октябрьский после вчерашнего случая, поэтому и чувствовал себя некомфортно, ощущая стыд за свои действия перед ним. — Почему ты так напрягся? — спросил дрессировщик. Встав с постели и остановившись позади него, он опустил руки на его плечи и стал делать ему массаж. Сначала это ещё сильнее заставило парня ощутить себя неуютно, но потом он даже немного расслабился. Горячие и большие руки Сергея сейчас ласково мяли его плечи, гладили и сжимали. Это действительно успокаивало, и он прикрыл глаза, стараясь не думать о том, что он чувствует к нему.