Думай позитивно

      Катя широко зевает, не потрудившись прикрыть рот ладонью. Моих чувств это не задевает, но зевает она так продолжительно и во всю пасть, что я невольно начинаю пялиться на нее. Взгляд падает, как в шахту, - глубже, глубже, а потом внезапно тьма.       Юля укоризненно хмурится: - Катя, ну емае. - Что? - недовольно реагирует та, смаргивая выступившие слезы.       Я кое-как удерживаюсь, чтобы не зевнуть следом. - Ты хоть бы рот прикрыла. - Юля, у тебя юбки пизду не прикрывают, а ты мне говоришь рот прикрыть. - Ого, - это уже я произношу.       От неожиданности, потому что Катя на Юлю редко наезжает, только в качестве исключения. Как сегодня, например.       Слишком поздно понимаю, что зря я вообще звук издал, потому что если Юля под удар попала, то от меня совсем мокрого места не останется. Катя действительно поворачивает голову, но вместо того, чтобы морально изничтожить меня, возмущенно оправдывается: - Да что, блин? Я просто зевнуть не могу нормально. Недостаточно рот открыть и зевнуть, надо, чтоб зевнулось.       Помолчав, хмыкаю: - Хуево зевнуть - как хуево кончить. Никакого удовольствия.       Можно сказать, что в Катиных глазах я реанимирован, судя по уважению, с которым она на меня кидает взгляд. - Точнее не скажешь. Ты это где-то вычитал?       Я даже оскорбляюсь. - Нет. Я что, похож на человека, который умеет читать? - Ну посты же во вконтактике ты читаешь. - Где больше десяти слов - нет.       Катя смеется и растягивается по парте. Юля, видимо, на нее обиделась, потому что отвернулась и залипла в телефон. Вообще на нее не похоже, но вдруг у них день, когда они тупо грызутся из-за всякой хуйни.       В тишине сидим не больше минуты. Даже, может, меньше. Потом Катя вздыхает: - Блять, - и поворачивается так, чтобы меня видеть, только в следующую секунду закрывает глаза. - Я вообще не выспалась нахуй.       Я поглядываю на одногруппников, тех, кто решил остаться в аудитории, а не расползтись по своим делам во внешний мир. Грач застрял возле препода с еще несколькими людьми у преподавательского стола - решают какие-то вопросы. - Ты когда-то высыпаешься?       У меня тоже вопрос, но чисто риторический. Понятное дело, что Катя жаловалась тоже чисто риторически, но это я так, поддержать разговор. - Ну иногда, - отзывается она с закрытыми глазами, а потом морщится. - И вообще, блин, соседка поставила такой ебанутый будильник себе. Меня чуть удар не хватил, когда он заиграл в половину шестого. Вот спишь ты такой, спишь сладко так, видишь десятый сон. И тут внезапно Канье Уэст как заорет - пупи-ди скуп, вуп-ди скуп ди-вуп, блять.       Она резко открывает глаза и видит мою не совсем въезжающую в тему рожу. - Ну знаешь эту песню его ебанутую? - я, подумав, с сомнением качаю головой. - Ну короче скину тебе, послушаешь. Полный пупи-ди скуп, блять. Я, которой ко второй паре, - минус сердце.       Песню не слышал, но с Катиных слов звучит забавно, поэтому усмехаюсь. - Твоя соседка выжила? - Конечно, а че ей будет-то. Она-то знала о будильнике. - Вдруг ты ее прибила, и теперь ее труп лежит где-нибудь под кроватью. - А-а, - тянет Катя и подкладывает под голову другую руку. - Да не. На этой неделе ее очередь убираться. Пусть живет.       Всегда знал, что истоки Катиной гуманности нужно искать в прагматизме.       Она тем временем меняет положение головы, но, увидев, что Грачик все еще трется возле Степанова, снова ложится щекой на руку. Я от нечего делать машинально прокручиваю соцсети, а Катя, поразглядывав меня, спрашивает: - Ты в двух кофтах, что ли?       В голосе у нее такое невинное, почти детское, удивление, что опускаю на нее взгляд. Помешкав, признаю: - Ну да.       Вообще-то мне не очень хочется говорить об этом, потому что это реально странно - сидеть в двух кофтах. В смысле, сейчас лишь середина октября. Отопление давно везде дали. А я в двух кофтах парюсь, как долбоеб. - Эм, - Катя выгибает бровь. - И зачем.       Ну вот мы и подобрались к главному вопросу. - В куртке мерзну.       А добираться далеко. Пока до остановки дойдешь, пока дождешься нужный транспорт - холодно, сука; потом еще до универа пидорить против ветра, после еще минут пять курить возле корпуса. Пиздец. У меня уже несколько дней в горле что-то нехорошо так першило. - Так поменяй. У тебя ж была какая-то другая.       Да, была. Когда живешь в ебаном климате и курток на все сезоны имеешь больше, чем трусов. Загвоздка в том, что я оставил куртку потеплее (но еще не на морозы, о да) дома. И обувь. Ладно, на самом деле я просто поленился взять все сразу. А теперь меня мучила мысль, что если я приеду домой за теплыми вещами, то пересекусь с Юрой и пиздец.       Звучу как неженка ебаная, но не в этом дело. Я правда не желаю контактировать с ним ближайшее время. - Лень до дома съездить.       Катя выразительно выгибает брови. - Ну да, лучше мерзнуть и ходить в двух кофтах.       Вздыхаю. Получается угрюмо, но я сам виноват. - Ну может, конечно, и надо съездить, - уступаю, потому что спорить смысла нет.       Катя немного тупит. - Может, конечно, - повторяет. - Это что-то из разряда "да нет, наверное"? Неуверенно допускаю уверенность.       В замешательстве помолчав, уточняю: - Это я так сказал? - Да, только что. - Не заметил.       Перевожу взгляд на Юлю. Та вообще не с нами, переписывает что-то себе в тетрадь из заметок на телефоне. Заодно замечаю Грачика, который возвращается к нам с возмущенным лицом. Усмехаюсь ему. - Спросил?       Катя, заинтересовавшись, тоже поворачивается к Егору. Только Юля не с нами - все еще и опять. - Ага, - саркастически буркает тот, встав рядом. - Смотрю ему прямо в душу, задаю вопрос. Виктор Михайлович, у нас последний срок на следующей неделе или через две? А он просто, - Грач хлопает глазами, изображая Степанова. - Иди своей дорогой, сталкер.       Не то чтобы это было очень смешно, но я все равно смеюсь. Не знаю почему. Просто так.

***

________________ Адриан, 17:39

ты на работе?

нет дома а что

через десять минут выйдешь покурить?

ахах ну можно)

________________

      Я не особо рассчитывал, что мне повезет, оттого еще приятней, что Адриан согласился. Я был уверен, что он на работе, потому что а где еще ему быть в промозглый четверг, но потом увидел, что он в онлайне, и, в общем... Да. Я рад.       Собравшись в считанные секунды, больше всего времени трачу на поиск сиг и зажигалки (особенно зажигалки, сука, куда она вечно пропадает). Их ищу уже в куртке, вернувшись для этого в комнату, почти у самой входной двери обнаружив, что карманы пустые. Бабушка палит мое сосредоточенное ебало через открытую дверь. - Лёша, а ты куда собрался?       Оглядываюсь на нее и убираю зажатую между губ сигарету, только сейчас поняв, что по привычке сунул ее в рот сразу. - Да я покурить на улицу. - А. Хорошо. Мусор захватишь тогда с собой?       Наверное, бабулю надо поцеловать за то, что она не ебет мне мозги насчет того, что я мудак тупой и курю. Я тут на днях даже не сдержался, спросил, а почему так, че ты мне мозги не ебешь, а, бабуль. А потом минут сорок сидел слушал, как покойный дед Максим курил пятнадцать лет, потом женился и бросил. Так что ничего, кури себе на здоровье, жена появится, все недуги пройдут, все вредные привычки исчезнут, ага. Экскурс в прошлое и надежда в лучшее, так сказать. - Захвачу. Ты видела зажигалку? - Она на подоконнике лежала.       Нахмурившись, я уже хочу сказать, что нихуя она не на подоконнике, но зажигалка действительно там. Вот как так. Я же только что там смотрел.       Еще спустя несколько минут все-таки направляюсь к Адриану, слегка переживая из-за того, что задержался. Даже время проверяю на телефоне, но у меня еще есть четыре минуты в запасе. Ладно, все под контролем.       Адриан уже стоит возле подъезда, замечаю его издалека. Он меня, наверное, тоже. По крайней мере смотрит в мою сторону, а что у него там по зрению - черт его знает.       Подхожу, здороваемся. Пытаюсь держать серьезное лицо, но у Адриана такое хитровыебанное выражение ебальца, что не удерживаюсь и усмехаюсь. Почти синхронно запихиваем сигареты в рот. Адриан молча протягивает свою зажигалку. Я прикрываю огонек ладонью - ветер ебашит прямо по лицу. - Че у тебя, выходной сегодня?       Это очевидно, но так тупо стоять и молчать дальше. Типа... что? Мы сейчас в тишине покурим и разойдемся, не сказав друг другу ни слова? Атмосферно. - Ага. А ты чего так внезапно? - Да заебался дома сидеть.       Сидишь, втыкаешь в ноут, думаешь о том, как много нужно сделать, и ничего не делаешь. Я устал так жить. - Че, диплом? - ухмыляется Адриан.       Пытаюсь выразительно выгнуть бровь, типа, бля, очень смешно. У меня получается, я знаю. Корчить ебало умею на твердую пять. - Займусь этим в апреле.       Адриан выплевывает смешок и дымит мне в лицо. Вообще-то выдыхает он в сторону, но ветер свое дело делает. Пробирает до костей - я придурок и забыл оценить погоду перед тем, как выйти из дома. Надеть одну футболку под куртку, как оказалось, не очень хорошая идея. Пытаюсь не дрожать, как долбоеб, но пару раз все равно передергивает. Пальцы у меня уже покраснели. У Адриана, кстати, тоже. И нос еще. И вообще он стоит весь расстегнутый.       Крутой, пиздец. - Че, замерз?       Все-таки замечает, как меня колотит. Первым делом хочу отмахнуться, мол, все норм. А затем думаю - а че это я, собственно. - Да. Согрей меня.       Звучит тупо, учитывая, что намеренно делаю ебало кирпичом. Адриана, впрочем, не проведешь, он хмыкает: - Ну пошли. Виталик как раз плов приготовил с грибами, он горячий еще. - Че? - протягиваю, застопорившись. - С грибами? - Да. - Плов, - уточняю.       У Адриана то насмешливое состояние, когда еще чуть-чуть и заулыбается. Разглядывая его, выдерживаю паузу на раздумье. Он все-таки улыбается. - Так можно было?       Плов с грибами? Звучит хуево. Плов должен быть с мясом. Все должно быть с мясом, раз на то пошло. - Хуй знает. У нас в морозилке только грибы лежали. Я предлагал ему за мясом сходить, но ему похуй.       Выдыхаю носом, типа забавно. А че за грибы, скажите. Ладно, не смешно. Сигарета, кстати, скуривается слишком быстро. Жаль даже немного. Я еще успеваю сделать пару неторопливых затяжек, когда Адриан предлагает: - Тут на выходных бухич намечается. Пойдешь? - У кого? - У Григорьева. Ты его, наверное, не знаешь. Норм челик.       А, знакомые знакомых. Мы, кажется, с ним пересекались как-то пару лет назад. - Саня который?       Адриан искренне удивляется. - Знаешь его? - Ну виделись как-то раз.       М, моя буйная молодость. Сейчас я уже не так часто бухаю в неясных компаниях, если так подумать. А всего-то надо было начать ебаться с маминым мужиком, расстаться с девушкой и загнаться.       Ладно, на самом деле причина, наверное, не только в этом, но предположим. - Так что, пойдешь?       Выкидываю бычок в урну возле поебанной жизнью лавки с оторванной спинкой. Меня особо крупно передергивает от холода. Я не говорил, что шапку я тоже не надевал? Шапка осенью - че за бред. А то, что везде уже снег, так бля, к выходным растает еще. Несерьезный снег. Неосновательный. Когда наметет по щиколотку, тогда подумаю. - Пойду.       Пора уже развеяться, в конце концов.       Адриан кивает, приняв к сведению. Тоже выкидывает окурок. Причин как таковых тусоваться тут с ним больше нет, но, хотя я замерз по-мудацки, топать домой не хочется. Подбородком указываю на подъездную дверь. - Пойдем-ка зайдем.       Вероятно, не надо было говорить это так, будто я собираюсь отжать у него телефончик и отпиздить заодно. Но уже поздно. Адриан настороженно косится на меня. - Зачем?       Уже подойдя к двери, оборачиваюсь к нему. Вскинув брови, прочищаю запершившее горло и хрипло говорю: - Ебать тебя будем.       Все предельно честно. Адриан мнется. - Виталик дома. - Бля, да шучу я. Открывай давай.       Адриан все еще не догоняет, по ходу. Ладно, объясню ему наглядно, что от него требуется, раз он такой недогадливый.       Едва он успевает зайти в подъезд, я толкаю его в угол потемнее. Туда, под лестницу первого этажа. Палевно, если кто-то зайдет с улицы, но мы быстро. Лицо у Адриана холодное, зато во рту пиздато. Засовываю ладони ему сначала под куртку, а там, основательно прощупав, пытаюсь и под кофту заползти, туда, где потеплее, но он извивается. - Сука, - шипит, вцепившись в мои руки. - Ты ледяной.       Зато у меня сердце горячее. Или как там. Неважно.

***

________________ го бухатьб 6 участников 20:47

Екатерина Седова блять прикиньте что Юлия Батракова Что?

что

Екатерина Седова вот помните я сроки просрала у леонида алексеевича и он такой типа да похуй отправишь мне на почту, я тебе зачту ок, я отправила сейчас он отправил мне обратно, говорит переделывй хуйня получилась я просто ?? ты ахуел Юлия Батракова Бля ((

лол я тоже позже срока отправил, он без проблем принял

Екатерина Седова ДА СУКА почему меня все ненавидят

скинуть тебе мою хуйню?

Екатерина Седова давай блять мне раньше так нравилось имя леонид, хотела так сына назвать сука, а этот пидорас все испортил Юлия Батракова Ахахах Егор Грачев Катя хочешь я въебу ему за тебя Екатерина Седова да ты сука за четверочку мне въебешь, если он скажет так сделать Егор Грачев (( неправда

*Документ*

Юлия Батракова Грачик видимо очень сына Леонида хочет Егор Грачев Да, первого будет звать Леонид, второго Рафаэль, третьего Данил, четвертого Михаил

это че русские черепашки ниндзя? вместо рафаэля должен быть руслан тогда

Екатерина Седова фу сука ненавижу имя данил спасибо леша <зззззз Юлия Батракова То есть, то что Грачик хочет чтобы ты четверых сыновей родила нормально? Екатерина Седова ну одного рожу, остальных пусть ищет где хочет

сука

Юлия Батракова А я бы назвала сына Данилом, мне нравится с:

меня хотели данилом сначала назвать

Екатерина Седова ой блять уеби себе пжлст, хорошо что ты леша, иначе бы я не стала с тобой общаться

пиздец спасибо рад что я леша, а не данил

Екатерина Седова так я вас предупреждаю, если кто-нибудь из вас назовет сына сука данилом, я оборву с вами контакты Егор Грачев За Леху можно не переживать, он назовет сына Владимиром Юлия Батракова Потому что он любит Владимирский Централ ветер северный? Егор Грачев Нет потому что он любит всяких Владимиров Владимировичей ))

сука ты заебал никого я не люблю первого сына я назову Пи

Екатерина Седова а второго дор?

а второго Во

Юлия Батракова Хаххахах Кристина Семенюк А почему вы говорите только про СЫНОВЕЙ, а не про дочерей, мм?? Че у вас дочерей быть не может сука Екатерина Седова ой блять до свидания

________________

***

      В изгибе шеи у Адриана тепло и приятно. Утыкаюсь туда лицом, он не против. Только чуть ежится всякий раз, когда особо глубоко вдыхаю и выдыхаю. Я почему-то всегда дышу подобным образом, когда напиваюсь.       Ах да. Я напился.       Ну, не так чтобы на ногах не стоять. Но обмякнуть на Адриане в моем состоянии затея неплохая, очевидно. Он, кстати, курит. Да, мы вышли покурить на балкон. Он застекленный, но пол все равно лютый - даже сквозь пьяные пары понимаю, что ноги превратились в ледышки. Да, я умный, конечно. Зачем мне надевать обувь, чтобы выйти на балкон холодной октябрьской ночью. Вообще-то сомневаюсь, что я смог бы осилить надевание обуви сейчас. По крайней мере, я в куртке.       Я, кстати, тоже курил ровно до того момента, пока моя сигарета не упала в открытое окно. Кажется, мне удалось сделать пару затяжек. Ладно, возможно, я немного более ужратый, чем следовало бы. Адриан выглядит куда трезвее.       Мы на балконе одни, поэтому жмусь к нему плотнее. Мы на квартире у Григорьева. Вообще-то я не уверен, его ли это хата или, может, чья-то другая, но мне похуй в любом случае. Обвиваю Адриана руками.       Наверное, на балконе мы провели уже какое-то время, но лезть к нему начинаю только сейчас. Мда. В том плане, что я руки распустил - до этого стоял со скрещенными, пытаясь согреться. И уткнувшись лицом Адриану в плечо.       Не самая удобная поза, если подумать, принимая в расчет то, что мне пришлось согнуться под странным углом. - Хочу тебя потрогать.       Кажется, я разучился подкатывать. Ну, я пьяненький, какой с меня спрос. Забравшись ладонями под его куртку, скольжу ими ниже. Жест получается рваным - в основном пытаюсь удержаться за Адриана, а не облапать его. Тем не менее сую ладони в задние карманы его джинсов.       Адриан хмыкает, выдыхая дым в открытое окно. Он все еще не отталкивает меня. Ира терпеть не могла, когда я бухой лез к ней где-нибудь... в гостях, ладно. На вписках мы с ней вдвоем практически не мелькали, только по отдельности.       Бля, давайте я не буду о ней вспоминать хотя бы сейчас.       Внезапно нащупав в одном из карманов что-то кроме Адриановской задницы, хмурюсь. Зацепив пальцами предмет, вытаскиваю и даже отстраняюсь. Адриан, который до этого смотрел на улицу, поворачивает голову ко мне. На балконе, кстати, сумрачно - сквозь плотные шторы, задернутые со стороны зала, свет почти не проникает. Впрочем, этого хватает, чтобы в предмете я узнал банковскую карту. Адриан тоже смотрит на нее, но ничего не говорит. Поднимаю на него глаза. - Карта. Че она у тебя там делает?       Адриан пожимает плечами и усмехается. - А где ей еще быть?       Ну хуй знает. Я свою держал в переднем кармане просто на всякий случай. - Вдруг вытащит кто, - верчу карту в пальцах.       Адриан издает смешок. - Кто? Обычно никто не лезет ко мне в карманы на заднице. - Ну я залез.       Возвращаю карту на место, сунув руку обратно туда же. Там тепло. И можно пощупать Адриана за жопу. Такой подход одобряю. - Ну я не против, - отзывается он.       Я снова утыкаюсь рожей ему в шею. Интересно, нас кто-нибудь может видеть сейчас из квартиры? Через балконную дверь или еще как-нибудь. Или даже войти сюда. Меня это не очень-то волнует на самом деле. Не знаю почему. Помнится, когда вся эта хуйня с Юрой только начиналась, я крайне стрессовал, что люди прознают. Ну, тискаться с пятидесятилетним мужиком своей мамки в целом как-то стремно, а тут ты еще и сам парень. Пиздец. И бессонными ночами на досуге я загонялся, что во-от, кто-нибудь узнает о моем интересе к Юре, там произойдет глобальный разрыв очка у вселенной или еще какая-нибудь срань. В общем, стресс ловил нормальный такой, заебательский. А сейчас что? Стою обнимаюсь с парнем на чужом балконе, когда в любой момент сюда могут завалиться пять с плюсом человек и увидеть нас.       Это звучит так безобидно, если не вспоминать тот случай, когда предположительно Оленников убил друга (приятеля? знакомого?) Адриана, исходя из того, что он другой ориентации. Хотя Оленникова тут нет. И я вроде бы не другой ориентации.       Не знаю. Это не так легко обозначить, как хотелось бы.       Как бы то ни было, не похоже, что Адриан нервничает. Вообще-то мне тоже похуй. Возможно, все здесь присутствующие в курсе его предпочтений. Он же типа не скрывается. Мне, в принципе, похуй. Или я уже говорил об этом? Неважно. Только я бы не хотел, чтобы нас палили. Даже если сейчас это никак не аукнется (ну, тупо предполагать, что нас тут же зарежут, как увидят вместе), потому что, вроде, Адриан хорошо знает всех из компании?.. Блять, я к тому, что даже если никто не против происходящего, то слухами земля заполнится - это верняк, гадать не надо.       Да, сначала ты приходишь побухать в компанию, где из знакомых лиц максимум два человека. Напиваешься. Творишь хуйню. Все это видят. Ты такой - да похуй, все равно никто меня не знает и всем поебать. А на следующий день... или через неделю, или через месяц, короче, неважно. В один прекрасный момент какой-нибудь знакомый чел с потока подходит к тебе в столовке на факультете и говорит: "Пиздец, слышал, как ты там отжег у того-то на бухиче, такой угар, ебать". И ты сидишь в вежливом ахуе, потому что, а какого хуя, блять.       Ладно. Я к тому, что вот сейчас я спокойно обнимаюсь с Адрианом, а на следующей неделе Ира выждет меня у дома и в слезах бросит, что я пидорас тупой и чтоб я сдох.       Мда. Кажется, мне не так похуй, как хотелось бы.       От этих мыслей становится погано, так что лезу к Адриану за поцелуем. Он как раз закончил курить. Оторвавшись от него спустя какое-то время, хмыкаю: - Бля, ты не гасишься.       Вижу, как он выгибает бровь. - А должен? - Ну, - речь уже поддается не так хорошо. - Не знаю. Ира такое не любила.       Адриан отводит глаза и делает несколько маленьких шагов назад. Сначала думаю, что он все-таки хочет отойти, но он продолжает держать меня руками за спину, поэтому утягивает за собой. С задержкой понимаю, что он просто оперся спиной о клочок стены позади себя. - Так я не Ира, - говорит он глухо.       Да я знаю. Блять... Не надо было этого делать. Он сейчас начнет загоняться, что я вечно бывшую вспоминаю при нем, и че, блять. Все, Лёха, пиздуй нахуй. Обратно к своей Ире любимой.       Да я бы и рад. Наверное. Не знаю. Все еще тоскливо временами. Особенно под градусом. - Я знаю. Блять. В смысле, - путаюсь в словах. - Нас могут увидеть. Она всегда психовала из-за этого. А тебе похуй. Типа? Не должно, по идее. - По идее не должно, - соглашается он. - Но мне похуй.       Заползает ладонями под мою кофту. Наверное, неприятно удивляется, что под ней еще футболка. А может, ему и тут поебать, потому что задирать вдобавок и ее он не собирается, уместив руки где-то под моими лопатками. Наваливаюсь на него конкретно, разве что с ногами забраться не могу. Печально - пол-то пиздец какой ледяной. Адриан в обуви, кстати, в отличие от меня. - Тебя че не палили ни разу?       Иначе чего это он такой спокойный. Не боится только тот, кто не получал пизды. Ладно, я не должен поднимать панику и все дела. Я же не трус ебаный. Но рациональную часть иногда трудно отключить. - Палили. Я и по ебалу получал, - правильно улавливает мою мысль Адриан. - Ты переживаешь, что тебя тут отпиздят?       Ну можно и не тут. - Да не особо.       И вообще это "тебя отпиздят" всколыхнуло во мне какие-то не те ассоциации. Вспоминается Юра и его тяжелые руки. Ну да. Я же люблю, когда меня пиздят. Хули мне. Когда в подворотне ногами пинать начнут, я еще и выебать себя попрошу, для полного комплекта.       Ладно, блять. Пошли нахуй, загоны ебаные. Мне хорошо сейчас. Отстаньте.       Я, видимо, усмехаюсь или веду себя еще как-то подозрительно, потому что Адриан интересуется: - Что?       Снова прижавшись к нему лицом, качаю головой. И тут же выкладываю: - Вы все такие невозмутимые. Пиздец.       Пиздец - это к тому, что я какого-то черта вспомнил слово "невозмутимые". И даже произнес его. Ого. - Кто все? - не понимает Адриан. - Ну ты. Юра.       Адриан в курсе о Юре. Немного. Ну, он знает, что я с ним ебался и что он бреет яйца. Больше я вроде ничего о нем не говорил. Ну уж точно не то, что он старше меня почти на тридцать лет и ебет мою мать в придачу.       Я такой потешный, пиздец. И умудряюсь грустить по будням, что в моей жизни ничего не происходит и вообще чет скучно, как так. - А-а, - тянет Адриан, но я хоть и пьяный, но все равно распознаю в нем зашевелившийся интерес. - А что с ним? - Что? - Ну, ты сказал "вы невозмутимые".       А, ну да. Сука. Может, я просто слишком много времени провел, встречаясь с девушками. Они довольно щепетильные в некоторых делах. И я такой заразился от них, ага. По крайней мере, я ждал чего-то такого. Что от Юры, что от Адриана. Что они будут беспокоиться хотя бы об элементарной безопасности. Париться, чтобы никто ничего не углядел подозрительного даже краем глаза. И Юра такой - го за гаражи, отсосу. А Адриан такой тоже - да похуй вообще, давай пообнимаемся на балконе.       Хотя это я к нему первым полез. Ладно.       Теперь мне кажется, будто Адриан - лайтовая и молодая версия Юрана. Хотя он не такой конченый, разумеется. В любом случае, Юра уже в том возрасте, когда он в своем сознании настолько преисполнился, что его уже ничего поебать не в состоянии.       Так трудно думать о чем-то конкретном. - Да ему тоже было похуй, когда мы ебались... когда не надо.       Ситуация: ты дрочишь хуй Юре (или он тебе, без разницы), а мать в соседней комнате разговаривает по телефону. Просто здравствуй, просто как дела.       Адриана это веселит. - Мы с тобой пока не ебемся.       И почему, хочется спросить. Я бы поебался прямо сейчас. Серьезно. - Я в курсе. - А когда вы ебались... в смысле, ты сказал, что когда не надо. Это когда?       Все-таки Адриан тоже нализался. Стоит предложение подлиннее соорудить, и вон какая срань происходит. - Ну. Когда дома кто-то был. У него, - помолчав, добавляю.       Мм, пиздеж на ровном месте. Видимо, я не могу без этого жить.       Выдохнув, собираюсь отвлечь Адриана своими губами. Пока сосемся, успеваю сам позабыть о нашем разговоре, зато Адриан, сука, все помнит. - А кто у него дома был? Родаки?       Я смеюсь. Выходит чересчур резко, так что даже осекаюсь. Блять. Ну это просто нелепо. Они у Юры вообще живы? Я не в курсе, не помню, чтобы он что-то говорил о них. Да даже если и живы. Сколько им? Семьдесят? Восемьдесят?       Так и представляю - ебемся с Юрой в комнате, а за дверью его семидесятидесятилетняя мать шаркает к окошечку. О да, блять. Пиздато. - Что? - Адриан даже вцепляется мне в волосы, чтобы от себя отстранить и заглянуть в глаза. - Не, - все еще тяну лыбу. - Просто... бля. Зашквар такой, конечно. Он меня старше на... много, короче.       Адриан молча разглядывает меня. После задумчиво предполагает: - На сколько? Лет на десять?       Ухмыляюсь. - Больше.       Он снова выдерживает паузу, но в лице не меняется. - Пятнадцать?       Вероятно, я не должен с ним играть в это. Трудно поверить, но я однажды поклялся себе, что ни единая душа не узнает об этом позоре. И что я делаю теперь? Ага. Заебись. - Не-а.       Адриан поднимает брови. Я только сейчас замечаю, что меня колотит от холода. Ногам пизда. - Блять, ему что, восемьдесят, - он недоверчиво кривит губы.       Получается у него не так пиздато, как у Юры. Лип бы я сейчас к нему, уже влет распознал его мысли по губам. О, как там? Не видишь по глазам, читай по губам.       И нахуя я знаю эту песню. - Бля, давай внутрь, - меня передергивает.       Адриан не сопротивляется. Пол в квартире после балкона кажется даже горячим. В зале никого нет, пусть свет и горит. Я ныряю в соседнюю комнату. Там пустая спальня, темно и голоса с кухни звучат приглушенно. Кайф. Так хочется полежать и согреться.       Вместо кровати разобранный диван без постельного белья. Падаю на него, даже не сняв куртки. Обледеневшие ноги жжет. Адриан присоединяется ко мне через пару минут. Он уже разулся и избавился от верхней одежды. А еще он теплый, господи, когда он опускается рядом, хочется залезть на него и вдавить в себя. Я, правда, не шевелюсь - в тепле меня неожиданно разъебывает как последнюю мразь. - Так сколько ему лет?       Сука, не забыл. - Пятьдесят.       Лица Адриана не вижу, да и не смотрю в его сторону, если на то пошло. Зато слышу, как он выдыхает. - Нихуя... бля. Я думал, это у меня пиздец, когда встречался с чуваком, который меня на восемь лет старше был. - Мы не встречались. Если что.       А то сейчас начнутся теории заговора.       Услышав что-то булькнувшее, поворачиваю голову к Адриану, находящегося в полусидячем положении. Концентрируюсь на силуэте бутылки. И когда умудрился притащить с собой, а.       По-своему истолковав мое внимание, Адриан, отпив, предлагает: - Будешь? - Не.       Мне бы в себя прийти немного.       Свет проникает в комнату только сквозь окно и щели закрытой двери, так что Адриана вижу довольно плохо. Но, судя по тому, что его дыхание оседает на лице, пялится он прямо на меня. - Не хочешь куртку снять? - Не. Так нормально, - не особо внятно отзываюсь.       Адриан вздыхает. Я почти впадаю в хмельную дрему, когда он, помявшись, набирается достаточно смелости, чтобы решиться на вопрос. - И как вы с ним ебались? В смысле. Ну. Как тебе вообще.       Я просыпаюсь и даже ощущаю ясность сознания, хотя и пугаюсь звуку его голоса прямо над ухом.       Да давай, че ты, спрашивай открыто, хули стремаешься. Тебе же похуй на все. А тут застеснялся, о-о. С чего это, интересно.       Кстати, в куртке не особо удобно лежать - она собралась складками у меня под спиной. Но мне лень шевелиться. - Нормально, - повторяю и, потупив, добавляю: - Ну иногда было классно, иногда на троечку.       Не все же время трахаться по типу греческих богов. Даже Юра не сверхчеловек, несмотря на его преисполненное сознание. И у него часто не стояло, когда мы занимались сексом. Не знаю, что ему за кайф был участвовать во всем этом. Может, он морально получает удовольствие, когда его дерут в зад. А может, ему нравилось меня пиздить. Как бы то ни было, он никогда не наезжал, что, ух, вот ты уебан, кончил и так и эдак, а отсосать мне из солидарности не можешь. Я все мог. Он отказывался.       Пиздец у Юрана тараканы большие, если так подумать. Хорошо, что я все-таки уебан и думать не умею. - Блять, - ругается Адриан и предупреждает: - У меня такой долбоебский вопрос. Заранее извиняюсь, но сверху он был или ты? - Я, - отвечаю довольно равнодушно.       Я на троечку тоже ебался, че уж скрывать. Я тоже не сверхчеловек, несмотря на молодость и горячую кровь.       И вообще, блять, а че за вопросы такие, мм. Как я заикнулся о предположительно его бывшем, так он сразу слился, а как меня спаивать и вытягивать инфу, так это Адриан молодец, пидор, лидер и борец.       Ладно, никто меня не спаивал. Я сам накидался. Да и инфу он особо не тянет. Я же сам все рассказываю. Какого хуя. Опять я один во всем виноват. - А че ты вдруг заинтересовался, - растираю лицо и дебильно икаю. - Сука.       Адриан посмеивается. - Да хуй знает. Наверное, я все еще не могу понять, что у тебя уже были сношения не только с девушками.       Че, блять. Сношения. - Ну и, - Адриан отчего-то вздыхает тяжело. - Пытаюсь понять, что у вас было, чтобы, ну, не шокировать тебя.       Я даже ловлю интригу. - Это что мы не делали еще такого, чем ты можешь меня шокировать?       Член во рту держал - не умер. Выебал взрослого мужика в жопу - бинго. Скорее это я должен шокировать Адриана. Как однажды попрошу его меня отпиздить, чтобы он такой ебать, че. А я ему - да, ебать и пиздить. В одно время. Понимаешь?       Ладно, все. Ущербные думы. - Ты снизу не был. - А, - я даже успокаиваюсь. - Ну если только это.       Помолчав, догадываюсь. - А ты хочешь?.. - Не сейчас.       Ясное дело, не сейчас. Но я все огорчаюсь. Так, чуть-чуть. Сейчас бы я поебался как минимум на хорошую пятерку. Но, наверное, не стоит делать это, учитывая, что и на балконе простые объятия могли обернуться какой-то неведомой хуетой.       Я уже почти перекатываюсь набок, чтобы потискать Адриана так, по-лайтовому, но в этот момент дверь распахивается. Ослепленный резким светом, жмурюсь. Все равно успеваю заметить, как Адриан резко садится, свесив ноги на пол.       Это Саня. Узнаю его по голосу, когда он, помедлив, спрашивает: - Вы че тут закрылись?       Адриан, коротко обернувшись ко мне, максимально отстраненно отвечает: - Лёхе плохо стало.       Саня переводит взгляд на меня и, видимо, оценивает состояние. Надетая на мне куртка убеждает его, что я действительно напился, как свинота. - Ведро принести?       Адриан снова оглядывается на меня. - Не, не надо. - Ну ладно. Ты это, выходи к нам, если что. Этот пусть спит. - Ага. Сейчас.       Саня закрывает дверь. Адриан, развернувшись ко мне, принимается оттирать свою футболку. - Сука, пролил на себя, - досадно бормочет он.       Скукожившись, утыкаюсь лбом в его бедро. - Че, уйдешь к ним? - Да. Пойдешь?       Прикрыв глаза, пытаюсь отдохнуть еще минутку. Прямо как после будильника. - Сейчас, - вздыхаю.       Только с силами соберусь.