Невиновный

      Новый день ничем не отличался от предыдущих, за исключением того, что в этот раз пришлось встать в шесть утра. Семья Локи переехала из одного небольшого городка в другой, не менее небольшой городок. Причиной переезда, как чаще всего бывает, являлась работа — отцу предложили должность получше, да и зарплата была больше. Не сказать, что Локи был не рад этому событию. Однако его напрягали мысли о том, что ему придётся учиться в новой школе и, по его мнению, самое сложное, найти новых друзей. В разном возрасте, в разных классах новичков воспринимают по-разному. В младших на ученика даже не обратят внимания, только если совсем немного. Возможно, кто-то даже будет думать, что он учится с ним уже давно. В средних классах нужно быть внимательнее и осторожнее, ведь именно в этот период жизни у подростков начинает появляться грань между: этот достоин моего внимания, а этот — нет. За каждым движением будут следить, любой поступок будут анализировать, и, может, через пару месяцев удастся стать частью какой-нибудь группки из класса. Ну, а если повезёт, и звание ботаника за новеньким не увяжется, то карманные деньги и обеды он сможет оставить при себе. В старшей же школе стоит полагаться на свою удачу. Может попасться дружелюбный класс, а может это будет чистилище, наполненное демонами в человеческом облике, или же все вместе.       Локи предстояло пойти в старшую школу. В своем прежнем учебном заведении он не пользовался популярностью, и особого внимания к нему не было. Был ли он закрыт в себе? Нет. Юноша никогда не был против общения или же новых друзей, но мало кто отвечал его стандартам, и не многие готовы были смириться с его характером упрямого барашка. Отстоять свою точку зрения, показать хулигану, где его место на самом деле, или же спорить весь урок с учителем — Локи это всё любил. Это было, так сказать, хобби. Он мог постоять за себя, не скрывал свой вредный характер и, не стесняясь, язвил каждому, кто ему не понравился. В общем-то, маленький комочек агрессии, к которому просто надо найти подход.       На самом деле, Локи мог встать гораздо позже, но ему хотелось выглядеть отменно в первый день учёбы. Внешний вид для него был самым главным, хоть он и не соответствовал его натуре. Говорят, что по одежде, внешности можно угадать привычки, образ жизни, поведения и характер человека. Если посмотреть на Лафейсона, то можно заметить всегда расчёсанные волнистые волосы, которые спускались до худых плеч, одежду, которая, кажется, вообще не мялась и сама по себе выглаживалась. Короче говоря, опрятный юноша производил впечатление хорошего человека. К сожалению, это распространялось лишь на него самого. Зайдя к нему в комнату, можно подумать, что там прошёлся ураган, иногда даже дважды. Если мать просила прибраться, то для Локи уборка выглядела так: запихнуть вещи в шкаф, мусор под кровать или в окно. Конечно, раз-два в месяц он избавлялся от пачек чипсов или банок газировки, и это если повезёт.       В комнате родителей прозвенел будильник, а Локи, с мокрой после душа головой, уже разбросал половину одежды в шкафу, пытаясь найти что-то нормальное. Мимо комнаты прошёл отец, который услышал шорох в комнате сына, и на свой страх и риск… решил туда не входить. Каждый в семье знал, что тревожить младшего в такой момент всё равно, что добровольно пойти на каторгу к сатане. После долгих поисков парень остановился на темно-синих джинсах и серой рубашке. Ему нравилось, когда на ногах были вещи в обтяг, а сверху одежда была слегка великовата, поэтому ткань джинс плотно облегала прямые ноги, а рубашка, если присмотреться, была широковата в боках.       — Ты же знаешь, что я не ем в школе, — за завтраком юноша заметил, как его мама упаковывала ему в рюкзак два бутерброда с ветчиной.       — У тебя первый день в школе, ты будешь больше волноваться, и от волнения у тебя разыграется аппетит, — женщина застегнула рюкзак и поставила его на стол. По выражению её голубых глаз было понятно — спорить бесполезно.       На улице были первые дни осени. Ещё теплый ветер разгонял небольшие кучки опавших кленовых листьев золотистого цвета, а на небе смешались голубые и серые краски, которые иногда разбавлялись солнечными лучами, выглядывающими из-за медленно плывущих облаков. Локи хотел пройтись до школы пешком, но отец остановил его ещё в коридоре и предложил подвезти, всё равно ему по пути, а сын и заблудиться может. От предложения юноша не отказался, в конце-концов, послушать музыку приятнее, когда сидишь в теплом, мягком кресле. Когда мотор автомобиля загудел, Локи надел наушники и откинулся на спинку кресла, начиная наблюдать за мелькающими за окном домами.

***

      Эта старшая школа ничем не отличалась от других. В ней учились совершенно обыкновенные люди: не потомки Эйнштейна, не папенькины сынки и дочки. Когда семья Лафейсонов переехала, Локи дали список школ на выбор, и он выбрал эту, потому что в ней можно было пойти в художественный кружок, а рисовать подросток любил. Класс мистера Брауна уже был оповещен о новом ученике, но никто из ныне учащихся не испытывал никакого энтузиазма по этому поводу. Пожалуй, этот класс соответствовал знакомой всем структуре: девятнадцать учеников разделились на свои группы и мало контактировали с «чужими». Спортсмены, элита, отличники и те, кто просто дружил, с кем мог. На территории школы остановился джип, через слегка затонированное окно Локи мог увидеть стоянку для велосипедов и байков, небольшую площадку, похожую на парк, перед главным входом и много подростков. И даже тот факт, что никому нет до него дела, не успокаивал юношу, самое надоедливое и нудное было впереди.       — Где, говоришь, мой класс? — Лафейсон засунул наушники в боковой карман рюкзака и взглянул на своего отца.       — Второй этаж, он почти рядом с лестницей, так что не пропустишь. Будь аккуратен, пожалуйста!       — Это пусть они будут аккуратными, — брюнет широко улыбнулся и вылез из машины, захлопнув за собой дверь.       Сердце в груди часто забилось, но после двух-трёх глубоких вздохов оно стало возвращаться в свой привычный ритм. Не спеша идя по широкой дороге, которая вела к дверям, парень старался не обращать внимания на окружающих, и, хвала небесам, никто даже не кинул на него взгляд. Уже в здании пришло облегчение, и он быстрым уверенным шагом пошёл в сторону ступенек. Отец был прав, класс мистера Брауна был вторым кабинетом после лестницы. Отворив дверь, Локи увидел мужчину, сидящего за учительским столом и что-то пишущего в журнале. Прямоугольные очки сидели на курносом носу, а в каштановых волосах виднелась седина. Учитель поднял голову и улыбнулся, узнав новенького в дверях.       — Локи, рад, что ты к нам пришёл. Нам не удалось пересечься ранее, — он встал из-за стола и подошёл к брюнету, протянув ему свою руку для пожатия. — Эндрю Браун, твой классный руководитель, а также учитель литературы.       — Приятно познакомиться, — парень быстро оглядел пустой класс и пожал чужую руку. — Люблю литературу… Простите, а где все? Я опоздал?       — Ох, нет, просто мои раздолбаи обычно зависают на школьном стадионе. С минуты на минуту они должны прийти, а ты пока присаживайся.       Локи кивнул и прошёл в глубь класса, сев на заднюю парту у окна, которое, кстати, и выходило на стадион. Там было ещё больше людей, чем на переднем дворе. Эндрю сказал, что ученики специально уходят туда, думают, никто не знает, что они курят. Лафейсон слабо улыбнулся и издал тихий смешок, он достал из портфеля тетрадь с ручкой и в ожидании своих новых одноклассников принялся рисовать. Время в такие моменты пролетает почти незаметно, юноша всегда погружался в процесс рисования с головой, и из своих фантазий, которые приобретали чернильный вид на бумаге, его вывел шум в классе. Подростки, шумно обговаривая своё, заходили в класс по несколько человек и даже не обратили внимания на лишнего, и Локи был этому чутка рад — не будет такого сильного наплыва расспросов по поводу кто он, откуда, почему, зачем…       — Опа, новенький, — звонкий бас ударил прямо возле уха, брюнет на мгновение прикрыл глаза и выдохнул, а затем с лёгкой улыбкой посмотрел на окликнувшего. Это был высокий — действительно высокий, даже если бы Локи встал, то был бы на голову, а то и полторы ниже его — блондин, на щеках которого была щетина и две ямочки, выделявшиеся от улыбки.       — Тор Одинсон, — он протянул широкую ладонь, на которую Лафейсон лишь мимолётно взглянул, и затем вновь вернул свой взгляд вверх, мол, что ты, окаянный, хочешь от меня — Для приличия мог бы и пожать, — фыркнул парень.       — Для приличия мог бы и спросить, хочу ли я познакомиться с тобой, — в тон ему ответил Лафейсон и задорно сверкнул зелёными глазами.       — Смотри, новенький, наш Тор не терпит отказов, — к ним подошёл парень с цветом волос как у Одинсона, но он был худощав и более низок, из-за чего смахивал на пленника, которого мучали голодом.       — А я не терплю самоуверенных идиотов, но так как «ваш Тор» умеет только размахивать кулаками…       — Это с чего такие выводы?! — возмутился Тор и вытянулся в лице.       — Ну… у тебя крепкое тело, слишком накачанное для парня твоего возраста… скорее всего, ты в школьной команде по регби или баскетболу, но для баскетбола ты слишком… большой, так что, скорее всего, регби. На твоих костяшках есть небольшие потёртости, а под глазом остатки синяка, значит дрался, и судя по тому, что ушиб всего один, то дрался не впервые. Спортсмены, которые только и делают, что размахивают кулаками, меня мало интересуют, и таких я называю неотесанными идиотами.       — Шерлок Холмс на минималках, — друг Одинсона расхохотался и похлопал того по плечу. — Ну, идиот неотесанный, что скажешь?       — А ты неплох, — тихо рассмеялся блондин и встрепал черные кудри новенького. Тот недовольно поморщился и шлепнул по чужой ладони.       — Не смей трогать то, что не принадлежит тебе, кретин!       — Да я и не трогаю ещё, лишь щупаю, — Тор ехидно подмигнул. — На чужое не лезу, в обоих смыслах, мне лишние проблемы не нужны. И будет тебе известно, — он кинул взгляд на подпись на тетради, — Локи Лафейсон. Этот фингал я получил, потому что один тупорылый извращенец пытался увести с собой девушку, которая явно не горела желанием лезть к нему в машину. Был рад пообщаться.       Зеленоглазый фыркнул и нахмурился, наблюдая, как одноклассник удаляется на соседний ряд. Взгляд скользнул по спине, которая прикрывалась белой футболкой, и ниже, замерев прямо на очертании ягодиц. Не секрет, что тело у спортсменов идеальное, и Локи вовсе не удивило то явление, что его заинтересовал чей-то зад. Скажем так, это бы не удивило даже его родителей. Скрывать свою ориентацию Лафейсон не хотел и не собирался этого делать, поэтому, как только он точно понял, что парни его интересуют больше, чем девушки, он сразу же рассказал об этом родителям. Негатива с их стороны не было никакого. Конечно, чтобы переварить информацию, им понадобилось дня два, но никто на младшего не давил. Его жизнь — его правила. Однако он и не кричал об этом на каждом углу и не особо хотел, чтобы об этом узнали в первый день учебы. Но судьба распорядилась иначе, и, кажется, мать Локи была с ней в сговоре, ибо бутерброды пригодились.       Перед четвёртым уроком Лафейсон рисовал улицы, которые увидел во время поездки в школу. Он чувствовал запах одеколона, который принадлежал Тору, и всеми силами старался закрепить свой взгляд на альбомном листке, но глаза-предатели всё же поднялись. Блондин стоял спиной, оживленно разговаривая с девушками за соседними партами. Суть разговора брюнет не уловил, ибо всё его внимание тут же нашло место на полюбившихся ягодицах. К сожалению, такое открытое наблюдение не скрылось от рядом сидящей брюнетки, которая громко присвистнула, обращая на себя внимание, и сообщила:       — Смотрите-ка, а зад Одинсона нарасхват.       Она кивнула в сторону Локи, который тут же отвёл взгляд и осмотрелся вокруг. Замечательно, теперь весь класс смотрел только на него. Гойл — крашенный в рыжий парень с серьгой и в носу, и в ухе — решил пустить, по его мнению, колкую шуточку:       — А я-то думаю, чего весь день гомосятиной везде пахнет.       — Ты к себе принюхайся, и всё станет на свои места, — тут же спокойно ответил брюнет, за что получил гневный взгляд.       — Значит, не такой уж я и противный, да, Лафейсон? — Тор уже стоял возле его парты. Снова возвышался над ним и заставлял чувствовать себя дискомфортно.       — Ну, с определенного ракурса очень даже ничего, — натянуто улыбнулся брюнет.       — В следующий раз я обязательно надену джинсы поуже, чтобы ты лицезрел мой зад со всех сторон.       Одинсон рассмеялся, а за смехом последовал звонок. Молодая учительница поспешила войти в класс и почти сразу же, тараторя текст как скороговорку, принялась рассказывать первую тему. С лица Лафейсона не слезала усмешка, и он, как ни посматривал на Тора, всегда ловил на себе его взгляды. «Противный недоумок», — думал про себя брюнет и не замечал, как на полях тетради ручка вырисовывает линию за линией, которые приобретают очертания лица нового знакомого.

***

      «Я приеду через десять минут, застрял в пробке»— гласил текст сообщения от отца. Локи недовольно вздохнул и потоптался на месте, на улице, после обеда, слегка похолодало, и стоять в одной рубашке было не очень круто. Его одноклассники разъехались уже по домам, по крайней мере, большая их часть. Но, к счастью или к сожалению, Одинсон только выходил из школы, так как помогал учителю убраться в классе. Заметив новенького, он стремительно к нему подошёл и легко положил свою ладонь тому на плечо, заставив вздрогнуть и даже вскрикнуть.       — Идиот, какого хрена так пугаешь?! — прорычал юноша и поправил лямку старого рюкзака.       — И тебе привет, — Виновато опустил взгляд спортсмен. — Долго ещё тут стоять будешь? Я тебя ещё из окна класса увидел.       — Отец приедет через десять минут… Подожду.       — В пробке застрял? — поинтересовался блондин и получил в ответ утвердительный кивок. — О, так это больше чем на десять минут, ты мне поверь. Пусть сразу домой едет, а я тебя подвезу, у меня мотоцикл.       — Ага, чтобы ты взял и увёз меня куда-нибудь в лес? Нет уж, спасибо.       — Локи, не ломайся. В конце-концов, чтобы пялиться на мой зад — нужно платить, поэтому идем.       Тор взял брюнета за кисть и потащил за собой, всячески игнорируя проклятия и указы, чтобы он отпустил свою ношу. Крепкая хватка и полное игнорирование слов дали понять, что от своей затеи Одинсон не отступится, поэтому Локи пришлось сдасться и принять свою участь. Впрочем, прокатиться на мотоцикле он давно хотел, так что, отбросив все негативные мысли, парень написал отцу, что его подвезёт одноклассник. Стоило ему положить телефон в карман, как в руки ему сунули шлем.       — А… а ты? — Локи поднял взгляд.       — В первую очередь здоровье пассажира, а я уж как-нибудь справлюсь, — улыбнулся в ответ Тор.       В первые минуты было неловко обнимать «шофера», чтобы не свалиться с мотоцикла, но потом брюнета охватило приятное чувство: он видел, как ловко они проезжают между машинами, как легко поворачивают на перекрёстках и как хорошо было ощущать ветер в волосах. Даже было жаль, что они так быстро приехали к дому Лафейсона.       — Полагаю, завтра ты будешь ко мне более добр, Локи?       — Мечтать не вредно, Одинсон. Не врежься по пути домой, — Локи подмигнул и быстро скрылся с крыльца, закрыв за собой входную дверь.       — Ой, а что это за симпатичный молодой человек тебя только что подвёз? — женщина тут же выскочила из кухни, поправляя свой фартук.       — Ма, не начинай! — возмущенно проговорил Локи и ступил на первую ступень лестницы, на пару секунд замерев, проговорил. — Его зовут Тор Одинсон, он мой одноклассник, — улыбнулся юноша и скрылся и на втором этаже дома.