Прощай, скучная жизнь! Приключения ждут меня!!!

Катя Я стояла посреди роскошного холла коттеджа, всё ещё пытаясь осознать, где нахожусь. Холод, пробиравший меня на улице, сменился теплом камина, но дрожь в теле осталась — не от мороза, а от неопределённости. Мой спаситель, Борис Константинович Князев, молча наблюдал за мной, пока я пыталась собрать мысли в кучу. Его взгляд был тяжёлым, как будто он видел сквозь меня, но в нём не было угрозы — только настороженная внимательность. — У меня нет родителей, — выдохнула я, отвечая на его молчаливый вопрос. — Имя и возраст — это всё, что я помню. Остальное… как в тумане. Мои слова звучали нелепо даже для меня самой. Как объяснить, что я из другого мира, где его жизнь — всего лишь сериал? Что я знаю о «Логосе» больше, чем он может себе представить, но при этом сама не понимаю, как оказалась здесь? Я боялась, что он сочтёт меня сумасшедшей. Он наклонился чуть ближе, и я заметила, как в его глазах мелькнула тень сомнения. Его лицо, испещрённое морщинами, казалось высеченным из камня, но голос был мягче, чем я ожидала. — Ты правда ничего не помнишь? — спросил он тихо, словно боялся спугнуть мои мысли. Я покачала головой, чувствуя, как горло сжимается от напряжения. Он молчал, изучая меня, будто искал в моих словах скрытый смысл. Затем неожиданно кивнул, словно приняв решение. — Останешься здесь на ночь, — сказал он. — А там разберёмся. Я не успела возразить. Он развернулся и направился к широкой лестнице, бросив через плечо: — Идём. Покажу тебе комнату. Я поплелась за ним, всё ещё не веря, что этот властный человек с суровым взглядом не выгнал меня на мороз. Коттедж был огромным: тёмное дерево, картины в тяжёлых рамах, запах старых книг и чего-то пряного, возможно, сигар. Всё это казалось слишком реальным для мира, который я считала вымышленным. Утро встретило меня запахом свежесваренного кофе и лёгким скрипом половиц. Я спустилась на кухню, всё ещё чувствуя себя чужой в этом доме. Борис Константинович сидел за массивным столом, листая газету. Перед ним стояла чашка чёрного кофе, а рядом — тарелка с тостами. Он выглядел спокойным, но я заметила, как его пальцы слегка постукивали по краю стола — признак того, что он о чём-то глубоко задумался. — Доброе утро, — тихо сказала я, неловко замявшись в дверях. — Как вас зовут? Я… вчера не спросила. Он поднял взгляд, и уголок его губ дрогнул в едва заметной улыбке. — Борис Константинович Князев, — ответил он, словно мы были старыми знакомыми. — А тебя, как я понял, зовут Катя? Я кивнула, чувствуя, как неловкость растворяется в его спокойном тоне. Он жестом указал на стул напротив, и я села, всё ещё не зная, чего ожидать. Мы молчали, пока он наливал мне чай. Тишина была не тяжёлой, а какой-то… уютной. Но потом он вдруг отложил газету и посмотрел мне прямо в глаза. — Не хочешь стать моей внучкой? — спросил он так буднично, будто предлагал мне ещё один тост. Я замерла, чуть не выронив чашку. Сердце пропустило удар. Это что, серьёзно? Я смотрела на него, пытаясь понять, шутит он или нет. Но в его глазах не было и намёка на насмешку — только странная смесь решимости и чего-то, что я не могла разобрать. Тоска? Надежда? — Почему… внучкой? — выдавила я, пытаясь скрыть замешательство за натянутой улыбкой. — Зачем вам это? Он откинулся на спинку стула, сцепив пальцы. Его взгляд скользнул к окну, где за стеклом кружился снег. — У меня нет семьи, — сказал он тихо. — Никого. А ты… ты мне напоминаешь о ком-то, кого я давно потерял. В его словах было что-то, что зацепило меня. Может, это его одиночество, которое я почувствовала ещё вчера. Или то, что он, несмотря на свою суровость, не прогнал меня. Я посмотрела на него и, сама не понимая почему, кивнула.В конце концов, что мне было терять? — Хорошо, — сказала я. Он рассмеялся — коротко, но искренне. Катя Прошло два года, и я ни разу не пожалела, что стала Князевой. Борис Константинович оказался не просто моим «дедом» — он стал моим наставником, защитником и, пожалуй, единственным человеком, которому я доверяю в этом мире. Но теперь передо мной стоит новая задача: школа «Логос». Дед передал мне досье почти на всех людей Колчина, (Риттера Вульфа). Я решила зайти в его кабинет, чтобы обсудить, когда он представит меня своим агентам. Подходя к двери, услышала голоса, которые не знала прежде, и они доносились из-за двери, ведущей в дедушкин кабинет.