Through

      В школе было еще довольно тихо: звонкие детские голоса только начинали доноситься из раздевалок. Пришедшие бурно и с восторгом что-то обсуждали. В коридорах пустовало, никто не бегал и не играл. Охранник лениво включал везде свет, мечтая скорее сдать смену. Из столовой доносился запах свежей сдобы: кухарки вовсю суетились, чтобы успеть подать еду к завтраку. Библиотекарь возилась с карточками должников, а ее помощник расставлял новые книги в правильном порядке.       Учебные комнаты были закрыты, преподаватели собрались на утреннюю пятиминутку. Не хватало лишь директора и одной молодой учительницы, они обсуждали сейчас более важный вопрос.       Кабинет начальника пропах ароматом дорогого кофе, что его секретарша любезно подала вместе с сахарным печеньем. Утренний разговор обещал быть достаточно серьезным, однако мистер Бишоп почему-то не торопился начинать, словно искал подходящие слова.       — Мисс Грейнджер, вы, наверное, догадываетесь, почему я вас позвал… — растягивая гласные, сказал директор.       — Из-за нового ученика, сэр. Миссис Гиббз уведомила меня.       Мистер Бишоп улыбнулся, взяв с тарелки печенье, и вновь задумался.       — Понимаете, это не совсем обычный ученик… — Гермиона вопросительно посмотрела на мужчину. Ее немного раздражала его медлительность, ведь мало того, что она не попала на пятиминутку, где собиралась сказать много важного, так еще и могла опоздать на урок к своим детям. Но свои переживания на этот счет девушка не выдавала, ведь это было бы крайне неуважительно по отношению к начальству. — Он отстающий. С ним тяжело взаимодействовать, он очень необщителен… постоянно витает в облаках. Я уважаю вас как педагога, мисс Грейнджер, потому поддержу ваше решение, если вы будете против его обучения в вашем классе и в нашем учебном заведении, — директор внимательно смотрел на реакцию девушки, медленно попивая кофе. — Быть может, ребенку будет комфортнее учиться в специальной школе… — закончил мистер Бишоп, делая акцент на предпоследнем слове.       Гермиона задумалась. Ребенку с отклонениями будет невозможно учиться в обычной начальной школе, кроме того, другие дети могут издеваться над ним, что может усугубить его заболевание. Однако, в этом учительница была уверена, она должна познакомиться с мальчиком и лично убедиться в его возможности быть в ее классе.       — Мистер Бишоп, не могли бы вы познакомить меня с родителями и с мальчиком, пожалуйста?       — Они как раз ждут за дверью, — директор нажал на кнопку на столе, из соседней комнаты послышались голоса. Буквально через несколько секунд в дверном проеме показались мужчина и женщина, а следом за ними в кабинет зашел невысокий рыжеволосый мальчик. Он был одет в форму их школы — Арбор-Хайтс, однако выглядел он в ней не совсем опрятно: одежда будто была ему немного велика. Только увидев ребенка, Гермиона тепло улыбнулась. Мальчик был очень похож на Рона Уизли в детстве — ее первую любовь. Даже лицо украшала россыпь веснушек, и глаза были точно такого же голубого цвета. Отличие было лишь в чертах лица.       Родители мальчика улыбались, однако было видно, что они нервничают: они быстро переглядывались между собой, мать ребенка покусывала губы, а отец крепко сжимал руку своего мальчика. Директор пригласил их присесть на диван.       — Здравствуйте… — тихо сказал Тедди, подойдя ближе к мистеру Бишопу и учительнице, опустив голову.       — Очень рад вас всех видеть — с натянутой улыбкой, растягивая слова, произнес директор, и поднес к ребенку тарелку с печеньем. — Угощайся!       Ребенок со страхом оглядел присутствующих и быстро замотал головой. Мистер Бишоп, буркнув «ну как хочешь», продолжил:       — Мистер и миссис Браун, познакомьтесь, это мисс Грейнджер, возможно, будущая учительница Тедди, — кофе в чашке директора заканчивался, поэтому теперь он пил его мелкими глотками, отвлекаясь от своей речи. — Просто замечательный педагог! Работает в нашей школе всего три года, но за это время отлично зарекомендовала себя… — Бишоп снова нажал на кнопку на столе, дверь моментально открылась, — Дорогуша, будьте добры, принесите всем по чашечке кофе, а ребенку яблочный сок.       — Что вы, не нужно, — сказал отец семейства, на что директор лишь улыбнулся. Затем мистер Браун быстро добавил, — спасибо.       Директор повернулся к Гермионе, изучающе посмотрел на нее, почесав подбородок.       — Мисс Грейнджер, семья Браун переехала к нам из Великобритании, из небольшой деревни под Боробриджем. Там Тедди учился в обычной начальной школе, — Бишоп посмотрел на миссис Браун, которая держала в руках папку и кивнул ей, давая понять, что ей нужно передать документы. Женщина моментально подскочила и отдала папку мужчине. Он бегло пролистал содержимое и остановился на одном листе. — Вот успеваемость Тедди… — директор показал молодой учительнице итоговые оценки.       Гермиона внимательно осмотрела баллы за каждый предмет: математика — неуд, письмо — неуд, чтение — неуд, положительная оценка стояла лишь за рисование. Девушка взволнованно вздохнула. В ее школе ни у одного ученика не было такой плохой успеваемости. Нахмурив брови, она с разочарованием посмотрела на родителей: они следили вообще за своим сыном? Гермиона молчала, думая, как бы аккуратно высказать свои мысли, не задев ребенка.       — Мистер и миссис Браун, — уверенно начала учительница, убирая за ухо непослушную прядь волос, — вы, наверное, и сами понимаете, что успеваемость Тедди не очень хорошая. Мальчику будет тяжело учиться, и каким бы педагогом я не была, если он не будет стараться, и если вы не будете следить за ним, то у нас вряд ли что-то получится, — родители с грустью смотрели на девушку, но в глазах их еще была надежда на положительный исход. — Можете ли вы оставить нас с Тедди ненадолго вдвоем?       Они кивнули и вышли вместе с директором.       — Что ж, Тедди, давай мы решим с тобой несколько интересных тестов? — предложила Гермиона ребенку, доставая из небольшой бисерной сумочки стопку бумаг с различными рисунками и надписями. Она понимала, что уже точно не попадет на пятиминутку, возможно даже опоздает на урок, но что поделать, ведь нужно было дать шанс мальчику. Учительница попросила Тедди сесть рядом с ней и разложила перед собой тесты.       За пятнадцать минут они решили много вопросов, среди которых были: угадай профессию по картинке; какой признак объединяет данные рисунки; назвать месяцы года; угадать музыкальные инструменты; различить животных. Также они прорешали легкие арифметические задания, в которых Тедди допустил много ошибок. Оставалось лишь пообщаться с ребенком. Гермиона попросила кратко рассказать о себе и о своей семье.       — Я… — Тедди немного растерялся, потом посмотрел на учительницу. Почему-то она казалась ему очень доброй и «своей» что-ли? Поэтому, немного собравшись, уже увереннее мальчик продолжил, — Я Тедди Браун, маму зовут Оливия, а папу — Стэн. Мне, — мальчик показал пять пальцев на одной руке и два на другой, немного задумался, — семь лет. Мы с родителями переехали из Англии. Там мы жили в маленьком домике, у нас был котенок, я хотел забрать его сюда… но папа не разрешил. Я учился в небольшой школе, там все постоянно ругались на меня и говорили, что я плохой и ни на что не способен… — ребенок опустил голову и снова заговорил тихо, — одноклассники всегда издевались надо мной, таскали меня за волосы. Им не нравилось, что я мало с ними общался.       — Почему тебя считали… плохим? — аккуратно спросила Гермиона.       — Потому что вместо уроков я все время рисовал.       — А почему ты не выполнял задания учителей?       Тедди покраснел и скрестил руки за спиной, еще ниже опуская голову.       — Потому что они скучные… — еле слышно произнес он.       Гермиона рассмеялась и мягко улыбнулась. Но потом уже строже добавила:       — Ты должен понимать, что несмотря на то, что тебе будет моментами скучно или трудно, ты обязан продолжать стараться учиться и выполнять задания учителей. Рисование — это замечательно, но ты должен уметь не только владеть кистью и карандашами, но также и хорошо считать, читать и писать. Справишься?       — Да, мисс! Я буду стараться!       Тогда Гермиона кивнула ему и сказала пойти к родителям и сообщить, что он будет учиться в этой школе.       Тедди просиял. Он хорошо слышал за дверью разговор учительницы с директором и был убежден, что его не возьмут. Мальчик уже поверил, что он действительно глупый и необучаемый, как вдруг эта красивая, милая и добрая мисс развеяла все его переживания. А как же будут рады родители, думал Тедди, ведь они слышали от преподавателей в другой школе только плохое о нем.       Директор вновь вернулся в свой кабинет с новыми чашками кофе, подал одну Гермионе и сел напротив нее. Он молчал, ожидая вердикта учительницы.       — Ребенок хорошо рассказал мне о себе, также неплохо решал творческие тесты. Но что касается математики, письма и чтения… Оставляет желать лучшего. Но, думаю, нам стоит попробовать.       Директор, внимательно выслушав девушку, сделал несколько глотков горячего кофе. Он оставил какие-то пометки в небольшом блокноте, что достал из внутреннего кармана пиджака, и медленно, растягивая гласные, произнес:       — Ну, мисс Грейнджер, главное, чтобы мальчишка не испортил школе репутацию. Можете идти знакомить его с классом. Он зачислен в нашу школу, — директор остановился и снова что-то написал в черном блокноте, вновь медленно отпил кофе, и продолжил, — но если вдруг вы не будете с ним справляться, то сразу обращайтесь ко мне, мы найдем ему специальную, — мистер Бишоп опять сделал акцент на этом слове, — школу.

***

      — Здравствуйте, дети! — Гермиона зашла в класс, где ее уже минут двадцать ждали ученики в абсолютной тишине. Конечно, они затихли, когда услышали стук каблуков в коридоре, а до этого шумели так сильно, что к ним несколько раз заходили другие учителя и грозились привести директора. — Я вас всех очень рада видеть, извините, что опоздала, мы с директором обсуждали важные вопросы, — девушка всегда старалась общаться с детьми как с друзьями, ведь так они были гораздо послушнее, выполняли все ее требования.       — Но тот шум, что я слышала из коридора, больше повторяться никогда не должен, — немного строже добавила она, пригрозив пальцем. — У меня для вас хорошая новость! У нас новенький! — Гермиона открыла дверь, впуская мальчика в класс. — Представься.       Ребенок очень стеснялся, но также и боялся, что если он будет слишком недружелюбен, то над ним будут издеваться, как в старой школе. Поэтому, собравшись с духом, он поднял глаза, широко улыбнулся и взволнованно протараторил:       — Меня зовут Тедди Браун, теперь я буду учиться с вами! Надеюсь, мы подружимся!       Дети в ответ заулыбались мальчику и захлопали в ладоши. Все, у кого было за партой свободное место, приглашали Тедди сесть рядом. Гермиона же вся сияла, гордая своими учениками. Не зря она проводит необычные занятия, уделяя время таким важным вещам, как любовь, дружба, поддержка, взаимопонимание. Мальчик, пока шел за парту к милой темноволосой девочке с большим красным бантом на затылке, чуть несколько раз не упал, задевая рюкзаки других детей, лежащих на проходе.       — Дети, уберите вещи под парты, пожалуйста. Не хочу, чтобы кто-то из вас сломал себе что-то, — сделала замечание Грейнджер, и дети моментально убрали сумки.       До конца занятия оставалось не так много времени, потому учительница решила дать возможность Тедди познакомиться со всеми, пообщаться, чтобы дальше ему было комфортно. Тедди сначала очень стеснялся, часто путался в словах, но когда понял, что все его внимательно слушают, то начал во всех красках и подробностях, местами приукрашивая, отвечать на вопросы одноклассников. И каково же было его удивление, когда его не только слушали, но и хотели делиться чем-то новым. С ним. Ни с кем-то другим. А именно с ним. Моментами мальчик переводил взгляд на своего учителя:       «Смотрите! У меня получилось!»       «Молодец», — с улыбкой мысленно отвечала ему она.       Гермиона задумалась, вспоминая о своем прошлом. Она смотрела на рыжего Тедди и видела перед собой Рона, с аппетитом поедавшего угощения в большом зале. Тот постоянно пачкал свой рот, что забавляло девушку, однако, вместо смеха и улыбки, она всегда с недовольством спрашивала его: «Рон, ты перестанешь когда-нибудь есть?». Когда у Тедди стало выпадать из рук все, что он берет, а потом и вовсе каким-то образом свалились вещи со стола, девушка поняла, что это точная копия Невилла. Она вспомнила, как он постоянно терял свою жабу, как на первом курсе растопил котел Симуса, как до ужаса боялся профессора Снейпа, что даже на занятиях с Люпином боггарт превратился именно в него. Смеялись все, когда Невилл заклинанием переодел профессора в одежду своей бабушки.       Люпин… Гермиона только поняла, почему же ей так знакомо имя Тедди. Так ведь зовут осиротевшего ребенка Римуса и Тонкс. Хотя она его и никогда не видела, но точно помнила, что почившие друзья назвали так дитя. На душе стало очень грустно и тяжело: как же все-таки много товарищей и близких друзей погибло на войне. На глазах Гермионы чуть было не навернулись слезы, она отвернулась к окну, чтобы отвлечься, и вновь натянула на лицо улыбку.       Что сейчас с Гарри и Роном — вообще неизвестно. После того, как они разделились три года назад, от них ни слуху ни духу. Гермиона надеялась, что они живы, и их не схватили Пожиратели. Ведь тогда можно было бы навсегда потерять надежду на спасение, на возвращение в волшебный мир. Ей каждый день снилась война и ее еще более дурной исход: родители, погибшие из-за многочисленных пыток, поле мертвецов перед Хогвартсом, и она, сидевшая в Азкабане, не способная хоть что-то сделать, лишь ожидавшая скорой и желательно быстрой смерти. Этот кошмар преследует ее с дня переезда в Сиэтл, Гермиона опробовала уже все успокаивающие зелья, даже какое-то время ходила к психологу, но проблема все равно не решалась.       Глубоко погрузившись в воспоминания, Гермиона не услышала звонка на перемену. Из тяжелых мыслей ее вытащили дети, обеспокоенные резкой сменой настроения любимой учительницы.

***

      Благодаря президенту МАКУСА, Бриджет Пиквери, многие беженцы из Англии смогли найти себе дом в США и начать новую, но уже лишенную магии жизнь. Маглорожденные волшебники преследовались в Великобритании по приказу Темного Лорда, а потому, спасая себя и свои семьи, те искали помощи у других стран.       Служащие Магического Конгресса буквально создавали новую судьбу отчаявшимся волшебникам, меняя возраст, некоторым, особо запуганным, имя и фамилию, давали магловское образование, которое наиболее подойдет человеку, устраивали на подходящую работу.       Гермиона была не первой, кто обратился к президенту Пиквери за помощью, однако до нее еще никто не просил восстановить память родителям после Забвения. Путем долгих манипуляций, специалисты все же смогли помочь. Мистер и миссис Грейнджер приходили в себя около месяца в больнице, пока к ним окончательно не вернулся рассудок.       В Британии Гермиона была таким же разыскиваемым лицом, как и Гарри Поттер, а потому МАКУСА сильно постарался в сокрытии «преступника». Семейство Грейнджер поселили на юге Сиэтла в небольшом районе Арбор-Хайтс. Место было живописным: прямо за домом располагался парк Сеола, богатый растительностью. Там протекал небольшой ручей, в будущем полюбившийся девушке — в теплое время года ей нравилось сидеть возле него, слушать размеренный шум воды и читать книги. Гермиона водила на то место своих учеников, где показывала им флору и фауну, а потом устраивала детям пикник и рассказывала им сказки барда Бидля.       Гермионе сменили образ: отсригли каре, покрасили каштановые волосы в черный, сменили гардероб с преобладанием юбок, платьев и элегантных кофт и рубашек, подобрали косметику. Если бы за ней приехали в Сиэтл Пожиратели, то ее вряд ли бы узнали.       Девушка со своими родителями жила в небольшом одноэтажном доме, в нем они сделали очень уютный ремонт, немного похожий на тот, что был в Англии. Позднее Гермиона получила водительские права, и родители подарили ей машину — Тойота Камри. Мистер и миссис Грейнджер возобновили здесь свою карьеру дантистов, постепенно собирая деньги на частную клинику. По приказу МАКУСА, Гермиона стала намного реже пользоваться магией, в основном использовала ее в бытовых целях, упрощая жизнь себе и родным. Ее дни протекали совершенно обычно, порой нагоняя своим постоянством тоску на девушку, которая привыкла к постоянным приключениям со своими друзьями.       Работать учителем, конечно, очень здорово, но ведь она была ведьмой. Обычная жизнь — не для нее. Ее место в Министерстве магии или в Хогвартсе, а не в начальной школе Арбор-Хайтс.       Рабочий день наконец подошел к концу, за Гермионой зашел ее молодой человек — Коди Батлер. Он работает в этой школе учителем испанского языка на пару лет дольше Гермионы. В первый рабочий день Коди подсел к Грейнджер на обеде, чтобы побольше разузнать про новую учительницу, но они так заболтались, что сразу после уроков пошли в кафе продолжить свое знакомство. Как оказалось, у них очень много общего.       Через месяц дружеского общения, Коди позвал Гермиону на свидание и предложил ей быть его девушкой. Без раздумий, она согласилась: с этим человеком ей было уютно, она могла быть такой, какая она есть, он был также хорошо образован, как и она. Батлер очень вкусно готовил, поэтому они часто после работы заезжали к нему домой, где ужинали, а после проводили время так, как им хотелось.       Пока Гермиона не планировала свадьбу и детей, ведь мало того, что она была еще совсем молода, она ждала весточки от Гарри и Рона, чтобы снова попытаться спасти волшебный мир Великобритании. Однако она прекрасно знала, что Коди мечтает создать с ней семью (по многочисленным намекам с его стороны), особенно в последний год. Грейнджер постоянно приходилось отшучиваться, что ей пока рано, и она просто надеялась, что он не купит кольцо и не сделает ей предложение еще хотя бы в течение пяти лет.       Коди обнял Гермиону и нежно поцеловал в губы, немного смазав ее помаду.       — Я так устал за сегодня, — наигранно сказал мужчина, — целый день выходной. Пришлось лежать дома перед телеком, ты ведь знаешь, как это выматывает. — Грейнджер засмеялась и легонько толкнула его в грудь, назвав глупым. — Как у тебя день прошел, солнце?       — Не так плохо, на самом деле, как могло быть, — уставшим голосом сказала Гермиона. — В моем классе новенький — Тедди Браун. Мне кажется, — перейдя на шепот продолжила девушка, — Бишоп хочет извести меня. У меня и так класс переполнен, сам знаешь, а он мне еще дает тяжелого ученика.       — Так отказалась бы!       Гермиона возмущенно подняла брови и открыла от удивления рот. Как она могла отказаться от ребенка, не дать тому шанс? Несмотря на то, что ей будет тяжело, нельзя лишать нормального образования, а вместе с тем и будущего, крошечного и ни в чем невиновного человека. Девушка все еще была уверена, что в плохой успеваемости Тедди виновны родители, которые просто напросто не следили за своим ребенком.       — Знаешь, что, — строго начала она, но моментально была перебита поцелуем своего молодого человека.       — Я пошутил, не злись. Поехали лучше ко мне домой, я тебе приготовил вкусный ужин. А там побольше мне и расскажешь про противного Бишопа и новенького.       Недовольство сразу сменилось улыбкой, а в животе заурчало: Гермиона поняла, что не ела весь день.

***

      Когда они приехали домой к Коди, то Гермиона была удивлена тем количеством еды, которой был заставлен стол. Все было еще горячим, словно только с печи, а как же вкусно пахло. Девушка про себя подумала, что съела бы все.       — Коди, мы кого-то ждем? — удивленно спросила она. Определенно, ведь, как она заметила, стол накрыт на четверых.       — Герми, солнышко, я решил осмелиться познакомить тебя сегодня с моими родителями. Все же мы почти три года вместе, и, я думаю, совсем скоро мы станем семьей.       Гермиона совсем не обрадовалась услышанному. Она была уставшей, немного злой из-за того, что не ела весь день, выглядела не лучшим образом для встречи с родней ее молодого человека. Девушка планировала поужинать, принять ванну и смотреть фильмы остаток вечера.       — Почему ты не спросил у меня?       — Хотел сделать сюрприз… — попытался оправдаться Батлер. На самом деле, он ожидал от девушки совершенно другой реакции, ведь Гермиона постоянно говорила, как она хочет познакомиться с его родителями. Ему стало немного стыдно, потому он быстро добавил:       — Они не задержатся надолго, остановились в отеле на окраине. Прости, я не подумал.       Обреченно выдохнув, девушка пошла в комнату, дабы переодеться и освежиться перед приездом гостей. Умываясь холодной водой, она смотрела на свое отражение в зеркале: счастлива ли она сейчас? Сама не понимала. Родители живы и здоровы, есть постоянная хорошо оплачиваемая работа, любящий парень, но постоянно не покидало чувство, будто она птица в клетке. Узнай сейчас кто ее мысли, посчитал бы дурой. Девушка была в полном здравии, в то время как некоторых подвергали Круциатусу, морили голодом и впоследствии убивали, если повезет. А Беллатриса Лестрейндж, например, скорее довела бы до безумия, нежели покончила с жизнью пленного.       Проскочила страшная мысль, что лучше бы Гермиона подвергала свою жизнь опасности. Она быстро попыталась убрать ее из головы, ведь это полный бред. Никто из друзей не сказал бы ей за это «спасибо». Лучше дождаться остальных, а не рисковать жизнью в одиночку.       А дождется ли она? Вот уже три года Грейнджер каждое утро просыпалась с надеждой, что именно сегодня Гарри и Рон придут к ней с новым планом, с целым отрядом волшебников, готовых сражаться против Волан-де-Морта. Но их не было. Даже намека на то, что друзья живы и готовятся к следующему сражению. Сколько еще ей ждать? Год? Пять лет? Десять? А может всю жизнь?       К горлу подкатила тошнота. Девушка набрала в рот ледяной воды, пытаясь подавить приступ рвоты. Такое часто случалось с ней в последнее время, когда тяжелые мысли одолевали ее. Нужно быстрее приходить в себя, ведь с минуты на минуту приедут мистер и миссис Батлер, и будет, как минимум, не вежливо встречать их в таком виде: с взъерошенными черными волосами, мокрым лицом и одеждой, заплаканными глазами. Гермиона быстро уложила волосы и переоделась. Как раз в дверь постучали.       Из коридора слышались радостные возгласы: Коди давно не виделся с родителями. Гермиона тихо вышла из ванной и встала у входа в кухню, не желая прерывать семейство. Но тут вдруг Коди громко ее позвал, и не оставалось ничего, кроме как подойти к нему.       — Мам, пап, познакомьтесь, это моя девушка — Гермиона Грейнджер.       — Очень рада наконец тебя увидеть, милая! — полная женщина, широко улыбаясь, полезла к Гермионе с объятиями и поцелуями. Девушке стало безумно неловко. Коди не предупреждал о такой любвеобильности его матери… — Меня зовут Ава, а моего мужа — Джон.       Отец семейства же был скромнее, он просто мягко улыбнулся и кивнул. Грейнджер сильно растерялась и не знала, что ей говорить и делать, потому стояла как вкопанная.       — Ну что же мы стоим! — воскликнула миссис Батлер. — Пройдемте к столу, все ведь голодные, — сказала женщина, словно она накрывала на стол, а не ее сын.       Родители прошли вперед. Гермиона, сжав руку своего молодого человека, недовольная, с красным лицом, злобно посмотрела на него. «Извини», — лишь прошептал мужчина и виновато улыбнулся, проходя на кухню.       — Ой, Коди, какой же ты все-таки у меня молодец! Сколько всего наготовил. А мы, кстати, привезли торт и бутылочку винишка, — заговорщицким тоном рассказала женщина, располагая на столе свое угощение и алкоголь. — Ну давайте, садитесь скорее, сами небось не ели совсем ничего. Гермиона так совсем худенькая и бледненькая. Мой мальчик тебя не кормит?       Коди стал убеждать мать, что каждый вечер готовит на них ужин, а иногда печет пироги, торты, нередко они вместе с Гермионой ходили на пикники. Грейнджер залилась краской, совсем не понимая, как себя вести рядом с этой женщиной. Мистеру Батлеру, казалось, также было неловко, потому он постарался взять все в свои руки:       — Ава, хватит надоедать детям. Подай лучше бутылку, я открою и налью нам всем, — строго сказал Джон. Наполнив бокалы красным вином, он произнес тост:       — Гермиона, нам очень приятно наконец с тобой познакомиться. Коди рассказывал нам про тебя только хорошее, и мы верим, что он прав. Надеюсь, что в будущем мы станем крепкой семьей. За знакомство!       — За знакомство! — повторили все и чокнулись бокалами.       Наевшись, Гермиона подумала о том, как было бы сейчас здорово лечь на диван и подремать, а после заняться проверкой домашних работ. От выпитого вина все сильнее клонило в сон, а миссис Батлер никак не унималась…       — А поженитесь-то скоро? — Грейнджер даже поперхнулась от такого вопроса.       — Ну пока еще не планировали… — тихо ответила она, делая большой глоток алкоголя. «Женщина, конечно, очень милая, но какая она странная и бестактная», — думала девушка.       — А чего медлить-то? Оба уже не особо молодые, тебе двадцать шесть, Коди двадцать восемь. Расписались бы, а годика через два внуков бы мне родили, — кажется, на еще большую откровенность от этой женщины подействовало вино.       — А чего торопиться? — ответил ей муж. — Пускай для себя поживут, успеет им надоесть семейная жизнь. А внуки у тебя уже есть, или мало тебе детей от старшего нашего?       Буркнув «ничего ты не понимаешь», Ава еще раз наполнила свою тарелку и бокал. Гермиона все ждала их скорейшего ухода, как и обещал Коди, но сидели родители уже два часа. И, как она понимала, собирались остаться на десерт. Так и хотелось трансгрессировать домой, но мало того, что не было с собой волшебной палочки (чаще всего девушка оставляла ее дома), так еще ей нельзя пользоваться мощными заклинаниями. Наплевав на все меры приличия, она сказала:       — Вы меня извините, но уже поздно, а я очень устала после рабочего дня. Я пойду прилягу.       — Конечно, милая, иди отдыхать. Мы тут еще немного посидим, а потом поедем в отель.       Гермиона легла на кровать в их спальне и с облегчением выдохнула. Ава была какой-то излишне приторно-навязчивой. Будто совершенно неискренне говорила все слова. Молли Уизли тоже проявляла заботу и относилась ко всем, как к собственным детям, но то было в меру, из-за чего с ней только и хотелось проводить больше времени. На кухне все затихли, из-за чего девушка быстро погрузилась в сон.

***

      — Коди, сыночек, ты уверен, что эта девочка хорошая для тебя пара? Тощая, болезненная какая-то, еще и злая. Я видела краем глаза, как она на тебя посматривает, будто глотку разорвать хочет.       — А мне Гермиона понравилась, — сказал мистер Батлер. — Милая девушка. А то, что она устала и злится — так оно понятно. Болван не предупредил, что мы приедем, а она с работы. Планы все ее поломали.       — Молчи, тебя не спрашивали, — женщину словно подменили, она говорила даже другим тоном. Закатив глаза, Джон отвернулся, видимо понимая, что бесполезно что-либо говорить жене. — Я беспокоюсь о сыне, мне плевать на эту девчонку. Готовил тут и корячился Коди. Довез ее до дома Коди. Убирается тут Коди. Она делает хоть что-то?       — Мама, это мой дом, а не ее. В своем доме я должен убираться и готовить, — раздраженно ответил мужчина. — Мне кажется, вам пора уходить. Уже очень поздно.       — Смотри, не пожалей о своем выборе. Замуж не торопится, детей не хочет — недолго она с тобой пробудет, — сказала мать напоследок и встала из-за стола. Уже одеваясь в коридоре, она добавила:       — Выжрет тебе мозги, и все на этом.       Коди покачал головой, ответив, что она не права. Мама, как обычно, сделала глупые выводы, исходя из пары часов знакомства. Гермиона была очень доброй, заботливой, они почти не ссорились, и то, никогда при этом не повышали друг на друга голоса. Да, девушка часто ходит недовольная или грустная, но на то была причина, был уверен Батлер, и эта причина явно не он.       Когда дверь захлопнулась, Гермиона открыла глаза. Предчувствие ее не обмануло: миссис Батлер притворялась.