Ради тех, кого любим

***

      Примерный ученик, достойный сын, будущий воин, ниндзя клана Хамато — вот кем он должен быть. Вся его жизнь предрешена была с момента его второго рождения, сама судьба избрала ему путь. Юноша во что бы то ни стало обязан выполнить долг своего учителя, своего отца. Пятнадцать лет Леонардо учился терпеть боль, контролировать физическое и духовное тело, тренироваться до потери сил, служить клану и отцу. Такова цена звания ниндзя. Ценней его клана, имени отца, семьи ничего нет, как его собственная жизнь, пока не выполнит свое предназначение и последнюю волю Отца.       Но больше всего он любил свою семью и дорожил ей. Его главная и сокровенная мечта — отыскать своих братьев. Мальчишка совсем наивен, ничего не знает о мире, что наверху, но верит и молится Ками каждый день о том, чтобы братья оставались здоровы и ждали его.       Сейчас, сидя на коленях напротив отца, черепаха-мутант поднял взгляд, эти красивые от природы голубые глаза не выдавали ни одну эмоцию, непробиваемая пустота. На нем была полная экипировка, на ремнях находились небольшие отделения, за спиной парные катаны, на руках от пальцев до локтей защита, а ступни забинтованы так, чтобы пальцами ног можно было цепляться за малейшие выступы. Ростом невелик, особенно в сравнении с Сэнсеем, кто б мог подумать, что мутант-крыса будет настолько высоким.       Додзе — это японский тренировочный зал с соответствующей отделкой, деревянными ставнями и бумагой в рамах. Пол каменный холодный, как во всех канализациях, но ковры, расстеленные по залу, делали это место теплее и уютней, но в то же время оружие, строго расставленное на подставках по стенам, могло заставить впечатлительных насторожиться. Но элегантное дерево Бонсай посреди зала и мягкое освещение над ним завораживало. Дерево было большим и ухоженным, оно цвело и росло. С таким трепетом и любовью за ним ухаживают, что, смотря на него, чувствуешь спокойствие и умиротворение. Медитировать и просто находиться рядом с ним одно удовольствие.       Напротив входа в додзе находился простенький Буцудан, на нем стояла фотография и самодельная, вытесанная из дерева статуэтка Будды. На полке ниже стояли свечи, аромапалочки и пара чёток для молитв. Юный ниндзя, все взвесив и обдумав, говорит не столько спокойным, сколько холодным донельзя голосом.       — Я готов, Сенсей. Прошу, доверьтесь мне, я смогу постоять за себя.       Лео все еще смотрит в глаза мастера, не шевелится в ожидании ответа. Учитель, напротив, выглядит непринуждённо, но в то же время он сосредоточен и внимателен к словам своего ученика. В его длинных крысиных пальцах чашка без ручки с горячим чаем. Рядом стоит чайная утварь, соответствующая японским канонам. Крыса-мутант, сидя на коленях с закрытыми глазами, обдумывает слова ученика и после небольшой паузы поднимает глаза и одобряюще, но сдержанно кивает.       — Твои успехи в ниндзюцу поистине хороши, но я не смогу позволить выходить на поверхность, когда тебе вздумается, Леонардо. Ты способный ученик и примерный сын, я горжусь твоими умениями, горжусь твоей духовной силой. Уверен, наши предки и Боги горды тобой, поэтому выходить на поверхность можно лишь с моего разрешения, лишь в темное время суток.       Немного помедлив, подросток сдержанно поклонился в ноги отца, касаясь лбом пола.       — Благодарю, отец, я вас не подведу, я узнаю о моих братьях всё возможное, и если получится, отыщу их и приведу в семью.       По-прежнему не спеша и выждав паузу, Леонардо поднялся на колени, снова смотря отцу в глаза.       — Должен предостеречь тебя, Леонардо, хоть твои намерения благородны и чисты…       Сплинтер выдержал паузу.       — Этот мир тебе неизвестен, а представления, не все, но могут быть искажены или вовсе не верны. Ради нашей же безопасности я не мог позволить тебе увидеть этот мир раньше.       Сплинтер прикрыл рот рукой и прокашлялся.       — Я старею, былые раны заживают дольше либо заживают, оставляя травму на всю жизнь. Неважно — телесные или духовные травмы, они все становятся серьезней с каждым годом, а некоторые разрушают меня.       — Я буду осторожен и вернусь до восхода солнца, отец.       Черепаха уже готова сорваться с места и бежать наружу, но нужно сидеть и ждать, довести разговор до конца, ведь если у него нет терпения, чтобы просто договорить, то что говорить о его мастерстве или выходе в новый мир? Позор. Придется еще несколько лет доказывать Сэнсею, что он достоин, ещё больше отмывать позор и неуважение. Внутри начинает колотить и трясти, но тело, как камень, неподвижно и твердо, глаза, как зеркало, отражают все, не давая взглянуть внутрь, а там, глубоко внутри, бурлили эмоции, чувства. Но все должно быть скрыто, заперто. Этому его учили всю жизнь.       Секунды стали томительны, но мастер слегка кивнул и, поднеся к губам чай, произнес:        — Береги себя.       Лео снова поклонился в ноги отцу, неторопливо встал и спокойно ушел из додзе, закрыв за собой ставни зала. Отсчитав про себя три секунды, подросток ринулся к выходу. Его окрыляли чувства и эмоции, что только что бурлили где-то там глубоко в нем. Теперь они вырвались наружу словно фейерверк. Он бежал по лужам канализации, улыбаясь как ребенок, увидевший чуда этого мира. По телу пробежали мурашки, кровь стучала в висках, сердце билось быстро, ярко. Глаза блестели в восторге, словно море, отражающее солнечный свет. Ночью всегда холодно и влажно, но ему, Лео, стало так тепло, так жарко, что щёки запылали. Черепаха петляла по канализации, и каждый толчок от земли ощущался как небольшой полет, эти мгновения, о, эти мгновения! Ничего не могло быть лучше коктейля чувств из предвкушения, восторга и детской радости. Все это так сильно окрыляло, что Леонардо перестал себя контролировать.       Он бежал припрыгивая, хохотал и, раскинув руки, пытался взлететь. Еще не оказавшись на поверхности, в новом для него мире, мальчишка был готов встретить его с распростертыми объятиями!       И вот он, едва касаясь поручней, ведущих из канализации наверх, взбирается по лестнице и, вытолкнув над собой люк, не жалея силы и не думая о шуме, выбирается из-под земли в этот новый чудесный мир.       Встав на ноги и вдохнув уличного воздуха, Лео закашлял и приложил руку ко лбу. Появилось небольшие головокружение, а в горле пересохло. Немного погодя, привыкнув к резкому и сухому воздуху, оглянулся вокруг себя. Он оказался на дороге, которая вела к порту. Порт был настолько близко, что можно было услышать, как подъемный кран разгружал корабль. Напротив, в 500 футах от Леонардо, был большой завод. Серое здание с огороженной территорией, а из труб выходил то ли пар, то ли дым, который был странного, грязно-рыжего цвета.       «Возможно, именно из-за этого дыма тут такой ужасно противный воздух».       Немного подумав, парень быстро убежал в какой-то переулок, подальше от фонарей и этого дыма.       Бегая в переулке, Леонардо все время оглядывался и озирался на стены домов, мимо которых пробегал, вглядывался в окна и смотрел на небольшие дворики с игровыми площадками между высокими домами. Сам того не замечая, с бега он переключился на ходьбу, дабы все разглядеть. Это был уже жилой район с невысокими пяти- и десятиэтажными домами, с граффити и грязью на улицах. И все это удивляло его. Он широко открытыми глазами смотрел на развешанное белье, на Богом забытую собачью будку, на зашторенные окна, особенно на те, в которых был свет и можно было увидеть силуэты вещей, стоящих на подоконниках, или движущихся людей. Те окна, которые были открыты, или балконы, где стояли люди, которые громко заговаривали или курили, Лео старался обходить или быстро прошмыгнуть. Черепаха много раз поднимала глаза наверх и искала звёзды и луну. Этой ночью облака закрыли все небо.        «Тот дым из труб мог закрыть небо? А если я уйду дальше, увижу ли луну? А солнце я увижу днём?»       Остановившись у какого-то мусорного бака и задрав голову, он рассматривал спящих голубей на жёрдочке крыш, маленькую, кривую антенну и провода, протянутые между столбами.       Леонардо улыбался и, снова вздохнув, не почувствовал тот едкий запах, как в первый раз. Воздух был приятнее, может, дело было в том, что жизнь в канализации притупила его чувствительность к вони. Посмотрев под ноги, рядом с собой он увидел канализационный люк.       Немного постояв, Лео отвернулся от него и побежал дальше изучать такие красивые и интересные для него переулки.       Черепаха шла всё дальше вглубь переулков, на стенах появлялось всё больше и больше граффити, а на некоторых улицах они были одинаковыми. Проходя мимо, он встречал всё больше канализационных люков, мусора и решеток из-под земли, из которых шел теплый дым.       Когда Леонардо слышал шаги, шум или чью-то болтовню, то инстинктивно прятался за углом или каким-то баком и ждал, пока снова не наступит тишина. Аккуратно вылезал, отряхивался и проверял, не вляпался ли во что-нибудь мерзкое, а потом шел дальше.       Только на третий раз вылезая из-за вонючего мусорного контейнера, ниндзя решил забраться по пожарной лестнице на крышу и передвигаться по верху. Так, ему казалось, будет безопасней, пусть он и не сможет рассмотреть улицы.       Он быстро и практически бесшумно взобрался по мокрым ступенькам лестницы и оказался на крыше десятиэтажки. Холодный ночной ветер дул прямо в лицо, а вместе с холодом пришел и странный запах. Лео помахал рукой перед носом и прищурился.       — Неужели весь город воняет?       Пожаловался себе вслух подросток и, убрав руку, начал оборачиваться. Весь нижний Манхэттен сиял, он находился в трех милях от порта. Сам порт был от Лео совсем недалеко, минут 20 до него. Простого «вау» было недостаточно, это было нечто, особенно для черепашки-мутанта, который ни разу не видел этого чуда в своей короткой жизни. Он, сам этого не заметив, оперся плечом о стоящую рядом вентиляционную шахту и, улыбаясь, просто любовался красотой города: эти краски, эти высокие небоскрёбы, а если хорошенько прислушаться, то можно было услышать музыку и гул машин, смех людей.       А также смех девушки и скрип качелей. Оторвавшись от завораживающего города, Лео понял, что на районе кто-то есть. Ниндзя тут же присел на корточки рядом с вентиляцией, боясь, что его могут увидеть из окон или кто-то с бессонницей выйдет погулять на крышу. Перед ним никого не видно на крыше, в округе окна зашторены, и свет в квартирах не горит. Но он все же выглянул из-за укрытия и огляделся.       Убедившись, что рядом никого нет, встав с корточек, ниндзя аккуратно подошел к парапету и глянул вниз. Внизу была детская площадка с горкой, песочницей и качелями. На них сидела какая-то парочка. Девушка, которая только что смеялась над чем-то, и парень в толстовке и спортивных штанах, его лица нельзя было увидеть, так как он надел капюшон и маску, закрывающую пол-лица. Девушка наоборот была в футболке и шортах.       Подростку черепашке она показалась симпатичной рыжей девчонкой с приятным голосом. Лео расслабился и, присев, стал просто наблюдать за ней, вслушиваясь в разговор. Он почувствовал что-то странное, но знакомое. Было похоже на смесь обиды и грусти. Наверное, то, что он был заперт в канализации без друзей или хотя бы родственников того же возраста, и вызвало сейчас это чувство опустошения. Лео заметно погрустнел, завидуя тому, что у людей есть друзья, они общаются, ходят в разные крутые места, занимаются чем-либо вместе.       Стало так тоскливо и больно, что пришлось закрыть глаза, стараясь не всплакнуть. Лео понял, что он настолько отличается от других, что канализация скорее ему не дом, а убежище. Мир был для него более светлым до этого момента.       Снова странное чувство, но это вызывало тревогу, черепаха перевел свой взгляд с девушки в сторону. Кровь застыла в венах, а на лбу выступил холодный пот. Прямо в глаза ему смотрел тот парнишка на качелях, всё лицо закрыто, лишь глаза пристально и с ужасом смотрели на черепашку.       Руки сами оттолкнули Леонардо назад от парапета. Упав на спину, он схватился за грудь и стал быстро дышать. Перепугавшись, что его раскрыли, он быстро перевернулся, вскочил и ринулся бежать. Позади себя услышал, как тот пацан крикнул:       — Он уходит, бежим!!!       Ниндзя всего за пару секунд оказался на другой стороне крыши и, отскочив от парапета, взмыл вверх. Быстро приземлился на ноги, продолжая удирать. Каждый прыжок ощущался, как полет, ногами он не чувствовал крыш и слышал лишь бешеный стук сердца. Пробежав пару секунд, Лео бросился вниз с крыши, ухватившись за лестницу.       Оказавшись внизу, скинул крышку люка и пропал во тьме. Готовый валить домой, резко остановился и побежал закрыть крышку люка, но, перебирая ступеньки, услышал шаги. Вытащив лишь руку, подросток закрыл люк и, спрыгнув с лестницы, оказался в туннели канализации в полной темноте.       Парочка заметила, как люк закрыла зеленая лапа, вдвоем они оттащили тяжелый чугун в сторону и глянули в пустоту.       — Ниче такая глубина.       — И вонь такая, ты уверен, что это безопасно?       — Эйприл, со мной — тебе бояться нечего, тем более свет у нас есть, — парень поправил маску и врубил на телефоне фонарик. — Пошли!       Подростки спустились вниз. Первым пошел парень и начал освещать туннель. Позади шла девчонка, зажав пальцами нос.       — Эй, зеленая черепашка, мы тебя не обидим!       — Да, так он и поверил, — буркнул пацан и заглянул за поворот туннеля.       — Заткнись, Дон, и, вообще, может, это девочка?       — Да даже если так, твои слова ей ничего не скажут, вдруг ты хочешь поймать и вскрыть?       Девушка дала ему подзатыльник, а подросток в ответ захихикал, потерев голову.       — Это тебя надо вскрыть! Вдруг она нас слышит? К тому же, девочки лучше находят общий язык.       Компашка шла вперед вглубь канализации. Быстро привыкнув к вони и к тому, что ноги теперь промокли в сточной воде, и, слава Богу, здесь не было ни человеческого дерьма, ни других отходов жизнедеятельности, а всего лишь мусор, окурки, листья и т.д. Немного расслабившись, Эйприл резко остановилась и притормозила друга. Все затихло, было слышно лишь капанье воды и шум слива неподалеку.       — Ты чего?       — По-моему, я слышала шаги позади нас.       — Не пугай, к тому же это могут быть…       Тихий всплеск воды перепугал девушку так, что та вскрикнула и обернулась, светя фонариком. Лягушка нырнула обратно в сточную воду и поплыла дальше.       — Господи, Эйприл, ты серьезно, я чуть не сдох!       — Извини, я просто… Просто это место начинает меня пугать, тут так тесно и к ногам мусор пристает, всё время кажется, что кто-то смотрит в спину, а это лягушки и крысы. Может, уйдем отсюда?       — Я бы рад, но… я че-то не запоминал дорогу.       — Идиот.       — А чё я то сразу? Я не GPS!       — Слышь, умник, мог бы и придумать что-нибудь!       — Сама сказала, что ты глупая.       — Да иди ты в жопу, Донни! А ты пошла вон отсюда!       Резко с самой злобной рожей она обернулась, готовая прогнать крысу, и навела свет на что-то зеленое. Резко отдернулась и заорала, выронив телефон в воду. Силуэт бросился прочь, но подросток успел схватить Леонардо за край панциря и потянуть к себе. Оба свалились в грязную воду, Донни попытался удержать под собой мутанта.       — Стой, не убегай, Эйприл, свет — живо!       Девушка протёрла телефон и посветила на них. Донателло увидел перед собой черепаху в синей повязке с мечами за спиной, едва сдерживая его, он радостно сорвал с себя медицинскую маску и, улыбаясь, крикнул.       — Черепаха! Ты такой же, как я!       Леонардо смог сбросить с себя высокого подростка, и, пристав, увидел его лицо. Оба замерли, смотря друг на друга, а на лице ниндзя появилась улыбка. Немного помолчав, Лео не спеша встал в полный рост и тихо спросил:       — Вы… вы черепаха!       Донателло снял грязный капюшон и восторженным голосом ответил: — Да! Я черепаха, как и ты! — он протянул руку — У тебя есть имя?       Ниндзя по-доброму посмеялся и, поклонившись, заявил: — Меня зовут Леонардо, и надеюсь, мне не послышалось? Вас зовут Донателло, верно?       — Верно, забавно получается, ты у нас значит да Винчи. А это Эйприл! — Дон показал рукой на свою подругу, она помахала в ответ.       — Приятно познакомиться! — свет её телефона поморгал и с концами отрубился. — Ой, телефон сдох.       — Если… если вам нужно наверх, я могу предложить свою помощь и провести вас, — предложил Лео.       — Крутяк, а то мой телефон тоже где-то утонул, придется новый покупать, пойдем Эйприл, — он взял её за руку. — Веди нас!

***

      — Так ты типа что-то вроде ниндзя? — Донателло открыл дверь в свою квартиру и впустил поздних гостей. Всю дорогу от ближайшего канализационного люка до дома Дона, черепахи то и делали, что пищали от восторга, узнав, что они не одни такие, а предположительно где-то ещё есть две черепахи-мутанта.       Квартира небольшая: маленькая гостиная, серые стены, жалюзи на окнах, дешевый паркет расстелен по всей квартире. Миленький диванчик стоит у стену, а в десяти футах расположен телевизор на тумбочке. Прямо у окон стояло разложенное кресло, которое превращалось в кровать. Посреди комнаты лежал тоненький ковер с полосками. Из гостиной можно было увидеть небольшую кухню с маленькой аркой. Небольшой коридорчик вёл сразу в две закрытые комнаты, предположительно, спальню и туалетную комнату. Рядом с тумбочкой стоял большой стол, на нём было много хлама, железяк и прочей техники, одного ящика не хватало, а вокруг был всякий мелкий мусор.       — Ох, ну разве ниндзя может себе позволить так быстро себя обнаружить? — Леонардо прикрыл рукой лицо от стыда, а щеки слегка покраснели. — Позор да и только.       — Слышала, все азиаты строги к себе! — произнесла Эйприл, пройдя в грязной обуви к дивану.       Недо-ниндзя заволновался, почесав руку, и осторожно подошел к ней. Лео оглядел её лицо, у Эйприл были такие же красивые голубые глаза, на щеках рассыпались милые веснушки. Он перевёл взгляд на стену с плакатами супергероями. Комментарий про азиатов смутил подростка, стало как-то неприятно. Девушка почувствовала напряжение и начала оправдываться.       — Просто у тебя такой акцент, будто английский не твой родной, ну типа у тебя же китайский родной, ты же весь такой…       Дон подошел и закрыл ей рот ладонью: — Полегче, не видишь, что ли? Он сейчас помрет от твоего бреда!       Рыжая девчонка отодвинулась и скрестила руки: — Я лишь хотела поддержать разговор, — она похлопала по месту рядом с собой. Подросток сел и предложил сесть Леонардо.       — Сорян, мы тут все немного переживаем. Присаживайся, чего встал?       Черепашка ниндзя помахал руками и помотал головой. На лице читался ужас, ему было ужасно некомфортно. Он не мог себе представить, что по дому ходят в грязной уличной обуви, никакого культурного поведения, никакой дисциплины. Леонардо еще не знал, что такое культурный шок, но ощутил его в полной мере. А слова девушки про акцент задели его, да, английский ему не родной, но теперь подросток чувствует себя еще более странным и чужим. Небольшая паника начала выводить его из равновесия.       Как такое могло произойти. Он ниндзя! Равновесие духовное и телесное — самое важное для него, держать баланс для него должно быть так же просто, как и дышать! Почему именно сейчас общение с другими вызывает в нём столько тревоги, переживаний. Ладошки ещё вспотели — фу.       Леонардо сделал небольшой вздох, вытер слегка руки об свои ноги, выдохнул. Собравшись с мыслями, наконец-то заговорил.       — Благодарю вас за ваше гостеприимство, я рад, что нахожусь именно здесь и сейчас, — Лео сделал поклон и задержался. — Если вас что-то интересует, я постараюсь ответить на все ваши вопросы, — ниндзя поднялся и, улыбнувшись, посмотрел на своих новых приятелей.       Теперь уже ребята испытывали дикое смущение. Первой пришла в себя девушка, она улыбнулась в ответ и слегка кивнула головой.       — Да пожалуйста!       — Ага, слушай, Лео, а ты типа не местный? Я уже понял, что ты в канализации живешь, но создается впечатление, что ты не из Нью-Йорка, как минимум.       — Насколько я знаю, я здесь родился и жил всю жизнь, — подросток мило улыбнулся, подошел чуть ближе, перебирая пальцами, продолжил. — Как и вы, вы тоже родились в этом городе.       — Можно на «ты» перейти.       Ниндзя, немного смущаясь, спокойно помахал рукой в знак отказа Донателло, всё ещё мило улыбаясь.       — Мой Сенсей, Мастер Сплинтер, купил четырёх черепашек, но неизвестные напали на нас. Произошла стычка, и на Мастера и нас вылилась некая жидкость, что и дало нам второе рождение, и сделало такими, какими мы сейчас есть, — Лео посмотрел на свои руки, зажав их и разжав.       Донни поджал ноги под себя и странно заулыбался. Глаза блеснули огоньком, едва кивнув, он попросил рассказать об этом поподробнее.       — Ты не знаешь, что за жидкость была? Что за люди напали? У них была какая-то униформа с логотипом? У вас есть где-нибудь остатки этой штуки?       Эйприл и Лео насторожились, девушка тыкнула его локтем.       — Дон, ты чего? На маньяка похож, жуть!       — Эйп, как ты не понимаешь? Это же многое объясняет, почему я такой, почему он такой! Вдруг это был какой-то эксперимент по изменению ДНК, если так, то представь, какой это прогресс в науке!       Девушка начала понарошку лупить своего безумного дружка по голове: — Да заткнись ты, он про себя даже не рассказал, придурок!       — А ты больше всех обижаешься, причем за всех сразу!       — А кому это еще делать? — она хитро улыбнулась и показала язык.       На этот раз Донателло толкнул Эйприл и обратился обратно к Леонардо, которого снова потихоньку начиналась паника.       — Это, конечно да, извини, пожалуйста, меня иногда заносит.       — Иногда? — тихо прокомментировала девушка, снова ухмыляясь.       Сделав паузу, чтобы успокоиться, ниндзя продолжил рассказ о себе.       — Сенсей рассказывал, что после того, как мы перевоплотились, пришлось скрываться, а люди преследовали нас, пытались схватить, а мастера убить, — Леонардо улыбнулся, вспоминая один теплый для него момент. — Сенсей даже сделал нам бирки с именами, чтобы не путать. Предполагаю, что она у вас осталась.       — Точно! С такой именной биркой и мой старик нашел меня! Ну, мой отец.       Улыбка быстро исчезла у ниндзя, и он более спокойным тоном продолжил.       — Мастер Сплинтер заботился о нас, хоть это было и сложно, особенно из-за слежки, — Леонардо обнял себя одной рукой, прижав вторую как можно ближе к боку. — Эти люди нашли нас, и Мастер пострадал. Мы находились под землей, а рядом был бассейн, куда стекала вся вода. Из-за ливня потоки реки были настолько сильными, что нас просто… вас просто утащило на дно бассейна. Больше Отец вас никогда не видел.       Образовалась небольшая тишина. Донателло заговорил первым.       — Теперь стало сходиться. Это сходится с рассказом Роберта. Он мне рассказал, что нашел меня маленького в канализации.       — Помню, ты рассказывал, что он тебя в мусоре нашел, — девушка поджала ноги и повернулась в сторону друга.       — Ну да, в канализации, там мусор в каком-то месте скапливался, говорит, я в пластиковой сетки из-под бутылок застрял.       — Роберт тоже жил там? — поинтересовался Лео       — Не, он тогда поспорил с коллегой. Типа батя не сможет создать исследование, которое опубликуют в научном журнале: про систему канализаций или что-то в этом роде — не помню. Спор проиграл по итогу, — немного помолчав, Донни добавил: — Ах да, ты же, наверное, не в курсе. Научный журнал — это что-то вроде книжки, где пишут о проведенных экспериментах, и, если комиссия посчитает твое исследование и выводы достаточно важными, то его опубликуют в этом журнале. За это ещё деньги получают, — подросток вальяжно перекинул одну ногу на другую, добавив: — Я вот тоже думаю исследование послать в журнал. Анонимно, конечно, либо от имени отца. Когда мне было одиннадцать, Роберт сказал, что у меня определенно есть способности к науке, особенно к теоретической физике!       — Может, ты ему, еще и свои детские фотки покажешь? — девчонка заулыбалась, а Дон снова толкнул её. Эйприл захихикала, тогда черепаха просто столкнул подругу с дивана на пол.       Леонардо с напуганным лицом отошел от них немного в сторону, сложил руки вместе в кулак, прижав к груди: — Донателло, я рад, что Роберт спас вас, это благородно. Ваши познании в науке, должно быть, и вправду велики, раз в таком юном возрасте получили похвалу!       — Ой, да он просто хочет похвастаться!       — Похвала заслужена, я считаю, к тому же, скажи мне, Эйприл, кто тебе помогает со школой?       — Да, да, но с физикой и я справляюсь, ты вообще в литературе не разбираешься!       — Кому нужен этот бред — наука, вот что важно, а всё остальное — вторично! — умник отмахнулся от неё и развалился на диване.       Девушка удобно устроилась на полу, прижавшись спиной к дивану, стала разглядывать гостя: обратила внимание на экипировку, оружие и шрамы. — Прости меня за мой, скорее всего, бестактный вопрос, но ты, точнее твой отец, откуда родом или тоже из Нью-Йорка?       Черепашка в синей повязке оживился, расправил плечи, опустив руки, прижал их крепко по бокам. — Мой Отец, Мастер Сплинтер, родом из Японии, — Лео слегка замялся и почесал руку, после сжав её. Его широко открытые глаза блеснули гордостью. — Думаю, вам можно рассказать, вы так много уже знаете! Сенсей потомственный ниндзя из клана Хамато, и я его ученик, для меня огромная честь служить ему и клану!       Донателло улыбнулся, поставил руку на подлокотник и опёрся щекой о кулак. — Оживился. Хочешь рассказать про ваши традиции?       — Хочу! Я так рад, что вас это интересует! — Лео раскинул руки, будто готовый обняться, и стал говорить быстро и эмоционально. Так здорово говорить о своих любимых вещах тому, кто интересуется. — Ну, конечно же, тебя это интересует, мы же одной крови, братья всё-таки! Наши традиции не просто передаются из уст в уста! — мальчик подошел ближе к сидящей черепахе, протянув руки, но, не касаясь, смотрел прямо в карие глаза с искренней улыбкой. — Со второго рождения мы связаны душами, хвала Будде, что помог нам! Ты не представляешь, как много я хочу тебе показать!       Донателло странно улыбнулся, кротко и сухо ответив: — Ага, — взял его за руку.       Леонардо будто передёрнуло, он резко вырвал свою кисть, так же резко радость и детский восторг пропали с его лица. На мгновение в глазах можно было заметить страх, но неловкая улыбка быстро скрыла истинные чувства ребёнка. Он прижал обратно руку поближе к себе и, сделав пару шагов назад, едва кивнул.       — Простите меня, не стоило мне так шуметь. Не хотел вас напугать или обеспокоить своим поведением.       — Все нормально, в квартире больше никого нет. Мой старик уехал на научную конференцию и дома будет завтра вечером. Если хочешь, можешь остаться и поболтать ещё, — подросток убрал руку с подлокотника и сел выпрямившись. Стоит заметить, что и сидя, он тоже был довольно-таки высоким.       — Благодарю, но мне нужно возвращаться, я нашел вас и должен сообщить Мастеру, для него это будет отличная новость! К тому же, мне нужно разыскать ещё двоих братьев. Их зовут Микеланджело и Рафаэль, надеюсь, с ними все хорошо, так же как с вами.       Донателло встал с дивана и, подойдя к рабочему столу, подозвал жестом Лео. Немного порывшись, он достал кнопочный потрёпанный телефон и отдал в лапы черепашке ниндзя.       — Должен уточнить, знаешь, что это такое?       — К сожалению, никогда не видел.       — Это телефон, по нему можно позвонить, если что — будем на связи. Гляди, это кнопка включения, а нажимая на эти стрелки, можешь перемещаться по строчкам контактам. Дай-ка на секунду, — ниндзя слегка улыбнулся, такая забавная вещь, как телефон ему понравилась. Через момент ему вернули его. — Это мой номер, видишь, написано — Дон?       — Да, вижу, спасибо большое вам!       — Да погоди, нажимаешь на «ОК`ей», а потом жмешь на зелёную трубку — и идет вызов, если я возьму трубку, то сможем говорить на расстоянии. Я вбил пока номер Эйприл, потом перепишу на новый, когда куплю его.       — А как Лео должен мне звонить, у меня мобила сдохла, между прочим!       — Но не сим-ка же! Дай телефон, я его оживлю как-нибудь, либо новый купишь. И кстати, держи зарядку, если что, зарядишь.       — Благодарю вас, но… — черепашка в синей повязке неловко улыбнулся. — Я не знаю, как зарядить телефон.       — Ох, скажи ещё, что у вас ещё электричества нет! — Дон приложил руку ко лбу. — Скажи мне, что это не так!       В ответ гость лишь глупо улыбался.