Insanely violent

      «Если пришёл Хосок, то 100% скоро придёт кавалерия. Кавалерия, с Юнги во главе. Это означает, что отхватить пиздюлей придётся в обязательном порядке. Размеры пиздюлей пропорционально уменьшаются в зависимости от состояния нестояния. Чем выше его степень, тем меньше придётся огрести. Таким образом, надо либо дойти до кондиции, либо сделать вид дохождения. Зная хёна, он будет в пределах десяти минут здесь. За десять минут стать соплёй возможным не представляется. Значит, надо импровизировать. Я бухой, я бухой, я бухой…»       Как-то так, почти стратегически, размышлял Тэхён, наблюдая за тем, как из Хосока делали ёлку. За место игрушек на него вешались сразу вместе и Чонгук, и Чимин. И оба уже забыли, что они помирились. Теперь их жизненной целью стало, судя по всему, разорвать несчастного танцора пополам. Причём вдоль. — Та чётыкнмупрлп… — брови Чонгука задумали, кажется, соединиться в одно целое, так сильно он сводил их к переносице. Почти так же сильно, как держался за старшего брата. — А ты чё?! — вполне резонно возмутился Чимин, вцепившийся в Хо с другой стороны. Как он понимал пьячужку-крольчушку оставалось загадкой для всех. — Я ваще старше тя, тк шо не мешай нашему сча-астью! — парень прильнул к плечу наставника с будто бы расплавленной улыбкой. — Может хватит, ребят?.. — со страдальческим видом в сотый раз выдвинул здравое предложение объект перетягивания. — Мне ещё танцевать этим телом… — И не только танцевать… — вздыхает тихо себе под нос Тэхён, удручённо глядя на пустой бокал в руке. Возмущённо-удивлённый взгляд Хосока он, конечно, заметил, но виду не подал. Чонгук с Чимином же были заняты тем, что агрились друг на друга, как две самочки за самый сочный кусок мясца. Прямо-таки самозабвенно. В мире животных в прямом эфире. Не будь сейчас в опасности его собственная филейная часть, Тэ бы уже пытался их разнимать. Всё-таки старшого рвут, как-никак… — Пшл нхй!.. — рыкнул в конце-концов обозлённый Гук, резко дёргая брата на себя. А так как сила есть — ума не надо, полетела вся вереница на пол дружно и весело. Ну, то есть как, весело… С неразборчивым матом на английском и корейском. Причём по-английски матерился (на удивление Тэ) именно Хо.       Официанты круглыми глазами смотрели на этот голубой зверинец, но вступать в контакт не решались. А ну как заразятся, или ещё чего похуже. Бармен же уже стоял со своей обычной протокольной рожей, проявляя полное безразличие. Правда, периодически кидал взгляд на кнопку вызова охраны. Так, на всякий случай. Две молоденьких «монахини» шушукались в уголке барной стойки, почти безотрывно глядя на развернувшееся в помещении святотатство. Тэ могло показаться, но вполне возможно, что их щёки действительно приобрели розоватый оттенок. — Так-та-ак… — как гром среди ясного неба раздалось над ухом у Тэ. Парень вздрогнул, едва не подскочил, и молниеносно вскинул голову, тут же икнув от неожиданности. Над ним возвышался Дэн, с дьявольской улыбочкой на физиономии. Не понравилась она Тэхёну, ой не понравилась… — Нас не было от силы часа два, а вы тут уже шуры-муры вертите? — Та не-е, они прст ревну-уют… — тянет, расплываясь в основательно подбухнувшего хомо сапиенса, тигрёнок, утекая куда-то на стол. — Ты как тут?.. — Да Хосок набрал, сказал, вы тут в драбадан все, спасать надо. — русский улыбнулся ещё шире, облокотившись на стол и слегка понизив голос. — Юнги за дверью, курит. Сказал, отсчёт пошёл.       Тэхён только и успел, что покрыться ледяным потом, прежде чем Денис съебнул в направлении остальной троицы. «…Ну, мне пиздец.» — уже не совсем стратегически вынес себе вердикт Тэ. — Тэкс, что это у нас тут такое происходит? Прям на полу решили разложить несчастного Хо? Щас как надаю всем по ушам, пол грязный, подъём все быстро, пока по всем выступающим частям не съездил! — вместе со своей речью, Дэн тянул за руку Хосока. Тот тут же крепко ухватился, взгляд его выражал бесконечную признательность. — А то, ишь, на благословенной земле, да такие мерзости творите… «Десять…» — К-куда-а, з-сволочь… — путаясь в буквах, с запинками проворчал Гук, очень агрессивно пытаясь подняться с пола или хотя бы не дать этого сделать брату. — Не «з-зволочь», а вполне культурная гадина. — ехидно поправил Дэн, уже сумевший чудом и хитростью вытащить Хосока из импровизированной кучи-малы. — Даров, братан, сто лет тебя не видел! — широко улыбнулся он спасённому, слабенько стукнувшись с ним плечами и похлопав по спине. «Двадцать…» — Вот уж не ждал тебя увидеть, Ди! — в широченной улыбке расплылся Хо, обнимая старого знакомого в ответ. — Так это я с тобой болтал по телефону? Ты уж прости за грубость, я просто и так ошалел от всех… Ну, них… — Чон старший виновато мотнул головой в сторону валяющихся брата и его друга детства. Те, к слову, уже опять забыли все обиды и обнимались ничего не стесняясь прямо на полу. «Тридцать…» — А… А это что за жмурик? — заметив знакомый цвет волосни, осведомился русский. — Да ученик мой… — вздыхает Хосок, наблюдая за всем этим гдейством. — И-и друг детства Чонгу по совместительству, Чимини. «Соро-… Да в пизду, я сматываюсь!» — Так! — ударив ладонями по столу, вскочил Тэ, пьяно покачиваясь. Хосок и Дэн уставились на эту экзотическую синичку. — Я… Ссать. — сурово сообщил он всем, и весьма тактично двинул в сторону туалета. — Ты только мужской с женским не попутай! — крикнул ему вслед со смехом Дэн. Хо скромно улыбнулся. Кажется, прямолинейность Тэ его малость смутила. Денис мимоходом подумал, что слово «член» вообще заставит танцора замаскироваться под помидор. — Тэк… Ладно. Короче. Давай этих придурошных поднимем.       Денис нисколько не был удивлён, что обозначенный Хосоком «Чимини» окажется тем самым Чимином. Однако то, как быстро Персик сумел добраться до стадии «Хлама, я в мам», всё же было достойно интереса. Хосок взял на себя этого персонажа, а вот Дэну достался никак не желавший отлепляться от вновь обретённого друга Гуки. В результате, этих неразлучников пришлось как есть ронять на диван. В обнимку. Денис только надеялся, что они не начнут любить друг друга прямо здесь и сейчас, но только потому, что это грозит большим штрафом. — Вот Тэхён задница хитрая, а? — фыркнул, слегка подталкивая Хо локтём, Евгеньич. — Утелепал, прежде чем жара пошла. — Ага. — хмыкает в ответ Чон-старший. — Но слушай, как мы их повезём домой-то?.. — Не парься, братан, мы с Юнгуцием на колёсах. Всех довезём до Джуна, там места на всех хватит. Ты же не против к нам тоже закатить? — Конечно же нет! — заулыбался солнечно танцор. — Я с радостью! Так соскучился по Нами… — лицо парня выражало всё на свете, обманывать он просто-напросто, казалось, не мог. — Вот на том и порешили. Тебе налить чего-нибудь? — уже по-хозяйски оглядывая стол, спросил Ди. — Только не алкогольного, если можно. И кстати, а где Юнги? Раз уж вы вместе приехали…       Вместо ответа, Дэн махнул рукой куда-то в сторону входа. Хосок успел повернуться как раз вовремя, чтобы увидеть вползающую в двери тёмную, почти физически ощутимо опасную фигуру. Юнги неторопливо подошёл к гардеробной, сдал толстовку, оставшись только в футболке, и направился к остальной компании. — Здрасьте. Где Тэхён? — почти учтиво спрашивает Мин, краем губ улыбаясь. «Храни Господь твою душу и тело, Тэха…» — почти одинаково и почти одновременно думают Хосок с Денисом.

***

      Сполоснув лицо холодной водичкой, Тэ уставился в зеркало. Обречённо вздохнув, Ким присел на корточки, всё ещё держась за край раковины. А затем, открылась дверь. Совершенно точно зная, кто это, величайшиий актёр всея Южной Кореи собрал весь свой талант воедино, насколько это было возможно. Издав болькающий звук из глубочайших недр своего естества, парень прикрыл рот рукой. — Ну здравствуй, чудище. — в густой тишине туалета кошачий голос Юнги прозвучал как далёкий раскат грома. Мягко и в то же время пугающе.       Внутренне пытаясь настроиться на «бухую» волну, Тэхён медленно повернул голову в сторону звука. — А? — тупенько хлопнув глазками, выдавливает он.       Юнги, стоя у дверей, слегка улыбается. Руки за спиной.       Щёлк. «Пиздец.» — обречённо думает Тэ. Пути к отступлению отсутствуют, дверь заперта. — Что, мальчик? Перебрал? — Мин начал медленно приближаться, изображая на лице глубочайшее сочувствие чужому горю. — Пиздец как, дядя… — булькает Тэхён, отворачиваясь и всеми силами пытаясь успокоить забившееся в бешеном ритме сердце. Делать вид, что не знает, кто это к нему пришёл, сейчас самое безопасное… Наверное? — Понимаю… — кивает с полной грусти физиономией Мин в ответ, делая новый шаг навстречу. — А ты симпатичный. Как звать? — в голос добавляется игривая нотка. — Т-тэхён… — бормочет актёр, уже лелея хрупкую надежду на спасение. — Ах вот как… Давай тогда я помогу тебе встать, Тэхён-и. — голос звучит уже над головой тонкие руки ложатся на плечи, властно заставляя непослушное тело подняться.       Тэ без задней мысли позволяет себя выпрямить и развернуть лицом к «спасителю». Совершенно обворожительные карие глаза, с едва заметными зелёными прожилками, впиваются в память и прошивают мозг раскалённой иголкой. Почти физически больно, но как же, сука, приятно… — Чё надо-то?.. — не теряя самообладания, не выходя из образа, бросает коту Тэхён с повышенным безразличием. Прямо битва двух экстрасенсов актёров.       Прежде, чем Тэ успел среагировать, оказался прижат к стенке стройным, жилистым телом. Прежде, чем успел моргнуть, почувствовал меж ног чужую коленку. Прежде, чем успел подумать, ответил на голодный, агрессивный поцелуй. Руки как сами по себе запутались в серебристо-мятных волосах. Тэхён прижимался к родному, любимому существу всем телом, решив, что в этот раз партия осталась за ним. Переиграл. Или?..       Резкая боль пронзила затылок. Холодные, тонкие пальцы вцепились в загривок парню, больно оттягивая за волосы к стенке. Те же самые глаза. Пронзительные, как тончайшие спицы. Холодные и насмешливые, с диким огоньком на дне.       А, нет, показалось. — Рассказать тебе, Тэ-Тэ, почему я знаю, что ты сейчас не пьян? — шипящий, возбуждающе тихий голос, срывающийся с тонких, усмехающихся губ.       В штанах становится теснее. Коленка давит больнее. — Будь ты пьяный, ты бы меня к себе и на метр не подпустил, мой маленький, глупый актёр… — горячее дыхание касается шеи, заставляя прикрыть глаза от наслаждения. Пальцы Тэхёна вцепились в футболку на спине у Юнги. Рваный выдох вырывается из груди в пустоту.       Юнги был зол. Боль в голове отрезвляла, как и холод пальцев на затылке. Давление на возбуждающийся член только подливало масла в огонь. И, чёрт бы его побрал, как же Тэхёну это нравилось. — Пр-рости меня… — пробормотал неровно Тэхён, чувствуя дрожь в коленках. — Ты что-то забыл добавить. — резко рявкнул Юнги, дёргая синие волосы ещё сильнее назад.       От резко усилившейся боли, Ким негромко вскрикнул, всё явственнее чувствуя дикое желание подчиниться. Хотя… нет. Не желание, а, скорее, необходимость. — Прости меня, пожалуйста… — всхлипнул Тэ, цепляясь за спину Юнги сильнее. — Так-то лучше. — голос чуть смягчился, стал немного глуше. Тёплое дыхание прокатилось от уха по шее, оставляя лёгкий поцелуй на вене. — Хороший котёнок…       Рука, сжимавшая волосы, мягко спустилась вниз, к шее, легонько массируя. Вместе с тем, вторая рука Мина скользнула под толстовку, медленно проводя от пояса до груди, слегка царапая бронзовую кожу. — Вот почему ты такой непослушный?.. — шепчет он, прижимаясь виском к щеке Тэ. — Почему ты сбежал от хозяина?.. — Я… — заикнулся Тэхён, не справившись с прерывистым дыханием. — Х-хотел… Помочь Гуки…       Рука под толстовкой мягко надавила на сосок, начав массировать. Тэхён медленно таял, чувствуя, что стечь по стенке ему не даёт только чужое тело. Его собственные руки перебрались со спины на плечи Мина, ища опору. Пальцы било мелкой дрожью. За каких-то пару минут Юнги доводил Тэхёна до потери всякой способности себя контролировать. — Ты, кажется, не понял вопрос… Я спросил, почему ты сбежал? — в голосе Мина волшебным образом смешивались невыносимая нежность и невозможная злость. Тихий, как море перед бурей, тон парня заставлял бояться и желать одновременно. И Тэхён никак не мог понять, какому из чувств надо поддаться. — Я… — заикнулся парень, теряясь между болезненными и приятными ощущениями. — Я сожалею…       С пухлых губ сорвался непроизвольный стон, когда рука Юнги скользнула с груди по животу вниз, сжимая вставший член. Ногу парень убрал, уперевшись для верности в стенку. — Этого мало, тигрёнок. — тихо, с угрожающе-заигрывающей усмешкой пророкотал на ухо Тэхёну Мин. И в следующий миг острые зубы вцепились в беззащитную шею синеволосого. Рука на члене сжалась сильнее, проходясь по всей длине, сжимая головку.       Тэхён всхлипнул и резко запрокинул голову, больно стукаясь затылком о стену позади. Слишком невозможные перепады. — С-сука… — пробормотал неосознанно Тэ, жмурясь от моря ощущений. Пальцы на волосах старшего сжались сами собой, но тут же расслабились, перебираясь на затылок.       Юнги не собирался останавливаться. Ему всегда нравилось доводить своего питомца до бессознательного состояния. И он чертовски хорошо это умел. Они были друг для друга. Два сумасшедших, которые находили наслаждение только между собой. На грани боли и наслаждения, страха и страсти. — Тэ-тэ… — особенным, полумурчащим голосом сказал Мин, проводя носом по изящной шее. — Тебе будет стыдно, когда мы отсюда выйдем.

***

      Пока Юнги и Тэ отсутствовали, Денису с Хо пришлось играть роль заботливых наседок. Чимин жался к танцору, умудрившись забраться к нему подмышку, и, кажется, задремал. Хосок рассеянно иногда отпивал апельсиновый сок и на автомате ерошил волосы младшего. Дэн же был вынужден контролировать количество поглощённого Чонгуком алкоголя, параллельно выслушивая неразборчивые слова. — Ну почму имнно он… — булькал себе в стакан кролик, подперев голову рукой. — Кк мня уграздил…       Евгеньич вздохнул и отодвинул стакан от парня подальше. С него уже хватит. — Гуки, ты ж понимаешь, что вы два идиота? — усевшись поудобнее, спрашивает он. — Не понял. — нахмурив недовольно-агрессивно брови спрашивает тот. — Да бро-о, ну вы же друг у друга из башки не выходите. — хмыкает русский, делая глоток свежезаказанного виски с колой. Пока Гук пьяный, можно ему и обрисовать ситуацию прямолинейно. — Ты с малолетства считал его далеко не братом, что бы ты там сам себе не надумал. Да и он чисто из-за воспитания настроил себя на то, что ты, так сказать, «ребёнок», да ещё и тот, за которого Нам несёт ответственность. Ну неужели ты реально думаешь, что Джун мог согласится пустить тебя к себе жить чисто из дружбы с твоим отцом? — Денис мягко постучал костяшками по лбу парня. Тот ещё больше нахмурился и отдёрнул голову. — Ты же его знаешь, он больше всего на свете ценит своё одиночество. Серьёзно, Гук, сам подумай, не люби он тебя, ты бы сейчас у него жил? Уж поверь мне, нет. Со стороны всё видно кристально чисто. Попробуй сам принять свои чувства к нему, и- — Нет! — грохнул неожиданно по столу кулаком Чонгук, резко вскинувшись. Он был взбешён. — Хуюшки. У меня к этому идиоту нет абсолютно никаких чувств. Я хочу только трахнуть его. Он просто очередная чёрточка на моём пути. Похуй мне, что ты об этом думаешь. Это охота, а не любовь, даже не сраная влюблённость. И даже не смей мне, блять, заикаться об этих ёбаных чувствах. Мне глубоко насрать, понял? — Чон злобно смотрел на ошарашенного Дэна сверху вниз. — В гробу я его блядскую любовь видал. Нахуй мне никто не сдался. — с этими словами парень уселся обратно на диван, прихватив бокал русского и делая глоток обжигающего напитка. — Ты мне никто, чтобы мне мозги компостировать, так что заткни своё еб-       Договорить Гук не успел. Просто ему по лицу прилетело увесистым кулаком с самой неожиданной стороны. А если быть точным, то от Юнги. — Затухни. — сквозь зубы процедил Мин, хищно вцепившись в воротник Чоновской футболки. — Просто, блять, закрой свою сраную пасть, недоразвитая ты амёба, и слушай меня, сука, очень внимательно. Ты даже думать не смеешь в таком ключе о Намджуне. Если б я мог, я тебя бы сейчас убил.       По глазам старшего Чонгук понял, что Шуга сейчас совершенно не преувеличивает, и нервно сглотнул. На глаза навернулись слезы. Гук сам не знал от чего. Может, от злости, а может от беспомощности. Юнги резко отпустил младшего, изобразив на лице отвращение. Словно ему только что пришлось прикасаться к чему-то очень мерзкому. - П-парни... - пискнул нерешительно Хо, затравленно переводя глаза с одного лица на другое. — Не сейчас, блять. - рявкнул в его сторону озлобленный Мин и снова повернулся к Чону младшему. - Только попробуй хоть когда-нибудь сказать что-то подобное ему. Честное слово, твой ебливый червячок навсегда перестанет функционировать. Я уж позабочусь. — ядовито усмехаясь краем губ, пообещал Мин. Не пригрозил, именно дал обещание. — …Да ладно. С него, пожалуй, уже достаточно. Всё же ты ему неплохо так зарядил, ха… — донёсся тихий голос до помутнённого сознания Гука.       Парня пробил холодный пот. Как бы пьян он ни был, а не узнать голос хёна он не мог. Как он умудрился не заметить его?.. Затравленно обернувшись на вход в бар, Гук увидел стоящего в паре метров от входа Намджуна. — Х-хён… — едва шевеля пересохшим языком, пробормотал Чон, привстав, торопливо утирая струйку крови из уголка рта. — Да ничего, зайчонок, всё окей. Я всё понимаю. — Нам улыбнулся, но… Как-то странно. Не так. Неправильно. Его взгляд с Чона переместился на Дениса. — Я буду ждать вас в машине. Хосок, привет. Давно не виделись. Рад встрече. Всё в порядке? — повернувшись к старому другу, спросил писатель.       Ошалевший от всего происходящего танцор глянул на Джуна переполненным соболезнования взглядом. Он выглядел как-то виновато, всё ещё обнимая Чимина за плечи. — Д-да, Нам… — выдавил он из себя, не зная, куда деться и что говорить. — Хорошо. — кивнул Джун. И вышел из бара.       Юнги кинул на Чонгука такой взгляд, что тот себя почувствовал ещё меньше и… Грязнее. Этот взгляд говорил, что на месте Гука для Юнги не осталось ничего, кроме комка чего-то омерзительного.       И, чёрт подери, как же Гук был с ним согласен. — Джун! — крикнул Юнги, быстрым шагом выходя из бара следом за писателем.       Хлопнула дверь, и в баре воцарилась гнетущая, физически ощутимо тяжёлая тишина. Чонгук полусидел, полулежал на диване, глядя куда-то в пустоту. Руки дрожали. И что-то внутри дрожало тоже.       Тэ нерешительно дёрнулся следом за старшими, но Денис поймал его за руку и покачал головой. Взглянув на русского, глаза которого выражали среднее статистическое между болезненной тоской и разочарованием, Ким остановился и тихонько сел. Вперив взгляд в шероховатую поверхность стола, Тэ пытался найти в голове хоть какую-то мысль, но… Почему-то там было абсолютно пусто.

***

       — Джун! — докатилось словно сквозь толстую прослойку ваты до усталого мозга.       Нам остановился возле своей машины, уставившись в оконное стекло пустым взором. — Да? — эхом откликнулось что-то изнутри, немного напоминающего самого Намджуна. — Мон… — снова тихонько прошелестел бархатисто-хриплым голосом Юнги, осторожно кладя руку на плечо младшего.       Нам не посчитал нужным отвечать. Просто перевёл потерянный взгляд на старого друга. — Юн… — как-то нелепо улыбнувшись краем губ, неровным голосом начал Джун. — Есть сигарета?..

P.S. от автора: Хы)) Давно меня тут не было))) А я живой, да))) И фанфик тоже))) Искренне надеюсь, что есть ещё читающие)