Будет больно

На следующий день сеанс реабилитации всё же состоялся. Джон выглядел намного лучше. Его хотя-бы не шатало из стороны в сторону, а мятная паста и дезодорант хорошо маскировали едва ощутимый запах алкоголя и даже если, кто-то спросит о нём, то можно списать на бокал вина или шампанского по случаю какого-либо мероприятия. Стивен, уже по привычке, снял часы, толстовку и сел на стул у окна. Джон мыл руки. — Как ты себя чувствуешь? — спросил он у Уотсона, когда тот доставал масло и мячики для массажа из шкафа. — Значительно лучше, благодаря тебе, — он улыбается и поставив коробку в изголовье кушетки, намазывает руки маслом, — ну что, приступим, — снова улыбка, привычная для Джона, и он берёт его правую руку в свои, осторожно массируя, разогревая мышцы и разгоняя кровь. — Да ладно, — Стивен едва заметно краснеет. Он не делал ничего на его взгляд странного или сверхсложного, он просто помог другу. Джон берёт мячик синего цвета и подносит к его руке. — Готов? — интересуется физиотерапевт и после кивка Стрэнджа, прижимает мячик к коже. Больно, но терпеть можно, и Джон продолжает массаж, — ты хорошо держишься, после меня на работу? — Да, Ник готов дать мне шанс, — он усмехается. Ник и мне. Скорее это я делаю одолжение Нику, — промелькнуло у него в голове. — Это хорошо, ты прекрасный врач и тебе необходима практика, — он приступает ко второй руке, — думаю, у тебя есть все шансы вернуться к операциям, ну не сейчас естественно. — А когда? Как ты считаешь? — спрашивает он у Уотсона, ему действительно важно услышать его мнение, ведь он знает о реабилитации куда больше, а значит может прогнозировать подобные вещи. — Ну полгода, может год, — прикидывает Джон, — сейчас курс, потом, скорее всего ещё один, — сообщает он. — У тебя? — Стивен прекрасно понимает, что не пойдёт к кому-либо другому, ведь Джон отличный специалист и он добился прогресса, в то время, когда другие топтались на месте. — Ну конечно же у меня, — усмехается Уотсон, — или ты решил, что я отдам такого пациента кому-то другому? — Нет. Я не подумал так, — обнадёживает его хирург, они заканчивают с массажем и переходят к столу, где Джон снова предлагает несколько упражнений по улучшению мелкой моторики. Фишки, детская мозаика, конструктор — у Джона явно не самый обычный подход к делу, он всегда стремится к тому, чтобы разнообразить работу и сделать так, чтобы задания были разными, но и в тоже время полезными. — Ты сегодня молодец, — хвалит его Джон, когда Стивен заканчивает с последним упражнением, — старайся дома уделать время мелкой моторике, знаешь, хорошо помогает творчество. Рисования, декоративно-прикладное искусство, лепка. — О, это довольно интересно, — кивает Стрэндж, когда-то в детстве он серьёзно занимался рисованием и добился некоторых успехов, но потом это ушло на второй план — с появлением мечты стать врачом, — я когда-то рисовал, — делится он с Джоном. — И как? — Уотсон собирает детали «Лего» в коробку. — Вроде получалось, — хирург жмёт плечами, — я поищу рисунки дома, вроде оставались. Найду — принесу завтра, — обещает он. — Хорошо, — физиотерапевт улыбается, — я бы посмотрел на твою мазню, ты можешь принести листы и краски, тогда мы бы провели с тобой творческое занятие, — предлагает он. — Ладно, — эта идея ему нравится. Он вспоминает, что где-то в кладовке была коробка с его детским барахлом, среди которого и была папка с рисунками, хотя там были те, которые он делал уже во взрослом возрасте, просто убрал туда во время переезда, чтобы оставить на память, как ещё одну частичку прошлого. Как и стетоскоп, и медицинский костюм, как и часы, которые когда-то подарила ему Кристина и которые он носит каждый день. Они прощаются, Стивен подбирает лежавшую на полу сумку с ноутбуком и формой, после чего покидает кабинет Джона. Впереди у него первый рабочий день и попытки сделать так, чтобы Уэст его пережил и не посидел окончательно, а это, с накопленными у Стивена шутками и приколами можно сказать невыполнимая миссия. Он прекрасно знал, что однажды доведёт коллегу до сердечного приступа, но обнадёживало одно, они работают в госпитале, и даже если Стивен будет обхохатываться, среди «мясников» найдётся пара-тройка с руками из нужного места, способных оказать Нику хоть какую-то помощь. Родная больница встречает волной привычных звуков. Голоса, объявления по громкой связи и писк приборов. Запах медикаментов, он стал ему как родной и самый привычный на свете, за столько лет, проведённых в этих стенах. — Привет, Стрэндж, — они с Уэстом обмениваются рукопожатиями, — добро пожаловать на борт, снова. — Спасибо, — он улыбается и забрав у Уэста ключ от нового шкафчика вместе с бейджиком, идёт в раздевалку. Надев, наконец свою форму и посмотрев на себя в зеркало, Стивен Винсент Стрэндж испытал то самое чувство. Его, наверное, испытывает любой супергерой, получив свой заветный костюм. Он тоже в какой-то степени супергерой, ведь операции, которые он делал, да и ещё будет делать были на грани фантастики и невозможного. Вот уже и халат, как влитой ложиться на широкие плечи Стивена, он поправляет подол, цепляет на карман бейджик, перекидывает стетоскоп через шею и снова смотрится в большое зеркало, которое занимало нишу рядом с входом в душевую. И вот на него уже смотрит ни тот неудачник со сломанными в хлам руками, а врач. Профессионал своего дела. Нейрохирург. Именно так гласит надпись на ламинированной бумажке, которая именуется бейджиком. Он берёт сумку и захлопнув металлическую дверцу шкафчика, идёт в отделение. — Ого, Стивен, — Уэст явно рад видеть друга и коллегу в таком виде. — Знаю, я неотразим, — с усмешкой произносит Стрэндж. Они идут по коридору в сторону кабинета Ника, где Стивен планировал оставить сумку. — Как и всегда, — фыркает Уэст и они заходят в знакомое помещение, — я подобрал тебе несколько случаев, скажем так, для разминки. — Сто процентов накинул мне всё самое сложное, с чем разобраться мозгов не хватает, — как же он скучал поэтому. Издеваться над Уэстом, когда он твоё лечащий врач — это одно, а вот когда вы коллеги — совсем другое. — Ладно, — Ник старается сохранять спокойствие, — тогда пошли, посмотрим на великого Стивена Стрэнджа. Тем временем Джон заканчивает принимать очередного пациента, впереди у него почти часовой перерыв и он собирался пойти и пообедать в кафетерий на первом этаже клиники. Уотсон подробно рассказывает маме пятилетнего Джека о том, как будет проходить курс реабилитации учитывая аутизм её сына, успокаивает, заверяя, что уже работал с такими детьми и это немного успокаивает Лейлу. Он вместе с ними покидает кабинет и идёт до лифта. — На обед? — любезно интересуется регистратор, когда он проходит мимо. — Да, пока нет пациентов, — улыбается Джон и сворачивает за регистратуру, где и находится вход в просторный зал кафетерия. Он покупает салат и сок, после чего занимает столик с которого хорошо видно телевизор, висевший на одной из стен. Идёт музыкальный канал, и он смотрит клип какой-то исполнительницы из Германии. Музыкальный марафон заканчивается и на канале начинается обеденный выпуск новостей. Диктор рассказывает о том, как прошёл последний футбольный матч, потом про встречу Английской Королевы и Американского президента, о какой-то добровольческой миссии по спасению китов. — А теперь к невероятным новостям, — с лёгкой улыбкой сообщает шатенка в синем, — новость, которая прилетела к нам из Швейцарии и уже успела потрясти эту горную страну. Пропавший три года назад в Альпах турист был найден. Ну, вернее он только сейчас вышел из комы и как говорят врачи, его здоровью не угрожает ничего, кроме амнезии, — Джон замер с вилкой в руках слушая новостной сюжет, — а я передаю слово своему коллеге Айку Уиксу, который работает на месте событий. Картинка меняется и вот уже на фоне гор стоит мужчина лет сорока пяти с микрофоном американского телеканала. — Привет, Джо, новость действительно потрясла всех в Швейцарии. Как стало известно, проблема с поиском родственников была вызвана комой. Руководство госпиталя не раз обращалось к местным властям, но из-за травм, незнакомец так и не был опознан. Но теперь, когда он пришёл в себя, врачам удалось установить, что он говорит исключительно на английском языке. Сейчас мы покажем вам его фото и если родственники, друзья или просто знакомые этого человека смотрят этот сюжет, то просим их связаться с нашим каналом. Картинка снова меняется, и Джон понимает, что всё вокруг него идёт кругом и если бы он не сидел на стуле, то скорее всего оказался бы на полу. Со снимка смотрел его любимый кучерявый брюнет. Несмотря на то, что всё лицо было в шрамах, это был он. Шерлок. Его Шерлок. Уотсон вскочил с места, но ноги его не удержали, и он потерял сознание.