Не классическая сказка

      Телефон разрывался от звонков и смс. Мама, Иван, Ягун и Катя пытались меня образумить, совершенно недоумевая в чем причина моего ухода. Ванька же СМСил о том, какая Морозова дрянь и что она всегда завидовал мне. Мол, это все она меня против него настроила. Анька же молча подливала мне винишка, сидя рядом на стареньком диванчике.        Я жила у нее уже неделю и за это время ни разу не пожалела о своем решении. Совершенно не скучалось ни по бывшему парню, ни по царившей в его квартире обстановке. Со следующего месяца я собиралась снимать однокомнатное гнездышко напополам с подругой. В квартире давно не было ремонта, но Аню все устраивало, так как бывала она тут редко. В основном только ночевала. — Знаешь, Танюх, мы с тобой заживем теперь! — утешала она меня. — Подумаешь, все трахают тебе мозги! — продолжала она. — Я тебе их ебу с начальной школы, ничего, живая вот сидишь! — И будешь трахать всю мою долгую жизнь... — наиграно вздохнула я.        В двушке, что снимала Анька, обстановка была бедненькой, особенно по сравнению с квартирой Валялкина, но тут мне дышалось легко и свободно. За неделю я сделала много того, до чего у Морозовой не доходили руки, к примеру выкинула весь хлам, что остался от прошлых квартирантов. В небольшой юридической конторке, в которой я подрабатывала иногда разгребая бумажки, дел для меня на этой неделе практически не находилось, поэтому я, не зная чем ещё себя занять, по тихонько хозяйничала в это берлоге. Впрочем, я сомневалась, что Анька это заметила. — А что отец сказал? — поинтересовалась Аня, прихлебывая из полного бокала.        Мои родители уже довольно давно были в разводе. Их мнения по поводу моего воспитания всегда расходились, но вот Ивана любили они одинаково, поэтому, когда я позвонила отцу и сообщила о своем решении, ожидала чего угодно, но никак не поддержки. Хотя от него я всегда получала больше любви и заботы, чем от мамы. Мать старалась воплотить во мне все её несбывшиеся надежды и мечты, которым помешал сбыться мой негодяй-отец, который вдруг вздумал на ней несчастной женится. — Он сказал, что ему жаль, что у меня с Иваном не сложилось, но он не хочет заставлять меня делать то, чего я делать не могу и не хочу. — я поджала ноги под себя, устраиваясь поудобнее. Пружины в диване местами выпирали из обивки и приходилось изрядно попотеть прежде, чем найти позу, чтобы ничего никуда не тыкало.        Телевизор у Аньки сломался уже довольно давно, поэтому теперь стоял исключительно для красоты. Мой ноутбук теперь отлично его заменял и мы вечерами смотрели фильмы и сериалы, иногда заедая пиццей и запивая пивом или вином. Аня все мечтала накопить на отдых и летом рвануть к морю, но экономить она совершенно не умела, поэтому каждый раз возвращаясь домо, если в кошельке лежало хоть немного денег, она покупала что-то вредное и вкусное. — Хорошо, значит тебе не придется идти на панель? — улыбнувшись, спросила Аня. — Вот черт, а я надеялась заработать на тебе немного. — Ну ,в общем-то, он и дальше будет переводить мне деньги на карту. И знаешь, я была бы дорогой проституткой! — возмутилась я. — Ну он не бедный родственник, еще бы! У него денег хоть жопой жуй, было бы странно, если бы он не содержал единственную дочь! — сказала Аня. — И да, я не думаю, что милый Ванечка научил тебя чему-то, что понадобилось бы в это древней профессии. — издевалась она. — Я все равно буду подрабатывать в конторе. — упрямо заявила я. — Вообще работу студентам дают очень редко, но мне мама помогла устроиться. Им проще принять полноценного юриста, чем нянчиться со второкурсницей. Так что мне повезло, можно сказать. — продолжила я. — Знаешь, опыт приходит с годами, а для начала я просто красивая! Ты видела когда-нибудь таких красивых шлюх? — Да ты трахаешься в темноте, Гроттер, как клиенты на тебя любоваться будут, головой своей подумай! — смеялась Аня. — То есть, в теории, если мама захочет надавить на тебя, может опять воспользоваться своими связями, чтобы тебя уволили? — вкрадчиво спросила она. — В теории, да, — согласилась я. — но зачем ей это, она ведь знает, что отец переводит мне кругленькие суммы время от времени. Если я потеряю работу в конторе, то он просто увеличит эту сумму. — сказала я.        Тем временем, очередная серия нового сериала, который мы начали смотреть несколько дней назад, закончилась. Главная героиня переспала с плохим парнем, который пытался соблазнить ее с самой первой серии. — Да-а, детка! — вопила Морозова. — Малышка, он такой горячий, что я прямо плавлюсь даже зная, что он не реальный!        Я смеялась над ее бурной реакцией. Аня всегда очень проникалась сериалами и их героями, так что потом могла день и ночь болтать только на эту тему. — Что ты угараешь? — грозно осведомилась Анна. — Вот почему самые секси-парни либо актеры либо выбирают всяких рыжих ?! — в сердцах воскликнула Морозова. а затем резко закрыла себе рот ладонью. — Ой!        Я промолчала, хотя понимала о ком она говорит. Она иногда ненароком возвращалась к Глебу. А все потому, что время от времени они общались в сети. Всё же не стоит забывать, что они были друзьями и до того, как мы познакомились и я не могла стать помехой их общения. — Да забей, Ань, это было давно! — отмахнулась я. — Точно? — неуверенно спросила подруга. — Да, точно. — заверила ее я. — Я не знаю что могло бы быть с нами, если бы я тогда осталась с красавчиком плохим парнем, так что и жалеть о прошлом тоже не имеет смысла. — рассуждала я. — Ну, может быть ты и права. Но! — Морозова подняла указательный палец вверх. — Он и правда был супер-секси! Хотя, возможно сейчас он весь покрылся прыщами, а сигареты придали его коже серый вид. А зубы жёлтыми стали! - Аня наигранно испугалась. — Я не думаю, что за каких-то три года он мог настолько поменяться ! — улыбнулась я. — Не знаю, он фотки уже года три не обновляет. А вообще, всякое бывает. Посмотри, мы с тобой уже точно не те, что были раньше. — вдруг сказала Аня, переходя на серьезный тон. - Не, внутри то мы все те же ебанашки, а внешне...       Морозова замолчала, сделав многозначительную паузу. — Ты вот, Гроттер, реально расцвела, хотя с валенком этим жила, который твердил тебе, что ты ему и такой, какой была нравишься. Посмотри на себя, ты ж красотка, мать твою! - воскликнула Аня. — В школе вечно карэшку носила и шмот беспонтовый, ни юбок, ни платьев. А сейчас волосы шикарные, любая позавидует, густые, медные, кудрявые, как будто только накрутила. В каких магазинах ты затариваешься, я вообще молчу! —говорила Аня. — Знаешь, Морозова, а ты не изменилась почти. Одежда вся - похороны, макияж - кладбище! — хохотнула я. — Только цвет волос адекватный сделала, а то все красный, фиолетовый, жёлтый. Не женщина, а радуга. — Ну так, я ж продавец в кондитерской магазине. Дети пугаются, бабушки и вовсе крестятся. Пришлось сменить свою цветовую гамму на скучный русый, а на глаза надеть линзы, чтобы они одинаковыми были. Хочешь деньги зарабатывать, умей прогибаться под систему, иначе придётся прогибаться под некрасивыми дяденьками! — Звучит как тост! — хохотнула я, поднимая бокал. — Тебе лишь бы бухнуть, Танюх! — съязвила подруга, но тоже подняла бокал. Когда бокалы были опустошены, она продолжила: — Ты меня хоть убей, но не понимаю я, как из таких чувырл, как мы с тобой в расцвет нашей юности, могли получится такие вот теперешние мы! Вот, что во мне парни находили? А за мной полшколы бегало! — заверила она. — А в тебе что Бейтараканчиков нашёл? Ну ты ж со спины пацан пацаном была! — Не знаю, Ань, не знаю! — смеясь отвечала я. — И ты ж ещё и отшить его как-то умудрилась! — искренне недоумевала Морозова. — Дура ты, Гроттер! — внезапно серьезно сказала подруга. — Не потому что ты с Валялкиным тогда стала тусить, а потому что два года себя мучила. — Знаю, что дура, знаю, Ань. Все мы бабы - дуры! — Выпьем за нашу тяжёлую женскую долю!