Большие гонки

Кладбище. Это весьма мрачное зрелище. Особенно ночью, когда могильные плиты беспорядочно торчат из земли, отбрасывая жуткие тени и порождая в воображении ужасные образы. Ничего умиротворяющего и красивого вы здесь не найдете – слишком много дурных воспоминаний. Это кладбище образовалось много лет назад, и место подходящее – поле боя. Вероятно, трупы погибших военных закапывали здесь же, не желая возиться с мертвыми. Яркие отпечатки эмоций и всплеск энергии, образующийся при смерти, оставили свой отпечаток на этом странном месте. Здесь много старых неприкаянных могил, которым уже перевалило за сотню лет, есть и такие, от которых остались только неясные холмики. В этой оскверненной земле постоянно кишмя кишат насекомые и прочая дрянь. Вы вряд ли пройдете здесь, хоть раз не передернувшись от отвращения: о, да, это кладбище вызывает только это чувство. Вдруг вскрикнет черная ворона, сидящая на верхушке рядом растущей сосны, и ее крик эхом разнесется по окрестностям, заставляя людей вздрогнуть: если верить примете, крик вороны – вестник чьей-то скоропостижной смерти. Вестник того, что на кладбище посмертно заляжет еще один «клиент». Одиноко торчат бесформенные сосны – единственное пристанище птиц и белок, неизвестно зачем поселившиеся в этом мрачно месте. Как только подует ветер, сосны протяжно заскрипят, и скрип их будет похож на плач тех, кто навеки погребен и забыт. Долго еще будут скрипеть сосны, не скоро оборвется их жуткая мелодия, а вы будете их слушать – да, да, ведь нелегко оторваться от их сонаты. Над кладбищем никогда не сияют ни солнце, ни звезды: небо вечно покрыто пеленой мрака, тяжелыми облаками, давящими на землю с такой силой, что даже трава бессильно ложится, переплетаясь между собой. И сама земля постепенно оседает под этим напором, из года в год, всё ниже и ниже… И цвет. Цвет этого кладбища серый. Небо, трава, земля, камни – всё здесь серое, кажется, что кто-то попросту высосал все краски из этого гиблого места. И никогда уже никто здесь не полюбуется свежей утренней зеленью травы или лазурью безоблачного неба… Только лишь серая масса, цвет которой так избегает природа, но и она бессильна царствовать здесь, где мертвые нашли себе последнее пристанище… Но что это, неужели нежно-сиреневый цвет виднеется где-то за могилами? Неужели кто-то осмелился принести сюда немного красок? Но это не иллюзия: перед несколькими могилами и вправду сидит человек в сиреневом шарфе и внимательно смотрит на надписи на могильных плитах. Кто же его так интересует, что он не побоялся прийти сюда, ступить на эту землю, кишащую разными гадами, услышать скрип сосен и ощутить на себе давление серых туч? Кто, в конце концов, этот загадочный человек, и что он здесь делает? Кажется, он что-то напевает себе под нос. Подумать только, неужели ему весело!.. Но нет… Не извечная скорбь привела его в эти места… И что он пишет на земле этой подобранной у сосен веточкой? Обещание, проклятие или прощальную записку? Что можно ожидать от того, кто прогуливается по мрачному кладбищу темной безлунной ночью? Он пишет непонятно, но достаточно крупно, чтобы надпись можно было разобрать. Затем бросает ветку и встает, кидая последний взгляд на могилы. Могилы свежие, а на них – весьма странные имена. Наверное, у него были друзья из других стран? Непонятно… Загадочный человек повыше натягивает свой шарф и быстро уходит прочь. Наверное, даже ему стало не по себе на кладбище!.. Однако всё же, что ему было надо, он сделал. И те, кто лежит ныне в могилах, запомнят до первого дождя, что даже у бойцов есть сердце.