it comes and goes in waves, and carries us away

Шерил Блоссом всегда верила в идею иметь несколько соулмейтов. С тех пор как Шерил была маленькой девочкой, ее невероятно развратная и психованная мать снова и снова твердила ей, что нет никого, кто любил бы ее, что Блоссомы созданы для того, чтобы страдать в одиночестве. С самого детства Шерил изо всех сил старалась выбросить эти слова из головы, заставляя себя повторять мантру снова и снова: "Есть кто-то для всех. Даже для тебя, Шерил." Потому что Шерил Блоссом всегда верила в наличие нескольких родственных душ. Не все из них должны быть твоей парой или близкими... Например, ее брат-близнец Джейсон. Шерил на сто процентов убеждена, что Джейсон был одним из ее соулмейтов, кто-то, кто понимал ее лучше, чем кто-либо другой. Джейсон чувствовал ее боль, как свою собственную, плакал, когда она плакала, смеялся, когда она смеялась, и улыбался с блеском тысячи солнц всякий раз, когда видел свою сестру, купающуюся в чистом счастье. Не то чтобы это случалось часто. Клиффорд и Пенелопа Блоссом позаботились об этом в течение первых шестнадцати лет ее жизни. Но Джейсон всегда был рядом, и Шерил записала его в свой дневник, который держала в секрете от родителей. И по сей день Шерил все еще слышит шепот о своих отношениях с Джейсоном, если это было что-то "большее", чем просто отношения брата и сестры, и эти слухи грызли ее кожу, как сильный зуд, заставляя ее зубы скрежетать в гневе каждый раз, когда она их слышала. Но сейчас? Нет...теперь эти слухи ничего не значат для Шерил. Пусть верят во что хотят. Потому что Шерил нашла свою единственную родственную душу. Шерил солгала бы, если бы не призналась, что на краткий миг в средней школе ей показалось, что она нашла это в Хезер Хэтуэй, своей лучшей подруге и единственной девочке, которая не насмехалась над ней и не избегала ее стервозной личности, вызванной годами жестокого обращения и пренебрежения со стороны ее родителей. Нет, Хезер Хэтуэй видела ее насквозь, и Шерил, не колеблясь, отметила Хезер в своем дневнике в возрасте пятнадцати лет, ее губы все еще покалывало от поцелуя, который Хезер подарила ей несколько минут назад. Шерил до сих пор помнит, как в тот же вечер она рассказала Джейсону о Хезер, ее щеки покраснели, а слова смешались от волнения, когда Джейсон широко улыбнулся и сказал, что счастлив за нее. Выражение его глаз, однако, говорило об обратном, но Шерил знала, что Джейсон беспокоится только о том, что случится, если ее родители узнают. Между прочим, именно этого Шерил и боялась. Когда Пенелопа Блоссом увидела, что Хезер и Шерил целуются в ее комнате в тот роковой день, за несколько недель до Рождества, время, предназначенное для радости и празднования, Пенелопа разрушила все, что было дорого Шерил, угрожая родителям Хезер и в конечном итоге заставляя их оставить Ривердейл и Шерил. Джейсон безуспешно пытался успокоить мать, и Шерил неделями плакала в комнате Джейсона, не в силах даже войти в свою комнату, чтобы оказаться лицом к лицу с пустой кроватью. Хезер оторвали от нее, и дневник Шерил остался спрятанным в расшатанных половицах кладовки в Тислхаусе, подальше от любопытных глаз родителей. Пальцы Шерил скользят по потертой коже дневника, грустная улыбка появляется на ее лице, когда она смаргивает слезы и прикусывает нижнюю губу. Джейсон и Хезер… Они оба ушли, Хезер, вероятно, была далеко, далеко, в другом городе, где она, вероятно уже забыла о Шерил… И Джейсон. Боже, Джейсон… Слезы текут, прежде чем она успевает остановить их, и Шерил облизывает губы и открывает свой дневник, перелистывает страницы, пока не проводит пальцами по единственной строке, которая должна была отметить ее мертвого брата-близнеца как ее родственную душу. Джейсон ушел. Уже почти год... Прошло более семи месяцев после того, как Хезер была оторвана от нее… Шерил должна быть сильной. Не только для себя, но и для Джейсона, который защищал ее на каждом шагу, который любил ее... Он ушел, и Шерил должна защищать себя. И она защищалась. Шерил закрывает глаза, одной рукой обхватывает дневник, а другой сжимает юридические бумаги, предоставляющие ей доступ к деньгам, которые отец оставил ей в завещании, прежде чем эгоистично покинуть этот мир, и улыбка мгновенно появляется на ее губах, когда она торжествующе смотрит на него. Теперь все было кончено. Шерил Блоссом успешно вырвалась из когтей Пенелопы Блоссом, освободившись от материнской опеки и потребовав выселения из Тислхауса, чтобы жить со своей чуть более здравомыслящей, но все еще безумной бабушкой в мире. Она сделала то, что Джейсон всегда говорил ей делать. Быть сильной, дерзкой, храброй... Быть всем, чего не хотела их мать. Шерил не сомневается, что до Пенелопы дошли слухи о том, что сделала Шерил… Ее мать, скорее всего, знает, что некая "мразь с юга" официально переехала в дом, который она когда-то называла домом, и Шерил отдала бы все, что у нее было, чтобы увидеть выражение лица ее матери, когда ей сообщили, что в ее доме в настоящее время живет Змея из Саутсайда. Что же касается реакции Пенелопы Блоссом на то, что ее единственная дочь присоединилась к змеям и официально обозначила себя как одну из них менее чем за двадцать четыре часа? О, Шерил отдала бы все свои конечности, чтобы увидеть это. Но сейчас... Сейчас Шерил есть о чем беспокоиться.… Она вздыхает, кладет дневник и юридические бумаги на кровать, встает, засовывает холодные, но идеально наманикюренные ноги в тапочки и идет к окну спальни. Она навостряет уши в поисках знакомого звука мотоцикла, но вместо этого тишина, и она вздыхает и проверяет время на своем телефоне, прежде чем облизать губы и снова посмотреть за окно. Она сказала, что может опоздать сегодня, Шерил, не будь эгоисткой... Глядя в окно прекрасного дома Тислхауса, Шерил находит улицы Ривердейла мирными и тихими, что сильно контрастирует с нынешним хаосом, который крепко сжимает город и отказывается отпускать. Месяц назад это была полномасштабная война банд между змеями Саутсайда и упырями, Саутсайд стал жертвой Хайрама Лоджа, и банда в настоящее время находится под его заработной платой, поскольку змеи были вынуждены переехать в озеро Нортсайда. Сейчас… Шерил все еще пытается вспомнить события вчерашнего дня в школе Ривердейл, и слезы наворачиваются на глаза каждый раз, когда она думает об этом. Арчи Эндрюс. Арестован за убийство. Это кажется таким невероятным, что кто-то вроде Арчи, такой мирный, полный любви и доброты, может быть способен на такое. Было ясно, что Арчи верит в то же самое, выражение удивления и ужаса на его лице было очевидным, когда шериф Минетта арестовал его перед всем ученическим корпусом во время собрания в школе.… Шерил хочет помочь, но никто не говорит. Арчи арестовали за убийство какого-то жителя Гриндейла, но это все, что знали Шерил и все остальные. Она знает, что Вероника Лодж, Бетти Купер и Джагхед Джонс знают что-то еще, трое из них едва присутствовали в течение последних двух дней после ареста Арчи, но три члена "четверки" отказались говорить, пока им не разрешили увидеть Арчи… Ты ничего не можешь сделать, Шерил. Если им понадобится помощь... Они попросят тебя. Ей хочется помочь Арчи. Мальчик спас ее из ледяных глубин реки Свитвотер много месяцев назад, сломал руку... Она не может просто стоять и смотреть, как он идет ко дну, если он не виновен… Но правда в том... Что она тоже не знает, невиновен ли он. Ни для кого не было секретом, что Арчи работал на Хайрама Лоджа до того, как все со змеями пошло прахом... Когда Арчи узнал, что Шерил и Тони похитили и использовали в качестве залога, чтобы змеи отдали южную сторону, он объявил себя помощником Хайрама. Но что, если Хайрам заранее попросил Арчи сделать что-то, связанное с убийством? Что, если Арчи не так невинен, как она думала? Она вздыхает и решает принять душ, чтобы попытаться расслабиться. Она отходит от окна и идет в ванную, быстро раздеваясь, прежде чем включить горячую воду. Жар успокаивает все еще болящие мышцы, пальцы устало втирают мыло в кожу. Вероника и остальные змеи упорно трудились, чтобы переделать маленький подвал под закусочной Попс в тихое место для змей теперь, когда Белый змей больше не принадлежал им. Шерил никогда в жизни не работала, но она находит это несколько полезным. Этот быстрый душ, достаточно долгий, чтобы она почувствовала себя освеженной, когда она выходит и вытирается, прежде чем скользнуть в халат. Она подумывает надеть свежее белье, но улыбается и решает не делать этого. Она любит сюрпризы. И Шерил знает, что она делает тоже. Забавно, что за дверью ее ждет сюрприз. Как только она открывает ее, искрящийся звук зажигалки отдается эхом в ее комнате, и запах сигаретного дыма сразу же попадает ей в нос, когда она полностью распахивает дверь, ее голова в замешательстве вскидывается, чтобы приземлиться на слегка размытое видение маленькой фигуры, сидящей у окна, облачные серые волны дыма, которые оставляют сигарету, зажатую между двумя пальцами, лежащими на гладком, загорелом бедре. Сердце Шерил немедленно воспаряет. Боже, они проводят все время вместе, но каждую секунду, когда ее нет рядом, Шерил скучает по ней. - Тони? - она шепчет хриплым, чуть надтреснутым от удивления голосом, и при звуке своего имени Антуанетта Топаз поворачивает голову, ленивая улыбка озаряет ее лицо, когда она смотрит на девушку, которая держит каждую унцию ее любви с такой нежностью, какую только может изобразить. - Эй...- голос Тони хриплый, скорее всего от табака, который в настоящее время вторгается в ее легкие, когда она смотрит на сигарету, вяло зажатую между пальцами, прежде чем улыбнуться своей девушке. - Я украла одну из них у Свит Пи. Клянусь, я не часто курю... Просто мне нужна сигарета. -Шерил хмурится, наблюдая, как улыбка слишком быстро исчезает с лица Тони, ее глаза снова поворачиваются к окну, и Шерил на секунду задумывается, чтобы оценить красоту перед ней. Лунный свет сегодня особенно яркий, полная луна светит над ними, когда она входит в комнату Шерил и освещает черты Тони Топаз таким экстравагантным образом, что Шерил обнаруживает, что навязчиво запоминает образы. Ее загорелая кожа выглядит светлее под белым светом луны, полные, но потрескавшиеся губы зажаты между зубами. Она поднимает к ним сигарету, втягивая ядовитый дым и заставляя кончик сигареты загораться вишнево-красным, освещая ее карие глаза на секунду, прежде чем он исчезнет, замененный ничем, кроме облака дыма, когда она глубоко выдыхает. На ее руках и ладонях видны пятна краски, некоторые даже на лбу, и Шерил улыбается, заметив пятна краски на белой рубашке и джинсовых шортах. Ее розовые волосы становятся светлее, и Шерил предложила покрасить их должным образом для нее, плохая краска, очевидной в розовых прядях, смешанных с ее естественными светло-каштановыми волосами, но Тони говорит ей, что это дает ей больше индивидуальности. Шерил крадучись, почти по-кошачьи, натягивает на себя халат и практически скользит туда, где у окна сидит Тони, и на мгновение останавливается, смотрит, как Тони улыбается ей, потом вздыхает и садится напротив, придвигаясь как можно ближе, пока их ноги не переплетаются. Кожа Тони теплая, как всегда, и она протягивает руку, легко касаясь пальцами голени Тони. - Я не возражаю, Ти-Ти. Все в порядке... - шепчет она, но на самом деле это не так. Джейсон курил без ведома родителей, и Шерил солгала бы, если бы сказала, что не стащила у него несколько сигарет в стрессовых ситуациях или во время бунта, чтобы досадить родителям. ”Сигареты для бедных и грязных, Шерил.” Шерил помнит, как эти слова эхом отдавались у нее в голове каждый раз, когда она видела, как Джейсон закуривает сигарету, и теперь, глядя на Тони, она не может не прийти к выводу, что ее мать снова ошибалась. В ее брате не было ничего бедного, и уж точно не было ничего грязного в девушке, которую она любила. Ну, за исключением одежды, которая сейчас покрывает ее тело. Тони поджимает губы и не отвечает, просто снова подносит сигарету к губам. - Вероника была там? - спрашивает Шерил. Тони просто качает головой, и Шерил облизывает губы, прежде чем кивнуть. Вероника не была там в течение последних двух дней, не то, чтобы Шерил ждала ее... Конечно, ей было нелегко, но у нее было достаточно проблем, учитывая, что ее парень в настоящее время арестован за убийство… - Как все прошло? - тихо спрашивает Шерил. Тони со вздохом чешет лоб. - Мы приближаемся. До этого еще по крайней мере месяц или два, но мы, по крайней мере, продвигаемся вперед. - Тони бормочет, и это должно быть хорошей новостью, но хмурое выражение ее лица очевидно. Шерил колеблется, прежде чем протянуть руку, указательный и средний пальцы вытянуты, и Тони удивленно смотрит на них. - Твои мысли, Ти-Ти? - говорит Шерил тихим, но полным заботы голосом, а Тони хмурится и на секунду задумывается, прежде чем передать сигарету Шерил. - Полагаю, я просто думаю обо всем, что произошло за последние несколько месяцев... Думаю о тебе... - Тони поднимает глаза и встречается взглядом с Шерил, ее голос слегка срывается. Шерил замирает с сигаретой на полпути к губам, ее язык слегка высовывается, чтобы смочить их, прежде чем она кладет его между зубами и втягивает. Поток воспоминаний обрушивается на нее, как только появляется головокружение, и запах успокаивает. Сначала она думает о Джейсоне, о том, как он приходил домой, пахнущий сигаретным дымом... Как он исчезал в своей комнате и покрывал себя одеколоном, чтобы скрыть запах. Но эти воспоминания блекнут и сменяются стоическим лицом и копной непослушных черных волос, звук громкого смеха эхом отдается в ее голове. - И каков же твой вывод? - спрашивает Шерил, втягиваясь в разговор, прежде чем вернуть сигарету Тони, которая прикусывает нижнюю губу, чтобы скрыть улыбку, прежде чем усмехнуться и покачать головой. Пожав плечами, она снова смотрит в окно. - Я пришла к выводу, что Ривердейл - действительно гребаный город. И хотя я люблю змей... Я не могу дождаться, чтобы выбраться из этого. Может быть, летом... Просто провести три месяца вдали от этого места. Шерил молчит. Потому что, конечно, ее дорогая, ее прекрасная Антуанетта, будет иметь те же надежды и мечты, что и она. Сесть в машину, уехать как можно дальше от Ривердейла и никогда не оглядываться. - Куда ты поедешь? - спрашивает Шерил, и Тони хмурится, затягивается сигаретой и вопросительно наклоняет голову. - Ты не поедешь со мной? - она спрашивает, как будто это самая простая вещь в мире, и Шерил замечает, что уголки ее губ приподнимаются в улыбке, когда она наклоняет голову. - Я не хочу предполагать… - Что я вытащу свою девушку из этого гребаного города? - Тони снова усмехается, делает еще одну затяжку, прежде чем протянуть сигарету Шерил, которая просто качает головой, но даже не пытается скрыть гигантскую улыбку, которая освещает ее черты. Есть слово, которое Шерил любит слышать. Девушка. Оно так легко слетает с языка Тони, как будто это было сказано ею в отношении Шерил. - Нет, Шерил… Если я в чем и уверена, так это в том, что если когда-нибудь покину это место, то возьму тебя с собой. Чтобы уберечь тебя от вреда. И эта грубость в ее голосе, тон, пронизанная сомнением и беспокойством, заставляет Шерил застыть на месте, прежде чем она выхватывает сигарету из пальцев своей возлюбленной и затягивается. Она задумчиво смотрит на нее, прежде чем вернуть Тони, и розововолосая змея облизывает губы, прежде чем сделать последнюю затяжку и выбросить его в открытое окно. Она смотрит на Шерил с некоторой грустью в карих глазах, и Шерил выдыхает последний дым, все еще сидящий в ее легких, прежде чем схватить руки Тони в свои. Она знает, почему Тони говорит это, она просто знает.… - Тони, ты сказала, что не против, если я буду южной змей. - если бы это был кто-то другой, абсолютно кто-то другой, ее голос был бы полон яда, наполнен гневом от такой предательской мысли, что она, Шерил Блоссом, не смогла бы вынести того, что стала Южной змеей. Но есть человек, на которого Шерил никогда не может сердиться - это маленькая розововолосая красотка, сидящая напротив нее. - Нет, дело не в этом, Шерил, ты же знаешь, мне нравится, что ты змея. Прошел месяц, детка, если бы я была против этого, я бы сказала раньше. - говорит Тони с легким смешком, прежде чем выдернуть руку из хватки Шерил и рассеянно почесать щеку, качая головой. - Нет, мне нравится, когда ты змея, я просто... Эта куртка ставит тебе на спину мишень, еще больше, чем раньше, а упыри уже нападали на тебя, когда ты не была змеей... Сейчас? Одному Богу известно, что они с тобой сделают, я просто... - Тони замолкает, темнота сгущается в ее глазах, и Шерил практически видит ужасные мысли, которые лежат за ними, ужасы того, что упыри могут сделать с девушкой, которую она любит, тот же страх, который охватывает Шерил каждый раз, когда она думает о том, что Тони может быть атакована в любой момент... Упыри были тихими в течение последнего месяца, ни одного в поле зрения на северной стороне, но крики и эхо, доносившиеся с южной стороны озера, были для них пыткой. Это больно, но Шерил знает, что это не последнее, что они слышали о упырях, и она так же напугана, как и Тони. Боялась стать мишенью, боялась стать мишенью для Тони, боялась, что кто-нибудь из змей станет жертвой нападения упырей. Змеи и так достаточно страдали от рук упырей. - Я просто не хочу, чтобы ты пострадала, Шерил. Последний месяц было тяжело. - шепчет Тони. Джейсон. О, как Тони напоминает ей Джейсона. Всегда так защищает ее, готова сделать абсолютно все, чтобы обеспечить ее безопасность… Шерил всегда верила в несколько родственных душ. - Как ни удивительно и ни трогательно, я думаю, что ты хочешь, чтобы я всегда была в безопасности, Тони, я должна спросить... Это потому что я завтра делаю татуировку? - тихо спрашивает Шерил. Шерил была инициирована месяц назад, ей подарили красную куртку змей, которая так гордо покоилась на ее плечах каждый день, но она не смогла сделать татуировку, змеи были заняты ремонтом бара, а также восстановлением после нападения упырей. Но факт остается фактом, она была змеей за месяц... Так, что Тони думает обо всем этом теперь? Да, она знает, что быть змеей у Тони в крови, что родители Тони были змеями и что они умерли, когда ей было десять лет, не оставив ей выбора, кроме как жить со своим ужасным, жестоким дядей, знает, что Тони отбывала наказание в исправительном учреждении для несовершеннолетних после того, как ее поймали с наркотиками на миссии змей, но она не знает всех подробностей того, что Тони должна была сделать как змея… Она ждала, что Тони скажет ей в свое время. Она знает, что некоторые работы опасны, знает, что некоторые из них были теми, с которыми Тони не согласилась, но все же… - Думаю, татуировка делает тебя настоящей, Шер... Как только чернила окажутся на твоей коже - всё. Ты змея на всю жизнь. - она шепчет и царапает запястье Шерил, что делает, только когда волнуется.… - Тони... - Шерил понятия не имеет, что на это ответить. Это то, чего она хочет больше всего на свете, но больше всего она хочет, чтобы Тони была счастлива… Тони колеблется на мгновение, сожаление светится в ее глазах, прежде чем она облизывает губы и силы через ее сомнения. - Шерил, неужели я так сильно хочу защитить тебя после всего, через что ты прошла? - раздраженно говорит Тони, ее пальцы крепко сжимают запястье Шерил, она избегает ее взгляда, ее глаза опускаются на пальцы Шерил. Она начинает играть с ними, и Шерил позволяет ей, потому что прямо сейчас она перегружена. Она понятия не имеет, что сказать… Вместо этого Шерил наклоняется вперед, ее пальцы переплетаются с пальцами Тони, и контраст поражает. Идеально ухоженные ярко-красные ногти, цепляющиеся за мозолистую кожу рук и черные накрашенные ногти, которые скалываются с каждой секундой. - Конечно, нет, Тони. Я тоже беспокоюсь о тебе... Но ты сделаешь все для своей семьи, и это одно из многих твоих качеств, которое заставляет меня все больше и больше влюбляться в тебя. Ты же знаешь, у меня никогда не было семьи, Ти-Ти. У меня был Джейсон, но... его больше нет. А ты... - слова застревают у нее в горле, но она замолкает, не двигаясь с места, и крепче сжимает руки Тони, а когда она смотрит в шоколадно-карие глаза Тони, то видит в них сомнение. И слова проходят мимо при виде этого. - Ты моя семья, Тони. Ты была с того момента, как обняла меня и согласилась быть моей девушкой. Мы всегда будем беспокоиться друг о друге, это просто... Часть семьи. - она хрипло шепчет. Тони на мгновение замолкает, прежде чем пододвинуться к рыжеволосой и нежно погладить Шерил по щеке, а потом нежно проводит большим пальцем по ее пухлой нижней губе. - Ты тоже моя семья, Шерил... - она колеблется, прикусывая нижнюю губу, прежде чем вздохнуть. Две девушки из двух очень разных семей... Но обе с разбитыми семьями, которые заставили их карабкаться, чтобы собрать осколки. Тони, без родителей, но с дядей, который причинял ей боль, физически и эмоционально, при каждом удобном случае, и с дедушкой, который умирал так же, как и Нана Роуз... Шерил, с мертвым отцом и мертвым братом-близнецом, застряла с матерью, которая бросила ее в лагерь для гомосексуалов, и бабушкой, которая была такой же сумасшедшей, но она была старой. Все, что у них было - их любовь друг к другу. - Ты можешь мне кое-что пообещать? - Тони дышит. Шерил не колеблется. - Что угодно. - она шепчет в ответ. Тони делает глубокий вдох, прежде чем заговорить. - Обещай мне это, если Джагхед или Эф Пи, или любой другой змей даст тебе работу, и ты потребуешь, чтобы я пошла с тобой. Независимо от того, насколько мала или глупа эта работа, мы теперь команда. Я не могу... Мысль о том, что ты будешь делать работу без меня, и эта работа сделает тебе больно, а меня там не будет... - Тони замолкает, слова почти невыносимы, когда она тяжело сглатывает, и Шерил снова не колеблется. Потому что она не может придумать причину не согласиться с этими условиями. - Конечно, Ти-Ти. Обещаешь сделать то же самое для меня? Тони тоже не колеблется. - Обещаю, детка. - Тони прижимает ладони Шерил к лицу, с такой любовью проводя большими пальцами по ее щекам, что Шерил начинает всхлипывать, прежде чем успевает остановиться, и наклоняется ближе к своей розововолосой красавице. Теперь они змеи вместе, вот что важно… - Мы теперь вместе, Тони, и я... Я не хочу, чтобы ты беспокоилась обо мне... Я пережила проблемы и похуже, чем быть южной змеей, поверь мне. - она шепчет. Она шестнадцать лет страдала от насилия со стороны Пенелопы Блоссом, менее чем за семь месяцев потеряла единственных людей, которых любила, подвергалась пыткам со стороны безумных монахинь и упырей.… Шерил может это сделать. Зубы Тони впиваются в ее нижнюю губу, прежде чем она наклоняется и останавливается, прижавшись лбом к Шерил. - Я знаю, но я все равно буду волноваться, Шерил. Как ты сказала, это часть того, чтобы быть семьей... И также это часть того, чтобы быть моей девушкой... Боже, опять это слово… - Мне нравится, когда ты меня так называешь. - Шерил говорит мягко, и Тони улыбается, наконец, преодолевая разрыв между их губами в мягком, любящем поцелуе. Шерил целовалась со многими людьми в своей жизни, но боже... Ничто не сравнится с ощущением губ Тони Топаз. Это похоже на кусочки головоломки, складывающиеся вместе, чтобы сформировать окончательную картину, шедевр любви и преданности, который Шерил никогда не видела раньше. Несмотря на их многие разногласия, несмотря на то, что они из двух совершенно разных миров, они понимают и уважают друг друга. Тони Топаз понимает все тонкости Шерил Блоссом лучше, чем думает даже Джейсон. Она понимает, что, когда Шерил ругается, глубоко сидящая боль лежит на ее груди, что заставляет ее делать это. Что когда Шерил ведет себя излишне жестоко, это происходит потому, что шестнадцать лет шепот ее матери эхом отдается в ее голове, заставляя ее поверить, что она бесполезна, монстр, неспособный любить или быть любимым. И Шерил Блоссом, благослови ее Господь, тоже пытается понять все тонкости Тони Топаз. теперь она знает, что Тони - человек, который отказывается говорить с другими о своих чувствах, предпочитает не обременять других своими проблемами и вместо этого прислушивается к кому-то, с кем можно поговорить. Она тоже разбирается в мелочах. Например, когда Тони начинает жевать внутреннюю сторону щеки, она о чем-то беспокоится, или когда она хрустит костяшками пальцев или сжимает кулак, она сдерживает гнев в своем пятифутовом теле. Это отношения, построенные на уважении и любви, прочный фундамент для построения отношений, думает Шерил. Сейчас она не хочет даже думать о возможности прожить жизнь без Антуанетты Топаз. Тони отстраняется первой, делая глубокий вдох, и Шерил первой открывает глаза, улыбка появляется на ее полных губах, которые теперь немного опухли. Тони снова проводит по ним большим пальцем, переводя взгляд с губ Шерил на глаза, потом сглатывает и кивает. - Так ты уже решила? Хочешь татуировку на плече или бедре? - она дышит. Улыбка Шерил становится невероятно широкой, и она протягивает руку, проводит пальцами по обнаженной ключице Тони, ее большой палец движется вниз, чтобы потянуть первую пуговицу, которая расстегнута, прежде чем она облизывает распухшие губы и качает головой. - Нет, еще нет. Я знаю, ты сказала на плече, но... - она замолкает, ее разум внезапно заполняется образом, где у Тони есть ее собственная татуировка... На правой стороне ее тела рядом с грудью, чуть выше грудной клетки.… Ее мысли блуждают, мысли о теле Тони наполняют ее разум и заставляют ее сердце биться беспорядочно при этой мысли. Жар, который скапливается в ее животе, неоспорим, когда Тони внезапно прикусывает нижнюю губу, глубоко задумавшись. - На бедре очень больно... - она бормочет, наклоняясь, чтобы поцеловать Шерил в уголок рта. - Оу? И откуда ты знаешь, Ти-Ти? На твоем бедре нет татуировики.. .Если только она не невидима. - это все, что говорит Шерил, ухмылка озаряет ее лицо. Тони задыхается от собственного смеха. - Берди сказала... - говорит Тони с усмешкой. Шерил облизывает губы, чтобы скрыть улыбку, эти мысли все еще вторгаются в ее сознание, когда она нетерпеливо дергает Тони за рубашку. - Мне нравится место, где твоя татуировка... - бормочет она, наклоняясь вперед и слегка прижимаясь губами к губам Тони. Розововолосая змея усмехается ей в лицо, и она понимает намек, тянется к пуговицам своей рубашки, медленно вытаскивая их, прежде чем она с легкостью снимает рубашку со своего тела. Ее розовые волосы падают на плечи, как только она снимает рубашку. Вот оно. Двухголовая змея, свернувшаяся в форме буквы "S", темно-черная по контрасту с ее и без того смуглой кожей, слегка поблескивала в лунном свете и едва выглядывала из-под подола лифчика. Татуировка, которая появится на теле Шерил меньше чем через день, навсегда отметит ее как змею южной стороны. Она обнаруживает, что ее пальцы двигаются, чтобы коснуться ее, и в ту секунду, когда ее холодные пальцы соприкасаются с теплой кожей Тони, мурашки сразу же появляются на ее боку, ее тело слегка вздрагивает от удивления от контакта, когда Шерил ласкает татуировку слегка дрожащими пальцами. - Плечо? - хрипит Шерил. Тони облизывает губы и наклоняется, чтобы обнять ее щеку. - Плечо. - она отвечает твердо. Шерил просто кивает ей и улыбается, и она наклоняется, прижимаясь губами к татуировке в самом нежном поцелуе, который только может оставить. Это девиантное поведение, Шерил! Отвратительно! Шерил глубоко вздыхает и закрывает глаза, ее ногти впиваются в кожу Тони, когда слова матери эхом отдаются в ее голове. Боже... Ее мать, возможно, ушла из ее жизни, но влияние, которое она оказала на нее, никогда не исчезнет. Шерил все еще думает об этом, все еще слышит неодобрительные слова матери.… Больше всего на свете она хочет стереть все это. Могла бы стереть из памяти Пенелопу Блоссом и годы жестокого обращения, чтобы жить счастливо рядом с Тони, но, боже, это тяжело. Есть еще дни, когда Шерил чувствует себя виноватой за любовь к розововолосой змее, еще дни, когда слова матери разъедают ее разум, как рак, когда воспоминания о боли и пытках в этом ужасном месте заставляют ее дергаться под пальцами Тони. - Эээй? Ты тут? - рука на щеке отвлекает ее от мыслей, и она поднимает глаза, сверля взглядом Тони, в ее глазах светится беспокойство, несмотря на улыбку, которая освещает ее черты, и Шерил делает глубокий вдох и наклоняется, чтобы поцеловать татуировку, которая снова украшает кожу ее любви, губы немного более настойчивые на этот раз. Она была счастлива. Впервые в жизни она была счастлива... Она не может позволить Пенелопе или кому-то еще всё испортить… От ее прикосновения у Тони вырывается легкий вздох, пальцы бессознательно хватают рыжие волосы Шерил, а губы тянутся вверх в поцелуях, чтобы вцепиться в шею Тони. Синяки, нанесенные ее дядей больше месяца назад, наконец-то полностью исчезли после стольких лет, и Шерил почти жаждет высосать другой вид синяка на ее коже сейчас. Тони тихо стонет, когда Шерил сосет кожу между зубами, ее ногти царапают шею Шерил и заставляют дрожь пробегать по позвоночнику рыжеволосой. - На каком плече? - Тони внезапно вздыхает. Шерил отрывает губы с громким хлопком и смотрит на нее, приподняв бровь, и Тони усмехается, прежде чем она поднимает указательный палец и жестом просит Шерил обернуться. Она улыбается, поворачиваясь в объятиях Тони, пока не оказывается практически сидящей на коленях розововолосой змеи. Тони ставит ноги по обе стороны от своей девушки и разглаживает руками халат Шерил, прежде чем она сжимает ткань между пальцами и скользит по телу Шерил. Шерил слегка дрожит от холодного воздуха, проникающего через окно, когда он касается ее обнаженной кожи, слышит тихий вздох Тони, когда она понимает, что Шерил ничего не носит под халатом… Ногти нежно царапают обнаженную кожу спины, она оборачивается, чтобы посмотреть через левое плечо, и тянется назад, чтобы похлопать себя по левой лопатке. - Прямо там. - она хрипло шепчет. Теперь она смотрит на свою девушку, которая смотрит на ее обнаженную кожу, и в ее глазах нет ничего, кроме похоти. Тони долго молчит, ее глаза просто блуждают по бледной коже Шерил со слегка приоткрытыми губами, затем она смотрит на Шерил с теплой улыбкой и наклоняется вперед. Ее руки сжимают талию Шерил, притягивая ее ближе, когда ее губы касаются ее лопатки, места, где будет сиять ее татуировка змеи, и Шерил напевает, ее глаза подсознательно закрываются от ощущения губ Тони на ее коже. - Я думаю, это идеальное место. Я буду целовать его каждое утро. - шепчет Тони, поднимает голову и кладет подбородок на плечо Шерил, обнимая рыжую сзади. Шерил готова была расплакаться. Как ей так повезло? Судьба, Шерил. Вы должны быть вместе... Это судьба. - Я люблю тебя, Тони. - шепчет Шерил. Она не может увидеть розововолосую змею, но она знает, что та улыбается, когда целует кожу между плечом и шеей Шерил. - Я тоже люблю тебя, Шер. И, как ты сказала, мы теперь вместе. Что будет дальше... Мы сделаем это вместе. - бормочет Тони. Шерил сжимает руки на талии и откидывается на Тони, слегка дрожа от холодного воздуха, который продолжает поступать через окно. Тони, должно быть, тоже это чувствует, потому что она протягивает руку и закрывает окно, прежде чем поцеловать Шерил в волосы. - Спасибо, Ти-Ти. - она говорит просто. Тони кивает ей и начинает покрывать поцелуями ее кожу, медленно скользя халатом вниз по телу Шерил.… - Ммм... - удовлетворенно мурлычет Шерил, и Тони останавливает халат, прежде чем он проходит мимо ее груди, и целует ее за ухом. - На кровати лежит книга. Я собиралась прочитать ее, но подумала, что это может быть что-то личное, поэтому оставила ее на всякий случай. - она шепчет. Шерил открывает глаза и удивленно моргает, крепко обнимая Тони за талию. Она думала, что это может быть что-то личное... Откуда эта девушка взялась? Всю свою жизнь ей приходилось держать все в себе, прятать такие вещи, как дневник, от матери и отца, и все же Тони была здесь, с чем-то личным для Шерил...и она даже не прикоснулась к этому… - Я... Спасибо, Тони. Что не читала его... Это личное. Мой старый дневник. - шепчет она в ответ, все еще в шоке от способности Тони остановить себя от чтения дневника в кожаном переплете. Тони хихикает и крепко обнимает ее. - Оооо, слова маленькой Блоссом, Шерил? Меня заинтриговало. - она дразнит. Шерил слегка смеется, и она колеблется, облизывая губы, прежде чем повернуться лицом к Тони, заставляя халат полностью упасть, но Тони продолжает смотреть в глаза рыжеволосой девушке, только заставляя ее влюбиться в розововолосую змею. Она покажет Тони... Она покажет ей то, что она написала о Джейсоне... И даже о Хезер. Но сейчас она хочет держать эти слова при себе. - Один день. Обещаю. - тихо говорит она. Тони обхватывает ее колени и наклоняется, чтобы поцеловать в щеку. - Как будешь готова. - Шерил улыбается, и Тони устало вздыхает, прежде чем провести кончиками пальцев по ключицам Шерил и прикусить нижнюю губу, словно борясь с чем-то внутри себя, пока ее глаза блуждают по телу Шерил. Шерил смотрит на ее лицо и точно знает, в какой битве она сражается. Она очень хорошо знает этот взгляд. Шерил поднимает бровь, и Тони, наконец, встречает ее взгляд через несколько мгновений и ухмыляется в ответ. - Эй, это ты начала. Не думай, что я не заметила, что ты смотришь на меня, как на полноценный обед, Шер. - она дразнит. Шерил просто улыбается. - Рада, что ты заметила. Потому что, честно говоря, Ти-Ти… Я умираю с голоду.

***

Тони никогда не любила иголки. Вот почему ее татуировка такая маленькая, по сравнению с гигантской как у Свит Пи на шее. Она не хотела, чтобы татуировочный пистолет оставался на ее коже дольше двадцати минут, и все это время она сжимала руку Фэнгса, пока мальчик не начал морщиться, слезы накапливались в его глазах с каждой секундой, которую Тони держала на его пальцах. В детстве она терпеть не могла, когда ей делали уколы, и когда в возрасте восьми лет она порезала ногу о ржавый кусок металла в трейлере, который делила с родителями, она кричала, плакала и пинала доктора так сильно, что матери пришлось отвлечь ее на полчаса, прежде чем доктор смог сделать ей прививку от столбняка. Так что нет, она не самый большой поклонник игл. И, глядя, как Свит Пи включает татуировочный пистолет, и слыша знакомый вращающийся звук множества миниатюрных игл, она находит желчь, поднимающуюся в задней части ее горла, которую она быстро проглатывает. Потому что сейчас она должна быть сильной. Они в трейлере Свит Пи, который является менее чем стерильной средой для татуировки, но если Тони и остальные змеи смогли получить свои в Белом Змее без последствий, она уверена, что Шерил будет в порядке. Свит Пи неплохо делает татуировки, он сделал Тони и Фэнгсу их татуировки, но Тони все еще хочет, чтобы они могли получить своего настоящего татуировщика, Дэнни, чтобы сделать тату для Шерил. К сожалению, он был одним из тех, кто предал их и присоединился к Упырям. Он был чертовски хорошим татуировщиком, но теперь, когда она думает об этом, Тони не хочет, чтобы он прикасался к Шерил с гребаной иглой. Шерил выглядит бледнее, чем обычно, но она прижимает себя ближе к спинке стула, ее пальцы крепко сжимают жесткую спинку, в то время как другая рука держит ее рубашку. То, что она позволяет Свит Пи сделать ей татуировку - само по себе чудо. Она провела последнюю неделю, глядя на татуировку Тони, чтобы найти недостатки в работе Свит Пи, но когда она не смогла найти ни одного, она, наконец, согласилась позволить змею нанести тату. Шерил зажмуривается, Тони прерывисто вздыхает и придвигает стул поближе к подруге. - Ты уверена в этом, детка? - Тони шепчет. Шерил открывает глаза и смотрит на Тони с нежнейшей улыбкой, прежде чем кивнуть. - Не сомневаюсь. Я просто... Не люблю иголки. Только не после сестер... - хрипит она. Тони игнорирует боль, которая пронзает ее сердце, игнорирует слезы, которые хорошо видны в ее глазах, и вместо этого сосредотачивает все свое внимание на рыжеволосой девушке перед ней. Твоя мама могла бы сделать это, как и ты, Тони. Отвлеки ее, ты сможешь это сделать. Тони пытается вспомнить, что сделала ее мать, чтобы отвлечь ее, но она не совсем уверена, что мягкие животные и игрушки будут работать на ее шестнадцатилетнюю девушку. Поэтому вместо этого она наклоняется вперед и прижимает губы на макушку Шерил, нежно целуя ее кожу. Она чувствует, как Шерил сразу же расслабиться, и Тони улыбается. Свит Пи хмурится и сосредоточенно смотрит на фиолетовые чернила трафарета на плече Шерил. - Ты готова? - хрипло спрашивает он. Шерил оглядывается через плечо и коротко кивает. Свит Пи смотрит на Тони с легкой улыбкой, прежде чем он включает татуировочный пистолет и наклоняется вперед. Беспорядочное жужжание татуировочного пистолета, который находится в нескольких секундах от маркировки на коже Шерил, наполняет уши Тони, и Шерил слегка подпрыгивает, прежде чем она закрывает глаза и крепче сжимает руки Тони. Тони просто наклоняется и кладет губы на лоб Шерил, обещая, что она не уйдет, пока чернила на коже Шерил не высохнут и не пометят ее как змею южной стороны на всю жизнь. В ту же секунду, как тату-пистолет входит в контакт, Шерил прикусывает нижнюю губу и издает тихий стон. Тони ничего не говорит, просто обнимает ее за шею. Шерил прижимается лбом к ключице Тони, вдыхая ее запах, а другой рукой обхватывает спинку стула, на котором покоится ее грудь. - Ты в порядке? - спрашивает Свит Пи, хмурясь, как только проводит линию. Шерил кивает Тони, которая поджимает губы и тоже кивает в сторону Свит Пи. - Она сильная, Свит. - говорит она с улыбкой. Она чувствует, как Шерил улыбается ей, ее губы прижимаются к ее коже, прежде чем Свит Пи вздыхает и продолжает свою работу. Тони наклоняется ближе и прижимается губами к уху Шерил, чтобы прошептать: - Я думаю... После этого мы можем пойти посмотреть новый фильм с Леди Гагой. Потом мы пойдем в Попс, поужинаем и выпьем молочных коктейлей, а потом отправимся домой и ляжем спать. Звучит хорошо? - Тони шепчет. Шерил не отвечает, ее ногти впиваются в стул, и Тони со вздохом целует ее волосы. - Шер, сосредоточься на звуке моего голоса, хорошо, детка? - Шерил обхватывает правой рукой предплечье Тони и прерывисто выдыхает. Тони знает, что Шерил не реагирует на боль. Она знает, что это воспоминания... Сестры тихого милосердия были совсем не милосердны в своем нападении на Шерил, ее рыжеволосая девушка рассказывала ей каждую мелочь о пяти днях, проведенных в этой адской дыре, в то время как Тони сделала все возможное, чтобы найти ее. Тони вспоминает ночи, когда Шерил делилась этой информацией с Тони, которая просто прижимала ее к себе и целовала каждый дюйм ее кожи. Пенелопа Блоссом просила, чтобы любые мысли о девиантности, любые мысли о девушках в сексуальном плане были стерты из памяти Шерил… И Шерил призналась Тони, что они были близки много, много раз. Тони почти уверена, что эта мысль все еще поднимает свою уродливую голову каждый раз, когда она и Шерил сближаются, знает, что рыжая слышит слова своей матери и эти садистские слова монахини, когда она резко вдыхает или морщится от поцелуев Тони, прижимая поцелуи к ее коже… Ее пребывание в сестрах тихого милосердия было относительно недолгим, но неделя, проведенная в плену у Шерил, растянулась для обеих девочек на целую жизнь. Каждый день казался Шерил вечностью, каждая секунда - кошмаром, потому что само ее существование было наказано и названо "развратным" и "отвратительным", а для Тони каждая секунда - кошмаром, в котором она не знала, где держат любимую девушку, в порядке ли она, жива ли вообще.… - Шер... - шепчет Тони. Шерил утыкается головой в плечо Тони и просто кивает. - З-звучит неплохо, Ти-Ти. - выдыхает она. Тони улыбается и проводит пальцами по волосам Шерил, убирая их подальше от татуировки, которую сделал Свит Пи. Это быстро, на удивление. Татуировка делается в течение двадцати пяти минут, и Тони смотрит, как Шерил выпрямляется и смотрит Тони в глаза. Свит Пи вытирает татуировку и быстро обертывает ее лентой. - Не чеши кожу, не выходи на солнце... - Не волнуйся, Свитс, я позабочусь о ней. - Тони закатывает глаза, но отвечает на улыбку Шерил с гордостью. Теперь она помечена как змея на всю жизнь. Все для Тони... Все для ее семьи. - В таком случае... - Свит Пи достает телефон и быстро делает снимок, прежде чем показать его Шерил. - Добро пожаловать в Саутсайд, рыжая. - говорит он с усмешкой. Шерил берет телефон Свит Пи и приближает татуировку с улыбкой и широко раскрытыми глазами, которые принимают чернила, которые теперь навсегда отметили ее кожу. - Ух ты... Ты меня удивил, Свит. Выглядит потрясающе. - говорит она, задыхаясь. - Боже, спасибо. - ворчит он, вставая и закатывая глаза. Тони хихикает, а Шерил смотрит на нее с усмешкой. - Как это выглядит? - она спрашивает. Тони встает со стула, ее рука не отрывается от руки Шерил, она сжимает ее и идет посмотреть на татуировку. Это так резко контрастирует с бледной кожей Шерил, черные чернила текут и убывают на белом холсте, образуя двухголовую змею, которая украшает кожу каждой Южной змеи, в настоящее время собравшейся вокруг огня на берегу озера. - Выглядит идеально, Шерил. - и это действительно так, как будто это всегда делалось, чтобы отметить кожу одной Шерил… Тони колеблется, прежде чем она проводит пальцами по прозрачной обертке вокруг нее. Шерил вздрагивает от ее прикосновения, но она улыбается, закрывает глаза и откидывается на спинку стула от прикосновения Тони, ее руки держат ее рубашку, чтобы не обнажить грудь. - Я оставлю вас на секунду, но, пожалуйста, не занимайтесь сексом в моем трейлере. - говорит Свит Пи, покачивая бровями. Тони бьет его в грудь. - Боже, убирайся. - Свит Пи со смехом потирает грудь, но все равно выходит из трейлера, и Тони передает Шерил ее лифчик и сначала помогает ей надеть его, осторожно избегая ее татуировки. Как только он надевается, она помогает Шерил снова надеть рубашку, ее пальцы скользят по коже живота Шерил, прежде чем она тянет ее вниз, чтобы прикрыть ее. - Как ты себя чувствуешь? - тихо спрашивает Тони, с улыбкой глядя на девушку. Шерил не отвечает. Она просто держит лицо Тони и целует ее глубоко, Тони отвечает с энтузиазмом, схватив рыжую за талию и притянув ее ближе. Это моменты, ради которых Тони живет, моменты, когда они с Шерил могут быть одни и просто греться в присутствии друг друга, и Боже, тепло тела Шерил рядом с ее собственным, ощущение ее губ, скользящих по Тони снова и снова, вдыхая ее, ничего, кроме любви и привязанности, изливающихся из каждого из них... Они не отрываются друг от друга по крайней мере несколько минут, губы томно шевелятся, когда Шерил нежно проводит пальцами по розовым волосам Тони. - Свит Пи сказал не заниматься сексом в трейлере. - Тони наконец выдыхает, когда ей удается оторваться от Шерил, которая смеется и прижимается лбом к Тони, тихо напевая. - Отвечаю на твой вопрос, Ти-Ти. Я чувствую себя... Завершенной. - шепчет Шерил. Тони улыбается и убирает прядь волос за ухо Шерил, прежде чем посмотреть девушке в глаза. - Ты была змеей без татуировки, Шерил. - она ей говорит. Шерил улыбается. - Понимаю. Но все же... Теперь это официально. Я змея теперь навсегда... Это прямо на моем плече. - Ммм, теперь у нас одинаковые татуировки. - поддразнивает Тони, наклоняясь, чтобы поцеловать пульс Шерил. - Одинаковые! - Шерил хихикает. Тони улыбается на звук, ее сердце болит от счастья, потому что смех Шерил - это то, что трудно услышать... Девушка так много пережила всего за шестнадцать лет...Тони больно даже думать об этом. Теперь она счастлива, Тони. Ты делаешь ее счастливой. Тони переплетает ее пальцы с пальцами Шерил, таща ее к двери трейлера Свит Пи. Они моргают на солнце, как только выходят на слегка прохладный воздух, Тони пробирается прямо к огню, где Джагхед, Фэнгс, Эф Пи и Свит Пи собраны. При их приближении все смотрят вверх, Фэнгс ухмыляется и крепко сжимает бицепс Шерил. - Слышал, все кончено! Теперь ты официально змея, Шерил. - он ликует, улыбка на его лице становится только шире, когда Джагхед закатывает глаза. - Эу, она уже месяц как змея. Татуировка только укрепляет ее статус. - Джагхед говорит с улыбкой, и внимание Шерил переключается на Джагхеда в виде змеиного брата, его глаза морщатся, когда он идет вперед с вытянутыми руками. - Ничего себе, это конец времен, если Джагхед обнимает Шерил Бомбшелл. - дразнит его Тони, широко улыбаясь. - Заткнись. - они оба говорят одновременно, закатив глаза, и Тони просто поднимает бровь, когда Джагхед хихикает и притягивает Шерил для легкого объятия. - Извини, что тебе потребовалось так много времени, чтобы сделать татуировку, и это не обязательно говорить, но... Добро пожаловать в Саутсайд, Шерил Блоссом. - тихо говорит Джагхед, и Свит Пи и Фэнгс громко приветствуют ее, оба они кричат, когда Шерил отстраняется от Джагхеда и нежно сжимает его руку. - Спасибо. - она шепчет. Джагхед коротко кивает, и Эф Пи улыбается и хватает Шерил за плечо. - Как сказал Джагхед, ты была змеей с тех пор, как мы дали тебе эту куртку. Эта татуировка делает тебя официальной. Я рад, что ты прошла через боль. - он говорит твердо. Шерил грустно улыбается. - Бывало и похуже. - бормочет она. Эф Пи вздыхает и кивает, и Тони видит вину в его глазах, когда он еще раз сжимает плечо Шерил, прежде чем снова повернуться к огню, избегая взгляда рыжеволосой. Тони в глубине души знает, что Эф Пи все еще чувствует ответственность за то, что произошло с Джейсоном, и она знает, что часть Шерил никогда не забудет, что сделал бывший лидер змей, роль, которую он сыграл в убийстве ее брата-близнеца… Но Тони благодарна, что Шерил нашла в себе силы простить Эф Пи. Они долго говорили об этом на следующий день после того, как Шерил стала змеей, ее девушка рассказывала ей, что в конце концов именно ее отец убил ее прекрасного брата, ее отец эгоистично убил себя, прежде чем власти смогли наказать его за его преступления, и Эф Пи Джонс делал то, что должен был делать, чтобы сохранить свою семью в безопасности, что, как знала сама Шерил, она должна была делать и теперь, когда стала змеей.… Тони поцеловала ее в лоб и сказала, что Эф Пи Джонс был в сто раз лучше, чем Клиффорд Блоссом, и Шерил не замедлила с этим согласиться. - Вот, ты оставила это здесь. - говорит Свит Пи, с улыбкой поднимая красную змеиную куртку Шерил. Шерил с улыбкой берет его и осторожно надевает, когда он улыбается и нежно обнимает Шерил за плечи. - Теперь ты "отброс из Саутсайда"! - Шерил закатывает глаза и скрещивает руки на груди, а Фэнгс рычит от смеха и игриво тычется ей в щеку. - Ты никогда этого не забудешь, Блоссом. - он говорит просто, слегка вздрагивая, когда подходит, чтобы обнять ее. Он все еще страдает от огнестрельного ранения, которое чуть не убило его месяц назад, все еще медленно выздоравливает, но тот факт, что он жив - это все, что имеет значение для Тони. Почти потерять Фэнгса было страшно. Фэнгс был для нее больше, чем просто брат, он был ее доверенным лицом, человеком, с которым она могла говорить о чем угодно, кроме Шерил… Свит Пи и Фэнгс были двумя людьми, которых она просто не могла потерять в своей жизни, несмотря ни на что. Жизнь без них не имеет большого смысла… Шерил наклоняется, чтобы схватить Тони за руку, переплетая пальцы, как Эф Пи и Джагхед протягивают каждой по бутылке пива. - Выпьем! За Шерил Блоссом! - говорит Эф Пи, улыбаясь их переплетенным рукам, прежде чем поднять бутылку. Мальчики делают то же самое с улыбкой. - За Шерил Блоссом! - они ликуют, делая глоток пива. Тони нежно смотрит на Шерил и поднимает бутылку за любовь всей ее жизни. - За Шерил Блоссом. - шепчет она, делая глоток и позволяя прохладной жидкости успокоить горло. Шерил улыбается и наклоняется, чтобы поцеловать ее в щеку, прежде чем она с опаской смотрит на свою бутылку пива. Тони сдерживает улыбку. Она знает, что вкусы Шерил более утонченные. Боже, всего год назад Тони посмеялась бы над мыслью, что Шерил Блоссом будет змеей, но сейчас это происходило прямо перед ними.… Тони никогда не была счастливее. Шерил делает глоток, ее лицо мгновенно искажается от отвращения, прежде чем она проглатывает его и хмурится. - Не привыкла к дешевому пиву, а? - говорит Эф Пи со смехом. Шерил пожимает плечами. - Это не самое худшее, что я пробовала. Я до сих пор не смыла вкус улитки трехлетней давности. - говорит она с дрожью. Тони хихикает как Эф Пи качает головой в изумлении. - Добро пожаловать в семью. - говорит Эф Пи, делая еще глоток пива и кивая с улыбкой. - Ты говоришь так, будто мы мафия. - ворчит Фэнгс. Эф Пи смеется, а Шерил просто улыбается. - Спасибо, Эф Пи. Змеи теперь моя семья, и... возможно, я не очень хорошо справилась со своей прошлой семьей, но на этот раз... На этот раз я сделаю все правильно. Обещаю. - говорит Шерил, высоко подняв голову. Эф Пи хмурится. - Шерил, ты и так прекрасно справляешься. Ты помогаешь нам построить новый дом для змей, ты помогла нам обосноваться здесь, на берегу озера... Ты змея, малыш, ты была ей уже давно. Поэтому не беспокойся о том, чтобы "делать все правильно"... Единственными монстрами в семье Блоссом были твои мать и отец. Не позволяй тому, что они с тобой сделали, сломить тебя. Ты хорошая девушка. - он хмурится. Шерил, смаргивая слезы, смотрит на Тони, которая наклоняется и целует ее в уголок рта. Тони знает, что Шерил не привыкла слышать похвалы, когда кто-то говорит ей, что она хороший человек или достойна хороших вещей, и каждый раз, когда эти слезы наполняют глаза ее девушки, она не хочет ничего больше, чем выследить Пенелопу Блоссом и выколоть ей глаза. - Он прав, детка, ты же знаешь. - она ободряюще шепчет. Шерил поджимает губы и кивает, сжимая руку Тони, когда она дрожит. Тони просто прижимает поцелуй к виску, когда телефон Джагхеда внезапно включается. Он достает его из кармана и хмуро смотрит на сообщение, его глаза сканируют экран, прежде чем он вздыхает. - Это Вероника. Объявлен залог за Арчи. - Сколько? - сразу же спрашивает Эф Пи. Джагхед тяжело сглатывает. - Двести тысяч. - бормочет он. Сердце Тони упало. Двести тысяч долларов? Черт... Бедный отец Арчи, наверное, сейчас сходит с ума.… - Черт... - Эф Пи проводит пальцами по волосам, Джагхед стискивает зубы и качает головой. - Очевидно, Фреду нужно заплатить только десять процентов, чтобы вытащить его, мэр Маккой делает все, что может. - Да, это все еще много денег для Фреда, чтобы справиться... - тихо говорит Эф Пи. Тони может сказать, что бывший король змей хочет сделать что-то, чтобы помочь своему лучшему другу, но змеи ничего не могут сделать. У них есть свои проблемы прямо сейчас, нет постоянного дома и нет денег для себя… - Мы должны что-то сделать, чтобы доказать невиновность Арчи. Если мне удастся раздобыть змей... - Джагхед вздрагивает, но Свит Пи тут же поднимает руку с насмешкой. - Что делать, Джонс? Мы ничего не должны Арчи Эндрюсу. - твердо говорит Свит Пи, поднося бутылку к губам, чтобы сделать глоток. Тони чувствует, как Шерил сжимает ее руку, а Джагхед смотрит на мальчика широко раскрытыми глазами, удивленный его вспышкой. - Ч-что? Свит Пи, Арчи никогда ничего не делал против змей... - Он никогда не помогал нам! Или ты забыл, что он работал на Хайрама Лоджа, человека, который держит нас в таком затруднительном положении? - шипит Свит Пи, сжимая пальцами бутылку пива. Джагхед смотрит на него и делает шаг вперед. - Он заступился за нас, когда узнал, что Хайрам пытается нас уничтожить! Ты видел, как он отреагировал, когда узнал, что Хайрам работает с упырями? Ты видел, как он взбесился, когда узнал, что Шерил и Тони были похищены по его просьбе!? - он рычит, его лицо краснеет от ярости, но Свит Пи просто закатывает глаза и пожимает плечами, допивая пиво. - Делай, что хочешь, Джагхед. Но не привлекай меня. Я не подвергаю себя риску, помогая Арчи Эндрюсу. - чопорно говорит он, бросая бутылку в огонь. Джагхед сердито шагает вперед, крепко сжав кулаки. Эф Пи хватает его за плечо и легко тянет назад. - Успокойся, Джаг. - бормочет он, избегая смотреть сыну в глаза и морщась от боли. Джагхед переводит взгляд на отца, а потом умоляюще смотрит на Фэнгса. - Фэнгс. - Эй, ни в коем случае, Джагхед, я не собираюсь ввязываться ни в какие дела, из-за которых в меня могут снова выстрелить. - говорит он, поднимая руки и яростно тряся головой. Тони знает, что она следующая, и, конечно же, Джагхед смотрит на нее. - Тони, ну же... - шепчет он, его голос полон отчаяния. Тони в нерешительности прикусывает нижнюю губу. Она никогда не была близка с Арчи Эндрюсом, это правда, и, честно говоря, она понятия не имела, был ли парень невиновен или нет. Он работал на Хайрама Лоджа, кого-то, кто поручил упырям похитить ее и Шерил всего месяц назад, поэтому, возможно, часть ее не совсем готова помочь Арчи, несмотря на то, что он был другом Джагхеда… Дело не только в этом, но это может быть опасно. Тони не хотела ввязываться ни во что, что могло бы навредить ей или Шерил.… Она просто склоняет голову и избегает взгляда Джагхеда, ничего, кроме чувства вины, поднимающего ее уродливую голову внутри нее, когда она крепко сжимает руку Шерил, и Джагхед ничего не говорит, его выражение кислое, прежде чем он недоверчиво усмехается и качает головой. - Вот тебе и Первый закон. "Ни один змей не стоит в одиночестве", верно? Думаю, это ни хрена не значит. - он шипит и, прежде чем Тони успевает окликнуть его, поворачивается на каблуках и направляется к своему мотоциклу. - Джаг! - Эф Пи кричит, пытаясь вернуть сына, но Джагхед Джонс срывает с головы шапочку и надевает шлем, его нога хлопает, чтобы завести мотоцикл. Он взлетает в ярости, грязь поднимается с земли от шин, прежде чем он в спешке исчезает с озера. Тони судорожно сглатывает и смотрит на Свит Пи, который, закатив глаза, чешет затылок. - Всё. - он ворчит, направляясь к озеру, Фэнгс следует за ним со вздохом. Эф Пи смотрит, как они идут в поражении, прежде чем он идет к своему трейлеру, оставляя Тони и Шерил одних у огня. Тони смотрит на свою девушку и с удивлением видит, что Шерил плачет, слезы текут по ее щекам, когда она в отчаянии смотрит на Тони. - Почему Свит Пи не хочет помочь Арчи, Тони? - она хрипит. Тони облизывает губы, берет руки Шерил в свои и целует костяшки пальцев. - Потому что Свит Пи не любит помогать людям, которых не считает своими... Арчи никогда ничего не делал для нас, Шерил. Ты не можешь винить его за то, что он не хотел подставлять свою шею парню, который работал с нашим злейшим врагом... - бормочет она. Шерил поджимает губы, но больше ничего не говорит, осторожно высвобождая руки из объятий Тони. Тони хмурится, но прежде чем она успевает что-то сказать, Шерил идет к озеру за Фэнгсом и Свит Пи, оставляя Тони смотреть ей вслед в замешательстве. Какого черта это было?

***

Тихая ночь в Тислхаусе. единственный звук, который эхом разносится по всему, почти полностью пустому дому - это вой ветра снаружи, деревья раскачиваются с силой воздуха, когда Шерил наклоняется, чтобы поцеловать бабушку в лоб. - Спокойной ночи, Нана Роуз. - Спокойной ночи, дорогая. - голос Наны Роуз тихий, слабый, и Шерил, нахмурившись, выпрямляется и вздыхает, прежде чем выйти из комнаты, осторожно выключив за собой свет и закрыв дверь. Она знает, что ее Нана Роуз не становится лучше. Ее синдром постепенно начинал брать верх, и пройдет немного времени, и она уйдет, как ушли Джейсон и ее отец. От этой мысли у нее сердце сжимается, а грудь сжимается, когда она делает судорожный вдох. Без Наны Роуз у Шерил не было бы законного опекуна. Что с ней будет? Ей придется поступить в приемную семью, не так ли? Она не может... Она не может оставить Тислхаус позади, не тогда, когда у нее есть жизнь здесь с Тони… Тони... Которую она сейчас избегала. Шерил вздыхает и переплетает пальцы, спускаясь на кухню. Она знает, что Тони наверху, в ее комнате, вероятно, ждет, когда она закончит укладывать Нану Роуз спать. С сегодняшнего дня на берегу озера Шерил избегает свою девушку. Не из-за злости, а... Из-за страха. Потому что она знает, что для того, чтобы привлечь Тони и змей на сторону Джагхеда, чтобы заставить их помочь Арчи... Ей нужно рассказать Тони, что произошло на реке Свитвотер за день до их встречи. Ей нужно сказать Тони, что она пыталась совершить самоубийство... Что Арчи Эндрюс спас ей жизнь и без него у Тони не было бы девушки прямо сейчас. И это пугает ее. Она понятия не имеет, как отреагирует Тони, разозлится ли она на то, что Шерил даже подумывала о самоубийстве, заплачет ли и прижмет Шерил к себе, или, что хуже всего... Она начинает сомневаться, что Шерил была в своем уме, будет следить за каждым ее движением, одержимая страхом, что она снова попытается покончить с собой.… С того дня Шерил об этом не думала. Даже когда она была в плену у сестер тихого милосердия... Мысли о Тони и ее друзьях - это то, что вытащило ее даже в самые темные дни. У нее просто был момент слабости, она не могла справиться с болью не только потеряв Джейсона, но и узнав, что ее отец жестоко убил ее красивого брата, покончил с собой, чтобы избежать наказания за свои преступления с наркотиками. Это было слишком.… Но сейчас ей лучше. Она лучше справляется со своей болью, лучше справляется со своими темными мыслями, потому что у нее была Тони. Она не может потерять это, но что, если признание будет стоить ей всего? Она достает из морозилки баночку мороженого - деликатес, который ей никогда не разрешали есть, пока здесь жила ее мать. Когда Тони узнала, что в морозилке нет ничего сладкого, она схватила Шерил за руку и потащила в ближайший продуктовый магазин, купила четыре банки мороженого и потребовала, чтобы они провели ночь за просмотром фильмов, съев хотя бы одну. Она улыбается, глядя на баночку клубничного мороженого, достает из ящика ложку и копается в ней. Она слышит звук мягких шагов по плиткам и чувствует, как теплые руки обнимают ее сзади, прежде чем голос Тони эхом отдается в ее правом ухе. - Крадешь мороженое без меня, Бомбшелл? - она шепчет. Шерил сдерживает улыбку и пытается изобразить храбрость, кружась в объятиях змеи и не обращая внимания на свое бешено колотящееся сердце. - Я как раз собиралась поговорить об этом. - говорит она, зачерпывая ложкой и поднося ее к губам Тони. Розововолосая девушка улыбается и обхватывает ложку губами, ее глаза закрываются, когда мягкий гул одобрения ускользает от нее. - Боже, это так вкусно. - Шерил улыбается и снова оборачивается, чтобы избежать взгляда девушки, ее глаза опускаются на розовую массу в баночке перед ней. Тони сжимает ее талию, прежде чем отпустить, и обходит стойку, к которой они прислонились, ее глаза сверлят висок Шерил, когда рыжеволосая девушка отказывается смотреть на нее. - Нана Роуз в порядке? - Тони спрашивает, понизив голос. Шерил вздыхает и начинает чистить мороженое ложкой, чтобы отвлечься. - Думаю, мне нужно нанять Лизу в качестве сиделки. Мы говорили об этом на днях, но это должно стать реальностью раньше, чем позже. Теперь, когда у меня есть доступ к деньгам, которые оставил мне папа... Ей становится хуже, и я ничем не могу ей помочь. Если за ней не присмотрят должным образом, боюсь, она покинет нас быстрее, чем нам хотелось бы... Боль от ее потери будет достаточно болезненной, но быть брошенной в приемную семью... Я бы хотела избежать этого как можно дольше. -Шерил бормочет, все еще не глядя Тони в глаза. - Тогда ты должна это сделать. - просто говорит Тони. Шерил кивнула, продолжая играть с мороженым кончиком ложки, прежде чем пальцы Тони внезапно сомкнулись вокруг ее запястья. - Не хочешь рассказать, почему ты избегаешь меня с сегодняшнего дня? - Шерил судорожно вздыхает, но все еще не может заставить себя поднять глаза и качает головой. - Я не избегаю тебя. - виновато ворчит она. Тони усмехается, ее хватка на запястье Шерил немного сжимается, пока ее ногти не впиваются в кожу. - Позволю себе не согласиться. Ты даже не смотришь мне в глаза прямо сейчас. Что происходит, Шерил? - спрашивает она, ее голос мягкий, но также наполненный искренним отчаянием по поводу того, что причиняет боль ее девушке. Она хочет знать, что она сделала не так, Шерил может сказать, и она не хочет ничего больше, чтобы не было ничего плохого, но… Арчи Эндрюс спас ей жизнь. И если змеи могут что-то сделать, чтобы помочь ему, Шерил хочет быть частью этого… - Ти-Ти может, отложим этот разговор на завтра? - она шепчет, задыхаясь, смаргивая слезы, когда Тони печально смотрит на нее. Она не может сделать это сегодня, не в завершение всего... Сегодня был день празднования. Официально она была змеей, получившей метку, которая навсегда сделала ее змеей.… Розововолосая девушка внимательно наблюдает за ней, прежде чем, наконец, вздохнуть и просто кивнуть. - Я не забуду об этом, Бомбшелл... - бормочет она. Шерил вздыхает с облегчением и прикусывает нижнюю губу, прежде чем сделать шаг вперед и схватить Тони за бедра, притягивая ее ближе, пока они не окажутся на одном уровне. У Тони перехватывает дыхание, прежде чем она с обожанием улыбается Шерил. - Теперь я официально змея на всю жизнь. - шепчет Шерил. Тони улыбается, но беспокойство в ее глазах ясно видно, когда она облизывает губы и медленно кивает. - Теперь ты официально змея на всю жизнь. - повторяет она с глубоким вздохом. Шерил наклоняется ближе, их лица в нескольких дюймах друг от друга, и нежно обнимает Тони за шею. - Ты расстроена? - бормочет она. Тони слегка вздыхает. - Нет. Напугана больше всего на свете. Я не хочу, чтобы ты пострадала. - Шерил отстраняется и прижимает палец к подбородку, заставляя себя поднять глаза, когда тихий вздох покидает ее. - Я тоже беспокоюсь, что ты пострадаешь. У меня с того момента, как мы стали друзьями, появилось нечто большее. По крайней мере, теперь мы вместе. Ты падаешь, я падаю. - Тони прикусывает нижнюю губу, потом наклоняется и целует Шерил в уголок рта. - Тогда мне лучше избегать трещин на тротуаре. Я не пойду ко дну, если это приведет тебя ко мне. - Шерил не может помочь, её улыбка при этом. - Я тоже, Ти-Ти. Они замолкают в уютном молчании, просто обнимая друг друга, и несколько мгновений они играют руками и волосами друг друга, а потом Тони смотрит в глаза Шерил и глубоко вздыхает. - Ты уверена, что не хочешь поговорить о том, что у тебя на уме, Шерил? - она шепчет. Шерил облизывает губы и просто качает головой. - Завтра, Тони. Я обещаю... Сегодня было достаточно тяжело, не добавляя больше хаоса и отчаяния... - шепчет она в ответ. Тони хмурится, но кивает и слегка улыбается девушке, а Шерил так благодарна, что Тони все понимает... Боже, она никогда не давит, всегда так терпелива с Шерил, несмотря на многие вспышки, несмотря на импульсивные решения и действия, которые она сделала... - Нам завтра в школу идти? - Тони ворчит, отвлекая Шерил от ее мыслей, рыжеволосая девушка хихикает и целует подругу в лоб. - У меня средний балл 4,0, Тони. Я могу быть змеей, но я не теряю этого. - Я знаю, я просто... Ненавижу все эти взгляды. Все думают, что я тебя развратила или что-то в этом роде. - Тони бормочет, хмурясь все сильнее, и Шерил поднимает бровь. - Развратила меня? Если кто и развращал, так это я. Ты стала в десять раз нахальнее с тех пор, как мы начали этот роман. - она дразнит, ее пальцы нежно гладят Тони по бокам, и Тони хихикает и пожимает плечами. - Мы развратили друг друга, не так ли? - Ммм, они просто завидуют, Ча-Ча. - Шерил встряхивает волосами, и Тони разражается смехом, ее глаза наполняются любовью, когда она смотрит на Шерил, приподняв бровь. - Это прозвище, которое я давно не слышала. - она поддразнивает, но выражение ее лица смягчается, и она протягивает руку, чтобы легко провести пальцами по скуле Шерил, прежде чем наклониться и поцеловать ее так нежно, Шерил тает от ее прикосновения, прежде чем она обнимает талию Тони и притягивает ее ближе. Завтра... Завтра может быть днем слез и признаний, которые, вероятно, оставят обеих девушек убитыми горем, но пока… Боже, сейчас она просто хочет этого. Тони в ее объятиях, целует ее так красиво, так нежно, так нежно.… Арчи Эндрюс спас ей жизнь, но Тони Топаз дала ей повод продолжать жить. Она может подождать. Душераздирающие вещи могут подождать. Сейчас...она просто хочет быть с Тони. - Думаю, мы должны пойти наверх, Ти-Ти. - она дышит в губы своей девушки, и Тони улыбается ей, прежде чем игриво прикусить ее нижнюю губу. - Не знаю, мне нравится идея трахнуть тебя на кухонном столе. - Боже, Ти-Ти. Тише. Как вульгарно...