Часть 3
27 июля 2019 г., 09:02
Винтерфелл — вотчина дома Старков. Серые каменные стены древнего замка служили жилищем и укрытием для потомков Брандона Строителя. Впрочем, тысячелетним стенам случалось падать под напором врагов волчьего рода, тоже самое произошло и сегодня.
Войско безупречных, наёмников из Эссоса, стояло во дворе Винтерфелла, выстроившись в ряд. Мимо его рядов конвоировали пленное семейство владетелей замка. Вели их за пределы древней твердыни, к лидеру заморского воинства и по совместительству их хозяину.
Безупречные вели их молча и взирали безучастно, казалось, их вообще никак не волновало происходящее, они просто выполняли свою работу.
И вот наконец их привели на место. Лорд Эддард Старк вместе со своей женой; пошедшие в мать Робб и Санса, двухлетняя Арья и бастард лорда Старка — Джон Сноу, который имел типично волчью внешность. Всё семейство оказалось перед юношей семнадцати лет отроду. Юноша был высок, худ, носил растрепанные, серебристые волосы, достигающие ему плеч. Взирал он на пленников недобрым блеском фиолетовых глаз. Одним словом, предводитель войска обладал классической внешностью валирийца. В Вестеросе такой мало кто мог похвастаться, кроме Таргариенов. Однако, если мало внешности, то о его родовой принадлежности кричали три больших дракона, расположившиеся за спиной завоевателя. Ну и наконец, он сам открыто заявлял о себе, как о Таргариене.
Визерис III из дома Таргариенов, король Андалов, Ройнаров и Первых Людей, лорд Семи Королевств и защитник государства. Так он себя называл. Сейчас Визерис и взаправду был королём, хотя ещё совсем недавно он являлся всего лишь нищим изгнанником. Его отца, Эйриса, сверг Роберт Баратеон, и Таргариены оказались одни, без слуг и средств к существованию. Так бы скорее всего и продолжалось, но неизвестный доброжелатель подарил Таргариену драконьи яйца, и мало того, дракончики из них вылупились.
Это случилось три года назад, с тех пор драконы выросли, а Таргариены обзавелись армией. Имея в распоряжении такую мощь, он отправился в Вестерос: возвращать то, что принадлежало его семье и мстить мятежникам.
Кровью и Пламенем он прошёлся по Королевским, Речным и Западным землям. Роберт, Станнис и Джоффри Баратеоны, Тайвин и Серсея Ланнистеры, Джон Аррен, Хостер Талли погибли ужасной смертью: их заживо сожгли в драконьем пламени. Джейме Ланнистеру пока удавалось скрываться от гнева короля. По слухам, скрывался он вместе с новорождённой дочкой Роберта Баратеона.
Теперь настал черёд Старков. Визерис с улыбкой маньяка посмотрел на пленников.
— Итак, семейка предателей в сборе.
— Да, ваша милость, — обратился к королю один из рыцарей, перешедших на сторону дракона. — Лорд и леди Старк, их дети и бастард Эддарда Старка.
— Бастард, значит, — взгляд Таргариена, загоревшийся неким непонятным весельем, устремился к Джону. — Сын благоро-о-одного лорда Старка и неизвестной шлюхи.
Король задумался. Его размышления не предвещали волчьему семейству ничего хорошего, и все это прекрасно понимали. Напряжение вокруг было таким, что казалось его можно потрогать.
— Всех Старковых отродий, кроме бастарда, подвести к драконам! — решил наконец Визерис и расхохотался.
— Как же это будет забавно. Мятежник с форелью и их законные дети сгорят в огне, а Винтерфелл унаследует сын неизвестной шлюхи.
Это было ожидаемо, но всё равно вызвало реакцию. Санса зарыдала, Эддард Старк стал отчаянно пытаться вырваться, но безупречные надёжно удерживали его цепи. Робб начал с злобой размахивать кулаками, размахивал он ими в направлении короля, словно надеялся расквасить ему нос. Кейтилин удерживала на руках двухлетнюю Арью.
Джон, которого отвели подальше от драконов, с ужасом взирал на происходящее. Он любил своего отца, Робба, Сансу даже не смотря на то, что та, в последнее время, словно охладела к нему и стала игнорировать и Арью — маленькую шуструю малышку. Он не желал им смерти, а такой ужасной тем более. Мальчик не хотел гибели даже своей мачехе, которая всегда относилась к нему с холодным презрением.
Вдруг, на глазах у бастарда, леди Старк встала на колени перед Визерисом.
— Ваша милость, умоляю, пощадите детей! Я сделаю всё что угодно для вас, только пощадите! — молвила леди Кейтилин, взволнованным голосом.
Сноу вдруг почувствовал внезапный прилив нежности к своей недоброй мачехе. Если ей удастся уговорить короля, то он станет рыцарем и будет верно служить леди Старк, пускай хоть ежеминутно поливает его своим презрением.
Таргариен направился к леди Кейтилин. В сердце Джона зажглась надежда. Сейчас он, тронутый мольбой, галантно поцелует руку даме и объявит о помиловании. Однако надежда жила недолго, умерев в тот миг, когда Визерис со всей силы ударил его мачеху. Та от удара выронила маленькую Арью, которая тут же разревелась. Но короля это волновало мало.
— Да как ты смеешь, рыжая мерзавка! — визгнул Таргариен истеричным голосом. — Вы, мятежники, не пощадили маленьких детей моего брата, а теперь ты набралась наглости просить пощады для своих отродий?! Милости не будет!
— Эй, ты! — обратился король к одному из рыцарей. — Приведи сюда мою сестру. Она должна увидеть гибель врагов нашего дома.
Рыцарь бегом отправился за младшей Таргариен. Минуты ожидания проходили в мёртвой тишине, даже малютка Арья затихла.
Рыцарь не замедлил явиться, исполнив приказ. Он привёл с собой девочку, с такой же валирийской внешностью, как у Визериса. Сестра короля казалась ребёнком, как Джон, Робб или Санса.
— А, Дейенерис, дорогая сестрица. Подойди, — Дейенерис нерешительно подошла к брату. — Сегодня я решил порадовать тебя и ты увидишь, как умирают враги нашего дома.
Однако судя по всему сестра короля не желала смотреть, всё чего она желала, так это оказаться как можно дальше от этого места. Она отвернулась, отводя взгляд от происходящего, но её брат заметил это. Он грубо схватил сестру за подбородок и повернул лицо девочки так, чтобы её взгляд падал на Старков.
— Дракарис! — Ласковым голосом отдал команду команду своим драконам Визерис. Те раскрыли пасть и языки пламени устремились к Старкам поджигая их, те истошно закричали.
По лицу Джона потекли слёзы. Ничего не могло утешить его, даже то, что новорожденный Бран избежал своей участи. Он родился буквально неделю назад, и лорд Старк отдал его кормилице, велев в случае чего выдать его за своего ребёнка. Таким образом, Визерис не знал о Брандоне Старке, а те, кто мог бы его просветить, по-видимому предпочли утаить это.
Сноу был рад, что Брану удалось спастись, но радость не могла затмить горя и ужаса в его сердце, от того, что он видел сейчас.
***
Король Семи Королевств Эйгон VI из дома Таргариенов проснулся в своей постели. Он судорожно глотал воздух, в котором ему чудился запах горелой плоти. Гибель семьи Старков, его семьи, так часто преследовала короля во снах, что стража давно перестала обращать внимание на ночные крики.
Эйгон встал и направился к креслу, которое было рядом с столиком. На столике стоял кувшин с вином и кубок. Он рухнул в кресло и налил себе в кубок вина: это всегда помогало ему немного успокоиться и расслабиться после таких побудок.
Эйгон VI Таргариен, ну надо же. Визерис тогда и не подозревал, что ''сын шлюхи'' на деле окажется сыном Лианны Старк и Рейгара Таргариена. После казни, когда Визерис убрался с севера, объявился Хоулен Рид. У лорда Сероводья была на устах история о Харренхолльском турнире и свидетельство о браке Рейгара и Лианны. Всё это вызывало сомнения, но от новоявленного короля настолько хотели избавиться, что более, чем охотно поверили.
Как только правда распространилась, Визериса III отравили, а на трон возвели Эйгона VI под регентством Бриндена Талли. Мнение юного Джона никто не спрашивал. Сам он королём быть не хотел, он вообще ничего не хотел, кроме того, чтобы его оставили в покое. Однако ему на голову торжественно напялили корону, и вот он теперь правитель Вестероса.
Король молча смотрел в окно, попивая медленно вино из кубка. Напиваться он не любил и избегал этого, таким образом коротая часы до рассвета.
После восхода солнца, ему принесли завтрак во время которого, к Эйгону VI явился его десница. Десница — карлик, лицо его уродливо. Топая на своих коротких ножках он приблизился к королю и поклонился.
— Доброго вам утра, ваша милость, — властитель Семи Королевств махнул ему рукой, подзывая. — И вам доброго утра, лорд Тирион. Приглашаю вас разделить со мной трапезу. — Десница приглашению явно обрадовался и уселся напротив короля.
Лорд Тирион Ланнистер сын Тайвина Ланнистера и брат Джейме Ланнистера героя второй битвы за рассвет, который сразил великого иного. В своё время, одна ведьма предсказала, что обещанный принц родится среди потомков Эйриса, но пророчества оказались ложью и предводителя ляденого ужаса сразил сын Тайвина. За победу в битве он заплатил собственной жизнью и жизнью огнедышащих чудовищ Визериса, которых Эйгону было ничуть не жаль.
Тирион, в отличие от брата, воинской удалью не славился, однако проявил себя в другом. Ещё до войны с иными, он вынужден был взять на себя правление Западными землями и к удивлению всех очень неплохо с этим справился. Когда королю исполнилось шестнадцать и «чёрная рыба» ушёл в отставку, именно Тирион Ланнистер стал десницей короля.
— Ваша милость, — обратился к королю его десница, наливая к себе в кубок вина. — Невеста прибудет сегодня.
Ах да, невеста. Мирцелла Баратеон, та кто должна будет стать его второй женой. Первый брак Эйгона VI обернулся полным фиаско. Нет его отношения с Дейенерис Таргариен не были плохими, но то, что происходило между ними вообще нельзя назвать отношениями.
Их поженили, когда ему было четырнадцать, а ей тринадцать. Брак этот был осуществлён для того, чтобы окончательно утихомирить сторонников Визериса, которые как ни странно, всё же существовали.
Все вокруг ожидали от них, что они произведут на свет наследника престола. Однако Эйгон VI даже не мог смотреть на неё и разговаривать с ней, что уж говорить о том, чтобы лечь с женой в постель. Умом он понимал, что Дейенерис не её брат, что она ни в чём не виновата, но король не мог ничего с собой поделать. Стоило ему только увидеть её, как в его памяти воскресали события того злополучного дня и безумное лицо Визериса, и всё чего он хотел так это оказаться от своей жены, как можно дальше.
Дейенерис впрочем относилась к нему схожим образом. В чём была причина: можно было только догадываться. Возможно она и сама не могла смотреть в глаза тому, чью семью сжёг заживо её брат. А может быть, Дейенерис несмотря на все ужасы брата своего любила, в то время как для того чтобы Эйгон стал королём, Визериса убили. Как бы то не было, но старший брат его первой жены стал прочной стеной между супругами.
Может быть они и смогли бы, когда-нибудь преодолеть эту стену, но у них оказалось слишком мало для этого времени. Спустя пол года после свадьбы, Дейенерис Таргариен нашли разбившейся. Она выпала из окна Красного Замка прямо на камни. Случайно, сама выпрыгнула или её столкнули никто уже точно и не скажет.
И вот теперь ему предстояло жениться второй раз. Идея принадлежала деснице: он таким образом решил примирить Баратеонов и Таргариенов. Свадьба должна состояться через три года, потому что король решил подождать до того момента, когда невесте исполниться шестнадцать. Сегодня предстояло знакомство.
После полудня, король нехотя и в угрюмом расположении духа, что являлось его обычным настроением, отправился смотреть будущую королеву.
Мирцелла Баратеон оказалась симпатичной девушкой, уже успевшей оформиться в нужных местах. Она стояла в сопровождении Ланнистерских гвардейцев, и строгого вида пожилой септы. Юная дева, увидев жениха жутко раскраснелась и задрожала. Невеста явно нервничала.
— В-в-ваша милость, — робко произнесла невеста, и вдруг неожиданно подошла к нему, обняла и поцеловала в щёку.
Совершено неподобающе даже если забыть, что жених король, но так мило. Эйгон Таргариен невольно улыбнулся. Когда он в последний раз улыбался? Трудно вспомнить. Однако септе это не понравилось. Надо попросить старушку не ругать свою подопечную.
У короля было ощущение, что его второй брак будет очень даже неплох.
