Святая Магдалина

      Больница «Святой Магдалины» находилась почти у самой кромки леса. Это был относительно небольшой комплекс двухэтажных зданий, поросших плющом и окружённых невысоким каменным забором. Ещё пару веков назад этот корпус использовался в качестве казарм, но как только крепость стала учебным заведением помещение было переделано в больницу. Построенный в лаконичном романском стиле, каждый из трёх корпусов больницы, что своим расположением напоминала букву «П», украшали башни. На центральной и самой высокой из них, размещались огромные часы, бой которых преподаватели иногда использовали в качестве «звонка» с пар. Две другие башни располагались точно одна напротив другой и были украшены, каждая своим, символом: левая — пентаграммой, правая — анкхом.       Безлюдный и умиротворённый, больничный комплекс встречал своих посетителей уютным сквером, в центре которого приятно шумел старый фонтан, и золотой надписью над тяжёлыми, дубовыми дверями парадного входа. «Salus per cancordia» гласил девиз больницы «Святой Магдалины». Не удивительно, что он вызвал на лице Шарлотты скептическую ухмылку. Всю дорогу, пока Гаара нёс её по, на удивление, пустынной территории университета, Лотта не проронила ни слова. Уткнувшись носом ему в шею, девушка всячески пыталась забыть то, что произошло всего минут двадцать назад. Тщетно. Пряный, мужской, аромат Собаку-но, боль во всём теле и сжигающий душу стыд неумолимо напоминали о её позоре.       Поплутав немного пустынными, пропитавшимися запахом медикаментов и хлорки, холодными коридорами, Гаара оказался у высоких, покрытых белой краской, дверей. Металлическая табличка на них гласила: «кабинет 345. Темари Нара». Удобнее перехватив Шарлотту, демон, без стука и стараясь не зацепить узкие двери, зашёл в помещение.       Темари сидела за широким рабочим столом, закинув ногу на ногу и сосредоточенно что-то печатала на компьютере. Старшая сестра Гаары относилась к тому редкому типу людей, которые даже в мешке из-под картошки будут выглядеть эффектно. Медицинская роба только придавала Темари аристократичного достоинства, лишний раз напоминая, что все наследницы влиятельных семей раньше были обязаны проработать какое-то время медсёстрами в госпиталях. Пшеничного цвета волосы, девушка собрала в неизменные четыре хвостика, а в изумрудных глазах так и застыл блеск юношеского озорства. Увидев краем глаза брата с девушкой на руках, Темари тут же переключила своё внимание на них.       — Осмотри её. — В привычной своей манере, приказал Собаку-но и, заметив вопросительный взгляд сестры, объяснил: — Её избили и… чуть было не надругались.       — Ясно. — Тут же помрачнела девушка, и кивком головы указала на кушетку.       Гаара очень бережно уложил молчащую Шарлотту на указанное место, чувствуя при этом странное беспокойство. Её отстранённость настораживала демона. Впервые, с момента их знакомства, Собаку-но хотел, чтобы они вновь начали спорить. Чтобы она язвила. Кричала. Пререкалась с ним. Пыталась придушить чайным пакетиком, в конце концов, но не молчала. Не выглядела такой… сломленной? Гаара прекрасно знал, внутренней силы у этой девушки не занимать, но произошедшее, вне всяких сомнений, надломило что-то у неё в душе. От этого осознания, злость так и поглощала всё естество Собаку-но, лишая его возможности думать о чём-то другом. Он жаждал мести. Резко отвернувшись от Кицу, Гаара уверенным шагом направился к выходу. Он должен вернуться и превратить жизнь обидчиков в Ад, и, в особенности, жизнь одной розоволосой стервы.       — Ты куда? — Спросила Темари, заметив состояние брата. — Тебе самому не помешало бы успокоиться.       — Я спокоен. — Безапелляционно заявил он и, не оборачиваясь, скрылся в лабиринтах больничного корпуса.       Проводив Гаару беспокойным взглядом, Темари тяжело вздохнула и обернулась к Шарлотте. Девушка уже успела сесть на кушетке. Свесив ноги и опустив голову, она облокотилась локтями себе о колени и невидящим взглядом уставилась в точку на полу. То, что ей пришлось пережить — страшный сон любой девушки и Темари была благодарна Создателям, что Гаара оказался рядом. Нара не сомневалась, в глубине души Лотта и сама была безмерно признательна ему за это.       — Выпей. — Мягко проговорила она, присаживаясь рядом с Шарлоттой и протягивая ей стаканчик. — Это успокоительное.       — Спасибо, но я уже в порядке. — Прошептала Кицу, принимая лекарство. Повертев стаканчик в руках, девушка так и не выпила его. Темари понимающе усмехнулась. Ожидаемая реакция человека, который привык не только рассчитывать на себя, но и которому был знаком вкус предательства.       Шарлотта совершенно точно не была в порядке. Медик видела это даже не прибегая к своей силе и вопреки того факта, что сама Кицу старалась всячески закрыться от окружающих. Лёгкая дрожь в руках. Неловкое закусывание губы. Попытки скрыть лицо за растрёпанными рыжими волосами. Вне всяких сомнений, побои причиняли Лотте дискомфорт, а стресс от пережитого всё ещё тенью страха застыл у неё в глазах. Вот только было в поведении девушки что-то ещё. Что-то неуловимое… Страх? Стыд? Брезгливость? Презрение? Нара так и не смогла понять основу этого, неизвестного ей, чувства.       — Здесь тебе не нужно притворяться сильной. — Мягко, насколько могла, проговорила Темари в попытке успокоить девушку. Сейчас Кицу напоминала ей Гаару, каким он был ещё пару лет назад. — Здесь тебе никто не причинит вреда. Наоборот. Я хочу помочь. Залечить твои ушибы и синяки.       — Это пустяки. Заживут. — Отмахнулась Кицу, неловко улыбаясь и стараясь не сталкиваться взглядом с медиком.       — Ничего не пустяки. — Возмутилась Нара и, взяв мазь, принялась аккуратно намазывать её на руку Кицу. Там уже проступили гематомы от наручников. Демоны не редко переходили черту в своём «воспитании» людей, но этот случай явно отличался от остальных. На Шарлотте использовали магию. Темари могла ощущать её остатки на теле первокурсницы.       — Девушка не должна махать на себя рукой. — Проговорила медик, аккуратно приподнимая спортивную майку Шарлотты и хмурясь от количества синяков на её теле. — Покажешь, что тебя сломили — жди новых нападок. Более жестоких. Насилие, как болото. С каждым новым ударом — затягивает не только жертву, но и самого насильника и выбраться потом из этого омута будет крайне сложно.       — Вы так много об этом знаете. — Криво усмехнулась Шарлотта, желая побыстрее вернуться в общежитие. — Многих приходилось так латать?              — Бывало. — Честно отозвалась Темари, не отвлекаясь от своего занятия: наносить мазь на ушибы девушки. — Многие сдались в самом начале и «болото» поглотило их.              — И что с ними случилось? — Полюбопытствовала Кицу, терпеливо дожидаясь конца процедур.       — Одни погибли, другие перевелись.       — Возможно, это и не самый плохой вариант. Перевестись я имею ввиду. — Проговорила Лотта с кривой ухмылкой на губах.       — Ну да, лягушкой, которая сложила лапки быть куда проще, чем той, что взбила масло. — Кивнула Темари, а потом, поймав потускневший взгляд собеседницы, уверенно проговорила: — Но это не в характере сильных личностей. Или ты одна из тех, кто будет в страхе сбегать не дав отпор своим обидчикам? Чтобы выбраться из болота нужна сила.       — Одной женщине не справиться со стадом похотливых мужчин, пляшущих под дудку психопатки, что так ценит чистоту своего факультета. — Процедила Шарлотта, отводя взгляд от Темари. — Люди и доносы на своих — явно не в фаворе у факультета, что должен блюсти выполнение порядка.       — Но ведь, ты не одна в своей борьбе, разве нет? — Внимательно посмотрела на девушку Темари и, заметив её вопросительный взгляд, добавила: — Гаара. Он тоже не мало «своих» сдал.       — Да, но он и сам любитель нарушать правила. — Скривилась Шарлотта, как от лимона, вспоминая все прегрешения знакомого из-за которых доставалось ей. — Каждую неделю новую девушку в укромных уголках универа зажимает. А пару дней назад и вовсе подрался, чуть было не отправив несчастного студента на тот свет…       — Тот «несчастный» проносил наркоту в универ. — Остро перебила Лотту Темари.       — Это не давало права Гааре так избивать его. — Парировала Кицу, хотя слова медика откровенно удивили её. Гаара не был похож на того, кого заботит порядок и правила университета. Наверняка он делал это в угоду каким-то своим желаниям. — Я понимаю, он ваш брат, — продолжила Шарлотта, — и вы будете защищать его при любых обстоятельствах, но этим вы делаете ему медвежью услугу.       — А ты сама не хотела бы, чтобы твои обидчики, что довели тебя до такого состояния, получили по заслугам? — Перешла в наступление Темари, заставляя Шарлотту недовольно поджать губы и отвернуться. — Уверена, что хотелось бы. Мир не поделён на чёрное и белое. Он эгоистичен. Каждый поступает в своих интересах и потому даже добро совершает зло, как и зло добро. В тех ситуациях, когда добро бессильно в наказании зла своими светлыми методами, оно обращается во тьму. Убийство злодея героем, как не крути, остаётся убийством.       — И вы считаете, что Гаара, обратившись, согласно вашей логики, во тьму или, скорее всего свет, защитит меня? — Насмешливо спросила Шарлотта, с силой сжав в руках стаканчик с лекарством. — А потом что? Кто защитит меня от него самого, когда он, как обычно, потребует свою плату за, как он говорит, потраченное время? Мужчина, если захочет, заполучит всё. Особенно женщину.       — Да, но мужчины добиваются расположения женщины, а не набрасываются на неё, как неандертальцы впервые женщину увидевшие. — Резонно заметила Темари, стараясь сдержать эмоции. Шарлотта пережила стресс и сейчас любое её жёсткое слово — защитная реакция.       — Послушай. — Нара, мягко взяла Кицу за руку и легонько сжала её. — После произошедшего, ты в праве злиться и ненавидеть. Сейчас ты потеряла доверие к самому главному, что может быть у женщины — мужской защите. Ты во всех мужчинах видишь угрозу и это нормально. Они предали тебя. Но… не все такие; и в глубине души ты это знаешь. В противном случае, ты бы не доверилась моему брату и сюда тебя бы принесли в смирительной рубашке и на каталке.       — Самое страшное обошло тебя стороной. — Продолжала Темари, чувствуя, что смогла немного достучаться до Кицу. Об этом ей сообщили дорожки слёз на щеках девушки и лёгкая дрожь от сдерживаемого плача. — В «Магдалине» нет героев и злодеев, как в людских сказках. Здесь нужно быть дьявольски хитрым и вовремя включать ангельскую невинность. Мир не таков, каким вы привыкли его видеть. Но, если тебя это успокоит, я дам тебе небольшой совет. Чтобы иметь власть над врагами, которых ты считаешь сильнее, нужно знать их слабость.       — И где их искать? Устроить круглосуточную слежку? — Скептически фыркнула Шарлотта, вытирая мокрые дорожки непрошенных слёз и всё же выпивая своё успокоительное. Жаль, что от него эффект не наступает сразу. Тут впору не условную валерьянку пить, а что покрепче сорока градусов.       — Зачем? У тебя есть неплохие союзники, которые сейчас, наверняка, выискивают сокровенные тайны у твоих обидчиков. — Усмехнулась Темари и заметив непонимающий взгляд собеседницы с чувством гордости и превосходства проговорила: — Мои братья. Один так точно.       — Ну да… — Выдохнула Шарлотта не особо доверяя словам старшей сестры Собаку-но. — Жаль, что в поисках их собственных слабостей у меня нет помощников.       В боксе под номером шестьсот четырнадцать тринадцатого общежития стояла зловещая тишина. Гаара, как только отнёс Шарлотту в больницу, вернулся в женский туалет, где мучили девушку, в надежде найти любую информацию о несостоявшихся насильниках. Тщетно. Они даже следы крови смыли, чтобы ни у кого вопросов не возникло. Раздосадованный этим фактом, Собаку-но вернулся в свою комнату с надеждой, что в «конфискованных» телефонах будет больше полезной ему информации. Вот и сейчас, сидя на кровати, он скрупулёзно просматривал видео за видео, чувствуя, как злость заполняет каждую клеточку его организма. Монстр внутри него жаждал смерти. Каждого из участников этой вакханалии.       Собаку-но издал утробный рык. Твари. Так издеваться над девушкой; и не только над Шарлоттой. В телефоне одного из насильников Гаара нашёл ещё несколько видео, на которых хозяин гаджета и его друзья, такие же нравственные уроды, издевались над другими человеческими девушками «Святой Магдалины». Грубо. Жестоко. Сравнивая своих жертв с грязью. В этот момент Гаара почувствовал облегчение за то, что успел и благодарил Создателей, что Хината вовремя позвала на помощь. Лотти не повторила судьбу других.       Гаара закинул голову, легонько стукнувшись о стену. Вот что с ним происходит? В его жизни была масса похожих ситуаций, когда демоны, забыв о манерах, пытались указать людям на их место. Он успел повидать достаточно искалеченных жизней, чтобы перестать удивляться жестокости с которой наказывает Жизнь своих нерадивых «учеников». Уже давно привык видеть страдания и слёзы не только женские, но и мужские. Помогал. Защищал. Наказывал и очерствел. Даже, когда Карин силком притащили на шабаш, он не испытывал такой жажды крови, как в случае с издевательствами над Шарлоттой. Почему её слёзы буквально парализуют его? Почему её мольба прозвучала в его голове так отчётливо, словно приказ? Почему она? Что в ней такого особенного? Может быть он попал под воздействие какой-то магии? Заговора? Порчи? По другому Гаара не мог объяснить для себя, почему ему так важно всегда видеть Кицу рядом? Почему он постоянно испытывает беспокойство за неё, даже при том, что у неё уже есть парень? Эрвин… Только при упоминании этого имени Собаку-но начинал испытывать раздражение. Этот ясновидец убогий… Знает он этих ясновидцев. Шарлатаны те ещё. Мозги запудрят, а потом ходят в дамках; и к Церберу в конуру тот факт, что Риманн — лучший друг Канкуро и «хороший парень». Ага. Как же. Что ему вообще понадобилось от Шарлотты? А эта его раздражающая всезнающая рожа с которой он говорит «ты просто ревнуешь, Собаку-но». Гаара зло рыкнул. Ещё чего. Он. Не. Ревнует. Потомственный, чистокровный демон. Наследник Люцифера. Принцемониорум Ада. Он не может ревновать какую-то жалкую человеческую девчонку к не менее жалкому ясновидцу.       Тогда, какого болотистого смрадоскока, он, при виде Кицу, ведёт себя так, будто у него в организме на фабрике гормонов взрыв тестостерона произошёл? Почему он жаждет крови тех уродов, что издевались над Шарлоттой больше чем агонии грешников? Почему он готов убить любого, кто подходит к Кицу ближе чем на пару метров и почему играя с Эрвином в баскетбол он был так раздосадован своим проигрышем? Словно от исхода игры зависела его, Гаары, судьба?       — Ух, ну и мрак. — Неожиданно раздавшийся ехидный голос Канкуро, заставил Гаару отвлечься от своих мыслей и поспешно выключить телефон.       — Чего тебе? Я занят. — Весьма грубо проговорил он, явно не настроенный на дружеский разговор даже с братом.       — Я вижу. От тебя сейчас даже тётушка Горгона сбежала бы. — Усмехнулся Канкуро, бросая в сторону брата винтажный арбалет. — Идём, поохотимся на этих уродов.       — И ты знаешь куда идти? — С раздражённым рыком отозвался Гаара, ловко поймав оружие. За всё время, что он изучал содержимое телефонов насильников, так и не смог найти никакой подсказки где их искать. Несомненно, они были подготовлены на случай, если их поймают. Использовали анонимные чаты, самоудаляющиеся сообщения. У них наверняка были вторые телефоны для личной переписки, а в этих они хранили своё «развлечение».       — Ну, у тебя свои способы получить нужную информацию. У меня свои. — Злорадно усмехнулся Канкуро. — Смог выследить их по остаточной магии. Они сейчас в дальней части леса. Думаю, собрались для разбора сегодняшнего полёта.       — Магия. — Процедил Собаку-но младший. — Много её было на месте происшествия?       — Достаточно. — Хмуро отозвался Канкуро и добавил: — Тебе бы не помешали более углублённые её практики. На одной стихийной магии далеко не уедешь.       — Отъебись. Я всё равно ею практически не пользуюсь. — Раздражённо оборвал брата Гаара и, встав с кровати, принялся собираться на охоту.       — А жаль. Против Харуно только магия и сработает. Как впрочем и против Учихи. — Хмуро отозвался Канкуро, цепким взглядом наблюдая за тем, как его брат прячет пару телефонов себе в карман, и набрасывает на себя свою любимую кожаную куртку.       — Против Учихи у меня свои средства есть. Тем более что он слабее меня. — Отозвался Гаара, чем заслужил скептический взгляд брата.       — Самоуверенность вряд ли тебе поможет сегодня. Даже у такого сосуна, как он есть козырь в рукаве и ты об этом знаешь. Тем более что он, как и ты, не сидит сложа руки.       — Я сам с ним разберусь. С ним и его подстилкой. — Холодно проговорил Гаара, давая понять, что разговор окончен.       — Как скажешь. — Примирительно поднял руки Канкуро. — К слову, если тебя это успокоит. Лотта недавно вернулась с больничного корпуса. Сейчас сидит на кухне, пьёт успокаивающий чай с малиной и закусывает блинчиками, что Хината приготовила. Зайдёшь попрощаться? — Последнюю фразу демон проговорил с хитрой кошачьей ухмылкой на лице, наблюдая за тем как меняется выражение лица его брата от хмурого к более спокойному и потом вновь к хмурому.       Гаара ничего не ответил. Он первым вышел из их комнаты и направился по коридору к лестнице. Проходя мимо кухни, он всё же не удержался и, остановившись, заглянул внутрь. Кицу сидела спиной к двери. Зажатая. Сутулая. Словно это не она, а её нелепый двойник или тень. Карин и Хината щебетали рядом с ней о каких-то незначительных вещах, но Шарлотта, казалось, и не слушала их вовсе. Она была полностью погружена в свои мысли и находилась далеко от этого места. Собаку-но поджал губы и сжал руку в кулак. Он заставит страдать её обидчиков. Он хочет видеть её живой. Кипящей энергией. С горящими глазами. Той, которой она всегда была в его присутствии, а не этой… скисшей зубаткой. Таких он и так в Аду стайками видит. Резко отвернувшись, Гаара быстрым шагом направился дальше по коридору. Ему стоит кое-что сделать прежде чем они с Канкуро отправятся на охоту. Пешки Харуно запомнят эту ночь.       Найти место встречи Верховной Ведьмы со своими подельниками не составило особого труда. Благодаря умениям Канкуро, они очень быстро вычислили его. Это оказалась небольшая поляна в самой гуще леса. Чтобы добраться до неё, нужно было преодолеть болото и густые заросли дикой малины. Братья Собаку-но не сомневались, такая удачная природная защита была создана специально и руками этой розоволосой ведьмы. Впрочем, это не остановило их; Гаара прорубил им дорогу огнём. Возможно, будь на его месте тот же Риманн, он бы развернулся и не пошёл дальше, испугавшись силы той, кто может уверенно претендовать на должность ландшафтного дизайнера, но младшего сына Люцифера это мало заботило. Он жаждал мести; и чем ближе он приближался к своей цели тем сильнее становилось это желание.       Братья Собаку-но любили охоту. Ещё в самый первый раз, когда отец отвёз их в Огненную Чащу для охоты на саламандр, они влюбились в это занятие. Выслеживать добычу. Преследовать. Заманивать её в хитроумные ловушки и потом убивать — то что приносило им разрядку в перерывах между шабашами. Став старше, они перестали видеть в этом очарование и начали искать другие… развлечения. Нашли. Охота на сбежавших грешников. Собаку-но всегда выбирали опаснейших из них и всегда возвращали обратно в Ад.       Эта охота ничем не отличалась от выслеживания грешников, за исключением того факта, что, в отличии от нечестивых, демонов нельзя было отправить искуплять свои грехи. Демон не может убить демона или отправить его в Зал Агонии, который стал прототипом всего Ада в сознании людей, но демон может превратить несколько минут существования другого демона в настоящую пытку. Яд. Гаара знал каждый из них так же хорошо, как и стрелял из арбалета. Вместе с Канкуро, он заставлял шестёрок Харуно молить о смерти, а крики их боли были усладой для ушей братьев.       — А я то думаю, кто лес посмел тревожить? — Раздался елейный женский голос за спиной у Канкуро. Миг и он, резко развернувшись, метнул один из своих боевых топоров. Сакура Харуно, а это была именно она, ловко поймала пропитанное ядом оружие.       — Наивно с твоей стороны полагать, что эта игрушка навредит мне, Принцемониорум. — Усмехнулась она ледяной улыбкой, от которой, обычно, смертные и низшие демоны тряслись в ужасе. Девушка, разодетая в чёрное, идеально подчёркивающее все достоинства женского тела, платье, разломила топор на мелкие щепки и медленно подплыла к братьям. Её розовые волосы были уложены в элегантную причёску, украшенную золотым гребнем инкрустированным драгоценными камнями. Не для кого не было секретом, этот гребень пропитан тем же ядом, что и стрелы Гаары и топор Канкуро. Видимо, Саске достал несколько его образцов для своей фаворитки.       — Я ждала тебя. — Продолжила Сакура любовным шёпотом, подойдя вплотную к Собаку-но старшему, при этом, демонстративно не замечая Гаару.       — Прости, но меня не возбуждают ведьмы. — В своей привычной кошачьей манере проговорил он. — Если мне понадобиться с кем-то покувыркаться, я лучше к суккубам пойду. Они более… — Канкуро замолчал на доли секунды, оценивающим взглядом просканировав девушку. — Чище.       — Фу, какой грубый. — Харуно наигранно недовольно сморщила носик. — Впрочем, в этом кроется твой шарм. Как и в том, что ты всегда приходишь на помощь глупому, младшему братику. — Сакура, наконец посмотрела на Гаару. — Как там твоя новая пассия? Жива ещё?       — На твоё счастье. — Процедил сквозь зубы он, сдерживаясь, чтобы не напасть на ведьму.       — Ух, какой грозный пёсик. — Насмешливо проговорила Сакура, медленно обходя братьев по кругу. Доли секунды на осознание и они отскакивают в разные стороны. Как раз вовремя, чтобы не попасть под сдерживающие чары магического круга.       — Слишком поздно. — Жёстко проговорила ведьма, а как только ноги демонов коснулись земли, их тут же начало затягивать, словно в болото. — Вы в самом деле думали, что, напав на моих любовников, сможете так просто уйти из этого леса?       — Кто сказал, что мы планировали уходить? — Нахально ухмыльнулся Гаара, меняя свой цвет глаз на огненный. — Мы тебя выманивали. Всегда было интересно, можно ли отправить Верховную Ведьму в Зал Агонии?       Всего доли секунды и Гаара, вместе с Канкуро, вырывается из ловушки. Мимолётное движение руки и у него в ладони пылает огненный шар. Миг и он нападает на Харуно. Тщетно. Сакура отразила атаку лишь слегка поведя пальцем. Возможно, Канкуро был прав, когда говорил, что ему, Гааре, стоит больше внимания уделять магии. Вот только проблема была в том, что его нынешний уровень — его предел. Шутка ли? Демон. Наследник Люцифера и не может толком пользоваться магией. Впрочем, магия Сакуры тоже не всесильна. На потомственных высших демонов королевской крови действовала лишь малая её часть. Это подтверждал тот факт, что ответные атаки ведьмы лишь слегка щекотали Гаару и Канкуро.       — Как и всегда: пустая бравада, пламенные речи, всепоглощающая жажда крови, а на деле — тявканье и фырчание. — Насмешливо проговорила Сакура, уворачиваясь от стремительной атаки уже частично трансформировавшегося в зверя Собаку-но-младшего. В этой форме Харуно было куда сложнее уследить за атаками демона и, при этом, не подпустить его достаточно близко, чтобы он не смог зацепить её своими отравленными когтями.       — Позорище Ада и Владыки. — Сплюнула она, уворачиваясь от атаки Гаары идя прямиком в их с Канкуро ловушку. — Удивительно, как тебе удалось спасти эту жалкую человечишку. Или ты таким образом пытаешься искупить вину за прошлые разы? Как звали последнюю твою жертву? Элина? Амалия? Ах, точно, Элайла. Прости, столько их было, что не запомнишь всех. — На лице ведьмы появилась злорадная ухмылка. — Скажи, тебе всё ещё снятся кошмары с её участием? Как ты позволил ей умереть. Трусливый пёсик.       — Ты слишком много болтаешь. — Прорычал Гаара, скрывая свою ярость за очередным ударом огненного шара. Он желал с его помощью добраться до сердца ведьмы и вырвать его голыми руками, но Сакура и в этот раз увернулась. Всего миллиметр. Крошечный миллиметр спас ведьму от свободного полёта через весь лес.       Издав леденящий душу хохот, Харуно вдруг исчезла, а в следующий миг появилась на толстой ветке одного из могучих деревьев. Переглянувшись с Канкуро, Гаара метнулся в её сторону. Сакура, вновь засмеявшись, попыталась переместиться, но в этот раз ей это не удалось сделать.       — Давай. — Прошипел Канкуро, удерживая тонкими нитями тёмной материи тень ведьмы, тем самым, не давая ей возможность сдвинуться с места. Гааре этого было достаточно, чтобы со всей силы ударить Харуно. Вот только он никак не ожидал, что на её месте окажется одна из её шестёрок. Демон и так корчась от адской боли из-за яда, отлетел на несколько метров, проломив спиной пару деревьев. Будь он человеком, несомненно, умер бы на месте.       — Принцемониорум, так ли должен вести себя наследник Владыки? — Вдруг раздался голос Саске Учихи за спинами братьев. Резко обернувшись, они увидели сидящих на одной из веток Саске и Сакуру. Девушка доверчиво прижималась к груди демона и обиженно проговорила ему:       — Именно так он и ударил меня сегодня. Ни за что. Вломился в женский туалет, избил до полусмерти Шарлотту, а потом напал на меня. Представляешь?       — Не удивительно. Адскому Псу же не веданы манеры. — С чувством превосходства проговорил Саске.       — Что за ересь ебучую ты городишь? — Прошипел взбешённый Гаара, вновь призывая на помощь огонь. — Кто поверит, когда есть доказательства обратного?       — Все, Собаку-но. — Не меняя интонации проговорил Учиха. — Ей поверят все, тебе — никто. До боли знакомая ситуация, не так ли? От людей столько проблем. Шарлотта Кицу. Вы так её защищаете, а по сути, — Саске состроил обеспокоенное выражение лица. — Вот ужас. Её стараниями ты и лишился своей положительной репутации. Хулиганство, избиение, аморальное поведение в общественном месте. Теперь вот ещё добавилась драка и подглядывание в женском туалете. Как тебя только не исключили ещё в первую неделю учёбы? Связи с Цунаде и сам факт, что ты — наследник Владыки?       — Нет, просто умею доказывать свою невиновность. Чем явно обделён ты. — Прорычал Гаара, чуть сдерживая острое желание стереть с лица земли эту парочку. Хорошо ещё, что Наруто с ними нет. Втроём они и вовсе были бы непобедимы для него; сейчас же, всё ещё остаётся шанс ранить хотя бы одного из них.       — Ну, даже не знаю. — Протянул Учиха, хищно усмехаясь. — В отличии от твоей, моя судьба не весит на волоске. Да и… Что будет с твоей человеческой пассией, если вдруг тебя вышвырнут из «Магдалины»? Как она выживет без тебя?       — Она сильнее чем ты думаешь. — Вмешался в разговор молчавший до этого Канкуро. Миг и он запустил в первокурсника ещё одним отравленным топором. Миг и Сакура останавливает его в паре сантиметров от лица Учихи. Этого было достаточно Гааре, чтобы воспользоваться ситуацией и выстрелить в ведьму из своего арбалета. Харуно, какой бы искусной ведьмой не была, не может одновременно защищать двоих. Расчёт братьев сработал отлично. Отравленная стрела попала точно в цель — сердце.       — Сволочь. — Прорычал разозлённый Саске, подхватывая задыхающуюся и бьющуюся в конвульсиях девушку. Всего на доли секунды, но братья могли видеть страх в его глазах.       — Я мечтал об этом ещё со школы. — Тем временем злорадно прошипел Гаара, видя как его поступок повлиял на демона. На какое-то время они смогут вздохнуть с облегчением, пока Харуно будет восстанавливаться от яда.       — Я подарю тебе войну, Собаку-но. — Прорычал Учиха, прежде чем исчезнуть с Сакурой на руках.       С их уходом, над поляной повисла напряжённая тишина. Оба брата Собаку-но прекрасно понимали, что ранением Верховной Ведьмы открыли настоящий ящик Пандоры. Очевидным был и тот факт, что это противостояние затронет всех, кто так или иначе был связан с ними; и больше всего будет доставаться Шарлотте, как самой слабой из них. Возвращаясь в общежитие Гаара не переставал продумывать план, как защитить Кицу и научить её противостоять силе демонов. Вот только ни одной путной мысли так и не пришло ему в голову. Как научить человека быть равным демону по силе? Особенно сейчас, когда Лотти и так утратила большую часть своей уверенности в себе?       Когда братья вернулись в бокс, все уже давно спали. Об этом им сказала сонная тишина на всём их этаже. Повинуясь какому-то внутреннему порыву, Гаара с помощью магии, открыл дверь девичьей комнаты. Быстрый взгляд, чтобы оценить обстановку, и демон беззвучно пробирается к кровати Литти. Девушке явно снился кошмар. Её лоб был покрыт испариной. Губы плотно сжаты. Сама вытянута, как струна. Не долго думая, Собаку-но присел на край её кровати и провёл над лицом девушки рукой, окутанной мягким огнём. Магия сработала. Лотти заметно расслабилась и даже легонько улыбнулась во сне чем вызвала и на лице демона чуть заметную мягкую улыбку. Осознав произошедшее, Гаара тряхнул головой и, стараясь не задумываться о причине такого необычного порыва, быстрым шагом покинул комнату.       — И что это было? — С кошачьей улыбкой на лице спросил Канкуро. Он стоял в предбаннике, облокотившись плечом о косяк двери в их комнату и, сложив руки на груди, выжидающе смотрел на брата пока тот плотно закрывал дверь девичьей комнаты.       — Я разве должен перед тобой отчитываться? — Вопросом на вопрос отозвался Гаара, стараясь, как можно быстрее, оказаться в их комнате и заняться подготовкой ко сну.       — Нет, но… Выжигать кошмары у человеческой девчонки — это что-то новое. — Усмехнулся Канкуро, пропуская брата в комнату и наблюдая с каким рвением тот стремиться уйти от расспросов. — Ты сегодня до неприличия сентиментален. Неужели влюбился?       — Я. Не. Влюбился. — Раздражённо прорычал он. Слова Гаары оказались достаточно громкими, чтобы за стенкой послышалось недовольное девичье ворчание.       — Разбирайся со своей жизнью, а в мою не лезь. — Добавил он намного тише и быстро скрылся в ванной комнате, лишь бы не видеть это хитрое кошачье выражение лица Канкуро.       После бури, как и перед ней, всегда наступает затишье. Зачастую, оно несёт покой и умиротворение, но, иногда, это может оказаться небольшой передышкой перед, куда более сокрушительным, ненастьем. Именно такой мнимый покой наступил в отношениях между студентами первого курса юридического факультета. Особенно отчётливо его присутствие ощущала Хината. С рождения обладая сильной эмпатией, Хьюго чётко улавливала даже самые незначительные тревожные волны, скрываемые этим обманчивым спокойствием.       Вот и сейчас. Стоя в коридоре у приоткрытого окна и дожидаясь остальных, когда они разберут темы для доклада по латыни, Хината буквально на физическом уровне ощущала приближение чего-то неизбежного. Отвратительное чувство. Вроде бы ничего не происходит, но дыхание перехватывает от внутреннего волнения и страха. Впрочем, бояться было чего. За сегодня Шарлотта и Гаара ни разу не повздорили. Более того… Кицу и вовсе старалась не пересекаться с Собаку-но, а Карин впервые умудрилась забыть в общежитии свои очки, что было сродни снегопаду в августе. Хуже всего было то, что после случившегося с Шарлоттой, Хинату постоянно донимало чувство вины. Оно, словно въедливый червяк, точило душу девушки этим едким «если бы ты не пошла встречаться со своим Наруто, даже на пять минут, с Лоттой бы ничего не случилось». Хьюго и сама не могла понять, почему считала, что в её присутствии Сакура, или та же Таюя, не начнёт издеваться над ними обеими, но шестое чувство, отчего-то, было полностью в этом уверено. Да и поведение самого Узумаки изменилось. Он стал более раздражительным и грубым в её присутствии. Впрочем, он всегда был сдержан рядом с ней, но сегодня и вовсе охладел. Хината искренне не понимала и боялась этих перемен в отношении парня. Что если он больше никогда не захочет её видеть? Только от одной этой мысли, по спине девушки пробежала ледяная волна ужаса. Нет, она вновь добьётся его расположения к себе, как и всегда это делала.       — Хинаточка, кого-то ждём? — Раздался бодрый голос предмета внутренних переживаний девушки, заставляя её подпрыгнуть от неожиданности. Узумаки, по своему обыкновению, появился незаметно и, словно, из неоткуда.       — О, Наруто, привет. Ты напугал меня. — Смущаясь, пролепетала Хьюго. Это длиться уже тринадцать лет. Ещё с того момента, как она впервые увидела этого яркого и озорного мальчишку на первом звонке. Любовь. Первая и безответная. Он умел расположить людей к себе, восхищал окружающих своим упорством и невероятным чувством сострадания. Его всегда окружали интересные личности; и каждый раз, когда он, вот так неожиданно, появлялся рядом с ней, Хината воспринимала это, как маленькое чудо. Возможно, нечто подобное испытывают фанаты, когда их любимая знаменитость обратила на них внимание?       — Да? Прости. — Тем временем, беззаботно отозвался Узумаки и склонив голову на бок хитро, словно настоящий лис, спросил: — Ну так? Кого-то ждёшь?       — Да. Лотту и Карин. — Отозвалась она и совсем смутившись прошептала: — А ты что-то хотел?       — Конечно. Погулять с тобой. — Обворожительно улыбнулся Наруто. Этой улыбке Хината не могла сопротивляться. Даже не взирая на пробудившееся шестое чувство, которое твердило ей отказаться, она не могла сказать возлюбленному «нет». Она уже давно пропащая в своей любви. Её сердце навсегда было отдано этой нежной улыбке Узумаки и у неё уже нет шанса на спасение, кроме как ещё больше раствориться в этом болезненном чувстве, полностью утратив себя. Для неё только он имеет значение и больше никто.       — Почему бы и нет. — Прошептала она совсем смутившись.       Кажется, ей показалось, что Наруто злиться на неё. Возможно, он просто не выспался? Он ведь никогда не любил рано вставать. Видимо, это особенность всех мужчин. Канкуро и Гаара тоже не особые любители ранних подъёмов. Тихо хихикнув своим мыслям, Хината доверительно вложила свою руку в протянутую ладонь Узумаки и, прежде чем кто-то успел что-то заметить, парень быстро увёл девушку в глубь запутанных переходов третьего корпуса.       — Наруто, а куда мы идём? — Растерянно спросила Хината, когда Узумаки завернул за угол и они оказались в тупиковом коридоре.       — Туда, где нам никто не помешает. — Загадочно отозвался он с добродушной улыбкой на лице. — Ты же мне доверяешь?       — Да, но…       — Вот и отлично. — Отозвался Узумаки, не дав смущённой девушке договорить.       Несомненно у неё в голове был настоящий рой из предположений того, что он задумал. Наруто холодно посмотрел на глухую стену в которую упирался коридор. Его бы воля, он бы замуровал в ней эту назойливую девчонку, что с первого класса ходит за ним хвостом. Сколько планов она подпортила ему этим? Не счесть. Прикрыв на доли секунды глаза и взяв себя в руки, он надавил на один из камней стены. Миг и тишину коридора нарушил лёгкий шорох, а перед глазами изумлённой Хьюго открылся тайный проход.       В этот момент, всё в душе девушки завопило о нежелании продолжать путь. Внутренний голос упорно твердил ей, что ещё не поздно сбежать; что ей не стоит слепо идти в этот переход, который непонятно куда ведёт. Вот только, разве влюблённое сердце способно прислушиваться к голосу разума? А безоговорочное доверие разве может нарушиться от мимолётного чувства страха? Хината слишком долго ждала этих сладких минут уединения с любимым, чтобы всё разрушить глупыми домыслами. Она первая переступила порог тайного перехода, не замечая, каким хищным, при этом, стал взгляд Наруто. Словно хитрый паук, он наблюдал со стороны, как влюблённая в него жертва сама идёт в подготовленную им ловушку.       Хината молчала. Всё время пока они плутали запутанными, провонявшими сыростью и плесенью коридорами, девушка не проронила ни слова, стараясь запомнить дорогу. Впрочем, сделать это было практически невозможно. Единственный источник света, что у них был — фонарики телефонов, а переходы были так похожи друг на друга, что отличить их не смог бы сам архитектор, попади он туда. Наконец-то, спустя какое-то время, Наруто подвёл Хьюго к глухой стене рядом с которой находился старый рычаг. Несмотря на свою древность, было видно, что механизмом часто пользовались. Деревянная рукоять рычага была заменена на новую и натёрта до блеска; все его детали заботливо смазаны, да и сам механизм работал отменно. Практически бесшумно.       Яркий свет — первое, что увидела Хината. После прогулки во тьме секретного перехода, свет от ламп был таким ослепительным, что девушке понадобилось какое-то время, чтобы привыкнуть к нему. Только когда Хьюго смогла нормально видеть, она поняла, где именно находится. Клетка. Гигантская. Такие, когда-то, наверняка использовались для собачьих боёв или же в качестве своеобразной бойцовской арены. Два железных люка в каменном, кое-где окроплённом подозрительными бордовыми брызгами, полу, яркое освещение «арены» и могучие железные прутья решётки по периметру — лишь подтвердили предположения девушки. Окончательно страх завладел девушкой, когда, оглядевшись, она не только не нашла Наруто, но и услышала приглушённый крысиный писк. Он доносился откуда-то снизу и, что-то подсказывало девушке, что люки в полу были предназначены для того, чтобы выпускать их. Повинуясь внутреннему порыву, Хьюго метнулась в ту сторону откуда пришла, но натолкнулась на глухую, шершавую стену. Тайный проход исчез, оставляя девушку сам на сам со своим страхом.       — Ну и куда же ты побежала, Хинаточка? — Вдруг раздался устрашающе невинный голос Наруто откуда-то сверху. — Неужели ты против нашего свидания? А ведь ещё вчера говорила, что готова пойти со мной куда угодно. — Узумаки досадливо цокнул языком. — Врать не хорошо. За враньё полагается кара.       — Это слишком необычное место для свидания. — Прохрипела Хьюго, мозг которой не хотел верить в происходящее. Это ведь Наруто. Наверняка это одна из его глупых шуток, которая зашла слишком далеко. Он не причинит ей вреда, правда же?       — Что ты задумал? — Хината постаралась придать своему голосу больше естественности. Получилось так себе. Задрав голову и прикрывая глаза рукой, она попыталась рассмотреть своего одногруппника. Тоже тщетно. Яркий свет от лампы беспощадно слепил не давая возможности увидеть «зрителей».       — Поговорить. — Всё так же устрашающе беззаботно проговорил Узумаки. — И тебе лучше говорить правду. Поймаю на лжи, кара не заставит себя ждать.       В подтверждение его слов, створки люков слегка приоткрылись, давая возможность Хьюго более отчётливее услышать писк сотен крыс. Девушке даже показалось, что, в какой-то момент, она смогла увидеть острую усатую мордочку одного из грызунов.       Ужас — единственное, что испытывала Хьюго в данный момент. Глаза широко раскрыты, всё тело трясёт, во рту пересохло, мозг мучительно пытался придумать выход из сложившейся ситуации, и лишь глупое сердце генерировало сотни оправданий происходящему. Разбитое в дребезги, оно своими осколками безжалостно разрывало душу, вызывая тем самым нестерпимую боль.       — О чём именно ты хочешь поговорить? — Хината не сразу поняла, что этот дрожащий голос принадлежит ей, как и то, что пелена, застилающая ей глаза и мешающая нормально смотреть — слёзы.       — О твоём предательстве. — В этот момент голос Наруто стал неожиданно жёстким, заставляя Хинату опешить и непонимающе посмотреть туда, где, как ей казалось, находился её собеседник.       — Что? О чём ты? — Прохрипела она, впервые с момента их знакомства, не заикаясь и не стесняясь.       — О твоём предательстве. — Повторил Наруто, отмечая про себя каждое изменение в мимике девушки. Она, оказывается, может вести себя, как нормальное существо. Вот и ещё одно доказательство её «лжи». — Каким было условие нашего общения? Я тебе позволяю быть рядом с собой, а ты в ответ безоговорочно подчиняешься мне.       — Да. Я помню. — Прохрипела Хьюго, заметно смутившись, но, взяв себя в руки, уверенно добавила: — Но, я бы никогда тебя не предала. Я всегда остаюсь на твоей стороне.       — Вот те на. — Удивлённо воскликнул Наруто наслаждаясь неловкостью девушки. — Вот мы и встретили первую лож.       — Что? Это правда! — Воскликнула Хьюго, всё ещё стараясь рассмотреть Узумаки сквозь яркий свет лампы. — Я люблю тебя, как я могла тебя предать?!       — Заткнись! Не припомню, чтобы давал тебе право повышать на меня голос. — Жёстко скомандовал Узумаки, заставляя Хинату вздрогнуть. — Я тебе вчера, после нашего небольшого свидания, что сказал делать? Идти к себе в общагу и забиться там в угол, а ты что сделала?       — Но у меня была тренировка. — Прошептала Хината, чувствуя, как щёки начинает разъедать солёная влага слёз. — Ты же знаешь об этом, как и то, что я не могу её пропустить. Тем более, что ты не говорил, что это нужно сделать вместо тренировки.       — В самом деле? — Тон Узумаки стал зловеще спокойным. — Ты настолько смелая, чтобы сметь сомневаться в моих словах, или просто тупая? У тебя было чёткое указание, которое ты не выполнила и, тем самым, предала меня. Я не прощаю подобного промаха. — В этот момент створки люка заскрипели, открываясь и из ниши, словно серый гейзер, начали выскакивать огромные и явно голодные крысы.       — Нет! Прошу! — В ужасе завизжала Хината, стараясь убежать от грызунов. Тщетно. Они были быстрее и проворнее; а ещё их было много. Очень много. Казалось, от них не возможно было скрыться. Очень быстро чёрные, лакированные, туфли девушки покрылись брызгами крови раздавленных крыс.       — Прости меня! Я виновата! Я больше так не буду. Пожалуйста! Прости! — Заливаясь слезами истерики и откровенного ужаса, кричала Хината, бегая по всей клетки и топча грызунов, под громкий смех Узумаки.       — В твоих словах нет веры. — Отсмеявшись проговорил Наруто, наблюдая как Хината в ужасе, с разбегу, запрыгнула на прутья клетки, стараясь хоть так спастись. В этот момент в душе Узумаки появился азарт. Ему было любопытно, как быстро сдастся девушка.       — Я правда сожалею. — Рыдая прохрипела Хьюго. Её на долго не хватит. Влажные от холодного, липкого, пота руки постоянно скользили по гладким прутьям, а сил, чтобы удержаться, с каждой секундой, становилось всё меньше. — Прости меня. Я больше тебя не подведу.       — Не верю. — Последовал безразличный вердикт Наруто. — У тебя было простенькое задание, следить за Шарлоттой Кицу и докладывать мне обо всём. Особенно о том какие у неё отношения с этим блохастым псом. Но вместо этого ты что сделала? Правильно. Ничего. Ты, за весь месяц, ничего ценного мне не рассказала. Больше того, ты посмела вмешаться в мой воспитательный процесс и Кицу не получила должного наказания. Даже больше. Из-за твоего вмешательства, этот выродок Собаку-но, посмел отравить Сакуру и она чуть не погибла.       — Я сожалею. Правда, очень сильно сожалею. — Прохрипела Хьюго, давясь слезами и чувствуя, как руки отекают от напряжения. — Прошу, сжалься. Я больше не буду мешать тебе.       — Всё равно не верю. — Отозвался Узумаки. — Ты не признаёшься в своём грехе, а без этого не быть прощению.       — Я признаюсь! Признаюсь.       — Тогда скажи это. Скажи, что ты лгунья.       — Я — лгунья. — Тут же отозвалась девушка, чувствуя, что съезжает по прутьям в, беспокойно мечущуюся внизу, стаю крыс. Миг и одна из тварей больно укусила девушку за ногу. — Прошу, помоги мне.       — Когда скажешь это с большем чувством. — Откровенно наслаждаясь унижениями девушки, проговорил Узумаки.       — Я — лгунья! Я предала тебя. Прошу пощади меня. Этого больше не повториться. Прошу. Умоляю. — Вскрикивая от боли из-за укусов и заливаясь слезами, взмолилась Хината.       — Не плохо. Но всё равно чего-то не хватает. — Задумчиво протянул Наруто, явно растягивая «удовольствие». — Скажи: «Я — лгунья, мой господин.»       — Я — лгунья, мой господин. — Тут же повторила за ним девушка.       — «Я — жалкая предательница, мой господин.»       — Я — жалкая предательница, мой господин.       — «Отныне, я полностью подчиняюсь вам, мой господин.»       — Отныне, я полностью подчиняюсь вам, мой господин. — Прохрипела Хината сквозь плачь, а в этот момент, её руки не выдержали и девушка упала на спину. Прямо в стаю крыс.       — Отлично. Наказание свершилось. — Восхищено прошептал Узумаки, наблюдая за истеричными попытками одногруппницы избавиться и защититься от грызунов.       Хината не помнила когда именно пытка прекратилась. То, что она осталась жива после произошедшего было таким же чудом, как и тот факт, что укусы крыс не оказались опасными для здоровья. Об этом девушке сообщил врач в больничном корпусе. Как именно она там оказалась, Хината то же не помнила. Все события, произошедшие после пытки, для Хьюго прошли как в тумане. Ощущение реальности начало постепенно возвращаться к ней, когда девушка переступила порог общежития; а полностью осознала произошедшее, когда оказалась в предбаннике бокса.       Истерика. Она накрыла Хинату с головой. Воспоминание пережитого разрывали душу на мелкие осколки, а на месте сердца в доли секунды появилась глубокая чёрная дыра, засасывающая в себя всё хорошее. Она неподъёмным камнем давила, не давая девушке сделать глубокий вдох. Как она могла быть настолько слепой и доверчивой? Всё это время. Все эти долгие годы, её надежды были просто самообманом. Но, это уже не важно. Теперь она — принадлежит ему. Она — его рабыня. Если попытается пойти против него, вновь окажется в той же клетке с теми же голодными крысами; и в этот раз они её, несомненно, съедят. Новая волна рыданий накрыла Хьюго, полностью лишая её всех органов чувств. Она не слышала, как кто-то зашёл в бокс. Не чувствовала, как этот кто-то бережно обнимает её в попытке успокоить. Отчаянье, страх, разочарование, боль — только это имело сейчас для неё значение.       — Тише, тише. Всё хорошо, милашка. — Спустя какое-то время, когда истерика немного утихла, услышала Хината чуть грубый голос Канкуро. Он сидел рядом с ней, на полу, прислонившись к холодной двери ванной комнаты. Приобнимал за плечи и ритмично гладил по волосам. — Всё хорошо.       — Угу. — Единственное, что смогла выдохнуть Хьюго в своём состоянии.       — Кто это сделал? — Не отпуская девушку из объятий и не меняя интонации, спросил демон.       — Я сама виновата. — Борясь с последствиями истерики, прохрипела девушка. — Я лгунья и предательница. Я заслужила это.       — Что за чушь? — Опешил Канкуро, чуть отстраняясь от девушки и во все глаза глядя на неё. — Кто вбил эту дурь в твою прекрасную головку?       — Никто. Это правда. — Прохрипела Хината, осипшим голосом. — Я заслужила это наказание.       — Наказание? — Пуще прежнего нахмурился Собаку-но, а в голове появилась нехорошая догадка. — Это был Узумаки?       — Нет… — Тут же в страхе возразила Хината и быстро отвернулась от Канкуро, чем лишь подтвердила его предположения.       — И ты даже после этого защищаешь его. — Процедил парень сквозь сцепленные зубы, чем заставил Хинату вздрогнуть и поднять на него заплаканные глаза. — Я знал, что любовь слепа, но я и не догадывался, что до такой степени.       — Если скажу, он снова разозлится. — Прошептала девушка, вся сжимаясь. Это было впервые, когда она видела Собаку-но старшего таким разозлённым. Сейчас, в своей тяжёлой и устрашающей ауре, он ничем не уступал Гааре.       — Я не хочу вновь попасть в ту клетку. — Совсем тихо прохрипела она, стараясь уменьшиться в размерах, а лучше и вовсе исчезнуть. — Не хочу.       — И поэтому ты решила подчиниться ему?       — Он натравил на меня крыс! — Вскрикнула Хьюго, чувствуя, как новая волна истерики накрывает её с головой. — Я не хочу! Он убьёт меня, если я не буду честной и послушной.       — Тогда можешь готовить верёвку и мыло. — Безжалостно проговорил Канкуро. — Он никогда не успокоиться. Ему нравится видеть унижения других. Один раз показав перед ним слабость, он будет находить всё новые способы, чтобы увидеть больше. Пока не доведёт свою жертву до безумия и полной потери себя.       — Так может мне сразу умереть?! — Вспылила Хината, остро посмотрев на демона. — Зачем мучиться в ожидании того, что всё равно произойдёт?       — И тогда он победит! — В тон ей ответил Канкуро, желая достучаться до девушки. — Твой ненаглядный — конченный садист. Только такая слепая и влюблённая в него по уши девчонка, как ты, могла этого не замечать. Он использовал тебя всё это время! Уводил тебя, когда ему нужно было избить Шарлотту руками своих сошек или натравить на неё одного из монстров «Магдалины». Через тебя пытался найти слабости всех нас, а ты, рада стараться, давала ему это и теперь, когда один единственный раз пошла наперекор и увидела его настоящее лицо, ты всё ещё защищаешь его, а не себя!       — Не правда! Я сама виновата во всём этом! И твои слова это только подтверждают это. Без меня всем будет лучше. — Прохрипела Хината вновь заливаясь слезами. — Все беды из-за меня. Он был прав.       — Ничуть. — Вновь прижал к себе плачущую девушку. — Мы знали это с того момента, как ты рассказала о травле Шарлотты. Поэтому всегда старались оказаться рядом. Вчера не получилось, но ты её спасла. Твой крик о помощи. Единственно, в чём тебя могут обвинить так лишь в том, что ты влюбилась в подонка.       — Борись с ним. — Добавил он, когда ответной реакции не последовало. — Ты же умная девчонка или у тебя мозги все расплываются, когда на горизонте Узумаки появляется? Вагиной думать начинаешь?       — Нет! Я просто люблю его! — Рыдая прохрипела Хината. — Он был единственный, кто защищал меня от хулиганов в школе.       — Которых сам же и подсылал к тебе. — Едко отозвался Собаку-но старший, понимая, что сейчас Хинате может помочь восстановиться только время.       — С чего ты это взял?       — С того, что Гаара этим занимался, пока не узнал кто их жертва.       — Что? — Только и смогла выдохнуть ошалелая Хьюго, во все глаза глядя на демона.       — Да. Именно поэтому он начал отдаляться от этой компашки. — Выдохнул он, переводя дух. — Наруто умеет манипулировать. Для него это одна большая игра. Ему нравиться доводить окружающих до состояния полной покорности. Он — единственный кого бояться Саске и Сакура и он был причиной того, что произошло с Карин.       — Он что-то сделал сестре? — Опешила Хьюго, чувствуя, как всё в душе вновь похолодело.       — Да. — Кивнул демон. — Прошу тебя, милашка, борись с ним. Иначе тебя ждёт её же участь и поверь, она будет пострашнее голодных крыс.       — И что мне делать? — Совсем тихо прошептала она. — Я же не владею магией. Такая же, как и человек. Я беспомощна против него.       — Ну, в таком случае, тебе повезло, что ты не одна. — Подмигнул ей Канкуро и добавил уже более строже. — Главное не иди на поводу у страха. А он будет велик, поверь мне. Но, я знаю, ты сможешь это преодолеть. Остальное мы сделаем сами. Поверь мне, без защиты ты не останешься. Не веришь мне, поговори с Карин.       — Он сделал меня своей рабой. Вряд ли у меня хватит сил…       — Он хочет, чтобы ты в это поверила. — Успокаивающе проговорил Канкуро, вытирая мокрые дорожки слёз на щеках девушки. — Борись со своей влюблённостью. Борись с ним иначе пострадаешь ещё сильнее чем сегодня.       — Угу. — Прохрипела Хьюго. — Я постараюсь.       Произошедшее с Хинатой не осталось незамеченным всеми жителями шестого этажа тринадцатого общежития. Как только Карин услышала про поступок брата, она тут же увела Хинату на серьёзный разговор, оставляя саму Шарлотту вспомнить слова Темари. Перспектива перевестись была не такой уж и плохой в сложившихся обстоятельствах. Магия, демоны, чокнутые одногруппники — совсем не то общество к которому стремится среднестатистический человек. Чтобы хоть как-то развеется от событий последних пары дней, Шарлотта решила прогуляться парком. Это место всегда её успокаивало, а сейчас она откровенно сомневалась, что у Троицы Злыдней будет время натравливать на неё очередного монстра. Да и сбежать от всеразрушающего и сжигающего чувства стыда девушке тоже хотелось. Она до сих пор не могла смотреть в глаза Гаары, из-за чего предпочитала игнорировать его.       Погружённая в свои мысли, Кицу не заметила, как, в какой-то момент, забрела к заброшенной часовне. Так же, как и в первый раз, она пугала Шарлотту. Особенно статуя святой, голос которой, неожиданно для себя, девушка услышала. «Иди ко мне». Так и звучало в голове у Кицу, буквально подчиняя следовать этому желанию. Девушка даже не заметила, как оказалась в зале часовне и неотрывно смотрела на святую. В ней было что-то не то. Что-то демоническое. Притягательное. Шарлотте хотелось прикоснуться к холодному мрамору статуи и убедиться, что он не может превратиться в живую плоть; что, всё услышанное и произошедшее здесь — плод воспалённого и напуганного воображения.       — Ты опять ищешь способ самоубиться? — Раздался за спиной Кицу до боли знакомый голос.       — Гаара? — Девушка вздрогнула и резко обернулась, желая лично убедиться, в присутствии рядом Собаку-но.       Он был там. Стоял у дверей, облакотившись о косяк и сложив руки на груди, Собаку-но внимательно наблюдал за самой Шарлоттой. На нём всё ещё был одет его любимый дорогущий деловой костюм, но без своего украшения-галстука, с расстёгнутыми верхними пуговицами рубашки и распаханной жилеткой. Это придавало утончённому стилю мужчины немного хулиганского шарма. Особенно в сочетании с продетой серёжкой пирсинга в губе. Появление демона полностью уничтожило зловещую магию этого места, что откровенно порадовало девушку. Забвенная тишина, явно, больше подходила этому месту, чем будоражащие фантазию внутренние диалоги.       — Ты ожидала увидеть кого-то другого? Своего дружка, например? — Надменно, с лёгкими нотками превосходства в голосе спросил он, не спуская пронзительного взгляда с Шарлотты. Под его напором, девушка не выдержала и отвела взгляд. Стыд и смущение вновь завладели её душой. Вот почему, спрашивается, для неё так важно мнение Гаары о ней?       — Что ты здесь делаешь? — Проворчала Кицу, тем самым стараясь отвлечься от ненужных мыслей. Тем более, что её вопрос освобождает её от ответа на реплику самого Гаары и она может потратить это время на созерцание старой пошарпанной двери сбоку от мужчины.       — Проходил мимо. — Невозмутимо отозвался Собаку-но. — Дай, думаю, зайду. Пока кое-кто вновь в передрягу не попал.       — Как видишь, всё обошлось. — Натянуто усмехнулась Лотта, всячески стараясь не смотреть в глаза собеседнику. Её ответ вновь погрузил часовню в неловкую тишину. Причём неловкой она, определённо, казалась только самой девушке. Она была в этом полностью уверенна.       — Говорят, в этой часовне можно понять демон ты или святой. — Кицу первая нарушила тишину. Сейчас она казалась девушке неуютной и тяжёлой.       — Очередные людские байки. — Недовольно закатил глаза Гаара, отталкиваясь от косяка и подходя к Шарлотте.       — В самом деле?       — Да. — Отмахнулся демон. — Если не можешь смотреть на статую, значит ты — демон. Можешь — святой. Глупости, придуманные одними людьми, чтобы управлять более доверчивыми другими. Кусок гипса не может за человека решить кто он. Это игры разума, точнее совести. Если у существа совесть нечиста, ему будет стыдно смотреть в глаза другому.       — Не скажи. — Возразила Шарлотта. — Бывает масса других причин, почему человеку стыдно смотреть в глаза.       — И какова причина у тебя? — В лоб спросил Гаара, повернув голову к девушке и пристально изучая её.       — Это так важно знать? — Тут же ощетинилась Шарлотта.       — Не то что бы важно. — Задумчиво протянул демон. — Но мне несомненно хочется это узнать. Не можешь смотреть, потому что тебя спас я, а не твой парень?       — Что? Что за чушь? — Опешила Кицу, резко обернувшись к мужчине и встретившись с ним взглядом. Интересно, когда именно этот бирюзовый омут его глаз был таким манящим и успокаивающим?       — Тогда что? Или мне продолжать играть в отгадайку? — Едко спросил Гаара, а в этот момент в его глазах, всего на доли секунды, отразился лёгкий блеск любопытства и некоего озорства.       — Мне просто стыдно. — Отозвалась Шарлотта, отворачиваясь и понимая, что он не отстанет с расспросами.       — Чего именно?       — Что ты видел меня слабой. — Нехотя отозвалась Кицу, полностью отвернувшись от демона.       — Понятно. — Отозвался он задумчиво. — Надеюсь, это женские заморочки. В противном случае, я посчитаю, что у тебя с головой что-то не в порядке.       — Это ещё почему? — Остро и недовольно прошипела Кицу, резко оборачиваясь к демону.       — Лучше быть слабой женщиной в руках сильного мужчины, чем слабым мужиком в юбке. — Невозмутимо ответил он, а потом чуть повернувшись указал кивком головы к выходу. — Идём. Скоро стемнеет. Не хочу дважды тебя спасать. Не рассчитаешься потом.       — Всегда знала, что тебе только выгода нужна. — Проворчала Кицу, но спорить не стала и покорно направилась к выходу из часовни. — Вот признайся, ты специально подсчитываешь те случаи, когда ты мне помог, чтобы потом потребовать мою душу себе в услужение, как оплату своего труда.       — Удивлён, что до тебя только сейчас это дошло. — В привычной своей манере, невозмутимо отозвался он, идя следом.       — Невыносим. — Проворчала в ответ девушка.       К своему удивлению, Шарлотта поймала себя на мысли, что ей комфортно вот так идти бок о бок с Гаарой. Возможно, она всё ещё его боится, девушка даже не исключала такую возможность, что демону что-то нужно от неё поэтому он столь дружелюбен с ней. Вот только… Кицу даже сама себе с неособой охотой признавала, что спокойный и не язвительный Собаку-но Гаара — весьма интересная личность. Несомненно, Лотте бы сильно хотелось узнать, какой он на самом деле, но она об этом никому не скажет.       — Могу спросить? — Решила нарушить затянувшуюся тишину Кицу, когда они подходили к общежитию.       — Что-то не припомню, чтобы лишал тебя языка. — Плеснул ядом едкости демон, вызывая на губах девушки лёгкую улыбку.       — Ты, когда-нибудь испытывал необъяснимую тягу и одновременно животный страх к чему-то?       — Что за глупости? Демоны ничего не бояться. — Насмешливо фыркнул Собаку-но, заставляя Шарлотту обречённо помотать головой.       — Не хотел отвечать, нужно было изначально об этом сказать. Все испытывают страх перед чем-то. — Недовольно проворчала она, смерив демона острым взглядом.       — Значит, ты сама испытываешь страх к чему-то такому? — Перешёл в наступление демон, а Кицу, решив воспользоваться его же тактикой, сказала правду так, словно она — лож.       — Да. Статуи святых.       Возможно, Гаара бы сказал что-то в ответ, но глухой удар и чуть различимый хруст, перебил его на полуслове. Он ещё никогда не видел чтобы время замедлялось так, словно кто-то использовал чары. Словно в замедленной съёмке и как сквозь вату, демон услышал крики прохожих и самый громкий среди них — крик Лотти. Собаку-но казалось, что прошла целая вечность пока он поднял взгляд и посмотрел на то, что упало и столько же, чтобы поймать рвущуюся на помощь Шарлотту. На чёрном, ещё толком не высохшем после дождя асфальте, в луже собственной крови и разлетевшихся, в разные стороны, мозгов, неподвижно лежал Эрвин Риманн.