Любовь в пикселях

*Хардин* Отец с трудом соглашается перевести меня на заочное обучение, но только с рядом условий. Деваться некуда, мне нельзя упустить работу в агентстве, поэтому я соглашаюсь на все. — Объясни только одно, зачем тебе все это? Ты ведь неплохо зарабатываешь и в своей студии. — Там я смогу работать с опытным людьми, для меня это важно, — вру я, но он все понимает. — Это ведь то самое агентство, с которым собирается сотрудничать Тереза? — Тесса, пап, ее зовут Тесса! , — сквозь зубы ворчу я, потому что помню, как она не любит своё полное имя. — То, что произошло — ужасно, — задумчиво тянет он. — Я ни в коем случае не осуждаю тебя. Каждый имеет право на ошибку. Просто почему ты не обратился ко мне за помощью? Думаю, я бы помог тебе. — Потому что я не хочу зависеть от тебя. — Твоя гордость однажды тебя погубит, и если ситуация с этой девушкой тебе ни о чем не говорит, в следующий раз ты вляпаешься куда хуже. Хотя я и понимаю, что отец хочет дать совет и сказать о том, что готов помочь всегда, меня бесят его нравоучения, и я пытаюсь поскорее покинуть его кабинет. Прогуливаясь пустыми коридорами CWU, я чувствую, как в груди сжимается все от боли. Тоска поглощает меня все глубже, и я, будто в панике, не знаю, куда мне деться от этого состояния. Почему-то в голову приходит пляж и наш с Тессой вечер откровений. Тот самый вечер, когда она открылась мне и смогла перебороть свой страх для меня. Я отправляюсь на то место, где нам было хорошо, но сейчас от него веет холодом и одиночеством. Здесь все не так без неё. Не так красиво, не так уютно, осень становится холодней. Из мыслей меня вырывает звонок мобильного. «Тесса» светится на экране, и руки мои начинают дрожать. Я быстро беру трубку. — Мамуль, поздравь меня, твоя дочка мо… — Тесса, — тихо, со страхом в голосе, перебиваю её, — это я, Х… — Хардин? Черт, — её голос дрогнул, но она пытается это скрыть. — Погоди, не бросай трубку. — Я просто забыла удалить твой номер, извини, что потревожила, — с сарказмом отвечает она. — Простой, Тесса, я… — но она отключается, не дослушав. Мне снова кажется, что все напрасно. Есть ли смысл мне пытаться быть ближе к ней? Сможет ли она простить предательство. В ушах снова колоколами звенят её слова о том, что я хуже тех, кто насиловал её. О том, что она желает мне жить с этой болью и надеется, что я поплачусь за свой поступок. Но моя расплата — её страх снова быть ближе ко мне, её ненависть. Я теряю её, и это худшее, что могло произойти. Я совсем не помню, как пролетела неделя, потому что пить перестал только к вечеру воскресенья. На часах четыре тридцать. За окном ещё темно, и в окна стучится дождь. Голова раскалывается, я не хочу никуда ехать, и в один момент кажется, что это самое правильное решение. Не ехать. Не лезть больше в жизнь Тессы. Не мешать ей исполнять свою мечту. Но один звонок все решает. — Да, — я тихо отвечаю на звонок с незнакомого номера. — Хардин? Это Виктория, — звучит ещё сонный голос. — Наш фотограф Джек только что позвонил и сказал, сломал ногу. Сегодня кастинг в агентстве. Лилит сказала, что это твой шанс. — Что? , — я не совсем понимаю, о чем она. — Ты должен быть в студии через три часа, чтобы настроить свет и подготовить все к съёмке. Если справишься сегодня хорошо, можешь стать штатным фотографом агентства, — сердито повторяет девушка. — Давай, не подведи нас, — она сразу отключается, не дожидаясь ответа. Только сейчас я понимаю, что моя задача — не просто выставить свет. Я должен целый день отработать фотографом, а значит, это мой шанс понять, как все же Тесса относится ко мне. Как она отреагирует на меня. *Тесса* Утро понедельника выдалось дождливым и холодным. До последнего мне не хотелось вылезать из-под одеяла, но Стефф, кажется, переживала больше, чем я, поэтому силой вытащила меня. — Брось, Тесс, это твой шанс. Если даже Хардин Скотт не стал помехой, то погода точно ничего не испортит, — приговаривала она, заваривая мне чай, пока я собиралась в душ. — Стефф, почему ты так беспокоишься обо мне? — Ну знаешь, нам с Молли ты сразу вообще не понравилась. Мы думали, приехала вся такая сучка на понтах, но ты нормальная, вроде. К тому же, знаешь, есть наша вина в том, что произошло. — Нет, Стефф, вы предупреждали, это я слепо доверилась ему. Дура, — хмыкнула я Выходя из комнаты. Я стою под тёплыми струями и воды, воздух наполняется ванильным запахом моего геля для душа, а в памяти почему-то всплывает Хардин. От воспоминаний по телу бегут мурашки. Мне хочется, чтобы он прикоснулся ко мне, сейчас. Чтобы его пальцы сплетались с каплями воды на моем теле. Я хочу, чтобы его губы оставляли горячие следы на шее. Мне действительно было с ним хорошо. С ним я становилась другой, но, кажется, такой я должна быть. Слабой и нежной, податливой, робкой. Он показал мне саму себя. Настоящую. Как бы больно мне не было, я скучаю по нему. Я люблю его. Но как бы я не любила его, ни к чему хорошему это не приведёт, поэтому стоит засунуть свои чувства поглубже, натянуть уверенную улыбку и идти к своей мечте. Она-то никогда не предаст. Стефф укладывается мне красивые локоны. Из косметики — только подводка, тушь, карандаш для бровей и нежно-розовый блеск. Натягиваю свой любимый комплект чёрного белья, который идеально сочетается с чулками и высокой шпилькой. Выбираю черную кожаную юбку едва выше колена и блузку в цвет. — Тебе ещё губы чёрной помадой накрасить и прям леди-гот, — смеётся Стефф, но я вижу в её глазах восхищение. — Ты прекрасна. — Спасибо, — я обнимаю девушку, и в этот момент дверь комнаты открывается, и входит Молли с бутылкой моего любимого шампанского. — Я не могла пропустить это, — девушка смеётся. — И ты обязана просто выпить бокальчик этого прекрасного алкоголя для блеска в глазах. — Чтобы затмить весь свет в студии, — я безудержное хихикаю. Я рада, что сейчас, когда моя мать далеко и против моего модельное будущего, они поддерживают меня. Хочется верить, что все это искренне. Поскольку я выпила, хоть и один бокал, всю дорогу жутко нервничала, как бы меня не остановили. Но, слава богу, все обошлось и к половине десятого я была в агентстве. — Тереза Янг, — сообщаю я на ресепшене. — Знаю, я опоздала, это все жуткие пробки. — Нет-нет, все хорошо, — сообщает девушка и просит подождать меня пару минут. Её пару минут затягивают я на целых двадцать. За это время я успеваю узнать, что здесь присутствует ещё девятнадцать девушек, контрактных мест только три и что наш фотограф невероятный красавчик. Мне уже интересно посмотреть на него. Кто знает, может, он — моя судьба. Может, мне суждено было пережить все дерьмо, которое случилось со мной, чтобы оказаться сейчас здесь и встретить его. — Тереза Янг? , — мои мечты перебивает строгий голос. Я поднимаю глаза и вижу перед собой утонченную, красивую женщину. Сразу узнаю в ней Лилит Ле-Клер — владелица этого агентства. — Тесса, — я расплываюсь в улыбке. — Пойдём со мной, — она смягчает тон и направляется в сторону своего кабинета. Я замечаю, с какой завистью девушки смотрят мне вслед, но меня это не тревожит. Я здесь, чтобы стать моделью, и я стану ею. — Присаживайся, — указывает блондинка на кожаный диван, и я замечаю, что на её столе лежит моё портфолио. — Я буду с тобой откровенна, — от этих слов мне почему-то становится тяжело, — твои параметры далеки от идеала модели. Но мне понравились твои фото. Ты можешь передать нужные эмоции, подать правильно образ. У тебя красивое лицо. Я хочу дать тебе шанс, — на минуту она замолкает, давая мне время осознать все, что происходит. — — То есть? , — я в полнейшей замешательстве. — Этот контракт твой, если ты готова завтра же отправится в зал, — Лилит протягивает мне папку с бумагами и улыбается. — Черт, да! Да, да, да! Хоть сейчас, честное слово, — мне не верится в то, что меня взяли без кастинга. Моей радости нет границ. — И ещё, с момента подписания договора у тебя начнутся тяжёлые трудовые будни. Ты будешь учиться дефиле, сниматься для каталогов и лукбуков. У тебя будут кастинги минимум 3 раза в неделю в Сиэтле и несколько раз в месяц в Нью-Йорке и Лос-Анджелесе. Готова ли ты к этому и сможешь ли совмещать с учёбой? — Смогу, — я точно знаю, чего хочу в этой жизни, и даже если я не смогу совместить, то я готова бросить учёбу. — Я точно уверена, что у меня все получится. Быстро изучив условия контракта, уточняю некоторые моменты, которые мне не совсем понятны, и вставляю подпись. Теперь я официально модель, и этот статус придаёт необычной уверенности. — Твоя первая съемка состоится завтра. Это будет рекламная съемка нижнего белья, — и от этих слов у меня отваливается челюсть. — Заработаешь ты немного за неё, но сможешь получить свои фото для пополнения портфолио. Сегодня я лично посмотрю, как ты работаешь с фотографом, — от этого мне становится страшно. — Только я хочу, чтобы ты не нервничала, а просто думала о работе. Пока фотограф работает с девушками, Виктория отвела меня в небольшую комнату, где я могу подготовится, дала график занятий дифеле, съёмок и первых кастингов на этой неделе. Я никогда не могла подумать, что меня так просто могут взять. Но это случилось, а значит — я на своём месте, и меня ждёт большое будущее. — Тесса, у тебя две минуты, — Виктория сообщает через закрытую дверь, и меня начинает трясти от страха. Я, уже давно готовая, влетаю в саму студию для фотосессии и замираю от ужаса. Это все похоже на страшный сон. Я на самом деле не могу поверить в то, что фотограф-красавчик и есть Хардин Скотт. В растерянности я застываю у входной двери, не зная, куда деть себя. Мне хочется сбежать, пока он меня не заметил, но поздно. Хардин поворачивается ко мне и едва не роняет камеру. — Ты, — едва слышно говорит он, — ты прекрасна. — Старалась. Только не для тебя, — язвительно замечаю я и падаю на диван. — Какого хрена ты здесь делаешь? — Использую свой шанс стать штатным фотографом, — едва заметно он улыбается. — Врешь. Ты продолжаешь портить мне жизнь. Ненавижу тебя, — от злости меня начинает трясти, и я понимаю, что если сейчас я провел съёмку, то могу больше даже не мечтать о карьере модели. — Тесса, — Хардин пытается что-то сказать, но его перебивает Лилит. — Ты готова? , — она подбадривающе улыбается, и я стараюсь улыбнуться в ответ, но получается как-то криво. Я чувствую себя ужасно. В голове всплывают воспоминания с нашей прошлой фотосессии и те фото, которые, благодаря Хардину, увидел весь университет. С каждой минутой я закрываюсь все больше. Мои движения становятся резкими, а эмоции с лица пропадают. Я хочу убежать и заплакать, как маленькая девочка, но Лилит останавливает съёмку, чем вырывает меня в реальность. — Я не верю, — строго произносит она. — Ты сейчас в том белье, которое выбирала сама, значит, оно тебе нравится, не так ли? Но я не вижу этого. Я не вижу поз, которые выгодно его представили бы. Ты не девушка с фотографий в том портфолио, — я боюсь разочаровать её, подвести, потому что понимаю, что меня взяли без дополнительного кастинга, а значит, у меня нет права на ошибку. — У тебя есть десять минут, чтобы привести себя в порядок, — бросает она и выходит из студии. — Тесса, — Хардин приближается ко мне на максимально опасное расстояние, — ты же можешь сделать так, чтобы она охренела. — Да, могу, но не в твоём присутствии, — я чувствую, как мои ноги немеют, а голос начинает дрожать. — Зачем ты здесь? Чтобы продолжить издеваться? Чтобы ещё какие-нибудь фотки кому-то скинуть? Ну скажи, ты опять поспорил на меня, да? Как быстро я прощу такого урода, как ты? Так вот, ты заранее проиграл, — я стучу кулаками по его груди, — я тебя никогда не прощу. Я тебя ненавижу! — Тесса, хватит! , — Хардин хватает меня за руки и разворачивается спиной к себе, лишая меня любой возможности шевелиться. — Я здесь, потому что понимаю, какой я дурак. — Ты ублюдок. — Хорошо, ублюдок, тварь, ничтожество. Но ты мне нужна, с тобой все иначе, — он наклоняет голову так, что губами почти касается мочки моего уха. — С тобой все по-другому. Я люблю тебя, Тесса, — его губы оставляют едва уловимый след на моей шее, и мои ноги подкашиваются. Он чувствует, что я не в силах стоять, и придерживается меня ещё крепче. — Ну же, детка, я знаю, что ты можешь. Покажи мне себя настоящую, — его рука скользит по моей талии. Хардин разворачивает меня снова лицом к себе и впивается поцелуем в мои губы. По телу бегут мурашки. Я окончательно расслабляюсь и отвечаю ему на поцелуй, мои руки обвивают его шею. Сильная и умная Тесса ещё где-то в глубине меня кричит о здравом смысле и о том, какой же Скотт урод. Но её почти не слышно, её накрывает волной страсти. Она тонет в ней. Руки Хардина властно исследуют моё тело, я чувствую, как сквозь поцелуй он победно улыбается, но не обращаю на это внимания. Мне хорошо в его объятиях, и я снова теряю голову. Так не должно быть, но так есть и, кажется, всегда будет. Он — первый и единственный мужчина, которому я смогла поверить. Нас прерывают щелчки фотоаппарата. Один за другим. Лилит успела сфотографировать нас с нескольких ракурсов и стоит довольная собой. — Теперь верю, — неловкая улыбка озаряет её лицо, когда она просматривает кадры. — Я не знаю, что между вами двумя, но смотритесь вы круто. Остаток времени проходит легко и быстро. Я максимально расслабляюсь, смеюсь, выдаю позы и эмоции, от которых Лилит в восторге. И Хардин. Я вижу, как его глаза горят, как сияет его улыбка, как он прикусывает губу каждый раз, когда ловит меня в объективе. Я получаю необычайное удовольствие от съёмки. — Так я прощен? , — тихо шепчет Хардин, помогая застегнуть мне юбку. — Ни за что, — ухмыляюсь, поправляя макияж. — То, что случилось сегодня больше не повторится. А ты проебал свой шанс на моё доверие. Ты же не думаешь, что сможешь выставить меня шлюхой, а потом просто попросить прощения? , — с этими словами я ухожу, оставляя Хардина наедине с непониманием и холодом своих слов. Он это заслужил.