Дьявольская удача

      Первое, что Кроули понял после знакомства с Холли, так это то, что ее родители явно ошиблись с именем. Ничего святого в этой девочке не было, кто бы там что не говорил про то, что дети — это просто ангелы без крыльев, воплощения чистоты и невинности и прочую чепуху. Холли была смышленым ребенком. Умственные способности она унаследовала от матери, а вот способ их применения — явно от любимой тети. Еще в четыре года девочка быстро смекнула, что тетю Деби можно раскрутить на те вещи, которые мама обычно запрещает, и никогда не брезговала подобными возможностями. Поэтому в этот раз ребенку также не составило труда смекнуть, что «рыжий нахал Кроули» (именно так его представила тетя, когда тот заявился в гости в четверг) заинтересован в приятном времяпровождении с Деби, желательно наедине, и что он готов щедро заплатить за содействие (например, за информацию касательно предпочтений или за перенос «спокойной ночи, тетя» на пару часов раньше). Стоит ли говорить, что Холли не побрезговала этим воспользоваться? Причем, прейскурант она составила такой, что Кроули проще было бы договориться с Виски, который, казалось, ненавидел демона всеми своими девятью жизнями.       Впрочем, у взаимодействия с этим мелким эксплуататором были и свои плюсы. Во-первых, ребенка можно было использовать в качестве помощника или шпиона, что во многом упрощало работу. Во-вторых, Дебра, видя, что Кроули неплохо ладит с ее племянницей, относилась к нему чуть-чуть, ну прям совсем чуть-чуть, но теплее. По крайней мере, его уже не встречали угрозами вышвырнуть в окно и утопить в пруду. А учитывая, что демон наведывался ежедневно со среды по воскресенье, это было большим прогрессом.       Пользуясь, что в воскресенье Кэндл никуда не планировала идти, в отличии от своей племянницы, которая за определенную плату с утра пораньше отправилась погулять с новой подругой, Кроули позвонил ей в дверь в одиннадцать утра, а не под вечер, как обычно. И совершенно не удивился, когда увидел, что хозяйка квартиры, очевидно, не планировала просыпаться в это время. — Мало того, что ты ко мне каждый день наведываешься, так ты теперь наведываешься с утра пораньше, — недовольно пробурчала Дебра, впуская мужчину в прихожую и закрывая за ним дверь. — Уже одиннадцать часов. День на дворе, — ответил демон, ставя туфли на верхнюю полку и направляясь на кухню с бумажным пакетом сладостей (согласно достоверному источнику, это лучший способ задобрить мстительное божество, сидящее внутри этой стервозной женщины). — Воскресенье на дворе. А это значит, что сейчас семь утра. — Всю жизнь так проспишь. — И сделаю это с огромным удовольствием, — шатенка широко зевнула и поставила на плиту турку с кофе. — Я не с пустыми руками, — улыбнулся демон, ставя на стол пакет. — Жертвоприношение, чтобы задобрить богов? — настроение Кэндл вмиг улучшилось, стоило ей заглянуть внутрь и обнаружить разнообразные сласти, которых всегда хочется, но за которыми так впадлу переться в магазин. — А их несколько? — Конечно. Мстительное божество, Не выспавшееся божество и, — женщина на секунду задумалась, — божество, которое планировало насладиться тишиной и покоем хотя бы до вечера. — Ты еще забыла божество, у которого кофе вскипает, — подметил рыжеволосый, кивая в сторону булькающей коричневой жижи, убегающей по плите. — Твою ж… ! — Дебра тут же выключила конфорку и обреченно посмотрела на турку, которую вот уже в который раз придется отмывать от налета. Женщина вздохнула. Снова придется пить перекипевший кофе. — Вот тебе и доброе утро. — Купи кофеварку и живи счастливо. — Ты знаешь, сколько стоит хорошая кофеварка? — М-м-м, дай-ка подумать, — демон задумчиво уставился в потолок. — Понятия не имею. Но вряд ли дороже пары твоих туфель. Ну, пары пар твоих туфель, возможно. С твоей зарплатой это не так уж и важно. — Спросила бы, откуда такие глубокие познания о моем финансовом положении, да только не уверена, что хочу знать ответ, — шатенка перелила кофе в чашку и заварила чай для Кроули. Жданный или нежданный, а гостей нужно принимать как положено. По сути, чем злее враг, тем лучше должен быть чайный сервиз. Потом можно будет проклинать этого нахала сколько душе угодно, но покуда он в гостях — поить и кормить его, как бабушка внуков. Того гляди, может и свалит пораньше, как чайку отведает. — В любом случае, на своей работе я долго не задержусь, так что никаких лишних затрат. — Твоему боссу светит тюрьма и вашу контору распускают? — предположил Кроули, принимая чашку с чаем. — Надеюсь на это. Но вообще, меня просто скоро уволят. — За что? — За мой скверный характер. — Поздновато спохватились, — хмыкнул рыжеволосый, отхлебнув чай. И тут же скривился. Похоже, Дебра и правда начала оттаивать к нему, ибо вбухать столько сахара, чтобы чай по консистенции напоминал сгущенное молоко, можно только от сильных чувств. — Что такое? — поинтересовалась Кэндл, пряча за чашкой усмешку. — Слишком горячий? — Просто не люблю зеленый чай, — ответил мужчина, ставя чашку подальше. — Итак, что там с увольнением? — Тебе объяснить, как происходит подобная процедура? Я-то думала, ты с ней знаком. Причем, гораздо ближе, чем я. — Хотелось бы, но нет. С моей работы трудно вылететь, даже по собственному желанию. — Ты что, всю жизнь на одном рабочем месте? — шатенка не смогла сдержать удивления в голосе. — Твой начальник что, святой, что способен выносить тебя на протяжении… сколько ты там работаешь? — Святой? — Кроули снова скорчил гримасу. Не столько от того, что это было сказано в сторону Вельзевул и Люцифера, сколько от самого слова. — Святым был мой первый босс, и к твоему сведению, святость не имеет ничего общего с терпением. Скорее, со скукой. — О, так ты вылетел со своей первой работы из-за того, что был слишком веселым? — Скорее из-за того, что задавал много вопросов. И не то, что бы вылетел. Просто плавно скатился по наклонной… прямо на свое следующее рабочее место. — И где же ты теперь работаешь? — В Аду. — О, да мы с тобой коллеги. Как, впрочем, и с доброй половиной населения, — Дебра пропустила смешок, отхлебнув еще глоток своего перекипевшего крепкого кофе. Причем, напиток выдался настолько крепким, что перед тем, как проглотить, его было бы неплохо сначала прожевать. — Знаешь, эта корпорация имеет много филиалов по всей Земле. Хотя уверена, что и за ее пределами тоже.       Кроули лишь пожал плечами. Насчет всей вселенной он не мог сказать точно, ибо почти все свое время и фантазию демон уделял именно этой планете, в основном из-за своей странной любви к человечеству. Хотя, если где-то еще есть обитаемые планеты, он уверен, что там тоже нашелся какой-то черт, кто счел своим долгом подпортить населению жизнь. Если там вообще существует такое понятие, как черт. — Ты веришь в Ад? — вдруг спросил мужчина на удивление не саркастическим голосом. — Только в тот, в котором живу, — ответила Кэндл, потянувшись за карамельным эклером. — А на счет всех тех библейских вещей… Не знаю. У нас были дискуссии в университете на эту тему. Первый курс, лекции по философии первой парой по средам и пятницам, что б их. Я спала большую их часть, если честно, пока не начиналось само обсуждение. Ангелы и демоны, добро и зло, правильно и неправильно… — заметив его заинтересованность, женщина слегка удивилась. — Ты действительно хочешь поговорить об этом? — А почему бы и нет? — пожал плечами Кроули. — Часто обсуждаем подобное с А… моим другом. Я, можно так сказать, эксперт в этой области. В половине области уж точно. — Хочешь сказать, в тех бутылках в субботу было не просто вино, а церковный кагор? — Последняя церковь, в которой я был, разлетелась на куски. — Надо же, ты был в церкви! И как, святая земля ножки не напекла? — О, так не мне одному было плохо в святом месте? Удивлен, что тебя туда вообще впустили. — Удивлена, что тебя оттуда не изгнали. — Поверь, пытались. — Что, святая вода больше не работает? — Вообще, работает, но изгнать меня пытались пистолетом. Хотя бомба все равно упала раньше, чем тот олух успел нажать на курок, так что никогда не узнаем, насколько эффективными могли быть пули. Кстати, я говорил, что пришел туда как раз за святой водой?       Дебра не сдержалась и рассмеялась, представив себе эту картину. Этот мужчина был таким же чокнутым, как и она, и, черт возьми, ей это нравилось. Он раздражал ее, злил, иногда доводил ее до черточки, но он также заставлял ее смеяться. Его присутствие всегда остро ощущается. Кроули словно заполнял собой все пространство вокруг. Или это просто все пространство сужалось до него? Кэндл тряхнула головой. Неважно. С Кроули сложно думать о чем-то, кроме него самого: он просто не дает ей такой возможности, не затыкаясь ни на минуту.       Сам демон, тем временем, продолжал добавлять различные детали, большая часть которых вообще никак не была связана ни друг с другом, ни тем более с темой их разговора. Но он и не пытался донести до своей собеседницы что-либо. Он просто хотел, чтобы она продолжала смеяться. До этого момента Кроули никогда не видел, чтобы она искренне смеялась. Саркастические смешки и ухмылки — да, но не это. Сейчас она смеялась громко и заразительно, щурясь и прикрывая рот рукой, и казалась такой счастливой. Не то, чтобы до этого она выглядела недовольной жизнью, просто… это никогда не было видно так отчетливо. И на данный момент единственным желанием Кроули было видеть ее такой как можно чаще.       К счастью, за шесть тысяч лет у него накопилось множество историй.

***

      То, что они с Пеппер будут хорошими подругами, Холли поняла сразу же, как только темноволосая девчушка пнула мяч так, чтобы он прилетел прямо в нос одному задиристому парнише, который дразнился, что девочки не умеют играть в футбол. Позже выяснилось, что любовь к активным развлечениям не единственное связующее их звено. Пеппер, как и Холли, впервые была в Лондоне и, к тому же, прибыла сюда совсем недавно, примерно неделю назад или около того. Причем, как подметила Скотт, та была явно не очень довольна неожиданным решением матери переехать в столицу. Во-первых, все ее друзья остались в Тадфилде. Во-вторых, в Лондоне не было той самой Ямы или какой-нибудь другой всеми забытой свалки, где можно делать черти-что, что в свою очередь значительно сузило список развлечений до игр с мячом, драк палками, катания на качелях и разборок с местными задирами.       Большую часть времени новоиспеченные подруги проводили либо в парке, либо в квартире Пеппер, так как ее мать, будучи довольно впечатлительной особой, проводила большую часть времени за просмотром достопримечательностей столицы и анализом местных социальных групп. Однако, сегодня было воскресенье, которое, похоже, оказывало одинаковое воздействие на всех взрослых, так что обычно отсутствующий социолог продолжала спать на диване, и девочкам пришлось сделать выбор в пользу времяпровождения на свежем воздухе. Хотя в случае Лондона это выражение имело исключительно метафорическое значение. — Почему мы не можем пойти к тебе домой? — спросила Пеппер, делая очередной глоток шоколадного молочного коктейля. Так как ее мама в очередной раз забыла про то, что дары природы, что хранятся в холодильнике, нуждаются в готовке перед употреблением, первым пунктом назначения стал ближайший МакДак. — Или твоя тетя тоже спит? — Если да, то спать ей осталось недолго, — ответила Холли, не спеша жуя картошку-фри. — Там готовится неожиданный визит. Предоплата внесена, так что нам надо чем-то себя занять до позднего вечера. — Предоплата? — Угу. Одному рыжику, похоже, очень нравится тетя Деби, и мы с ним заключили небольшой контракт, согласно которому я обеспечиваю его необходимой информацией и даю ему время побыть с тетей наедине. Хотя это странно, знаешь ли. Обычно люди готовы платить за то, чтобы никогда ее не видеть и не слышать, а тут наоборот. — Может, он в нее втюрился? — Не похоже. Они постоянно обзываются, — Скотт пожала плечами. — Хотя, думаю, тете он немного нравится. — Ты же сказала, что они только ругаются, — Пеппер нахмурилась. — Вот именно. Тетя несколько раз угрожала вышвырнуть его в окно, врезать меж глаз, свернуть шею, но он пока жив-здоров. Даже синяков никаких нет и все зубы на месте. Обычно, если Деби кто-то не нравится и до этого кого-то туго доходит, она воплощает угрозу в жизнь. Я помню, когда она приезжала ко мне на День Рождения, мы все пошли в кафе и там какой-то мужик шлепнул ее по заднице. Она потом шлепнула его битой по башке. — А откуда она взяла биту? — Это был ее подарок мне на День Рождения, — Скотт вдруг вспомнила кое-что, и ее большие глаза стали еще больше. — Точно! У тети Деби в эту среду День Рождения! Нужно выбрать ей подарок. — Только давай не в магазине одежды, там скучно, — сказала Пеппер, допивая коктейль. — Да и кто дарит одежду на День Рождения?       Холли решила промолчать, что почти все подарки тети Деби ее маме это либо шмотки, либо обувь, либо косметика. Вместо этого она задумалась над проблемой. Она понятия не имела, что подарить ей на День Рождения. У ее тети было все. Ну, почти все. И девочка никогда не слышала, чтобы Деби просила о чем-то, кроме того, чтобы Виски не орал по утрам и оставил в покое ее вещи. Холли вздохнула. — Я не знаю, что ей подарить. — Тогда нужно спросить у того, кто знает, — предложила Пеппер. — Нужен кто-то, кто много читает. — Какое это имеет к этому отношение? — Те, кто много читают, умные. А умные люди знают ответы на вопросы, которых мы не знаем. Уэнсли, например, очень много читает, и он всегда знает ответы на вопросы, которые задают учителя. Ты знаешь кого-то, кто много читает?       Скотт снова задумалась. Единственным ее знакомым, которого она видела с книгой в руках, был ее школьный библиотекарь, но он вряд ли сможет ей помочь, хотя бы потому, что у нее нет его номера. В голове вдруг появился образ мужчины, который помог ей, когда она потерялась и не могла связаться с тетей. Он работал в книжном магазине. В книжном магазине много книг. Если он работает с книгами, значит, он много читает. Если он много читает, значит, он умный человек. А если он умный, это значит, что он может снова помочь. — Кажется, я знаю куда идти.

***

      Азирафаэль стоял на перепутье двух дорог еще с прошлой субботы и как бы хорошо он не был знаком с Шекспиром и его творчеством, ангел еще никогда не чувствовал себя настолько близким к Гамлету. Ехать в Тадфилд или не ехать. Вот какой вопрос не дает ему покоя на протяжении недели. Разумеется, как ангел, если существовал хоть малейший намек на демоническое вмешательство, он был обязан проверить и, если что, разобраться. Но как ангел, отстраненный от работы на неопределенный срок, он мог — и очень хотел — продолжать заниматься своими делами. К тому же, он ведь был еще и букинистом, а значит был обязан следить за своим магазином и своими драгоценными книгами. Да и, раз уж на то пошло, на Небесах есть целый легион ангелов, у которых в виду отмены Великой битвы Добра и Зла освободилось достаточно времени (сколько лет там прописано в военном контракте?). Так что Азирафаэль мог с чистой совестью наслаждаться своим пребыванием на Земле среди людей.       Однако, с другой стороны, он был более чем уверен, что ни один из ангелов не спустится на Землю, а тем более в Тадфилд, пока не станет совсем… нехорошо. А там и так было нехорошо. Причем, нехорошо настолько, что Азирафаэлю пришлось потратить добрые два дня на изучение словарей, чтобы подобрать более подходящий термин для того, что сейчас творилось в Тадфилде. Поиски продолжаются по сей день, ибо единственный термин, который подходил под определение, относился к тому словарному запасу, которым ангел, может, и владел, но не использовал. Ну, разве что однажды.       В общем и целом, Азирафаэлю очень хотелось, чтобы проблемы в Тадфилде исчезли — тем самым очистив его и без того натертую до блеска совесть -, но при этом совсем не хотелось в них встревать. Тем более, если эта проблема касается Антихриста. Последний, и пока единственный раз, когда он влез туда, куда не просило начальство — зато просил Кроули — имел не самые лучшие последствия. Нет, разумеется, отмена Конца Света и ошарашенное лицо Михаила с полотенцем в руке были тем еще зрелищем, однако внеплановое развоплощение и деление тела с весьма любопытной дамой, а потом еще и путешествие в Ад — ангел вздрагивал от одной лишь мысли о всей той антисанитарии и нецензурной лексики — было отнюдь не тем опытом, который хотелось бы повторить, еще и в таком скором времени.       «Но ведь, если мои опасения верны, и демоны вновь строят какие-то планы на Антихриста, все может обернуться много хуже, — снова подумал Азирафаэль, нервно постукивая пальцами по обложке словаря и то и дело глазея в сторону небольшой стопки газет. Его руки чесались от желания протереть пыль и рассортировать (опять) книги на полках, в то время как другая его часть чесалась от желания поехать и таки разобраться в том, что происходит в сорока милях отсюда. В обоих случаях зудело одинаково сильно, и ангел снова начал ощущать родство с Гамлетом. — Хотя, даже если внизу снова задумали переманить Антихриста на свою сторону, вряд ли у них это выйдет. У Адама есть друзья. Настоящие хорошие друзья. Они уже остановили его однажды, остановят и снова.»       Только Азирафаэль был готов снова углубиться в увеличение своего словарного запаса, как дверь открылась, впуская в его лавку звуки улицы и насыщенный выхлопными газами и запахом фаст-фуда воздух. Ангел разочарованно встал из-за стола и направился навстречу посетителю, уже придумывая, как бы выпроводить его, ее или их поскорее, но передумав, увидев два знакомых русых пучка. Холли. Тот самый ребенок, в которого влезло семь чашек какао. — Здравствуйте, мистер Фелл, — поздоровалась девочка, улыбаясь и заставляя мужчину улыбнуться в ответ. Она была славной и вызывала у него симпатию. — Привет. Снова заблудилась? — Нет, я к вам, — Скотт быстро забралась на софу и уперлась руками в колени. — Есть одно важное дело. — Эм, — ангел замялся. Они были знакомы всего день, и он не имел ни малейшего понятия, какое у нее может быть к нему дело. — Ты уверена, что тебе нужно ко мне? Может, лучше обсудить проблему с твоей тетей? — Тетя вообще не должна об этом знать, — серьезно заявила Холли. — Мне нужен совет. — Мой? — Угу. — По поводу? — Что подарить тете Деби на День Рождения? — Э-э, — вот теперь Азирафаэль окончательно завис. Ему было крайне интересно, какой логикой пользовался ребенок, чтобы прийти к выводу, что почти полный незнакомец может знать ее близкую родственницу лучше ее самой. — А почему ты спрашиваешь об этом меня? — Потому что вы умный, — просто ответила Холли, чем весьма подняла ему настроение. — Наверное.       Приятное чувство от похвалы ощутимо поблекло. — Так, вы поможете? — после недолгой паузы спросила Скотт.       Азирафаэль открыл было рот, чтобы ответить, как вдруг его внимание привлекло копошение возле книг Адама. Склерозом ангел не страдал, несмотря на свой возраст, и ему не потребовалось много времени, чтобы узнать вторую посетительницу. Девочка. Не просто девочка, как Холли или другой ребенок женского пола, а Девочка. Та самая, одна из друзей Антихриста. В Лондоне. Сейчас. Мужчина вдруг почувствовал то, что люди обычно имеют в виду, когда говорят: «дело пахнет жареным». Хотя, возможно, всему виной пакет жареной картошки, выглядывающий из рюкзака темноволосой посетительницы. — Откуда у вас эти книги? — спросила Пеппер, повернувшись к нему. — Эм, да так, не помню, — Азирафаэль старался, как мог, но врать по-человечески он так и не научился. — Не обратил внимания. Всегда тут были. Да. Очень давно. — Этого не может быть, — Девочка скрестила руки и недоверчиво на него уставилась. — Их написал Адам, и написал недавно. Они не могли быть тут всегда. — О, так ты знаешь Адама? — разговор наконец повернулся в нужное ангелу русло. — Да, он мой хороший друг. — Он приехал с тобой? — Нет, — в детском голосе появились грустные нотки. — Я приехала одна. — Могу я спросить, почему? Разве с друзьями не веселее? — Это была не моя идея. Маме вдруг приспичило. Да и, к тому же, у остальных свои планы. Уэнслидейл на больничном, Брайана отправили к бабушке с дедушкой, а у Адама родители в ссоре и им сейчас не до поездок… — То есть, — ангел взглотнул, — Адам остался в Тадфилде? — кивок, — Совсем один? — еще кивок.       Азирафаэль потерял дар речи на какое-то время. Ситуация была определенно нехорошей. И если события продолжат развиваться в таком же духе, то это будет… очень нехорошо. Прям совсем. Нужно ехать в Тадфилд. Хотя нет, нужно лететь в Тадфилд, ведь с сухопутным маршрутом, судя по фотографиям в газетах, там сейчас также нехорошо, как и с погодой. Ангел не смог удержать разочарованного вздоха. Только закончился Армагеддон, как вот вам еще одна проблема, причем все с тем же объектом. Серьезно, неужели там внизу не могли подождать, прежде чем возобновить работу? Причем быстрее, чем контора наверху. С каких пор демоны вдруг отличаются трудолюбием? В конце-то концов, а как же такой грех, как Лень?       «Ничего не поделаешь. Придется отправляться в Тадфилд…» — Мистер Фелл, так что там насчет подарка? Мне нужно успеть до среды.       «После того, как решим более срочную проблему».