Думай позитивно

      Юля вдруг ни с того ни с сего застывает на полпути, пока тянется к чистым кружкам на подносе. Я в ожидании своей очереди топчусь прямо позади нее, поэтому замечаю, как она прикладывает ладонь к лицу и перестает шевелиться. В замешательстве посмотрев на нее, оглядываюсь. За нами никого нет. Тут Юля еще и вздыхает настолько тяжко, что мое человеческое сострадание проклевывается наружу. В смысле, я начинаю слегка переживать за нее. Что с ней?       Стоим так секунд пять - удивительно, как пять секунд могут долго длиться. Юля так и не сдвигается с места. По ходу реально что-то случилось. Неловко кашлянув у нее за спиной, спрашиваю: - Ты норм?       Юля вздрагивает и резко отдергивает от себя руку. Обернувшись, коротко смотрит на меня. Я не особо надеюсь на то, что она поделится своими горестями - или что у нее там, - поскольку мы не так уж близко общаемся. Ну, не на той стадии, когда размазываем друг другу слюни и сопли по лицу, и нам хорошо. Короче, я не обижусь, если она сольется. Все понимаю. Но Юля вдруг делится с мучительно скорченным лицом: - Да пиздец, Лёша, - берет кружку и льет в нее кипяток. - Вот у тебя бывает такое, что ты делаешь обычные дела и тут вспоминаешь что-нибудь ахуеть какое стыдное из своей жизни? Ну типа, я сейчас внезапно вспомнила, как одной врачихе таку-ую хуйню сказала... - она коротко жмурится, будто пытаясь проглотить что-то очень мерзкое. - И просто думаю сейчас. Блять. Зачем я это сказала, а.       Поглядывая на нее, неуверенно пожимаю плечами. - Ну. Бывает иногда.       Но не так, как у Юли. Ей вообще плохо, похоже.       Она кивает. Я тоже беру кружку, но мы все еще стоим возле подноса. Все равно никому не мешаем. - И вот, не знаю, вроде уже год прошел. А все равно как накатит, так пиздец. Стою вот так. Каждый раз.       Это какое-то очень уж внезапное откровение, так что я, сбитый с толку, только мычу себе под нос неопределенно. И усмехаюсь на всякий случай, раз слова на помощь не идут. На подхвате только одно. На подхвате всегда лишь: - Бля. Звучит хуево.       Юля снова вздыхает и смотрит на меня. А я - на нее. - Что, у тебя так не бывает?       Ну? Не то чтобы я не попадал в стремные ситуации, после которых только уебать себе и хочется. Но у меня, по всей видимости, не такая тонкая душевная организация. Юля как чуткий цветочек, а я как засохшая говнина. Хули нас сравнивать.       Хотя, ладно, я все еще иногда вспоминаю тот вечер на озере с Юраном. Когда он пиздел всякое не по чести, а я тоже сорвался. Стыдно немного за себя, но я и не на такое хуй забивал. - Не настолько остро. Я, ну... - мнусь. - Мне похуй обычно.       Прости, Юля, я не готов отплатить тебе откровенностью на откровенность. У тебя забавное, а у меня хуевое. Лучше промолчать.       Юля, заметно разочарованная, уходит к столу, который мы заняли. Налив кипятка для себя, присоединяюсь к ней. Антон, который сидит тут с нами, даже не поднимает взгляда от своих распечаток. - Вы чего так долго там? - интересуется. - Да так, - морщится Юля.       Раз она не говорит, то и я предпочитаю промолчать. Антон все-таки отрывается от дел. По очереди посмотрев на нас с вопросительно вскинутыми бровями, он так и не дожидается продолжения. Поэтому сам меняет тему: - Лёха, ты уже думал, куда бухать пойдем?       Перевожу на него недоуменный взгляд. Бухать? Мне никто не сообщал о таких планах.       Оценив мое непонимающее ебало, Антон поясняет: - Ну на днюху твою. - А, - внезапно доходит до меня; я задумываюсь. - Да нет еще.       Юля, своровав у меня пакетик чая, который мы договорились использовать один на двоих, бросает на нас удивленный взгляд. - Так у тебя же двадцать... четвертого вроде, нет? - Восьмого, - поправляю на автомате.       Она выгибает брови, продолжая булькать пакетиком чая в кружке. - Так еще неделя. Больше даже. - Ну и что? Планы надо строить заранее, - бескомпромиссно заявляет Тоха.       Хватка у него деловая, спору нет. И я с ним согласен, только как-то забыл о данном обстоятельстве. - Надо подумать, - бормочу, уже касаясь губами края кружки, чтобы отхлебнуть. - Ты ж теперь на отдельной хате живешь?       Я отрицательно качаю головой. - Я не один же. Там бабушка.       Антон огорчается. - А. Бля, жаль. - Блин, а мы сразу двадцать восьмого пойдем или попозже? - подключается Юля и с поднывающими нотками просит: - Давайте только после стипендии. - Так она же двадцать пятого обычного, - хмурюсь.       Юля немного успокаивается. - А, - говорит она. - Тогда ладно. А то у меня сейчас полный швах просто.       Антон даже складывает руки поверх своих распечаток и умильно смотрит на нее. - Юленька, - отзывается чуть ли не с нежностью. - Скажи, пожалуйста, у кого из нас сейчас не швах?       Я усмехаюсь и пью чай. Хотя бы с чаем тут проблем нет.       Мы едва успеваем продолжить разговор, как в столовую врывается Кристина. Еще издалека по дерганой торопливой походке видно, что она в ярости. Поскольку мы с Юлей пялимся на нее, Антон тоже оборачивается, чтобы взглянуть. Кристина, как раз оказавшись рядом с нами, со злостью бросает на стол пачку бумаг, чуть не опрокинув Юлину кружку. - Блять! - не успев сесть, шипит она. - На этом обоссаном факультете только, сука, библиотекарши нормальные люди и Людмила Васильевна, ну и вы еще, а все остальные, сука, мрази ебливые.       Люди, сидящие поблизости, прималкивают и заинтригованно на нас поглядывают. Юля, нервно поерзав, пытается ее урезонить: - Ш-ш, Кристина. У стен есть уши. - Да мне похуй! - взрывается она и, резко отодвинув стул, все-таки садится. - Я нахуй на следующей неделе отчислюсь, мне вообще поебать, кто че услышит.       Мы втроем переглядываемся. Я, видимо, самый смелый, потому что спустя паузу единственный спрашиваю: - Что случилось-то? - Да подошла к Зарещенко, называется, - с готовностью выплевывает Кристина. - Опять говна наслушалась про себя - во. Ахуенно просто. И после этого нам говорят - славьте, блять, истфак, рекламируйте, нахуй, истфак, вы должны истфаку по гроб жизни, мы для вас столько делаем, столько делаем. Еще нихуя, сука, не сделали, хотят только, чтобы им жопу лизали, пидорасы вонючие. Ненавижу всех. Чтоб все сдохли, сука.       Мда. Кристина - воплощение мрака и отчаяния. Она и без того последнее время нервная. А каждый знает, что к ебанутым преподам лучше подходить с атрофированным самолюбием. Кристина слишком близко все к сердцу воспринимает. Гордым людям тяжело живется. Хорошо, что я терпила ебаная, все невзгоды переживу. Ага. Перетерплю. - Да ладно, - теперь и Антон подключается к попыткам утихомирить Кристину. - Первый раз, что ли, Кристин. Ты что, четыре года тут сидела, чтобы на финише сдаться?       Да-да, Кристин. Раз терпеть, то терпеть до конца. Сила духа, называется.       Мда, скажи я ей такое вслух сейчас - она мне разом переебет. Кипяток в лицо выплеснет еще. Терпи, хули. Сильный ты наш. - Да мне надоело каждый раз столько говна в свой адрес выслушивать, - она слегка успокаивается, судя по тому, что ее ярость враз скисает. - Почему эти пидорасы думают, что если они тебе поставят баллы по минимуму и завуалированно назовут чмом последним, то это пиздец мотивация работать над собой? Мне вот после этого нихуя не хочется. Только сдохнуть.       Кристина почти в слезах. Я такое не люблю, поэтому сразу напрягаюсь. Следующие пару минут мы всеми силами шлем ей свою дружественную поддержку, покрывая Зарещенко последними словами и выражениями. В середине этого процесса я напоминаю: - Нахуяримся как не в себя на моем др. Обещаю. И сразу полегчает.       Коротко о том, в чем не нужно топить свои горести, но в чем они непременно топятся.       Кристина неровно выдыхает носом. Вытягивает ладонь на стол и растроганно отзывается: - Ой, мальчики, девочки, - кидает взгляд на Юлю. - Спасибо вам. Что бы я без вас тут делала вообще. - Сидела за убийство, - хмыкает Антон.       У меня вибрирует телефон, поэтому я несколько отвлекаюсь, опустив глаза.

________________ Адриан, 13:42

привет ты на парах?

да

у тебя еще много?

не особо а что

отдыхаю сегодня скучно пиздос может затусим) когда освободишься

________________

      Ого, и даже не написал "если хочешь, конечно", как обычно. Прогресс.       Я вскидываю лицо, выцепляя взглядом кого-нибудь из болтающей троицы. Обсуждают варианты, куда могли деться Грачик с Катей. Не дождавшись, пока они замолкнут, перебиваю: - У нас какие пары остались, скажите.       Кристина переводит на меня глаза и, на секунду задумавшись, отвечает: - Людмила Васильевна и Стародубцева вроде. - Ага, спасибо, - тяну на автомате, снова утыкаясь в телефон. - А че тебе?

________________ Адриан, 13:43

да в принципе я уже свободен

заебись) тогда дойдешь до меня у меня есть кой чего

ок через час где-то приеду

________________

      Я поднимаюсь, со скрипом отодвигая стул. Заблокировав телефон, хмыкаю: - Да ничего. Даю по съебам. - Уже? - удивляется Юля. - Да. Всем пока.       Кристина, когда до нее добираюсь, душит меня в прощальных объятиях. - А чего так резко-то? - и такое лицо делает, будто что-то заподозрила. - Ты ж никуда не собирался. - Дела есть, - все-таки отцепляю ее от себя.       Кристина все еще прощупывает меня цепким взглядом. - Так и скажи, что срать захотел.       Закатываю глаза. Как быстро она вернулась в строй из своей депрессии. - Ага. Все, давайте.       Внеплановые съебы - лучшие съебы на свете.

***

      Когда звоню в домофон, Адриан открывает сразу, даже не спрашивая, кто там. Я, пока добирался до него, сформулировал очень волнительный вопрос: хули я так сорвался в одно мгновение? Я ведь реально никуда не собирался. Да и не сказать, что с того последнего раза мы стали как-то общаться. Так что теперь я чего-то напряг очко свое. Это одна из тех неловких ситуаций, о которых говорила Юля сегодня? А, да поебать.       Пришел и пришел. Что теперь. Все, сейчас остановлюсь перед дверью Адриана, напишу, что загнался и передумал, и пойду домой грустный. И Адриан такой - заебись, спасибо.       Усмехаясь себе под нос, стучусь в дверь. И топчусь в недоумении еще целую минуту, потому что никто не открывает. Я даже начинаю сомневаться, туда ли вообще ломлюсь, но потом Адриан все-таки впускает меня. - Это ты стучался? - интересуется, чуть нахмурившись. - Я думал, это к соседям.       Да, точно. Только что пустил человека по домофону, стучится кто-то - а, ну, наверное, к соседям. Класс. - Нет, я по твою душу.       Разуваюсь и кидаю вопросительный взгляд на Адриана, который стоит рядом зачем-то. - Мне нужны тапки или так можно уже? - уточняю все же.       Да, прошло дня четыре с тех пор, как я отсюда ушел, но мало ли. Вдруг у них какая-нибудь новая пиздопляска случилась. И продолжалось на земле наводнение сорок дней и сорок ночей, и умножилась вода, и мешала Лёхе ходить по мокрому полу в белых носках. - Не, можно так, - отмахивается Адриан.       Мы уходим к нему в комнату. По пути, поглядывая на все еще голые доски под ногами, спрашиваю: - Ты один? - Да, - он закрывает за мной дверь в комнату. - Виталик на работе, Митяй на парах.       Оглядываюсь. На столе стоит работающий ноут. На диване с удивлением замечаю кошку. - О, киса, - комментирую и машинально приближаюсь к ней, чтобы почесать. - Я думал, вы от нее избавились. - Избавились? - иронично переспрашивает Адриан. - Это как. Типа выкинули?       Мне немного неудобно торчать без цели у него в комнате посреди дня. Был бы вечер, все было бы отлично. Я до шести вечера раскачиваюсь, а там и жить можно.       Диван разобранный, и несмотря на то что покрывало заправлено, садиться на него в уличной одежде кажется мне неприличным. Так что ухожу к столу и сажусь на стул. Блять, когда это я стал таким застенчивым резко. - Ну ты же говорил, что тут хозяйка была. А она против животных.       Ага, и в прошлый раз заявилась в белой футболке с символичным изображением перечеркнутого кота. А снизу надпись "без кис". - А, - Адриан валится на свой диван и зарывается пальцами в кошачью шкурку. - Ну мы спрятали ее в комнате у Митяя, пока она была тут. Пизда была бы, если б к нему зашла. Но нам повезло.       Перевернувшись на спину, он подкладывает руку под голову и скашивает глаза на меня. Я вдруг вспоминаю. - А ты че сам не на парах?       Адриан почему-то не отвечает и вообще выглядит так, будто я вкинул какую-то тупую хуйню, на которую неизвестно как реагировать. - В смысле? - он даже хмурится и, помолчав, добавляет: - Я вообще-то выпустился.       Ну я тоже выпустился. Выпустил себя. Из этой обители "мразей ебливых", как сказала Кристина. Радикально.       Да ладно. На самом деле я все понял. - Чего? - тяну, наморщив лоб. - Ты... Как так, блять. Я думал, ты сейчас тоже на четвертом?       Адриан разве что не крестится двумя руками. - Нет. Летом я всем ручкой помахал. Шутка про то, что можешь пойти на кухню, посмотреть на мой диплом, который стол подпирает, чтобы не шатался. - Ха-ха, - говорю максимально невесело. - Пиздец. И ты теперь, типа, просто работаешь?       Адриан медленно поднимает брови. Блять, чувак, отъебись. Просто пытаюсь поддержать беседу. Сука. Это все пагубное влияние дневного времени. - Ну еще с тобой, вот, встречаюсь. - Весело, - хмыкаю.       Особенно сейчас. Так, это что, получается, Адриан тоже старше меня? Не то чтобы разница в год-два была критичной. Но у меня скоро уже пунктик будет на возраст. Отныне ебусь только с малолетками, ага. И никаких проблем в моей жизни. Отлично. - Кстати, че ты больше к Оленникову не ходишь?       Я непонимающе моргаю. Жужжащий возле меня ноут уходит в спящий режим. Адриан садится, свешивая ноги на пол, и принимается дергать себя за шнурок на худи. - У него только за сентябрь раза три вписывался весь, нахуй, Иркутск. Я почему-то думал, ты тоже там будешь.       О, он надеялся пересечься со мной на вписке. Это равносильно признанию? Мы уже можем ебаться?       Я усмехаюсь. - Я не в курсе был, - опускаю глаза на свои пальцы, барабанящие по столу. - Да и если бы знал, то как-то... Не пошел, скорее всего.       Я и один нормально так наебенивался и страдал по Ире. А потом мне Юра прописывал лещей, хули я сопли жую. Ну да. Все как у людей. - А че?       Снова перевожу взгляд на Адриана. - С Ирой разбирался.       Теперь ему становится неудобно, и он прерывает зрительный контакт. Встает, потягивается. - А. Ясно. Теперь-то все нормально? - Ну, мы не общаемся, - пожимаю плечами.       Адриан хмыкает и подходит к окну, чтобы открыть его. Потом шарится у себя в шкафу. - А я-то думал, куда у нее фотки с тобой делись.       Фыркаю. - Че? - Ну с профиля, - Адриан, достав что-то, закрывает дверцу шкафа и оборачивается. - Все фотки с тобой удалила.       Я почему-то слегка расстраиваюсь. Вещи мои выкинула (то есть мне вернула), фотки удалила. А те, которые не в цифре, а у нее в альбоме - разрезала и вышвырнула в окно, вероятно. Какой я драматичный. Ну, неприятно все-таки, когда человек, с которым ты тесно провел четыре года, активно избавляется от твоих следов в своей жизни. Смешно, наверное, сейчас выебываться, когда я сам все к этому привел. - М. Ну. Класс.       Адриан, коротко взглянув на меня, садится за стол. - Вообще-то это Сэлмэг мне инфу слила. Они ж подружки, - он смеется. - Сука, такие сплетни, конечно. Когда ты Сэлмэг большая подружка, чем Ира.       С его тупой шутки мне не смешно. Я хмурюсь. - В смысле. Она типа до того сказала, как я тебе?       Он мотает головой. - Ну да. Я не особо на самом деле понял. Типа, ну и че. Удалила и удалила. Потом ты рассказал, и я такой - а, понятно, короче.       Во-первых, он противоречит сам себе. Во-вторых, пиздец как тесен мир. Не дадут расстаться спокойно. Бля, надеюсь, связь Сэлмэг не работает в обратную сторону. Что она не только Адриану всякую интересную инфу сливает, но еще и Ире. Типа, блять. Я все еще переживал насчет того раза в ванной. Мало ли. Вдруг мы забыли дверь за собой закрыть, и кто-нибудь увидел, как я там на коленях стоял. Да и блять. Два человека закрылись в ванной комнате. Так неподозрительно. Учитывая, что все вроде в курсе насчет ориентации Адриана.       Ноутбук слегка мешает мне смотреть, что он там делает, но вскоре понимаю, что он забивает ништячок. Заметив мое вежливо вытянувшееся ебало, Адриан усмехается. Молча понаблюдав за ним, уточняю: - Это и есть твое "кой-чего"? - Ага, - он довольно лыбится. - Покурим? Гашик. Или ты против.       Я проверяю время на телефоне. - Даже четырех нет.       Адриан вскидывает бровь. - А ты только после четырех куришь?       Подъеб засчитан. - Нет. Ну давай, хули.       В первый раз, что ли. Вообще-то я не увлекаюсь. Но когда перебухал с половиной города, всякое за плечами имеешь.       Я смотрю за тем, как Адриан затягивается. Уже передав самокрутку мне, он вдруг спохватывается. Я бросаю на него вопросительный взгляд. - Бля. Я ж тебе обещал, что не буду больше ничего такого предлагать, - поясняет он.       А, он еще грузится, что меня размотало в тот раз? Да я сам виноват. Еще больше бы нажрался, хули мне. Может, с балкона бы мирно упал, сломал шею и не страдал больше никакой хуйней. - Переживу. - Ты это, главное, не в загонах сейчас?       Он с таким серьезным видом спрашивает это, что даже смешно становится. - Да не так чтобы.       Адриан встает со стула, чтобы выпустить из комнаты кошку, которая села возле двери. Сказал бы, я б открыл. Все равно ближе сижу. Ладно, похуй. - Просто лучше воздержаться, если тебе хуево. Мне если погано, потом кроет пиздец. Так что заранее предупреждаю типа. - Нихуя "заранее", - издаю смешок и не возражаю, когда Адриан ловко перехватывает из моих пальцев самокрутку. - Уже поздно как бы. - Ну, надеюсь, тебе весело, - он стоит рядом, почти прикасаясь ко мне бедром, и затягивается. - Кстати. Ты замечал, что молодой Лагутенко и вокалист из Плацебо или, блять, Пласибо, не ебу, как правильно. Короче, что они пиздец похожи? - Кто такой Лагутенко? - Солист Мумий Тролль.       Я туплю. - Не ебу, как кто выглядит. Покажи.       Адриан подходит к ноуту и, склонившись над ним, заставляет его ожить. Пока что-то печатает, делится: - Вообще-то это Сэлмэг тоже вкинула. Я посмотрел и ахуел. Типа, понятно, они разные на ебало. Но все равно похожи.       Я сижу так, что не вижу, что там происходит в ноутбуке, поэтому чуть дергаюсь, когда Адриан включает песню, которая начинает орать прямо с припева. Тот сразу качает головой, дергается и в целом кайфует. Разворачивает ко мне ноут с двумя открытыми фотками. - Вот. Скажи - одно ебало, а?       У меня голова уже особо не варит, поэтому я неопределенно кривлю губы. - Ну так. Не сильно.       Адриану, в принципе, уже похуй. Разглядывая меня, он слегка покачивается под музыку и вдруг подхватывает: - Мерещетса-а! То ли Большая, то ли Малая Медведица-а! - он пихает самокрутку между моих губ. - Пиздец, теперь слушаю круглосуточно тупо. - Ахуенно, - размякнув, выдыхаю лениво и чуть ебалом не тараню Адриана, когда тот решает засосать меня именно в тот момент, когда я собрался встать.       Вообще-то это не смешно, но он принимается ржать как долбоеб. Я, заразившись от него, тоже. И музыка ничего такая. Долбит. Притираюсь поближе к Адриану. Он обмякает у меня в объятиях, а мне и без того влом стоять, держать его еще. Утягиваю его на кровать, Адриан ни разу не против. Песня кончается, но тут же начинается заново. И так пять раз, пока сосемся.       Заебись.       У Адриана полный расслабон. Откатившись на спину, он прячет лицо в сгибе локтя и криво усмехается. - Пиздец, - протягивает. - Я на самом деле не ебал, как тебя сюда заманить. - Ну, у тебя получилось, - меня тоже раскатало, потолок такой занимательный. - Заманил.       Да даже если бы Адриан просто написал "приходи" и ничего больше, я бы, наверное, пришел. Я же придурок. Бегаю туда-сюда. Лишь бы к кому-нибудь в штаны залезть. - Ага, мне так крышу рвет, что ты рядом теперь живешь. Ебать тебя в рот.       Я смеюсь. - Это можно. - Че, - Адриан даже руку убирает, чтобы взглянуть на меня. - В рот меня ебать.       Адриан разглядывает меня со странным выражением. - Че, может, на ночь останешься?       Я осекаюсь. Тоже смотрю на него. Только сейчас замечаю, что подушки у нас в ногах. Потом поднимаю голову, чтобы взглянуть в окно. Там светло. Роняю голову обратно. - Так еще не вечер. - Ну и че. Тебя сейчас отпустит, ты домой засобираешься. - Кто сказал. - Ну я. - Хуй на.       Простите, я просто не удержался.       Адриан чего-то примолкает. Я растираю лицо, поэтому смотреть на него некогда. Песня тем временем повторяется уже черт знает какой раз. - Бля, давай другое включим, - прошу. - Заебало уже. - А че ты, на ночь останешься? - Я не хочу с Виталиком сидеть, - вздыхаю хмуро спустя паузу.       А то, блять, знаю, как это работает. Сначала ты такой забиваешься, настраиваешь себя, что о-о, ебать, сейчас как поебемся. А тут вылазит какой-нибудь друг-сделал-хуем-круг и такой - здравствуйте, я посижу тут с вами ближайшие шесть часов до рассвета, спасибо. - Он не будет лезть. Митяй, наверное, опять у бабы своей останется.       Поворачиваюсь лицом к Адриану. Наверное, у меня такой вид, будто я задумался, но на самом деле нет. Просто залип на него. - Ну ладно. Теперь песню переключишь? - Ты только поэтому согласился? - он ухмыляется и указывает кивком за мою спину. - Ну иди, переключи. - Мм, - закрыв глаза, протестую. - Ты иди. Мне лень.       Адриан молчит сначала, потом вздыхает. - Пиздец. Даже Сиська не так быстро обнаглела. - Че, сиська?.. - сдвигаю брови, но так и не открываю глаз, когда он перелезает через меня. - Кошка. - А.       Слышу, как Адриан идет к ноуту, стучит по тачпаду. Песня сменяется. Опять что-то из Мумий Тролля. Адриан снова лезет на диван и, прижавшись к моей спине, целует в шею.       Да, только под Мумий Тролля я еще не ебался.

***

- Бля, фу, - кривлюсь, но все еще пережевываю.       Адриан с научным интересом оценивает мое недовольное ебало. Вдавливает недокуренную сигарету в пепельницу на столе и запивает чаем. - Я тебе говорил, она странная.       Я заглядываю в пластиковый контейнер, вороша морскую капусту вилкой. Адриан прав. На вкус пиздецки странно. Не как морская капуста. Удивительно. - Может, испортилась? - отставляю от себя и срочно запиваю кофейком, чтобы отбить мерзкий привкус. - Выкинь ее лучше. - Да похуй, - Адриан, намазав хлеб маслом, чуть не целиком засовывает кусок в рот. - Виталик доест.       М, когда делишь жилплощадь с соседями. - Думаю, после этого он переедет жить в туалет.       Адриан улыбается. Он забавно сидит на кухонном табурете, каким-то образом умудрившись втиснуть между собой и столом согнутую ногу, а вторую поджав под себя.       Словно почувствовав, что говорят о нем, приходит Виталик. В смысле, в квартиру - во входной двери начинают колупаться ключом, мы с Адрианом прислушиваемся. Через пару секунд, правда, доносится голос совсем не Виталика: - Даня, блять, ты заебал. Я тебе уже сто раз сказал, обувь убирай свою, блять, пока кошка в нее не нассала.       Даня? Какая забота. Адриан, замерев было, морщится. - А, бля, твои убрать забыл, - негромко бормочет он и уже в полный голос кричит: - Ну убери.       Из коридора доносится только бубнеж и сопение, хлопают дверцы от шкафа, шелестит куртка. Я мгновенно теряю весь расслабленный настрой, догадавшись, что это Митяй. Кидаю взгляд на Адриана. Тот тоже выглядит не шибко довольным.       Митяй проходит на кухню. Заметив меня, чуть сглаживает пиздецовое выражение лица. - О. Ты не один, - комментирует и протягивает мне руку. - Дима. - Лёша.       Несмотря на крепкий вид, рукопожатие у него вяленькое. Он коротко окидывает меня взглядом - я сижу в домашней одежде Адриана, которую тот мне любезно одолжил, - и хмыкает. С таким видом, будто поймет только Адриан, но я как бы тоже не тупой. Да, мы ебались. Че дальше, блять. - Я думал, ты у Дахи останешься, - хмурится Адриан. - Не, она у родителей сегодня, - Митяй отворачивается, чтобы налить себе воды в стакан. - А ты че уже сразу всех к себе назвал?       Сука. Ну да, хоть один невыебистый сосед - это же так сложно. Я начинаю злиться. - Ну как видишь, - Адриан хотя бы сидит спокойный. - Что ищешь? - Ты сиги мои брал? - Нет. - Они тут лежали, - Митяй поворачивается. - Я не брал, - повторяет Адриан безразлично. - Может, Виталик стрельнул. Ты же знаешь, он все курит, что на виду лежит.       Митяй вздыхает и уже тянется к пачке на столе перед нами. - Можно у тебя тогда возьму парочку? До завтра. - Это Лёхины.       Тот замирает с вытянутой рукой и кидает на меня неуверенный взгляд. Не смотря на него, пододвигаю пачку. - Бери. - Спасибо.       Я допиваю кофе. Митяй уходит, закрывшись в туалете. Отсюда слышно, как чиркает пару раз зажигалкой. Адриан поднимается на ноги. - Ты поел? - он сбагривает грязную посуду в раковину, а все недоеденное - обратно в холодильник. - Погнали в комнату.       Прячемся, как лесные тролли. Уже за закрытой дверью я спрашиваю: - Почему он тебя Даней назвал?       Адриан, оглянувшись, падает на диван. - А-а, - он усмехается. - Да короче. Он ненавидит, когда его зовут Митей. Он же Дима. Мы стали вместе жить, и я такой типа Митяй, Митяй. Ну и все начали называть его так. Так что он типа в отместку.       Жизнь-боль, как говорится. - Понятно, - зеваю и тоже ложусь рядом, тут же вздрогнув, когда Адриан спихивает меня с подушки. - Э. - Ты че, спать собрался? - наезжает он. - Ну. Нет пока.       Хотя я бы не отказался на самом деле. Хотя бы на часок прикорнуть. Обычно я так и делаю. А потом ебашу учебные дела до трех ночи. О да. Жизнь прекрасна. Но раз уж у меня сегодня выходной, то ладно.       Поворачиваю голову к Адриану. Он так и не пускает меня к подушке. Я вздыхаю. - У тебя есть предложения?       Я почему-то уверен в том, что Адриан скажет что-нибудь вроде - "да, залезь мне в штаны", даже пусть и в качестве шутки, но нет. Это, видимо, я испорченный. Когда не ебался две недели. Сегодняшний день пока не считаем. - Можем опять курнуть. - Так мы же... - хмурюсь, сначала подумав о сигаретах, потом до меня доходит. - А... Не многовато на сегодня? - Нормально.       Откуда у него такие запасы, стесняюсь спросить. С Денисовым корефанится, что ли. Это же он готов всем отсыпать за скромное вознаграждение. За сколько там, не помню уже. - Похуй, давай, - решаю все же.       Поебусь, покушаю. Покурю, понюхаю. Навевает атмосферка. А куда без этого. - Тебе завтра в уник надо, кстати? - спрашивает Адриан уже из шкафа.       У него там нычка, по всей видимости. Довольно очевидное местечко, куда бы понадежней запрятал, что ли. - Надо. Но могу и не ходить.       Бля, звучит так, будто я напрашиваюсь остаться еще на одни сутки, но как бы... нет. Просто говорю о своих возможностях. Я свободный человек. И могу посопеть подольше, если все-таки до трех ночи мы спать не будем. - Заебись, - отзывается Адриан и опять зависает у стола. - Мне бы так со сменой. Надо идти, но могу и не ходить.       Я снова зеваю, пока он не видит. И перекладываюсь на подушечку. Она такая мягкая. И я поебавшийся и сытый. Все, хочу спать.       Кажется, закрываю глаза всего на секунду, а Адриан уже валится на меня, вышибив дух, и сует результат своей деятельности мне в рот. - Бля, - хриплю с натяжкой. - Прямо под дых.       С локтя. Не самое приятное сочетание. - Оу, - Адриан сползает в сторонку. - Извини. Только не урони, я уже раскурил. - Можно я отдышусь сначала, - передаю самокрутку обратно ему.       Он слегка виноватый, но не слишком. Затягивается. Я, немного придя в себя, тоже. Адриан вдруг ложится мне на грудь. И мне так хорошо сразу становится, я с этой позы прям кайфую. Мне всегда нравилось, когда Ира вот так головой давила на это место.       О нет, опять я о ней вспомнил. Хах.       Вздыхаю. Пока голова не опустела, задаю тот самый стремный вопрос, от которого можно было воздержаться: - Ты как-то раз говорил, что... - М? - безмятежно отзывается Адриан, стряхивая пепел в кружку на моем животе. - Ну. Ты пытаешься кого-то забыть. Это тоже был парень?       Не то чтобы меня беспокоил тот факт, что Адриан может иметь свои причины для того, чтобы пересекаться со мной. Но я люблю вещать о не тех вещах, занимаясь не теми делами. Полная гармония. - Да, - Адриан чет замялся даже как-то. - Бля, я уж забыл, что сказал тебе об этом. - И че, - я молчу немного. - Вы встречались?       Просто мне интересно, как это вообще. Такое реально бывает между парнями или только на уровне поебаться-разбежаться? Простите, у меня не так много опыта. И то он какой-то спидозный. - Да хуй знает. Там все трудно было. Это че у нас типа сейчас разговор о бывших? - Нет, - сливаюсь, потому что не хочу, чтобы молва об Ире зашла опять, да и мысли уже разбегаются понемногу. - Просто спросил.       Адриан неожиданно громко смеется. - Сука. В сентябре я уже тебя забыть пытался. А ты такой, блять, приходишь на вечер. Прикол, нахуй.       И не говори. Не жизнь, а одни приколы.