Пари

— Знаешь, — тихо произносит Карма, — я всю жизнь ненавидел школу и твоего отца. Из-за этого похотливого ублюдка моя семья раскололась. Он даже пытался выгнать меня в началке. Но потом его внимание переключилось на тебя. И ты не представляешь, как я этому рад. Красноволосый вылезает из ванны и берет в руки полотенце. Он быстро стирает капли воды, то и дело стекающих по накаченной спине с мокрых волос, и надевает шорты. Асано выключает душ, он все еще сильно стесняется и пытается скрыть от глаз киллера свою наготу. Карма передает парню полотенце и продолжает монолог, стеклянным взглядом проводя по белому кафелю: — ты даже представить не можешь, как я был счастлив, когда я впервые узнал о том, что он тебя избивает. Хах, ты был таким мерзким и заносчивым в детстве. Да и сейчас остался. Надеюсь, перед самой своей смертью твой папаша будет вспоминать, как издевался над собственным сыном и бил его до потери сознания. Думаю, он будет умирать мучительно. Хотя ты тоже не ангел. Самодовольный выродок… Ничего не достигшая тварь, если бы ты знал, как же сильно я тебя ненавижу! — у Акабанэ едет крыша. Он уже плохо соображает, что говорит и кому, единственное, что ему сейчас нужно- выпустить пар. И Карма находит способ: — А знаешь, ты сейчас ответишь за все, что сделал! — кричит убийца, смотря прямо в глаза Асано. Гакушу понимает, что вместо него Карма сейчас видит его отца. Но от этого не легче. Находиться в замкнутом пространстве с человеком, который сильнее тебя в два раза, и который при этом тебя ненавидит не очень приятно. Венка на шее Асано неистово пульсирует, выдавая его состояние. Если бы Акабанэ находился в адекватном состоянии, ему самому было бы неприятно смотреть на взволнованное и чрезмерно испуганное лицо Гакушу. Но он в ярости. Карма открывает дверь ванной, хватает Асано за влажные волосы и с силой тянет в спальню. Рыжик постоянно спотыкается, теряя контроль над эмоциями. Он кричит, чтобы Карма его отпустил, но тот не слышит. Или не хочет слышать… Дойдя до заветной кровати, Акабанэ несколько раз больно бьет в живот своего раба и кидает его на простынь. Пары секунд хватает, чтобы найти веревку под кроватью. И вот, Карма уже сидит верхом на брыкающемся парне и связывает его руки за спиной. Это не специальный канат для бдсм, а обычный жесткий трос, который очень быстро начинает стирать и царапать нежную кожу юноши: — Тихо, сучка, тебе понравится, — шепчет Карма себе по нос. Он впечатывает извивающегося Асано в подушку и наклоняется над парнем. Непонятно откуда, в руках Акабанэ появляется скотч, убийца приподнимает голову раба за волосы и приклеивает конец ленты на его щеку: — Умоляю, не надо…- это всё, что успевает сказать Гакушу, прежде чем Карма полностью лишает его этой способности. В каком-то маниакальном приступе Акабанэ дергается назад и приподнимает таз рыжика. Он подкладывает под бедра Асано подушку и с силой шлепает, оставляя на тонкой бледной коже яркий отпечаток своей ладони, который с каждой секундой все больше наливается цветом, выходя в какие-то непонятные пятна. Если бы Акабанэ увидел маленькую слезинку, скатившуюся по щеке связанного юноши, он бы точно прекратил издевательства. Но он не увидел. И он продолжает наносить резкие и болезненные удары по телу своего вынужденного любовника. Закончив с избиением, Карма еще выше приподнимает бедра рыжеволосого, пару раз проходясь по члену Асано, садист надевает на него эрекционное кольцо. Глаза Гакушу округляются, понимая, что Карма настроен более чем серьезно. Киллер резко раздвигает ноги президента, открывая взору сжатое колечко тугих мышц. Из верхнего ящика тумбочки он достает лубрикант и выдавливает немного на палец. Асано пытается свести ноги, но это ему не удается, и Карма медленно вводит первый палец внутрь напряженного тела, будто наслаждаясь самим фактом насилия. Он делает круг внутри Гакушу, выдавливает еще смазки и вводит сразу два пальца. Для неподготовленного Асано это уже достаточно неприятно. Но когда добавляется и третий палец, рыжик захлебывается воздухом, из глаз брызгают слезы и анус начинает судорожно сжиматься, пытаясь вернуться в исходное положение. Последнее вызывает у насильника неописуемый восторг. Он разводит пальцы внутри своего раба еще сильнее, причиняя тому сильную боль. Асано буквально кричит во всю силу, но из-за скотча получается лишь громкое рваное мычание. Гакушу пытается бить Карму ногами, но натренированный сильный убийца блокирует его, в наказание разводя пальцы максимально широко. Минут через двадцать активного растягивания, Акабанэ считает, что можно приступать к самому интересному. Он небрежно раскатывает презерватив по стволу члена и устраивается между разведенных ножек жертвы. Карма только ввел головку, смазанную большим количеством лубриканта, а у Асано уже начался новый приступ истерики. Гакушу отказывается воспринимать происходящее, он верит, что все это лишь кошмарный сон. Но когда Акабанэ резко входит на всю длину в тело своей жертвы, до рыжеволосого доходит- все происходящее реально. Асано чувствует невероятную боль в районе ануса и поясницы. А еще он чувствует, как что-то очень жидкое и теплое стекает по внутренней стороне бедра. Карма осознает, что порвал свою игрушку, но его это не сильно беспокоит. Директор заслужил подобное наказание. Проходит минут двадцать, Карма же не скорострел. За это время Асано практически потерял связь с реальностью, чувствуя лишь исступленную боль и яркие вспышки света каждый раз, как он пытался открыть глаза. Положение ухудшает кольцо, не дающее дойти до такой желанной разрядки, чтобы хоть как-то отвлечься от действий насильника. И вот, еще пара толчков и Карма кончает прямо внутри своего раба. Выходя из него, киллер снимает и завязывает презерватив. Он берет нож и разрезает веревку, связывающую руки Асано. Красноволосый переворачивает свою игрушку и одним движением снимает кольцо. Тело Асано напрягается и тут же расслабляется, оргазм недолгий и почти не принес удовольствия. Затуманенные похотью и жаждой мести глаза Кармы переводятся на измученное лицо Гакушу. Акабанэ резко срывает скотч. Только сейчас, когда насильник посмотрел в глаза своей жертвы, до него дошло что он натворил. Огромной лавиной накатывает осознание того, что перед ним Гакушу Асано, его ровесник, но никак не директор Кунугигаоки. Карма берет себя в руки и подбирается ближе к рыжику. Он замечает огромное высохшее за полчаса багровое пятно, немного раздвигает ноги Асано и убеждается- кровь все еще идет. Но единственное, что Карма может сделать сейчас это лечь рядом со своим рабом, нежно перебирать его волосы и тихо шептать прямо на ушко: — Прости меня. Прости, если сможешь. Умоляю, Асано… Все будет хорошо… Карме невыносимо это признавать, но он говорит фразу, которую Асано понял даже в таком полуобморочном состоянии: — Я поступил также, как твой отец.